Sinful Citadel

Разговор с отцом ни к чему не приводит. Он лишь раза за разом повторяет о том, что мне стоит все бросить. Ведь он не хочет, что бы его девочка пострадала ещё сильнее. А я не хочу этого слышать, ведь это моя жизнь. Это моя семья. Моя собственная. Выхожу на больничный балкон и беру сигарету. Прокручиваю у себя в голове то, как бессовестно заперли меня тут, с барского плеча Темптона и Морни. Поэтому мне приходится околачиваться по просторным коридорам, уже как четвертый день. Парни рассказали, что как только они выволокли Фенцио подальше от меня, так сразу сделали ему маленький подарочек. Его лишили не только пальцев, за его маленькую шалость, но и глаза. Парни сделали все верно, ведь нам нужно поддерживать свой статус. Поэтому нам приходится быть через чур грубыми со всеми. Что касается меня. Мне стало спокойнее спать. Теперь я долго не ворочаюсь на мятых простынях, а сразу засыпаю. И сплю я сладко. Не знаю что на меня так подействовало, то ли то что меня пререзали недавно, кстати совсем неудачно. То ли то того, что я помню, как руки Уокер перебирали мои волосы, когда я была в отключке. Во всяком случае, мои друзья довольны тем, что мне стало легче дышать с ее приходом. Да, безусловно их семья, даёт не хилый такой толчок нашей, что бы мы двигались дальше. Хоть половина этой недели прошла, слишком мягко и нудно, ведь я не участвовала в делах, я была спокойна. Мне передали новость о том, что Морни восхищён нашей битвой. А это не плохой знак. Меня радует то, что я наконец вернула вкус своей жизни. Меня радует то что я наконец чувствую лёгкую эйфорию, как в начале своего пути. Чувствую себя важной. Сейчас это главное для меня. Вспоминаю про свою сигарету, которую так и не подкурила. Достаю зажигалку, и смотрю на табак, который начинает безвозвратно тлеть. Примерно такой же я была две недели назад. Каждый день меня навещают Люци и Ади. Они смеются надо мной из-за больничной робы. Смеются над историями связанными с докторами. А я смеюсь и удивляюсь. Когда слышу их рассказы о том, как они кадрят людей соседнего клана. Я рада, что не только я нашла в них свое успокоение, но и они. Признаться честно, я давно не видела их такими как сейчас. Светящимися изнутри как будто бы. Люцифер рассказывает о ночных и, до позыва рвотного рефлекса, романтичных, ночных прогулок Ади и Сэми. А Андре же наоборот, рассказывает о том как Люций безуспешно пытается завладеть другим консильери. Ости оказалась не из робкого десятка, и теперь красавцу Морни приходится и самому страдать из-за этой чертовки. — Боже, Мими, ты бы видела какую пощечину схлопотал этот парниша, — он притягивает друга к себе, и треплет его волосы, а я довольная сижу и улыбаюсь. — Честно говорю, я уже думал прийдётся ему покупать шоколад, что бы он не расстраивался. — Хей, всё что он говорит, сплошная ложь. — брюнет показательно зачёсывает волосы назад. — Да ну? — Ади хитро щурится, — во всяком случае, мой кошелек не пострадал! — они оба смеются, а я и вправду рада за них. Ведь видеть их такими счастливыми и для меня наслождение. Выпускаю из своего рта густой дым и цепляюсь за поручень, вдыхая чистый воздух. Я слишком очерствела за последние два года, и теперь мне кажется всё до боли новым и приятным. — Пять часов утра, а ты уже с сигаретой в руках. Оборачиваюсь, ведь слышу знакомый и ядовитый голос. Она стоит опершись плечом о дверной косяк. Я рассматриваю её, всё время с нашего с ней знакомства, я занимаюсь только этим. Ведь мой интерес всё никак не уходит. Светлая кожа, практически прозрачные, голубые глаза и волосы, что еле достают её плеч. Мы не виделись с ней с перестрелки в доках, и сейчас я не упускаю ни единого момента, что бы налюбоваться ей. Я не боюсь показать свой интерес к её персоне, и делаю это. — Мне кажется тебе нужно проверить голову, Мортем. — она выплёвывает это как раз в тот момент, когда я думаю о ней, и именно поэтому я не готова. — Зависла и молчит. М-да. Я закатываю глаза и цокаю языком. А она бессовестно проходит в мою палату, усаживаясь в кресло и закидывая ноги на стол. Она все чаще начинает напоминать мне Люцифера. Но я