Часть 3 - "Пропажа"
25 апреля 2022 г., 16:43
В окно, хлопнув ставнями, ворвался порыв холодного ветра. От этого хлопка Ами сразу же проснулась. Ей снилось что то очень хорошее, но от такого резкого подъёма она сразу же забыла свой сон.
— Брр! Откуда такой холод летом? — сонно проворчала она. Укутавшись в одеяло, ласочка подошла к окну чтобы закрыть ставни, но вспомнив о своём госте, который ночевал сегодня на улице, остановилась. — Бруно, — позвала она его, выглянув наружу, но ни кто не откликнулся. — Ты ещё тут?
Не услышав ответа, Амина на всякий случай проверила норку, но, по всей видимости, ласка не приходил. Всё было на своих местах, и даже его вещи так и остались аккуратно лежать у входа.
— «Может он очень крепко спит?» — подумала она, прежде чем выйти на улицу и проверить. Но на дереве, где он ночевал, его не оказалось.
В голову целительницы сразу же пришли самые ужасные мысли. Что если его нашли патрульные? Или унесла в своё гнездо сова? Что если вожак о нём узнал и приказал своим верным воинам немедленно избавиться от чужака? Если так, то она должна его немедленно остановить! Бруно ведь не сделал ничего плохого. И в поселении оказался из-за неё. Но одной ей Горго не убедить, поэтому нужно найти того, кто смог бы пойти с ней, того, кто имеет силу слова в племени и может без страха говорить с вождём. Увы, но ласок с такими параметрами было не много и из них всех ближе всего ей был Шег. Были ласки и главнее него, но он всё же, как хороший охотник, мог принимать участие в важных собраниях племени, а это уже многое значило.
Ласочка забежала в норку, бросила одеяло на кровать и, быстренько причесавшись, поспешила к Зите и Шегу. Утренний туман уже сошёл и солнце, величественно выкатившись из-за гор, начало пригревать землю. В это время семейство старшей целительницы и охотника обычно уже не спало, поэтому Амина не боялась, что разбудит их. По пути к ним она всё выглядывала средь деревьев своего нового друга, но безрезультатно. От волнения, ласочка даже забыла о завтраке.
Отдышавшись у их дома, Амина постучала в дверь. Ей открыла Зита. Старшая целительница выглядела очень встревоженно и, кажется, только что плакала.
— Зита, что случилось?
— А-ам-ми-и-и… — крепко обняв подругу, всхлипнула ласочка. — Мои ма-алыши… де-етки мои-и-и про-пали…
— К-как так пропали? Когда?
Зита совсем раскисла и тогда подруга поспешила завести её в дом и дать воды. Придя немного в себя, молодая мама ей наконец ответила:
— Ночью… — утерев слёзы, ласочка дрожащим голоском продолжила: — Они уже ни раз оставались у семьи Шега на ночь, им там нравилось. Мы могли положиться и на родителей, и на его сестёр. Но сегодня… — Зита всхлипнула, закрыв мордочку ладошками. — Под утро Майя с Кирой прибежали к нам и сообщили, что дети пропали. Шег с родителями ищут их сейчас, охотников попросили помочь прочесать лес в ближайшей округе, девочки сказали, что подежурят сегодня в медпункте вместо меня, а я… Я уже не знаю что думать… Им же всего пять… Куда они могли уйти? А что если их украли пока все спали? Амина, что если мы их не найдём?
— Тише, тише, успокойся. Мы их найдём. Я тоже помогу искать. Проверю возле водопада, там кроме меня ни кто обычно не ходит, поэтому и троп не знают таких, какие мне известны. Только… Не знаю связано ли это между собой, но Бруно тоже пропал… Его вещи остались у меня, хотя он хотел забрать их утром. Мне кажется, что что-то тут не чисто, Зита.
— Погоди, думаешь, он мог их забрать?
