Я заберу твою семью (роман)

Что, что, а быть в центре внимания Рита всегда любила. Вот и сейчас она с обворожительной улыбкой восседала в центре праздничного стола на месте Лены. Оно как раз до этого пустовало, ведь Лене то и дело приходилось бегать на кухню за угощением, относить грязные тарелки, приносить торт, ставить чай… Яркая, интересная, умеющая подать себя и увлекательно рассказывать, Рита сразу же стала объектом восхищения не только собственных племянников, но и подружек именинницы. Девчонки с жадностью слушали рассказ Риты о её жизни за границей. Особенно заинтересовалась её рассказом о США Лида, которая давно мечтала пройти стажировку в англоязычной стране. - Девочки! Честно! Я до последнего думала, что привыкну, но, увы, нет! Жизнь в США – это всё-таки не моё! – эмоционально воскликнула Рита, театрально всплеснув руками. - За десять лет я так конца адаптироваться! Одно радует – с бывшим мужем расстались друзьями. - Тётя Рита, у тебя такая интересная жизнь! – восторг Ксюши был неподдельным. - Как же я вам завидую! – тут же подключилась к разговору Лида. - Жить заграницей, подальше от этой серой обыденности и нищеты – моя мечта! Я даже подала документы на стажировку. – И, обреченно вздохнув, добавила. - Но вряд ли выиграю. Слишком много желающих. - Девочки! Поверьте! Где бы мы ни были, а дома лучше! – звонкий голосок Риты звучал настолько искренне, что ей хотелось верить. Всё это время Зинаида Петровна, сидящая возле младшей дочери, не сводила с неё глаз, полных восторга и слёз умиления. Незаметно от остальных, мать держала Риту за краешек её одежды, словно боясь, что та окажется сном или миражом, и сразу же исчезнет, как только она отпустит руку. - Правильно говоришь, доченька! – поспешно поддержала Риту Зинаида Петровна, у которой на данный момент была в сердце лишь одна мечта – чтобы её младший ребёнок больше не исчезал так надолго из её жизни. Не требовалось иметь ни особо острого зрения, ни повышенной наблюдательности, чтобы сразу понять: младшую дочь Зинаида Петровна явно любила больше, чем старшую. Если к Лене мать относилась довольно обывательски, порой, как к служанке, которая всем «должна и обязана», то младшую боялась даже побеспокоить лишним словом или жестом. И это было странно. Рита спохватывается. - Ой, что же я сижу?! Я же не с пустыми руками приехала! Николай, можешь принести мой чемодан? Глупо улыбающийся Николай, который, под стать гостям, тоже смотрел на «Риточку», как зомбированный идиот, тут же подскочил со стула, бросился выполнять поручение. - Сейчас! В отличие от просьб Лены, полу-просьбы – полу-приказы Риты ему почему-то не доставляли проблем. Скорее наоборот – удовольствие. Ему приятно было быть полезным гостем, выглядеть в её глазах «настоящим мужиком». - Много привезти, правда, не смогла… Чтобы перевеса не было, но всё же… - тем временем оправдывалась гостья. И вот уже чемодан был раскрыт. Первым делом Рита, словно Снегурочка, начала раздавать сладкие подарки. И хоть шоколад не тянул на аутентичный американский, никто из собравшихся, кроме Лены, не обратил на это внимание. - Это на стол! Девочки, угощайтесь! - Спасибо! Разбирая шоколад, девчонки перешептывались. - Ксюх, ты не говорила, что у тебя такая крутая тётя?! Сама именинница довольно улыбалась. Приезд тёти Риты стал для неё настоящим подарком. Она много слышала о ней от бабушки. И всегда только хорошее. Много лет назад, когда Ксюша была ещё совсем маленькой, тётя Рита какое-то время жила с ними. Но, как ни странно, девушка её почти не помнила. Хотя это было несколько странно, потому что бабушка утверждала, что тётя Рита всегда очень любила своих племянников и много ими занималась раньше. - Мамочка, это тебе! – в руках растроганной Зинаиды Петровны оказались золотые серёжки. - Ой, доченька! Зачем же так тратиться было?! – женщина не выдержала, расплакалась от умиления и благодарности, порывисто обнимая младшую дочь. В глазах Риты, казалось, тоже стояли неподдельные слёзы счастья. - Мамочка, ты достойна всего самого лучшего! Быстро взяв себя в руки, смахнув невидимую слезу, Рита продолжила раздавать подарки. Протянула новенький планшет