отбрасываю эти мысли и заваливают на кровать. Довольная её внимание, продолжаю эксперемент, ведь она неотрывно следит за каждым мои движением. — И что ты тут забыла, Уокер? Выдаю максимально грубо, что бы не подавать вида, что и я тоже заинтересована. А она на это лишь фыркает. Да, в этот раз мне попалась противная девчонка. — Мои советники заставили меня сюда явится. Сказали, что я должна быть дружелюбной. Она говорит это с каким-то отвращением. Ну что ж, милая, игра началась и ты точно проиграешь в ней. — Могла сделать вид, что навестила меня и всё. Мне и одной замечательно. — я достаю книгу, и начинаю искать нужную мне страницу. — А так, приходится выслушивать твои нотации по поводу моих сигарет. Вижу, что Уокер неприклонна. Она даже не слушает меня, а что-то ищет в своём телефоне. Ладно. — Как твоя рана? Вдруг выдаёт она, замечая что я притихла. Поднимаю свой взгляд и вижу беспокойство в её глазах. — Поживает не плохо. Швы не расходились. — Это радует. Мы опять замолкаем, и каждая из нас ждёт очереди следующий, что бы продолжить разговор. Я ждала десять минут, потом двадцать. Но она все продолжала пялится в свой телефон. — У вас было собрание? — не ожидано, даже для самой себя, выдаю я. — Да, — пожимает плечами, — Дон Морни предложил мне объединится против вас. Предложил договор о поддержке. — И что же вы ответили, Дон Уокер? Я удивляюсь тому на сколько быстро мы перескакивает с общения на Ты, к общению на Вы. — Я сказала, что подумаю. Хочу заполучить это предложение от вас, Дон. Я киваю, но мне все равно нужно нагло закинуть. — Я буду ждать того момента, когда ваша семья будет умолять нашу, заключить договор. Она сжимает челюсти, но выдаёт совершенно отречённо. Я понимаю что моя попытка вывести ее на эмоции, оказалась провальной. — У меня есть второй вариант, тот где удача сама идёт мне в руки. Я усмехаюсь. — Вы будете заключать договор с Ребеккой? — она ничего не отвечает, а я её дожимаю, ведь имею в руках рычаг давления, — Она ваша мать, я это понимаю, но она ведь вас бросила. Я думала в вас есть хоть капля гордости. Она срывает с места, подлетев ко мне и схватив за шею. Нет, она не делает мне больно, она просто немного надавливает, для пущего эффекта. — Закрой свой рот по этому поводу, никто не должен знать. Рявкает на меня, и я понимаю что она всё-таки на что-то способна. Мы дышим практически в самые губы друг другу. Мне нужно совсем ещё чуть-чуть. — То что тогда? Нагло улыбаюсь, а она понимает что это игра. Закусывает свою губу, проходясь по её контуру языком. Она надавливает на моё горло сильнее. Перекрывая воздух и всё равно поглаживает большим пальцем кожу. — Мне прийдётся вас заткнуть, Дон. И боюсь мои методы вам не понравятся. Она прикрывает глаза, смотря на мои губы, но сейчас не время. Мы обе это понимаем. — А вдруг.? Я выдаю почти шепотом. А она молчит, продолжая ощущать мою кожу под своими пальцами. Краем глаза вижу, что в моей палате ещё двое гостей. — У вас все в порядке? — выдаёт боязливо Андер. А Люций лишь улыбается своим догадкам. — Да, конечно. — Уокер выдаёт совсем безмятежно, отстраняясь от меня. Прекрасная актриса. — До скорой встречи, Дон Мортем. — и уходит, попрощавшись с моими людьми. — Консильери, советник. — и пропадает без следа, будто её здесь никогда не было. И лишь шлейф опьяняющего парфюма напоминает о ее визите. — И так, — Люций похозяйски усаживает на мою койку. — Что же это было, Малышка Мими? Я смотрю на своего помощника, в надеждах на свое спасение, но даже тот поднимает руки к груди. Жестом указывая на то, что здесь он не причем. Разочарованно опять выхожу на балкон, и опять с сигаретой. Парни становятся сзади меня, и смотрят туда же куда и я. — Она красотка. — тихо выдаёт Темптон. Вижу как Вики обнимает темноволосого парня, с радостной улыбкой на лице, и садится к нему на байк. А я кривлюсь от её действия. — Что за черт? — Морни провожает пару взглядом. — Кажется, её младший Дон, Мальбонте Грейс. — Мне нужно знать, что у них. — Ну вот мы пришли туда, откуда начинали. — обречённо выдыхает Андер, — Он опять нашла себе игрушку. — говорит он Люциферу, зная что я тоже