Was Sorta Hopin' That You'd Stay//Вроде как надеялся, что ты останешься

Нил уставился на Эндрю. Скучающее выражение лица треснуло по краям, когда блондин встал спиной к двери. — Почему ты не рассказал мне свою версию того, что произошло в колледже? Нил приподнял бровь. Кем, черт возьми, этот парень себя возомнил? Он прекрасно знал, чем занимался в колледже. Собирался ли он сейчас разыгрывать невинность перед Нилом? — Ты серьезно? — Нил заставил свой голос звучать как можно спокойнее, на что только он был способен, учитывая, что прошлой ночью он напился до полусмерти. — Совершенно серьезно. Выкладывай. — Слишком молод для такой плохой памяти. — Нил пробормотал это с единственной целью — досадить Эндрю. — Нил. — Пари, которое ты заключил с парнями перед нашей первой игрой, ты абсолютный мудак! Не припоминаешь? — лицо Нила вспыхнуло. — Даже на немного нет. — Господи, ты просто тормоз, не так ли? Эндрю провел рукой по лицу. Такой гребаный актер. Честно говоря, он бы получил Оскар за это дерьмо. — Просто объясни мне это по буквам. — Ты сказал им, что трахнешь меня к отъезду Лис, потому что я был в отчаянии и напрашивался на это, и что никто в этом мире не захочет прикоснуться ко мне из-за… из-за моих… Какого хрена ты заставляешь меня это говорить? — голос Нила немного дрогнул. Эндрю тупо уставился на него. — Я никогда не говорил такого. С Нилом было покончено. Он был так чертовски сыт по горло ложью Эндрю Миньярда. Все это было ошибкой. Он никогда не должен был быть таким слабым и не должен был позволять своему сердцу решать за него. Он никогда не должен был целовать Эндрю снова. Он хотел ударить себя за каждое «да». — Забавно. Я был лжецом большую часть своей жизни. Почему ты думаешь, что это гениально — лгать лжецу, Миньярд? Эндрю прищурил глаза. — Ты полный идиот. — Пошел вон из моей квартиры. И на этом все. Быстро, как будто срываешь повязку. Это было немного похоже на завершение, и это все, что нужно было Нилу.

🖤

Эндрю определенно мог бы двигаться дальше. Вообще никаких проблем. Эта была просто связь. Он делал это много раз раньше, и что с того, если это был Нил? Он ничем не отличался от того, что было у него раньше. Он продержался неделю, не видя снов о Ниле. Та ночь, когда это случилось, поразила его, как удар под дых. Это не был нежный, мягкий сон, как один из тех, когда Нил сладко стонал ему на ухо. Это было горячо, насыщенно и глубоко, и Эндрю проснулся весь в поту с мучительно тяжелым стояком в боксерах. Это был не первый раз, когда он хотел стереть свои воспоминания, но это не было выбором. Изображения не исчезнут. Они были яркими, и каждая деталь запечаталась в сознании Эндрю, как шрам. Сон крутился в его голове уже несколько дней. В воскресное утро Эндрю лежал на своей кровати и пялился в потолок, подумывая о холодном душе. Чертова сцена снова промелькнула у него перед глазами. Он обхватил пальцами свою эрекцию и закрыл глаза. Он совершенно ясно увидел лицо Нила из сна, в нескольких дюймах от своего собственного, когда Нил приподнялся на локтях над Эндрю. Игривая ухмылка, искорки в глазах и зубы, впивающиеся в нижнюю губу Эндрю. Эндрю был голый, совершенно голый, даже повязки были сняты. И Нил целовал каждый его дюйм, словно он не мог насытиться. Дыхание Эндрю стало тяжелее. Нил из сна выдохнул над его соском и прижался к нему губами, заставляя тело Эндрю из сна вздрогнуть от удовольствия. Реальный Эндрю застонал от этого видения и погладил себя сильнее. Нил из сна целовал его все ниже, ниже и ниже, а затем он лизнул широкую полосу вдоль члена Эндрю. Он поднял взгляд, этими чертовыми глазами, горящие желанием, и прошептал. — Все еще да, детка? И это было все. Оргазм Эндрю уничтожил видение. Он едва успел задрать рубашку, прежде чем сперма растеклась по его животу. Чертов Нил. Господи, как же сильно он ненавидел этого гребаного мудака. Проблема заключалась в том, что теперь, когда Эндрю попробовал Нила на вкус, он не мог перестать думать об этом. О нем. И хуже всего было то, что дело было не только в сексе. Это никогда не сводилось только к тому, чтобы прикоснуться к Нилу. Вся проблема была в том, как он реагировал на Эндрю. Все дело было в прерывистом дыхании и в том, как Нил прикусил губу, когда руки Эндрю были на нем, то, как он запускал пальцы в волосы Эндрю, будто собирался умереть, если отпустит, звуки, звуки, льющиеся из его рта, как мед. Речь шла о том, как Эндрю заставлял чувствовать, как Нил заставлял Эндрю чувствовать, когда рыжий разваливался в его руках. Итак, в жопу Нила. Пошел он за то, что так испортил Эндрю. Эндрю вытерпел ровно шесть дней после этого, держа все в себе, пока не сломался и написал Кевину серию тревожных сообщений. В субботу утром Кевин стоял на пороге с коробкой пончиков и огромной чашкой карамельного мокко. С дополнительной пеной. Что ж, ладно, несмотря на все недостатки, у Кевина были и свои достоинства. — Скажи только слово, и я убью его. Эндрю закатил глаза. — Не будь таким драматичным. Заходи.

