Rufus Albus Nigreos

- Слушай, а можешь научить меня крутить самокрутки? - В одной руке Ева несла слишком вместительный чемодан, который весил не больше телефона, через другую был перекинут плащ, чтобы дождь не стал неожиданностью. Рина несла точно такой же старомодный чемодан на заклепках и переброшенную через плечо сумку со всеми деньгами, что они нашли в небольшой каюте и кошельке неприятного попутчика. Она все время поправляла светлую блузку, будто она кололась изнутри. Ева улыбнулась. Девушка была уверена, что у себя в кровати она сейчас тоже улыбалась. Слишком искренней была эта улыбка, чтобы остаться лишь смутным воспоминанием о ярком сне. Спокойствие и даже легкое равнодушие будто окатили ее водой, когда Ева начала разбирать вещи и документы, разбросанные по комнате. Рина, которая ушла в ванную явно не куличики лепить, не заметила или не хотела замечать этих изменений. А,впрочем, не все ли равно, кто что думает в ее сне, пока все идет своим чередом. Исписанный немного неуверенным почерком пергамент, два пера и баночка с чернилами. Вот, что обнаружила Ева на столике между кроватями. Уже тогда это натолкнуло ее на резкую мысль, но шум из ванной сбил с курса. Ночнушка, в которую девушка была облачена с самого начала этого кошмара, напоминала одеяние Круэллы. Наполовину красное, наполовину белое. И черная вышивка по рукавам и горловине, что напоминала об оставленной дома детской вышиванке. Первое, что мама когда-то вышила для нее своими руками. Белоснежные простыни были скомканы. Она присела на одну из кроватей и под матрасом что-то дзынькнуло. Дрожащими руками, девушка приподняла то, на чём ранее сидела, и нашла огромную пачку денег и мешок с золотом размером с тостер. Слегка опешив, она приоткрыла его, силясь найти что-то еще внутри, но там лежали лишь круглые золотые монеты. Подняв матрас на другой кровати, Ева нашла все то же. Золото и деньги. Фунты, если она не ошибалась, английские. Взяв одну из пачек поближе к столу и настенной лампе, дававшей лишь слабый желтый свет, она снова заметила пергамент. В этот раз девушка пригляделась к ним поближе. Уважаемый директор Дамблдор, В связи с тем, что нахождение в СССР угрожает нашей безопасности и жизни, мы больше не можем учится в Колдовстворце. Наше образование не является законченным и мы бы очень хотели продолжить его в Хогвартсе. Мы являемся совершеннолетними гражданами по отношению к политике вашей страны, поэтому подтверждение родителей не требуется. Надеемся на вашу благосклонность и старую поговорку. Табеля успеваемости из нашей школы прикрепляем к письму. С уважением, А.С. Рудковская К.Р. Швец И после этого письма, упоминания Хогвартса и Дамблдора, Ева и поняла, что все происходит лишь в ее голове. Маньяк не мог ее убить, она бы просто проснулась. Может и не проснулась, а ему бы просто что-то помешало. Это лишь игра, сотворенная ее подсознанием после увлекательного диалога про мир Гарри Поттера и ее с Риной участие в нем. Чем бы это ни было, Ева собиралась насладится каждым мгновением мира, где она была главной героиней. - Самокрутки? Серьезно? Именно это тебя сейчас волнует? - Рина повернула голову к улыбающейся девушке, ушедшей в свои мысли. Ева пожала плечами. Сигареты, закрученные из краденного табака, все равно скоро закончатся. И они обе знали, что Рина протянет без никотиновой дозы куда меньше. Люди в толпе бегали из стороны в сторону, напоминая муравьев из только что разрушенного муравейника. Часть из них носила вырвиглазную одежду всех цветов радуги, часть была одета в нечто похожее на то, что Ева нашла в своем чемодане. Скромные платья на пуговицах, юбки чуть длиннее колена и закрытые школьные туфли. Сомнений откуда они приехали быть не могло, хотя образ тихих девочек отличниц был явно гиперболизирован. Порт был переполнен пассажирами, спускающимися с трапов судов, и встречающих их близких. Ева на секунду испугалась, что потеряет Рину в этом многополосном бесцельном марафоне, но