это слышу. — Мы её не переделаем, парень, никак. — они оба делают вид что расторенны, а я посылая их к черту, продолжаю смотреть в след мотоциклу. Pov Ребекка. Я вновь стою на пороге своей старой жизни. Не думала, что когда-нибудь здесь окажусь. Недавний случай выбил меня из колеи. Решение уйти из своей семьи, пятнадцать лет назад, далось мне отнюдь не легко. Помню тот день и как пыталась уходить не оглядываясь. Я могу оправдываться перед своим ребенком годы, но понимаю, что я не получу за это прощение. Поэтому даже не стараюсь заговорить с ней, всё равно не станет слушать, ведь это моя копия. Я вспоминаю тот выбор, который мне предоставили давным давно. В молодости я была взболмошенной, завела опасные отношения и попала в неприятности. Попала в мафию. Выбраться из нее у меня не было возможности, ведь мне и не хотелось. Тогда мне сказали, что если я хочу заслужить доверие, я должна погубить то, что меня тянет вниз. Свою семью. Я выбрал не такой радикальный метод как убийство, ведь у меня бы не поднялась рука на своего ребенка. Я выбрала уход. Он был бы в тысячи раз больнее, так и случилось. Без вещей, без денег, без документов, я вышла из дома и больше никогда там больше не появлялась. Я не хотела что бы моя дочь шла по моим стопам: наркотики, разврат, криминал. Но всё так и случилось. Пытаясь уберечь ее таким способом, я наоборот ускорила ее восхождение. В тот день когда я увидела ее во главе нового семейства, я поняла на сколько скучала за ней. В тот момент во мне будто все рухнуло, и я поняла, что хочу прекаснуться к ней. Но я не могла и не могу себе этого позволить. Как только она начала говорить, я поняла её истинные намерения, поняла, что она пришла за моей головой. Но я знаю, что каждому предначертанно своё и если моя судьба такова, пускай, я не буду сопротивляться. Что ж, я начала с того что я стою на пороге своего прошлого. И это не шутка, я пришла к себе домой спустя столько лет. В мой бывший дом. Я не знаю что мне делать, ведь в этот раз все намного серьезнее, и сегодня точно умрёт один. Стучать не стану, не буду унижаться, войти без стука, после всего, стыдно. Но пока ещё рано, мне нужно ещё пять минут. Дон Морни стал замечать наше сходство с Доном Уокер. И пока он все списывает на чистую случайность. Но времени мало, он скоро обо всем сам догадается. Либо же найдет человека, который знает хоть что-то. Таких людей двое, сама Вики, к которой он не подойдёт ни на шаг, ведь тогда может справоцировать новую войну, а сейчас нам нужно восстановить силы. И мой бывший муж, отец Вики хороший человек, но он тормозит и ее и меня, поэтому самое простое. Его убийство, ведь принять такое решение было намного сложнее чем воплотить его в жизнь. Захожу в дом, прохожу на кухню, ведь чувствую его там. Он сидит за бутылкой крепко алкоголя и я понимаю что он меня ждал. Дориан поднимает на меня глаза, и улыбается, его глаза чисты. — Долго же ты, милая. — я не понимаю на счёт чего он говорит. Он замечает замешательство в моём взгляде и смеется так добродушно. — Ну я имею ввиду, у двери долго стояла. А не то что тебя не было пятнадцать лет. Он говорит совершенно беззлобно, будто мы давние друзья, а я от шока и дрожи в коленях опускаюсь на стул, напротив него. — М-да, припозднилась. Он кивает и ставит на стол ещё один стеклянный стакан, кивает на него приглашая выпить. — Ты пришла меня убить. Не спрашивает, а утверждает, а я прячу глаза, ведь мне стыдно. — Что ж, я всё гадал когда это произойдет. Как видишь угадал. — он говорит совсем обыденно, от того я и теряюсь. — Весь бизнес переписан на Вики, теперь она владеет всем. Так что я готов. — Ты совсем не изменился, Дориан. Как был сильным, так и остался. — я выпиваю все залпом, прося добавки и получаю её. Он вздыхает. — У меня два вариант того, какие цели ты преследуешь. Но если ты хочешь сломить нашу дочь, у тебя не выйдет. — о, дорогой, я это знаю и без тебя, ведь воспитывал ее ты, — Вики будет больно, но она справится. — Я видела в её глазах ту силу, которая присуща только тебе. Так что я даже не сомневаюсь в этом. — ты киваешь и достаёш совсем новый револьвер. — Наш