amor fetters tempus

Сяо Чжань, прикрывая рот, тихонько хихикал. Он стал невольным свидетелем забавной сцены, где Ван Ибо нарезал огурцы топориком, предназначенным для мяса. Разумеется, его никто не предупредил, что провокатор их совместного ужина (а скорее полуночного обеда) до неприличия плох в готовке. А если бы знал, вряд ли бы предпочел забег в уличную кафешку, острую свинку и ужин перед ночным небом. Хотя после душного рабочего дня под многослойными одеждами и макияжем ночная прохлада казалась божественным благословением. Но, наблюдая за тщетными попытками (пытками над овощами) Ибо, в голове проскочила едва заметная мысль, что головная боль и вялость от недосыпания или несварение от позднего ужина на быструю руку стояли проведенного времени с Ибо. Сегодня снимали одну из любимых сцен Сяо Чжаня. Первая встреча его персонажа с его будущим мужем дорогим другом. Съёмки сцены затянулись, потому что великолепная способность Ван Ибо в считанные мгновения из холодного нефрита перевоплощаться в обаятельного юношу, сводила с ума Сяо Чжаня. Он не мог сдерживать рвущийся смех или восторженные комментарии. Они отвлеклись абсолютно на все забавные вещи или погружались в незаметный лишь для них двоих флирт, а их возбуждённые голоса и смех мешали всей съёмочной площадке. После очередной сорванной сцены Ван Ибо неотрывно наблюдал за ворчанием напарника. — Чжань —гэ, поужинаем? — Ибо потянулся на диване и устало посмотрел на часы, он не хотел возвращаться в пустую квартиру. Ему хотелось продлить приятный вечер с Сяо Чжанем. — Поздно, уже все закрыто. — Можем приготовить сами, — не сдавался Ибо. — Ты же живешь далековато. — Сяо Чжань демонстративно зевнул. — Так мы поужинаем у тебя. — Ты приглашаешь меня поужинать в моем же доме? — осуждающий взгляд заставил Ван Ибо пожалеть о своей непозволительной дерзости. Его уши виновато порозовели, он хотел уже отшутиться, мол какой бесстыдник напрашивается к мужчине на ночь, как приглушённое хихиканье заполнило гримерку. — Поехали. — Схватив за руку пораженного Ибо, Сяо Чжань направился домой. И вот он на собственной кухне наблюдал за неловкими попытками юного дарования в области кино и музыки порубить несчастный огурец. Изначально он попросил нарезать маленькими кубиками лук, но шмыганье умиляло отвлекало, поэтому он забрал лук себе. Растерянный Ибо упорно настаивал на своей помощи в приготовлении ужина и решил самостоятельно приготовить овощной салат. Он достал из холодильника огурцы, помидоры и зелень. Прикинул, что с нарезкой обычных овощей он вполне справится. Оглядывая десятки ножей, он совершенно не имел представления о предназначении каждого. Один был длинный и тонкий, другой с ребристым лезвием, третий маленький и слегка изогнутый к кончику, четвертый же был похож на топор. Именно его Ибо и предпочел. Вымыв овощи, он разложил их на столешнице. Кухня была просторной. Барная стойка, за которой Сяо Чжань ровными кубиками нарезал баклажаны на гарнир, стояла в стороне от гарнитура, поэтому они не мешали друг другу. — Ты это чем занят? — не отрываясь от манипуляций над огурцами, спросил он коллегу. — Помогаю тебе, — поднял невинный взгляд Ван Ибо. Из полукружочков, которые были представлены в рецепте, у них вышли трехсантиметровые выдавленные цилиндры огурцов. Сяо Чжань поспешил исправить кулинарное недоразумение, отправив Ибо вымыть курицу и приправить ее чем-нибудь. Он не ожидал, что двадцатилетний парень не имел ни малейшего понятия, что делать с птицей. Быстро покончив с салатом, он с интересом наблюдал за отчаянными попытками выполнить его просьбу. Ибо незаметно поглядывал в телефон, чтобы узнать, чем именно надо мариновать курицу. Перец, соевый соус, мед, чеснок, приправы по вкусу. Он тихо выругался: — На кой черт рецепт, если по вкусу сыпать? — Прости, Бо-ди, что ты сказал? — Сяо Чжань с улыбкой спросил. Ван Ибо отмахнулся и с удвоенным усердием принялся за работу. Написано по вкусу. Никаких четких указаний, поэтому он решил все высыпать на глаз. Щепотка перца, 2 зубчика чеснока, которые он засунул внутрь курицы, маленькая ложечка меда, 3 ложки соуса, с приправами было решено не экспериментировать. Сяо Чжань умилялся неумелыми попытками смазать курицу маринадом и не смог удержать смех, когда многострадальная тушка выскользнула из рук недоповара и приземлились у его ног. — Чжань- гэ, прекращай смеяться на до мной. — Он взглянул на ровно нарезанные овощи и аккуратно нарубленный салат. — Гэгэ прекрасно справляется с любыми делами, и достичь его идеала мне кажется невозможным. Сяо Чжань опустился на колени, чтобы поднять упавшую курицу, и, глядя снизу вверх, серьезным голосом проговорил: — Ты прекрасен в своем несовершенстве, поэтому просто будь собой рядом со мной. Ван Ибо выхватил протянутую курицу и поспешно отправился ее промывать. Сердце предательски забилось сильнее, пугая его до чертиков. В сознание яркая табличка указывала, что он непозволительно близко приблизился к допустимой границе. Все его привычки кричали о побеге, но ноги не слушались голоса разума. Он послушно оставался на месте и вымывал грязь с упавшей тушки. — В следующий раз, если ты не против, конечно, можем заказать еду доставкой. — Сяо Чжань протянул ему бокал белого вина. — Расслабься, Бо-ди, я согласен приготовить ужин для двоих. — Мысли начали проецировать совсем не дружеские картинки в голове Ибо. — В следующий раз, — передразнив Сяо Чжаня, он сделал паузу, — я позову гэгэ на ужин. Весь оставшийся вечер Ван Ибо из кожи вон лез, чтобы еще больше не опозориться, но упавшая курица была лишь началом его неуклюжего спектакля. В порыве эмоций он выплеснул немного вина на себя, запнулся и чуть не разбил тарелки, когда вызвался помочь убрать их со стола. С Сяо Чжанем он чувствовал пугающий уют и комфорт, поэтому он не стыдился своей неловкости. После ужина они остались на кухне с забытой бутылочкой сухого. Не обращая внимания на время, они были поглощены друг другом. С воодушевлением обсуждали совместные сцены в дораме, с непреувеличенным интересом Сяо Чжань слушал о мотогонках и опыте наставничества на танцевальном реалити-шоу. Ибо же восхищался ранними работами напарника в сфере дизайна, которыми Чжань не постеснялся поделиться. Создавалось ощущение, словно они были знакомы многие годы, а это встреча была одной из многих. Чувствовалось родство душ, как бы поэтично это не звучало. Тихий голосок внутри младшего тревожно предупреждал о возможной опасности, но ослеплённый обволакивающим теплом, Ван Ибо оставался глух. Они были ослеплены близостью, а тёплый рассвет не посмел их потревожить.