кроткая мысль, что это она держит вожжи каждого своего действия, будто впрыснула в кровь дозу уверенности в следующем шаге, завтрашнем дне и себе. Солнечно-желтая макушка волос возвышалась над непривычно низкими англичанами. Улыбка Евы стала только шире, осознавая, что даже в этом мире, она никогда не потеряет Рину в толпе. Рина стояла у столба, читая свежую газету, явно выхваченную у какого-то несчастного торопыги. Она не стала бы тратить ни время, ни деньги на покупку бумаги, которая станет неактуальной уже завтра. - И что пишут в…, - Ева выглянула из-за плеча подруги, - The Times сегодня? - Что сегодня 25 августа 1976 года, - Рина блуждала взглядом по строкам, не поднимая головы, чтобы ответить. - И у нас есть сутки, максимум двое, чтобы подделать документы и табеля, послать их в Хогвартс и надеяться на лучшее. Проходящая мимо старушка повернула голову в их сторону, смотря с презрением и опасением одновременно. Некоторые даже не поднимали голов, просто скашивая глаза на двух русскоговорящих девушек. Англичане не особо сильно радовались эмигрантам, и так стихийно наводнявших Лондон, волна за волной. Еве не понравилась реакция людей, поэтому она решила, что для начала неплохо бы найти жилье. Рина чуть заторможено согласилась, выжимая из своих мозгов максимально возможное, чтобы обеспечить им безопасный переезд в Хогвартс. Она заговорила об этом лишь однажды, но Ева заметила, что подруга стерла свои шестеренки до дыма, пытаясь предугадать все худшие стечения обстоятельств, в которые они могли попасть, и способы их обхода. Рина была реалисткой в их паре, а Ева пессимисткой. Но что мешало ей верить в лучший исход событий здесь? Ничего. У автобусной остановки, где всегда крутилось много людей, обязаны были быть развешаны объявления о съеме жилья. Рина отправилась к столбу, куда собирались все желающие сесть на знаменитый красный двухэтажный автобус, а Еву оставила с сигаретой сторожить чемоданы чуть подальше. Перекинув через плечо косу, слишком длинную для привычной, Ева подожгла самокрутку, пытаясь вслушаться во внешние разговоры:общий смысл фраз она улавливала без особых усилий, благодарно кивая за все часы учебы и просмотров сериалов на английском. Пусть иногда через слово, из-за беглости и различных акцентов. Однако было приятно осознавать, что попытка заговорить с прохожим не окончится пантомимой. Пара мужчин, на вид слегка за двадцать, говорила с такими выразительными гласными, что Ева чуть не засмеялась, пока не вслушалась в диалог внимательнее. - Они хотят пять хороших комнат до послезавтра? - нервно курящий темноволосый паренек зарылся рукой в волосы. - Они из Беларуси. Да хоть подвалы: ночевать там никто не будет. Парень засунул руку в карман, но не успокоился полностью. - Они готовы к дополнительной оплате за срочность? - собеседник лишь резко кивнул, сунул желтый конверт в приоткрытую почтальонку шатена и растворился в толпе. Насколько Ева была осведомлена, договоры о съеме жилья проходили не в настолько сумбурной обстановке, особенно в чопорной Англии. Значит проживание явно не было ключевым моментом этой сделки, которая, объективно говоря, прозрачностью и не пахла. Девушка глубоко затянулась и положилась на интуицию, чего обычно не делала. Парень как раз стоял в шаговой доступности и собирался выкинуть бычок. Еще несколько секунд и ее шанс уйдет в другую сторону. Ева подошла к нему из-за спины и тихонько кашлянула. - Извините, мне показалось, или вы сдаете квартиры приезжим? - юноша обернулся, подозрительно глядя на ее одежду, совсем не соответствующую английской моде. Ева попыталась добавить в речь больше русского акцента. - И готовы взять дополнительную плату за срочность? - Вы подслушивали, мисс? - Ева выдавила из себя смущенную улыбку. - Конечно же нет, просто ждала… - ложь легко сформировалась в ее голове, - пока кузина просмотрит объявления. Уверена, ваши услуги будут более качественными, - девушка молилась, что распознала профиль их