Башня и Ментоловый дым

Один шаг. Второй. Малфой бежал по ступенькам Астрономической Башни, ведь знал, что она будет там. Несомненно. За последние несколько лет они успели хорошо выучить друг друга, но эта привычка сложилась ещё во время учёбы. Гермиона шла туда, когда хотела побыть с Малфоем. Либо поплакать. И сейчас тот случай, когда он искренне надеется, что до второго не дойдёт, потому что он тут явно не причём. — Драко, я сама прекрасно понимаю, что ты ничего не сделал. Она сидела в углу, в том самом, где они находились большую часть времени, проведенного здесь. В том, где спустя несколько недель их работы в Хогвартсе появились выгравированные на камне признания. Им пришлось остаться в Британии, и девушка сначала планировала карьеру в Министерстве Магии, но МакГонагалл предложила Малфою место профессора Зельеварения, ведь Слизнорт собирался покинуть Хогвартс. Драко согласился, потому что прекрасно понимал, что в государственных органах его не то чтобы очень ждут. А Гермиона не захотела оставлять его здесь, она хотела быть рядом. Минерва предлагала ей вести лекции по Истории магии, но Бинс никак не соглашался покинуть свой пост. Тогда она устроилась вторым профессором Зельеварения, ведь девушка разбиралась в зельях и отварах ничуть не хуже, чем её супруг. — Тогда зачем это всё? — Драко подошёл ближе, обнимая Гермиону и перекидывая упавшие на лицо локоны назад. — Разве не проще просто не обращать на них внимание? — Я правда не могу. Я так устала, ты себе не представляешь, — она громко выдохнула, — как ты ведешь столько практических занятий с первым курсом, я не понимаю. Она искала что-то в карманах своей профессорской мантии, но не нашла. Оставалось надеяться на Малфоя. — Секунду, дорогая, — как только она попросила, он достал портсигар, подаренный женой на четырнадцатое февраля в этом году. Это была их маленькая традиция, которая ни разу не нарушилась за эти годы. — Спасибо, Малфой, — произнесла она, когда Драко протянул ей сигарету. — Не за что, Малфой, — Гермиона усмехнулась, ведь Драко не так часто называл её своей фамилией. В личном общении она так и осталась той Грейнджер, поэтому именно из уст мужа, а не студентов, эта фамилия по отношению к себе звучала непривычно. Легкая хватка на палочке, лениво выведенная руна поджигающих чар, тихий шёпот «Инсендио», глубокая затяжка. И вот маленькая комнатка уже впитывает в себя очередную порцию дыма, количество которых, кажется, превысило несколько сотен тысяч за всё время, что они здесь провели. — Теперь легче, — она снова затянулась, поворачиваясь к Драко, чтобы выдохнуть дым ему в рот. Он подался вперёд, целуя мягко, неторопливо. Зная, что времени ещё много, что самостоятельные проверены, что сейчас только полвторого. — Возьми отпуск, я заменю тебя пару недель, всё равно заниматься больше нечем, а ты ещё и декан Гриффиндора, отдохни от зелий, — он посмотрел ей в глаза, выделяя последнюю фразу. — Я подумаю над этим, — Драко даже не удивился, когда Гермиона по привычке всё никак не желает соглашаться на длительные выходные. Но ей придётся, ведь это действительно слишком много обязанностей. Настолько, что до слез могут довести шестикурсницы, уж слишком мило общающиеся с ним, и между собой, когда занятие ведёт Грейнджер. Точнее Малфой, да, профессор Гермиона Малфой. Девушка снова выдохнула морозный дым прямо Драко в губы, в этот раз уже настойчиво целуя первой. Она понимала, что Малфою самому не нравится это внимание со стороны студенток, но действительно устала от работы. Ей определённо нужен отдых, может даже пригласит сюда Джинни с Пэнси на несколько дней. Гермиона обязательно найдёт чем заняться, те же документы и собрания в деканате. Но сейчас, перебирая пальцами платиновые волосы и чувствуя на языке ментол, ей совершенно не хотелось думать о работе. Малфой отвечал на поцелуи, не перехватывая инициативу. Через минуту девушка сама отстранилась, но лишь на несколько секунд, чтобы вновь наполнить лёгкие дымом. И Драко безумно нравилось это всё. Он любил эту Башню, любил Гермиону, любил сигареты, любил апрельские дождливые ночи. На занятиях со старшими курсами он периодически убеждался, что именно так пахнет его Амортенция. Свежесть ночного ветра, прохлада ментола и сладость персика, которую он отрицал на первой их запланированной встрече здесь. Но теперь Драко знал, что её волосы приторно пахнут духами. Он вдыхал этот аромат, пока комнату на вершине Астрономической Башни заполнял выдыхаемый Грейнджер ментоловый дым.