— Нет-нет! Тоесть… я не знаю наверняка, но мне кажется, что Бруно не мог так поступить. Я о другом… вдруг это Горго?
— Горго, конечно, богат на выдумки как избавиться от своих врагов, но зачем ему красть моих детей?
— Что если это предупреждение? — понурив ушки, пробормотала Амина.
— Кому? Что мы с Шегом ему сделали?
— Не вам. А мне. За то, что привела без его ведома в поселение чужеземца… и за то, что была на площади весь вечер.
— О, нет-нет-нет, сестрёнка, не накручивай себя. Ещё твоих слёз мне сейчас не хватало. Это не из-за тебя. Но вот Бруно… Если подумать, то слишком много сейчас доказательств против него, Амина. Он нам чужой. И дети пропали как только он тут появился. Шег так и подумал, кстати. Ох, не стоило ему доверять…
— Я не верю в то, что это Бруно. Но если это и правда он сделал, то ему сильно не поздоровится, — нахмурилась девушка решительно заглянув подруге в глаза. — Пусть он хоть и хранитель леса, но за твоих малышей я из него самого — духа сделаю.
Не успела Зита опомниться, как ласочка уже выскочила из её норки. Вернувшись к себе домой, Амина быстро собрала походную сумку, в которую положила несколько фруктов, которые быстро не портятся, мазь с листовыми повязками, на случай, если придётся оказать малышам первую помощь и небольшую тару с водой.
Уже у самого выхода её взгляд снова зацепился за вещи Бруно. Некоторое время поразмышляв, она запихнула их в сумку и помчалась дальше.
Целительница пошла по той же тропе, что и вела Бруно, до водопада. Ей почему то казалось, что там она сможет найти зацепку. Но даже оказавшись там она всё-равно не могла понять куда ей двигаться дальше. Амина осмотрела уже каждый куст, каждый корешок, каждое дерево… Как же сильно она была зла и взволнована. Она сердилась и на себя, и на Бруно, и на Горго. Вспомнив слова второго, она, обратившись к лесной чаще, спросила вслух, цепляясь за свою последнюю надежду найти нужную дорогу:
— Ну и где мне тебя найти, хранитель леса и похититель детей, а? Давай, выходи из своего убежища и верни малышей по хорошему, слышишь? — В ответ ей лишь, будто бы насмехаясь над ней, пошелестел ивовыми ветвями лёгкий летний ветерок. — «Нет, это уже похоже на сумасшествие…» — мысленно добавила она. — Ладно, не хочешь их возвращать, тогда я их сама найду и верну домой, дай мне только знать, куда идти! — Озорной ветерок игриво спутал её пряди волос, закрыв ей ими мордашку. — Ах ты так? Ну хорошо, тогда ты больше не увидишь ни своей маски, ни драгоценных семян! — Лес вдруг замолчал. По спине Амины побежали мурашки от ощущения, что на неё со всех деревьев кто-то пристально смотрит. — Я не ш-шуч-чу! — Выждав паузу, ласочка добавила уже чуть тише, искренне надеясь на то, что говорит сейчас не сама с собой, а что Бруно её и правда слышит: — Если это не ты их украл, то хотя бы просто помоги мне их найти. Ну пожалуйста, у тебя ведь есть сердце…
Тут из леса раздался звонкий птичий голосок. Амина не думала, что однажды с ней такое случится, но когда стало ясно, что птица зовёт её за собой, она не медля поблагодарила лес и последовала за пернатым проводником.
Девушка долго брела по лесной чаще, следуя указаниям ведущего её соловья и, уходя всё дальше и дальше от поселения. А лес всё сгущался и сгущался… Ветер сопровождал путницу, напоминая о себе шёпотом листьев подле неё. Куда бы она не свернула — всюду был он. Но как только она вошла в самую густую и тёмную часть леса, звуки, ранее окружающие ласочку со всех сторон, стали замолкать, что заставило её чувствовать себя очень неуютно. Совсем скоро она вышла к небольшой поляне, где совсем стихла даже звонкая трель провожатого.