деятельности правильно. Видя сомнение в глазах собеседника, Ева захлопала длинными ресницами и продолжила самым лестным голосом, от которого Рину, наверняка бы, затошнило. - К тому же, наши удостоверения личности невероятно вовремя канули в море, как только наши ноги коснулись английской земли, - Парень понимающе улыбнулся, учуяв перспективу хорошей наживы. - Вы ведь не бросите двух девушек в беде? Это была игра на лезвии ножа, но и ситуация была не патовая. Так что ни стыд, ни совесть не грызли Еву, когда уже на следующее утро они с Риной расстались с частью своих денег и получили на руки документы с новыми инициалами. Найти в Лондоне почтовую сову оказалось не настолько просто, как им хотелось. Косой переулок был самым очевидным началом поисков, но ни одна из них даже не догадывалась ни где его найти, ни как к нему добратся с обветшалого района, в котором они сняли маленькую квартиру на неделю проживания. Тот парень таки сдавал жилплощадь посуточно. Уже в десять утра девушки вышли из временного пристанища. За час до этого они с выражением ругали гардероб в своих чемоданах, не находя ничего, что хотя бы отдаленно напоминало привычный англичанам стиль. Вещи, лежащие аккуратными стопочками в безразмерном пространстве, подошли бы их бабушкам, но не семнадцатилетним иностранкам. Рина заставила Еву пообещать, что они зайдут в магазин на обратном пути. Улички спального района плавно перетекали в широкие улицы более предназначенные для туристов. Ева наслаждалась старинными зданиями и непривычной речью, не обращая внимания на необычайно тихую Рину. Подруга шла немного поодаля, рассматривая достропримечательности с отсутствующим выражением лица, полностью погруженная в свои мысли. Ближе к полудню, когда девушки успели и проголодаться, и утомиться, но не найти волшебный бар, Рина дернула замечтавшуюся Еву за руку, так как та не обращала внимания на ее оклики. - Ты меня слышишь? - Да, что такое? - Какие еще там были ориентиры, кроме обшарпанности и невидимости для обычных людей? Ева на секунду задумалась. Что-то такое там было. Библиотека, вроде, или… - Крупный книжный магазин. Нужно спрашивать о нем. - Не могла раньше об этом сказать? Чтобы мы не потратили полдня на скитания, - Рина закатила глаза. - Не могла раньше спросить? - Ева ответила в той же манере, вырывая руку. Напряженность между подругами была заметна с самого пробуждения, но Ева никогда не воспринимала их отношения без щепотки сарказма и капли яда. Пусть сегодня доза была явно завышена, но привыкшему организму не грозило отравление, поэтому девушку ничего не настораживало. Спустя еще час, больше наполненный опросом прохожих, чем самостоятельным поиском, они таки нашли бар, зажатый между магазинами так, что магглы и не подозревали о его существовании. Со страхом, но твердой уверенностью, что этого не избежать, они прошмыгнули внутрь, наполняя ноздри кислым запахом подгнивших досок и не самого дорогого пойла. Рина шла к противоположной двери, не обращая внимания на удивленные взгляды. Ева пыталась не отставать и не смотреть на завсегдатаев. Только возле глухой кирпичной стены Ева поняла, что у них нету волшебных палочек, а даже если бы и были, комбинацию ни она, ни тем более Рина, не помнит. Ева потянулась к серебристому колечку в носу, как всегда делала, когда нервничала, но наткнулась лишь на пустоту. Она слегка поцарапала крыло носа, непривычно пустое без украшения, но никак не прокомментировала свое озарение. Рина тоже не говорила, пытаясь просверлить стену взглядом, но пока что у нее это не получалось. Дверь громко хлопнула за их спинами и к стене подошел немолодой волшебник, повторив взгляды, которые на них бросали внутри . Он простучал по нескольким кирпичам и проход открылся. Щеки Евы заалели от понимания глупости их затеи и радости от настолько удачного стечения обстоятельств. Девушки зашли за ним и Косой переулок открылся перед ними во всей красе. Скошенные дома и выложенные брусчаткой