🖤

Нил сидел в кресле Джереми, обнимая плюшевую утку, когда кто-то постучал в дверь. Нил даже не пошевелился. Он был в этом промежутке между разбитым и злым состоянием, и он был полностью истощен. Его голова была в полном беспорядке. Все, чего он хотел — это выспаться. Просто одна ночь. Вместо этого, каждый раз, когда он дремал, его чертово сознание прокручивало момент за моментом, момент за моментом с Эндрю в главной роли в каждом. Эндрю был лжецом. Чертовым лжецом! Брайан рассказал ему о пари, и в теле Нила не было ни единой клеточки, которая сомневалась в Брайане. Он не стал бы так лгать ему. Он верил Брайану. Эндрю Миньярд с другой стороны… ни черта подобного. Джереми бросил обеспокоенный взгляд на Нила и пошел открыть дверь. Кевин Дэй. Прекрасно. Кевин обхватил лицо Джереми, что-то прошептал ему в губы и поцеловал. Нил отвел взгляд. — Я не знал, что у тебя гости, детка, я могу пойти к Эндрю и вернуться завтра? Джереми втащил его внутрь и закрыл дверь. — Нет. Ты можешь присоединиться к нашей небольшой вечеринке жалости. У меня есть маргарита и, к сожалению, я пью ее в одиночестве. Нил шутливо оттолкнул его и крепче обнял утку. Кевин прошел дальше и плюхнулся в кресло, пока Джереми макал края стаканов в соль. Нил не смотрел на него, но он мог чувствовать пристальный взгляд Кевина на своем лице. — Что? — В какую игру ты играешь с Эндрю? Нил фыркнул. — Ох, отойди, сторожевой пес. Я не из тех, кто играет в игры. — Я понятия не имею, как ты заманил Джереми к себе в друзья. Лицо Нила вспыхнуло. — Слушай сюда, придурок… — Эй, эй, эй, остановитесь, двое. Что за херня? — Джереми поставил стакан и скрестил руки на груди. — Твой парень жалуется на чувства своего лучшего друга. — сказал Нил насмешливым голосом. — Нил. — Ты такое дерьмо, Джостен. — зарычал Кевин. — Кевин. — Сейчас не самое лучшее время, чтобы раздражать меня, Дэй. Я проткну ножом твою голову, клянусь. — Нил! — Джереми взвизгнул. Он придвинул стул и сел за кофейный стол, между Кевином и Нилом. — Моя квартира в Швейцарии, хорошо? Я люблю вас обоих, но если вы планируете быть ужасными друг для друга, я вышвырну вас вон, пока вы не повзрослеете. — Нет, ты так не сделаешь. — одновременно сказали Нил и Кевин. — Ах, так вот, это было восхитительно. — промурлыкал Джереми. Кевин практически расплавился в своем кресле. Нил закатил глаза. — Забавно. Ты из Швейцарии. Могу ли я продолжать быть несчастным и обнимать свою утку дальше? — Нил уткнулся лицом в плюш. Кевин приподнял бровь. — Хорошо, я в замешательстве. Джереми вздохнул. — Мы оба, любимый. Они идиоты, окей? — Он идиот. — пробормотал в утку Нил. — Хей! — Кевин бросил в него скомканной салфеткой. Джереми придвинулся к креслу Нила и втиснулся между рукой и спиной Нила. Нил положил голову на его плечо. — Нил, честно говоря, если ты будешь держать все в себе, то рано или поздно твоя голова взорвется. Наверное. Не хочешь ли ты рассказать мне, что произошло? Нил уставился на Кевина. — Не когда он здесь. Кевин вздохнул. — Я знаю, что произошло, Джостен. Мы с Эндрю друзья, помнишь? Нил закатил глаза. — Ох, и я на его стороне, для справки. Нил рассмеялся. — Я в шоке. Джереми обнял его одной рукой. — Нил. Нил зарычал в плюшевую утку. — Забавно. Помнишь, я сказал тебе, что в колледже что-то случилось, когда мы… В любом случае. Он заключил пари с какими-то ребятами из кампуса, что трахнет меня к их отъезду. Сказал, что я был в отчаянии или что-то типа того, и я бы сделал это, потому что никто больше не захочет меня со шрамами и всем этим. Кевин поперхнулся напитком. Джереми сделал резкий вздох. Кевин сделал глоток, как только перестал кашлять и прочистил горло. — Нихуя подобного, он бы так не сделал. — Ага, он сделал так. — Слушай, Эндрю никогда бы не… Нил вскинул голову. — Не говори мне, что он будет делать, а что нет! Я знаю, что он сделал это. Джереми закрыл лицо руками и зарычал. — Швейцааааария. Пожалуйста. — Я хочу пиццу, — пробормотал Нил и снова уткнулся головой в плющевую утку. — Так вот, это хорошая идея. — сказал Джереми. — С ананасом. — Ты все портишь. — На половину. Джереми встал и пошел искать телефон, оставляя Кевина уставиться на Нила так, словно никогда раньше его не видел. Эндрю соврал Кевину об этом? Кевин был так уверен, так убежден, что Эндрю Миньярд не способен на что-то подобное. Но Нил не видел никаких причин, отрицающих это. Он ничего не значил для Эндрю. Ни тогда, ни сейчас, ни когда-либо. Нил был просто игрушкой, с которой Эндрю нравилось играть. Поэтому да, он знал, что Эндрю Миньярд был способен на все, что Нил думал о нем, и даже на большее. Кевин был просто ослеплен этим тихим, задумчивым очарованием, как и все остальные.