— И на этом всё? А где же… — Осмотревшись вокруг, Амина совсем никого не увидела. — Оох… Глупая, какая же глупая. Как ребёнок поверила в эту сказку! Вот и как мне теперь понять куда идти дальше? А лучше знать бы как теперь вернуться назад…
Ответ не пришёл сам собой. Но… Пока она возмущалась, то совсем не заметила того, кто подкрался к ней сзади. Зверь схватил девушку за руку и уволок её за большое раскидистое дерево, что росло рядом. Ласочка в испуге зажмурилась, попыталась укусить обидчика и выкрутиться из его хватки, но это оказалось бесполезно — он слишком крепко её держал.
— Тих-тих-тихо, тихонько, это я, — подал голос Бруно. У ласочки аж от сердца отлегло на мгновение.
— Бруно, ах, какое счастье! Я нашла тебя! Это сработало!
— Почему ты тут?
— Я тут потому… Да потому, что я думала, что тебя сова унесла или, чего хуже — вожак нашёл.
— Ты волновалась за меня? — удивился ласка.
— Нет. Не в том смысле. То есть… Ммм… Да, волновалась и что с того? А ты взял и выкрал детей! А я всё-равно пошла за тобой! Точнее не за тобой, а за детьми, которые, я надеюсь, что у тебя. Я разговаривала с деревьями, мне казалось, что ветер говорит со мной и, в конце концов, меня к тебе привела птица! До тебя я не верила ни в каких духов, а теперь мне всё время кажется, что за мной кто-то наблюдает! И ещё, забери свои вещи, не собираюсь я их носить за тобой по пятам! Собрался уходить, так сразу бы и шёл, чего остался? Решил всё поселение разворотить? Тогда знай, я тебе не позволю! Сама привела, сама и… Погостил и хватит, вот!
Пока Амина билась в руках Бруно, он сохранял удивительное спокойствие и стойко переносил все её удары, которые, в общем-то, не отличались особой силой и не могли ему ни как навредить.
— Тебе легче? — тихо поинтересовался он, когда она наконец успокоившись, уткнулась лбом в его грудь, издав при этом тяжёлый протяжный вздох.
— Бруно…
— Ничего, я и не такое выслушивал, — мягко похлопав её по спине, сказал он. — Уже привык.
— Мне так стыдно за себя. Я никогда ещё так не выговаривалась.
— Забудь об этом. И так, ты пришла сюда, чтобы узнать — я ли украл детей? Так вот, я их не крал. Но я видел пятерых щенков, когда мне довелось наблюдать за одним из них… Скромный такой мальчишка, самый младший из выводка…
— Наки?
— Да, точно. Он ушёл ночью в лес. А его братья с сёстрами последовали за ним.
— Погоди, пятеро детей одни в ночной чаще и их ни кто не увидел? Не понимаю куда патрульные только смотрели?
— Ну так ясно же, отсыпались все после праздника. При такой охране ни то что дети, я мог свободно гулять по поселению и ни кто не заметил. Я, собственно, и воспользовался случаем, сходил к водопаду смыть с себя краску. Да только, как видишь, не дошёл. Меня остановили голоса и я пошёл за ними. У меня и в мыслях не было ничего дурного, по отношению к этим детенышам! Но потом вдруг я услышал кое-что странное, отвлёкся и… упустил их след. Затем уже тут появилась ты.
Амина побледнела.
— Почему ты их не остановил?
— Я не могу вмешиваться в то, что угодно духам. Да и что такого? Я в их возрасте тоже любил гулять по ночному лесу. С папой, правда… Но посуди сама, детям полезно исследовать этот мир. И если они наткнутся на что-то страшное, им этот опыт будет только на пользу. Они же будущие охотники.
