Последний билет в счастливую жизнь

Томное выражение лица Рана стало волнующимся, наверняка его тоже терзает происходящее. Он резко приблизился ко мне, от чего я инстинктивно зажмурилась. Поцелует? Или ещё… что-нибудь…? Я не стесняюсь того, что прямо сейчас пылаю, и всё из-за безумного предвкушения! Но всё идёт не так, как в моей голове уже построилось. Он так и застыл на месте… минута молчания. На мой нос капнуло что-то тёплое. — Что… — приоткрываю глаза, и пред взором моим предстаёт лицо, всё ещё смущённое, не ставшее менее горячим от скатывающихся по нему слёз, — …такое? Голос звучит очень неловко; пытаюсь исправить ситуацию, укладывая ладони на мокрые щеки Рана. Он приходит в себя, тут же дёргается назад, словно своими прикосновениями я его ужалила. Эй. Обидно! Сам же только что нежился ко мне, а сейчас отвергает. — Что-то не так? — Забудь, ничего, — вздыхает, отклоняется. — Это просто ошибка, прости. С каждым его словом температура в комнате падает. Почему мне больно от такой чуши? И должна ли я чувствовать себя столь разочарованно? Хотя и правда… кто я такая, чтобы требовать большего…                                                 

***

Харучие сидит на полу, ноги и руки его уставшие, повсюду битое стекло — разбушевался в поиске дозы. Мысли неспокойные, сердце щемит, внутренности жжёт, воздуха не хватает категорически. Терпение подходит к концу. «Дом пустует. Какой день я живу один, без неё? Дня два, три? Ощущение, что прошла вечность, не менее. Паршивое чувство одиночества. Даже когда мы не разговаривали с Владой, одно только её присутствие в квартире меня дополняло и… успокаивало. Не думал, что есть что-то хуже блядской ломки. Дело ведь даже не в схожести её с Юи. Безусловно, та — моя первая любовь детства, но в верности я ей не клялся. И опять мне мешает Ран. Слишком поздно осознавать свои ошибки… Примет ли Влада меня? Стоит ли раскрыть ей душу? Может, поймет… полюбит. Я должен хотя бы попытаться извиниться. А если не получится, то я…» Терпение подходит к концу. Парень встаёт, выпрямляется; просеивает сквозь пальцы мягкие волосы. — Пора бы навестить своего «старшего братика», — сиплый голос тешит собственную оболочку зла. Тяжёлый взгляд, туманные, крайне опасные думы; на кончике языка таится привкус металла. За пазухой розоволосый прячет оружие.