ангелок вырос, и теперь хочет снести тебе голову, за то что ты сделала. — он молчит. — Но я недавно понял, для чего ты ушла. И не виню тебя. Поэтому, — его трусит, — я сделаю это сам, что бы вы не пересорились ещё сильнее. — Всё таки я не ошиблась, со своим первым выбором. Я одобряющие сжимаю его руку. И мы сидим так ещё долго, потому-что нам приятна компания друг друга. Мы разговариваем почти обо всем, как так вышло, что было после, и как росла Вики. Мое сердце пропускало удары в такие моменты, ведь я могла знать об этом сама. Проходит не один час и вот он выдыхает. — Я готов... Он отводит курок, а я подхожу к нему и целую в лоб, на долго оставляя свои губы там. По его лицу текут слёзы, ведь он оставляет самого дорого ему человека, что бы та стала ещё сильнее. — Скажи моей дочери, что я люблю ее и буду любить. — а я киваю и повинуюсь его приказам, — А ещё, она такая же упрямая как ты, но ты ведь знаешь, что за штормом следует штиль, поэтому будь рядом с ней. Он даёт последнее напутствие и от этого из моих глазах тоже расползаются горячие дорожки. Он направляет себе в рот пистолет и я вижу как слёзы градом катятся по его щекам. Я ухожу глубоко в себя, а потом слышу выстрел. И я не могу перестать пускать слёзы, ведь это и вправду был важный человек в моей жизни. Место которому было во мне даже спустя пятнадцать лет. Я стояла так минут десять, прсото смотрела на него, ведь не могу поверить. А потом услышала шум из коридора. — Пап, я дома. — она пришла, — Эй, пап, чего молчишь. — она тянула каждую гласную, а я смеренно стояла. Я ждала ее появления, и когда она была близка, волосы на моем загривке стали дыбом. Я обернула назад, и мой мир рухнул, когда я увидела в глазах своего ребенка нестерпимую боль. — Вики, я... Я не успеваю договорить, она проходит будто сквозь меня, отталкивая и совсем не замечая. Я смотрела на то как она упала на колени рядом с телом, на то как ее трясло, на то как она схватила руку своего отца и прижималась к ней. Я видела каждую слезу которая скатилась по её подбородку. И я прсото молча стояла в стороне ведь, не могла позволить себе чего-то большего. А потом она сама ко мне повернулася. С красными глазами и таким же носом. Что-то кольнуло мое сердце. Я хотела прижать своё дитя к себе, но я не могла. Она резко подскочила ко мне, взяла за шиворот. И начала кричать, ударяя меня в самую грудь. А я и не сопротивлялась. — Что? Тебе видимо было мало, разрушить мою жизнь тогда, да? — она не сдерживала себя, и правильно, ей нужно это. — Ты решила, сейчас, разрушить меня до основания! — она билась в конвульсиях и я не могла помочь ничем, кроме как стойко выдержать, не отвернувшись в этот раз. Она била посуду, стаканы, разбила и тарелку с фруктами, разбила и отцовский алкоголь. И смотря на разбитые осколки, я понимала что сейчас так выглядит и Вики. А потом она резко достала пистолет из-за пазухи. Навела на меня, а я так же стояла смирно, смотря ей в глаза. Она прицелилась в самое сердце, перезарядив свой кольт, и хотела нажать, а я хотела уже скривиться от боли, но я так ничего и не почувствовала. Я видела как она сомневается, и если она стала на этот путь, мне нужно довести ее до самого финиша. Я подхожу в плотную, говоря спокойно. — Ну же стреляй. Ты ведь за этим пришла тогда. Она смотрит на меня из под бровей, не опуская оружия. — Так что же сейчас, почему ту не можешь просто нажать на курок. — хватаю её за руку ведь вижу, что она начинает опускать дуло. И я хватаю её резко, так что она пугается от такого напора. — Давай ну же! — я кричу, а она вырывается и роняет пистолет на пол. — А ты ведь не можешь, правда ведь, всегда знала что ты не сможешь! Потому-что мы с тобой связаны, прочнее чем кто либо! Да ты и в будущем не сможешь этого сделать, так же как и я не смогла пристрелить тебя в прошлом. Выдаю эмоционально. И смотрю как она меняется в лице, отходя назад, опять к отцу. Садится у его ног и обнимает их, в поисках защиты. О, моя маленькая, прости меня, за что что я лишила тебя единственного защитника. Я смотрю на все это через пелену слез. А потом и с горечью на сердце покидаю Наш Дом.