— Ты со своими духами совсем лишился здравого рассудка? Они же ещё совсем маленькие! Их нужно было вернуть домой сразу, как только ты их заметил! А ты оставил их совсем одних в лесной чаще, где полно опасностей! Что теперь изволят твои духи? Может они подскажут где их искать?
— Нет, они тут не помогут.
— А ты их попроси. Ты ведь сам сказал, что ты — «хранитель леса»?
— Это не так работает, — забрав у ласочки свои вещи, он отряхнул их и, с грустью в голосе продолжил: — Сейчас я бессилен. — Он делал большие паузы, подбирая слова, чтобы выразить свою мысль как можно мягче. — Даже я не всегда могу понять для чего духи делают некоторые вещи. И зачем они увели Наки… То, что за ним пошли остальные — это случайность. Они не должны были за ним идти… Поэтому есть шанс, что некоторые из них скоро вернутся домой.
— Но, что если они потеряются? Что значит «некоторые»? И что значит «есть шанс»? Они все должны вернуться.
— Пойми, дети теряются очень часто и… Ты сама должна понимать, всех на свете не спасёшь.
— Я обещала Зите, что найду их и верну домой.
— Мой тебе совет, не обещай того, чего не можешь сделать. Найдёшь, как же! — нацепив на себя треснувшую маску, фыркнул Бруно. Ну и жутко же он в ней смотрелся — такой образ точно любого хищника отпугнёт. — Сама заблудишься и уже не щенков, а тебя саму придётся спасать. Места тут гиблые, нечести хоть отбавляй, как и разбойников. Ещё и болота рядом. Мой тебе совет — иди лучше домой, пока светло ещё.
— Да ты просто бессердечный трус! Эгоист! И… и обманщик!
— Может быть только поэтому я и выжил в лесу. — После долгой паузы обижено пробормотал Бруно и направился прочь от собеседницы.
— Ты же обещал, — крикнула она ему вслед. — Дал слово, что не откажешь мне в помощи, если я в ней буду нуждаться.
— Сто-о-ой, стой, стой. Помочь тебе я согласен, но только не во вред Лесу. Знаешь что произойдёт, если я вмешаюсь? Изменение судьбы — это тебе не шутки, тут последствия могут быть непредсказуемые. Да и как я выполню твою просьбу без помощи духов? С нечистью я не работаю, к ним подход сложный… А простой дух в эти края не зайдёт ни за что. Как мне по-твоему тебе помочь? Ты думаешь, я всемогущий что ли, что я возьму след из ничего и найду пятерых маленьких беззащитных заблудившихся детей, которые могут находиться где угодно и не факт, что живы ещё? Ошибаешься, мои возможности ограничены так-же, как и у тебя. Давай ты придумаешь что-нибудь попроще, ладно? Что под силу будет такому бессердечному трусу, как я? — Укутавшись в плащ, ласка сложил руки на груди и навострил уши, готовясь услышать от Амины другое желание.
Ласочка напыжилась и, громко фыркнув, развернулась и пошла дальше, в надежде, что выйдет на тропу, которая приведёт её к заблудившимся малышам.
— Куда ты?
— Если я сейчас опущу руки, я себе никогда этого не прощу. Эти дети — часть моей семьи, понимаешь? Кроме них и Зиты с Шегом у меня ближе никого нет в поселении. Там я… такая же чужая, как и ты, но только я не могу уйти куда и когда мне вздумается. И то, что я сейчас тут — это уже что-то невероятное! И возвращаться назад с пустыми лапами я не собираюсь!
— Ага, коренья насобирать не забудь. И клюквы с болот. Эй! Ты как-раз к ним и идёшь!
— Не пытайся меня запуга-а-а-а-а-А-А-Ать!
Ласочка вдруг взмыла в воздух и повисла, спутанная сетью, вверх тормашками.
— Пфф… спасительница.
— Бруно, это твои шутки?! Б-Бруно? Ты куда? Ты ведь не бросишь меня тут?
