Связанные небом

      Образ Сяо Синчэня подобен Небожителю. Глядя на это светлое, невинное создание в душе расцветают самые прекрасные чувства. Такой безобидный и априори беззащитный, а ещё и эта повязка прикрывающая веки, за которыми скрываются пустые глазницы.       Разве можно подумать про даочжана что-то плохое? Ну, к примеру, что он тиран и деспот? Что он способен взять в руки древесный дубчик и отхлестать им человека по первое число? Или что он способен кого-то держать в страхе?       Внешность обманчива! Не стоит всякий раз вестись на милое личико, можно с лёгкостью нарваться на неприятности, пригрев подле себя милого ангелочка. Именно этим Сяо Синчэнь и схож со своим супругом. Сюэ Ян способен мастерски обвести вокруг пальца без зазрения совести совершенно любого, за исключением мужа. – Господин Цзин, как прошла ваша прогулка по родным пенатам? – заметив возвращение главы Ордена домой, Сяо Синчэнь тут же поспешил его встретить. – Всё хорошо, господин Сяо, – Цзинь Гуанъяо ответил Синчэню поклоном, пусть даже тот этого не видел, всё равно, со своим добрым другом этот человек всегда был вежливым и почтительным. – Как раз в городе я повстречал вашего супруга.       Из-за угла, боязливо оглядываясь по сторонам, показался Сюэ Ян. Прятаться всё равно бесполезно, да, муж его не увидит, но чует за версту, так что тут даже без вариантов. Не скроешься, как бы не пытался! – Я … зефир покупал… Просто гулял по улице… Вот! – на трясущейся ладони Чэнмэй протянул даочжану деньги. – Это сдача с того, что ты выделил мне сегодня на карманные расходы. – Можешь оставить себе, – с улыбкой произнёс Сяо Синчэнь. – Но на этой неделе больше у меня на лахардики денег не спрашивай.       Эх, как же сейчас Сюэ Яну хотелось проткнуть Синчэня мечом, как же хотелось! Аж руки начали зудеть от желания. Или просто ему лицо набить. Но нельзя, столь резкие поступки чреваты последствиями. Велик риск самому остаться калекой. У даочжана Сяо слишком суровые методы дрессировки и воспитания. – Господин Цзинь, – слепой заклинатель растерял всякий интерес к супругу и вновь устремил всё своё внимание на главу Ордена. – Тут к Вам гость пожаловал из Гусу, ждёт Вашего возвращения. Ему уже по третьему кругу чай заваривают, заждался ведь.       Глаза Мэн Яо тут же блеснули интересом. Из ордена Гусу Лань к нему наведаться мог только один человек, появление которого в Башне Золотого Карпа было для Цзинь Гуанъяо настоящим праздником.       Он не стал слушать лишних слов, на всех парах помчался в зал приёмов, где предположительно мог находиться столь желанный гость. Заклинатель не ошибся. Распахнув массивные двери, Цзинь Гуанъяо сразу же столкнулся лицом к лицу с Лань Сичэнем, более того, он чуть не пришиб Цзэу-цзюня этими дверями.       При виде любимого человека, Сичэнь не смог совладать с собой. Он не сдержал порыва и сжал в крепких объятиях этого маленького, с виду хрупкого человечка. От искушения прикоснуться к телу возлюбленного не сумел устоять и Цзинь Гуанъяо. Слишком уж долгой и невыносимой была разлука для двух влюблённых сердец. – Мой… – радостно протянул Гуанъяо, чуть отстранившись от своего ненаглядного и заглядывая ему в глаза. – Прилетел ко мне… – Прилетел, – таким же счастливым выглядел и Лань Сичэнь. – К тебе.       И снова они не смоги взять под контроль эмоции. Вроде Сичэнь по делу прибыл и ему бы поговорить, но эти двое прильнули к губам друг друга, позабыв обо всём на свете, завлекая в неистовый поцелуй, от которого дрожат коленки и сердце колотится о грудную клетку, желая вырваться наружу и попасть в руки к любимому человеку. – Ай-я, А-Яо, не сейчас, – Лань Сичэнь спохватился и вновь обрёл способность мыслить здраво, только когда ощутил, что тонкие, ловкие пальцы пытаются забраться к нему под одежду. К великому сожалению, это безобразие пришлось приостановить. – Но почему?       Мэн Яо ещё молод и горяч. У него в голове не укладывается, как можно отказать любимому человеку, по которому истосковался, в физической близости. Душа же требует, да и тело тоже! Второе, кстати, даже очень хорошо заметно, если опустить взгляд чуть ниже пояса. – Я не отказываюсь, – тут же спохватился Сичэнь, увидев, как возлюбленного опечалил его отказ. – Позже, хорошо?       