улицы заставили Еву задержать дыхание на секунду. Она часто мечтала о том, чтобы попасть в магический мир, но до этого момента не осознавала, что ее слишком бурное воображение действительно смогло подарить ей этот шанс. Люди в старинных и не очень мантиях сновали перед глазами, занятые своими делами. Дети бегали друг за другом с маленькими метлами и хохотали. В отдалении кружили совы, ухая среди белого дня. Ева была уверена, что полность впишется в этот мир. Она покрутила кольцо на указательном пальце и шагнула туда, куда они стремились дойти весь день. В Косой переулок. Совятню они нашли почти мгновенно, немного шугаясь слишком стремительных прохожих. Отправив письмо, девушки прогуливались мимо витрин, разглядывая прилавки и чудных волшебников, размахивающих палочками направо и налево. Возле магазина со сладким Ева остановилась. Разноцветные сладости манили ее и устоять перед ними она была не в силах. Бобы Берти Боттс, сахарные перья и самое вкусное мороженое во всем Лондоне, по заверениям продавца, оказались в бездонной сумочке Рины. Выбирая бобы наугад, девушки смеялись, пробовуя странные вкусы: от огненного перца чили, попавшемуся Рине, до леденящей мятной прохладе, .которую вытянула Ева. Худшим казался боб со вкусом плесени, пока они не подошли к витрине с яркой надписью “Мантии мадам Малкин”. - Это у них форма такая? - Рина замерла с очередной конфетой в руке. - Очень надеюсь, что нет, - Ева выхватила боб из руки подруги и кинула его себе в рот. Меньше, чем через секунду после рассасывания, она поняла, что плесень была не худшим вариантом. У нее во рту был отчетливый вкус рвоты, что спровоцировало ее желудок уже на настоящую. Горло обожгло, и Ева вывернула все съеденное за последний час на брусчатку. Рина согнулась от смеха, схватившись за стену. Ругнувшись, она одернула забинтованную руку к себе. - Мы явно не будем покупать эту форму. Мой организм об этом вполне доходчиво сообщил, - Ева поморщилась, но позывов к рвоте больше не чувствовала. - Это была одноразовая акция, хватить надрываться, - она толкнула Рину, от чего та еще раз хохотнула. - Думаю бобов с тебя хватит, да? Водички? Ева повторно пихнула подругу, но согласилась на воду. До самого дома она больше ничего не ела. Рина, как и обещала, зашла в первый попавшийся комиссионный магазин: старые привычки сложно искоренить. Она, конечно, прикрывалась тем, что там выбор более разнообразный, но Ева понимала, что привычность действий успокаивала. Она и сама этим грешила, выбирая винтажные платья и уже ношенные кем-то ботинки. У самой квартиры Рина решила завернуть в магазин еще раз, на это раз за табаком и бумагой, которые в итоге пришлось просто украсть, выгадав удачный момент, так как по заказанным ими документам девушкам было всего по семнадцать. На выходе Рина заодно прихватила самую светлую из возможных на то время красок. Ей надоела славянская коса и не терпелось вернуть свой обычный облик, даже если это была всего лишь стрижка или цвет волос. Пока Рина переругивалась с отражением в зеркале в заплесневелой ванной, а Ева раскладывала новые, как минимум для них, вещи, в распахнутое окно влетела сова. Она спокойно подлетела к девушке, выставив вперед лапку с привязанным к ней письмом. Ева сняла его и птица улетела, не ожидая ни ответа, ни угощения. - Рина? Сильно занята? - Пытаюсь совладать с этой солнечной копной, а что? - Пришел ответ из Хогвартса, - Ева развернула письмо, написанное зелеными чернилами. - И что там? - Ну, хорошая новость в том. что нас приняли и пересдавать экзамены не нужно. Рина обернулась с ножницами в руках. Брови нахмурились, предшествуя логичному вопросу. - А плохая? Ева ударила ладонью о лицо и нервно рассмеялась. - А плохая в том, что я только поняла, что мы собираемся учиться в школе для волшебников, не умея при этом колдовать. - Твою же мать, - лезвия соскользнули, обрезав явно выше, чем предполагалось. Рина оперлась руками на раковину. - Мы в заднице. - Огромной.