— Я ведь трус, ты сама сказала. Вот я и уношу ноги пока сюда не пришли разбойники.
— Ты серьёзно? Ох… ладно, прости. Прости, что назвала тебя бессердечным трусом. И обманщиком… Вытащи меня отсюда, пожалуйста.
— Вот. Другое дело. — Зверь развернулся и деловито направился на встречу целительнице. — Сейчас глянем куда ведёт верё… Ёлки-моталки!
Теперь и Бруно попался в ловушку разбойников. А следом пропала и вся его спесь.
— Чудесный денёк…
— О предки, за что мне такие испытания…
— Так, только без паники. Это не проблема. Я и не из такого выбирался.
— Т-там кто-то идёт.
— Амина, доверься мне, что бы сейчас не происходило.
— Л-ладно.
— Разозли меня.
— Как?
— Скажи что-то в духе того, что ты сказала ранее. Только жестче.
— Я не могу вот так, не за что…
— Тогда ударь меня.
— Как? Ты в своём уме?
— Просто раскачайся и дай мне пощёчину, когда мы будем близко друг к другу.
Амина попробовала выполнить его просьбу, однако это оказалось не так просто, как на словах. С десятой попытки у неё наконец вышло. И то, только потому что он её по-настоящему разозлил.
Вдруг начал подниматься ветер, который постепенно нагонял над лесом тучи. Подошедшие к ловушкам разбойники были уже слегка не в себе. Видать, что-то отмечали.
— О, ик, смотри-ка! У нас гости!
— Мм… А эта хорошенькая. Эй, мадму…-му…-музель, пойдёте с нами на наш скромный праздн-ик в честь нового ко-ро-ля?
Пираты обрезали верёвки и пленники грузно упали на землю. Амина запуталась в сетке лишь больше. А Бруно… Что он делал дальше ласочка не понимала.
— А с этим что делать будем?
— Ай, сейчас привяжем покрепче, а потом, как протрезвеем… и-ик, ой…
«Хозяин леса» вошёл в свою загадочную роль: укутался в лохматый плащ, поправил маску. Затем, встав на четыре лапы, выгнул спину и, блеснув глазами в тусклом свете засверкавших вдали молний, медленно выпрямился во весь свой рост, сбросив с себя сеть. Всё это время он бормотал что-то непонятное, очень низким рычаще-шипящим тоном.
У Амины самой аж кровь застыла в жилах от такого зрелища. Чего стоил только лишь один его взгляд — холодный и жадный как у убийцы, видящего перед собой очень аппетитную жертву. Сила ветра нарастала, а из-за сгущающихся туч ночь в лесу наступила раньше положенного времени.
— Это моя добыча… — Обращаясь к разбойникам уже разборчивей прошипел зверь, издав неестественным глубоким горловым голосом серию непонятных звуков, напоминающих уханье совы. — Пошли прочь… Если не хотите расстаться со своими жалкими душонками… Ммхххахаха!
— Кажись, я уже… протрезвел.
— Больше никогда к тем ягодам не подойду. Померещится же такое…
— Я даю вам последнее предупреждение! Прочь! — В унисон с громом прорычал лесной хозяин. Разбойники опешили от такого.
— Что за чертовщина в этом лесу творится?
— Чур меня, чур!
У Бруно знатно получилось напугать этих двоих. Они бежали так, что только пятки их и сверкали!
— Потрясающе… — заворожённо выдохнула Ами. — Жутко, но… Это было очень эффектно! Выпутаться бы ещё… мм… не поможешь?
Ласка странно покосился на неё и снова что-то забормотал, медленно двинувшись в её сторону.
— Бруно, это не смешно, прекрати. Ты меня слегка… пугаешь…
Ласка словно не слышал её голоса, подбираясь всё ближе и ближе.
— Теперь твоя очередь… Наконец-то мне ни кто не помешает…
— Это не ты… остановись… пожалуйста… Нет! — Ласочка завопила во весь голос и закрылась руками, когда озверевший товарищ бросился в её сторону. Но на этом всё и закончилось.