🖤

Когда Кевин спросил, правда ли это пари, Эндрю был вне себя от злости. Как он посмел даже подумать… Он чуть не выгнал Кевина, когда он сказал это. Но потом Кевин сказал кое-что, что запало Эндрю в душу и не давало ему спать по ночам. Не то чтобы он много спал до этого. — Он думает, что правда сделал это, и я знаю, ты бы сказал это потому, что он тупой, но это другое, Эндрю. Он говорил это, словно… словно он слышал это от тебя. И если ты никогда не говорил такого, значит… Слушай, если я скажу тебе, что слышал, как кто-то говорил о тебе всякое дерьмо, смогут ли они когда-нибудь убедить тебя, что это не так? Тогда Эндрю приподнял бровь, и кусочки головоломки сошлись воедино. — О чем ты говоришь? Джереми? — Джереми бы никогда… — Ох, почему, потому что он такой звездно-полосато потрясающий? — Это не Джереми. — Джостен не доверяет никому другому, как… — Эндрю остановился. Потому что это была неправда. Он доверяет кое-кому еще. Эндрю слышал, как рыжий говорил о нем. Он видел его с этим парнем и знал. Сегодня Соколы вновь играли с Чикагскими Львами, и Эндрю не сводил глаз с Брайана Уолша. На корте, до начала игры, Эндрю подошел к Нилу, положил руку ему на плечо и наклонился ближе, чтобы сказать. — Устроим им ад. Глаза Нила расширились от удивления, но Эндрю лишь на мгновение взглянул ему в лицо, прежде чем перевел взгляд на Брайана Уолша, который стоял в тридцати футах от них. И, черт возьми, выражение его лица… Теперь это имеет смысл. И Эндрю знал, что Нил никогда не поверит ему, не тогда, когда один из двух людей, которым он доверял свою жизнь, убедил, что Эндрю был бездушным монстром. Маленькая часть его никогда не хотела, чтобы Нил узнал, что сделал Уолш. Но она совершенно крохотная, и Эндрю не был особенно известен тем, что вел честную игру. Каждая клеточка его тела хотела похоронить Уолша в лесу с призраками. Соколы выиграли. Эндрю сыграл всю игру назло только для того, чтобы довести счет до 10:0. Нахуй Брайана Уолша.