восторженному Степану. - Это моему любимому племяннику. Можешь смотреть фильмы, читать книги… - Тётя Рита, спасибо! Мальчишка должен был признать: всё же хорошо иметь такую крутую тётю! Жаль она раньше к ним не приезжала! Что до самой именинницы, то ей торжественно был вручен крутой мобильный телефон. Ксюша не могла поверить своим глазам! Родители бы ни за что ей такой никогда не купили! У них просто не было таких денег! - А это любимой племяннице! - С ума сойти! Спасибо! Мне мама с папой тоже телефон подарили, но он даже близко не так крут, как этот! - Нам за тётей Ритой не угнаться! – по-доброму, с уважением усмехнулся Николай. – Если наш подарок не пригодится, вон, Стёпке отдай. А то наладом дышит… Ты где, кстати, трещину на стекле поставить успел? - Да так… - уклончиво отозвался мальчишка, всем видом показывая, что он занят изучением новенького планшета. - Зять, я и про тебя не забыла! Часы. Швейцария! Николай поспешно забрал подарок. Обалдеть! Мужики обзавидуются! Маргарита, ты знаешь, как угодить мужчине! – и тут же обернулся к напряженной Лене, которая всё ещё стояла в дверях, напряженно наблюдая за происходящим. - Жена, смотри и учись! Довольный Николай тут же примерил часы. - Дорогие, наверное? - На семье не экономят! – уклончиво с гордостью ответила Рита, протянув бархатную коробочку Лене. - Сестрёнка! А это твой подарок. Золотой браслет! Уверена, тебе понравится! Стильный… Ты бы себе такой сама не выбрала… - с лица Риты не исчезала самодовольная улыбка. Однако Елена не спешила брать подарок. - Деньги откуда? – её тихий голос заставил искусственно улыбающуюся Риту замереть. Она никак не ожидала, что старшая сестра рискнет пойти с ней на открытый конфликт сразу, да ещё при гостях. Бросив на Лену, обиженно-укоризненный взгляд, Рита попыталась вывернуть ситуацию в свою пользу. Превратить всё в шутку. - Сестричка, неужели тебе так сложно хоть раз просто сказать мне спасибо? Но Лене явно было не до шуток. И хоть для всех присутствующие лёгкая жизнерадостная Рита была сродни феи-крестной, лишь старшая сестра знала её истинную суть, которая совсем её не радовала. Молча вернув подарок Рите, проигнорировав возмущенные взгляды матери и мужа, Лена вышла из комнаты. Стёпа и Ксюша растерянно переглянулись. - Что это с мамой? Рита поспешно улыбнулась в ответ, старается хоть как-то выправить ситуацию. - Всё в порядке! Не обращайте внимания. Перенервничала, наверное. Я разберусь… Со всё той же неизменной улыбкой на лице Риточка поспешила на кухню к сестре. *** Мрачная Лена стояла у окна, наблюдая, как на её глазах над городом сгущаются тучи. А ведь день с утра обещал быть ясным… - Зачем ты портишь дочке День рождение? Окей! Меня ты не любишь! Но на фига так откровенно демонстрировать свою неприязнь?! – в голосе возникшей за её спиной Риты звучало неприкрытое раздражение. Лена обернулась, в упор посмотрела на Риту. Она всегда поражалась циничности и наглости своей младшей сестры. - Повторяю вопрос: где ты взяла деньги? – Лена продолжала стоять на своём. И тут же язвительно уточнила. - И не заливай про мужа-американца. Если забыла – напомню: это я тебе все эти десять лет передачи на зону возила. Упоминание о зоне настроение Риты резко пошло убыль. Ей нравилось играть роль американке, которая преуспела в жизни. И совсем не нравилось быть той, кем она являлась на самом деле. Впрочем, в её запасе была ещё и третья роль, которая почти всегда удавалась ей «на ура» - роль бедной-несчастной жертвы. - А ты не подумала о том, что у меня были сбережения? На кого мне их ещё тратить, если не на свою семью! Сестренка, ты никогда не задумывалась о том, что у меня кроме вас никого не осталось? – в голосе Риты звучала боль, обида, слёзы. Гордая и обиженная, она развернулась и ушла с кухни, прежде чем Лена успела ей ответить. Для продуманной Риты было важно, чтобы последнее слово в данной «драматическое» сцене было за ней. Чтобы именно ей досталось амплуа «жертвы», в то время как Лена должна была почувствовать себя «злодейкой». Единственное, чего не учитывала Риточка – старшая сестра слишком хорошо знала её. И слишком часто обжигалась на всех её «ролях».