У Цзинь Гуанъяо было такое выражение лица, будто он только что проиграл Сичэню корову, не иначе. Но всё же настаивать он не стал, раз любимый его попросил, тем более, его же не просто так послали куда подальше, а как-никак пообещали…       Тут Цзинь Гуанъяо спохватился. – Что-то случилось? – Случилось, – лицо Сичэня вмиг осунулось и глаза стали грустными. – Мне нужна твоя помощь, точнее совет. – Всё, что угодно для тебя… Посильное и нет…       Сичэня тронули слова любимого, хотя он и так знал, что этот человек ради него пойдёт на всё. – Мы могли бы поговорить? – Мэн Яо кивнул. – Только можем ли мы уйти из дворца? Не хочу, чтобы кто-то нас услышал. Я пока тебя ждал, тут ко мне уже какой-то странный паренёк в дамских одеяниях и с макияжем призрака-висельника приставал. Звал прогуляться с ним до скотного двора, какая-то там новая курица в курятнике появилась. Руки даже пытался распускать, а потом увидел что-то блестящее и убежал. – Мо Сюаньюй! – прорычал Цзинь Гуанъяо сквозь зубы. – Я же просил не выпускать этого ненормального из его лачуги!... Стоп!!! То есть, как руки распускал? Он трогал твои дыньки? – Так, не нервничай! – теперь Сичэню пришлось успокаивать ревнивого возлюбленного. – Всё равно мои дыньки соспели только для тебя. Заговаривая Гуанъяо зубы, Лань Сичэнь таки сумел его вывести во двор, а там и вовсе увёл куда-то в лесную чащу под внимательным взглядом Чэнмэя, который чистил картофель к ужину, который поручил ему приготовить Сяо Синчэнь. – Дома им, как будто не интересно. Экстрима захотелось, – фыркнул Сюэ Ян себе под нос. – И какой прикол от сношений в лесу? Жопу обколол, да муравьёв понаползло куда не надо, потом чешись неделю, а ведь есть ещё и дикие звери… – И что мы тут возникаем? – вдруг послышалось за его спиной. Сюэ Ян от неожиданности чуть ещё одного пальца не лишился. Нельзя же так внезапно подкрадываться к человеку. – Да я молчал! – Так молчи тише! – сказал, как отрезал Сяо Синчэнь прибывший проверить данное им задание. – И, кстати, в прогулке в лес держась за ручки нет ничего плохого. Я бы и сам не против… Чэнмэй, понимая, к чему клонит супруг, нервно сглотнул. Заниматься с даочжаном любовью Сюэ Ян, мягко говоря, не горел никаким желанием, потому что каждый раз, стоило ему только приступить к исполнению супружеского долга, дело заканчивалось травмой. И, к слову, далеко не обязательно страдали половые органы, если кто-то вдруг подумал об этом. Было дело, один раз Сюэ Яну даже чуть позвоночник не сломали. А всё потому, что образ Сяо Синчэня подобен Небожителю. Глядя на это светлое, невинное создание в душе расцветают самые прекрасные чувства. Такой безобидный и априори беззащитный, а ещё и эта повязка прикрывающая веки, за которыми скрываются пустые глазницы. Разве можно подумать про даочжана что-то плохое? Ну, к примеру, что он тиран и деспот? Что он способен взять в руки древесный дубчик и отхлестать им человека по первое число? Или что он способен кого-то держать в страхе? А всё потому, что внешность обманчива, ой как обманчива.       Вот, к примеру, заниматься любовью, когда ты лежишь на полу, а твой партнёр сидит привязанный к стулу, да ещё и с высунутой в окно ногой для даочжана Сяо нормальное явление.       И после такого у кого-нибудь ещё остались вопросы, почему же Сюэ Яну не нравится секс с мужем? – Сяо Синчэнь, смилуйся, прошу тебя! Не факт, что я выживу после очередного твоего всплеска гормонов, а оно тебе надо? Неужели ты готов взять грех на душу? – взмолился Сюэ Ян, надеясь вызвать у супруга чувство жалости.       Но Сяо Синчэнь лишь усмехнулся. – На тебя грех подобного рода не распространяется, так что заканчивай с картошкой и пойдём, прогуляемся.       Не знавший до селе ни одной молитвы Сюэ Ян стал судорожно молиться всем Небожителям в надежде, что те его услышат.       Так продолжалось из раза в раз и заканчивалось всё время одинаково. То переломами, то вывихами, про ушибы и ссадины вообще упоминать не стоит, о них можно долго рассказывать.