🖤

Было два часа ночи, и Нилу было скучно. Рождественский банкет был единственным, который понравился Нилу, а не просто терпимым. Он не праздновал Рождество на протяжении многих лет, и о всем, что хотя бы отдаленно напоминало украшения, не могло идти речи, пока они с матерью были в бегах. Именно поэтому богато украшенный зал для Рождественского банкета был для Нила похож на парк развлечений. Джереми танцевал с Кевином, и Нил ускользнул от толпы, чтобы посмотреть на украшения рождественской елки. Брайан ушел час назад, и Нил пожалел, что он так сделал. Ему не помешал бы друг, чтобы он не был тем странным третьим лишним с Кевином и Джереми. Он выпил раз за всю ночь, но что-то потеплело в его груди, и он обнаружил, что смотрит на мерцающие хрустальные украшения, как ребенок на кондитерскую. Свет был приглушен, атмосфера превратилась во что-то мягкое и слегка знойное, и все это так сильно напоминало Нилу ту ночь, когда он встретил Эндрю. Блять. Он нашел тихий угол в более темной части зала и прислонился к стене. Голос Эндрю едва не заставил его подпрыгнуть. — Прячешься? У Нила скрутило живот. — Тебе какое дело? Эндрю подошел ближе. Он пах сигаретами и виски. — Допустим, мне есть дело. — Отвали, Эндрю. Эндрю полностью проигнорировал горечь в голосе Нила и шагнул ближе. Как по сигналу снова заиграла эта гребаная песня. Нил ненавидел ее. Чертовски сильно ненавидел. Эндрю наклонился и прошептал ему в волосы. — Хочешь потанцевать? Нил судорожно сглотнул. — Нет. Эндрю рассмеялся. Это было низко, тихо и мягко, и от этого у Нила по спине пробежала дрожь. Эндрю шагнул в пространство Нила и прижал руку к стене позади него, в дюйме от головы Нила. — Даже под эту песню? — Что ты делаешь? — Пытаюсь украсть у тебя танец. Это плохо? Нил снова хотел сказать «нет». Он хотел сказать Эндрю, чтобы он отвалил, чтобы никогда не говорил с ним снова, никогда не смотрел на него снова. Вместо этого он схватил Эндрю за руку и положил ее на свое плечо. — Только на этот раз. — прошептал Нил. — Только на этот раз. С такого близкого расстояния запах виски стал еще сильнее. Эндрю определенно был пьян. Но в данный момент Нила это не волновало. Эндрю положил одну руку ему на талию и мягко покачивал его в такт медленному ритму. Другая его рука скользнула вверх по плечу Нила и зарылась в кудрях. Эндрю играл с волосами Нила, его пальцы легки, как перышко, на затылке. У Нила кружилась голова. Удушающее желание, которое горело в его груди каждый раз, когда Эндрю был так близко к нему, теперь забралось ему под кожу. Дыхание Эндрю коснулось шеи Нила. Его рука на талии Нила держала крепче. — Я все еще ненавижу тебя. Наверное. — прошептал Эндрю и поцеловал в шею. Голос Нила сорвался. — Ндрю… Что ты делаешь? Мы не… Мы… — Я знаю. Ты ненавидишь меня. Я ненавижу тебя. Вытаскиваю тебя из своей головы. Помнишь план. При этом вспышка боли пронзила грудь Нила насквозь. Он оттолкнул Эндрю. — Нет. Отвали, Эндрю! Просто… не трогай меня. Ты не будешь играть со мной вот так. Не снова. И с этим он бросился к задней двери. Он больше не мог смотреть Эндрю в лицо хоть еще одну гребаную секунду. Неужели он думает, что Нил — чертова игрушка? Он просто хочет его… черт возьми, что? Доказать, что он мог бы заполучить его? Что ж, он, блять, мог бы, мудак должен гордиться собой сейчас и оставить его в покое, черт возьми, в покое. Через минуту после Нила Эндрю захлопнул дверь и встал перед ним с непроницательным лицом. — Иисус! Какого хрена ты от меня хочешь? — теперь Нил кричал. — Я хочу поговорить. — Да? Поговори со мной, когда протрезвеешь. Эндрю фыркнул. — Я умею держать себя в руках в отличии от… некоторых людей. — Я не могу. Я не могу так сделать. Просто скажи то, что хочешь сказать, и оставь меня в покое. Эндрю подошел к Нилу так невозможно близко, что ему захотелось раствориться в его тепле. — Хорошо, это то, что я хочу сказать. — Эндрю подпер подбородок. — Мне нужно, чтобы ты знал, я никогда никому не говорил таких вещей о тебе. Я никогда ни с кем не заключал пари. Я поцеловал тебя, потому что хотел. Потому что ты проник мне под кожу. Потому что я никогда не встречал никого похожего на тебя. Я знаю, у тебя нет причин верить в это, но вот в чем дело, Нил… — Эндрю облизнул губы. — Уолш солгал. Нил почувствовал, как у него в животе закипает гнев. Он захватил его бурей, поднимаясь к груди, захватывая все его тело, наполняя его жаром. Он оттолкнул руку Эндрю от своего лица. — Ты жалок. — прошипел Нил. — Подумай об этом. — Мне не о чем думать. Это низко даже для тебя. Нил проскользнул обратно в зал, и ушел прежде, чем позволил Эндрю Миньярду втянуть его в очередную из его злых игр.