— Ами, отомри, — он аккуратно тыкнул пальцем ласочку в носик, но она раскрыла глаза только на секунду, а затем снова зажмурилась. — Хэй, да ладно тебе, я же пошутил, — нависнув над ней, ласка приподнял маску и расплылся в широкой улыбке, помогая напарнице вызволиться из сети. — Ха-ха-ха! Ты видела как они удирали? Твой крик идеально дополнил наше представление, не переживай. Думаю, больше они сюда не сунутся. Ай-ай!
— Это не смешно, — схватив его за ухо, фыркнула самочка.
— Ладно, ладно, извини, переборщил. Н-но ведь я тебя попросил мне довериться, что бы не происходило, и ты доверилась, верно? Ой! Ну хватит, прошу… Что мне сделать чтобы ты меня простила?
— Выполни своё обещание — этого будет достаточно.
— Так я ведь собирался, но ты не назвала своего нового желания. Постой. Нет, ты же не…
— Да, Бруно. Пообещай, что теперь не отступишься и мы вместе спасём детей, — крепче сжав его ухо, строго сказала Амина.
— Это плохая затея, — попытался было он вывернуться, но тут же пожалел об этом. — П-пойми… Я не могу часто пользоваться своими способностями, это ни к чему хорошему не приводит. Послушай, что я тебе говорю, Амина. Стоит мне немного потерять контроль над собой, излишне поддаться гневу, дать волю своей силе и может случиться непоправимое! Я говорю это потому, что хорошо помню тот день, когда я об этом узнал. Тогда могли погибнуть невинные жизни, все кого я любил… Из-за меня. Мы даже сейчас рисковали. Немного.
— Тем более! Если будешь всё время прятаться, то ничего не изменишь. Ты так и будешь бояться. Я уверена, что ты — с помощью Леса и без — способен на большие поступки. Вспомни день когда ты спас меня от хищной птицы! Это был храбрый и даже безумный Бруно, которого, как мне тогда показалось, ни что в этом мире не может напугать, в отличии от маленькой целительницы, которая раньше боялась даже нос свой показать из медпункта. А сейчас стоит тут только потому, что доверилась тебе, и убеждает тебя, только что прогнавшего двух разбойников, поверить в себя самого. Ну не глупо-ли?
Ласка тихонько засмеялся в ответ. Но затем посерьёзнел и сказал:
— Ты права. Пора брать себя в лапы. Слушай, не могла бы ты уже отпустить, а? Я не убегу.
— Сначала обещание, — протянув ему свободную правую ладонь настаивала целительница.
— Ладно, ладно. — Он крепко сжал её ладонь, и добавил: — Даю слово Хранителя леса, — начал он когда самочка наконец то освободила его ухо от своих пальчиков. — Да будет так, как ты хочешь. Мы спасём малышей и вернём их домой в целости и сохранности. Я сопровожу тебя от начала и до конца нашего пути, буду защищать от любой опасности и Лес будет нашим помощником — не смотря на волю духов.
В этот момент какая-то незримая искра пробежала между их ладонями. Бруно с Аминой почувствовали её и поспешили одёрнуть руки. Но, тем не менее, в груди каждого из них остался маленький, греющий душу и сердце огонёк, который зажгла та самая искра. Он прятался где то глубоко, однако, его отражение и свет хорошо были видны в их глазах.
Самец вдруг навострил уши. Долго к чему то внимательно прислушиваясь, он отрешённо вглядывался в даль. Очнувшись так же внезапно, как и до этого уйдя в себя, он сказал:
— Проникшие сюда духи говорят, что дети там, у пиратов в плену. Я чую, что пока они в безопасности. Однако нам не советуют соваться туда до наступления торжества. Так-так… Разбойники побежали туда, — Бруно указал на еле-еле заметную тропу. — Смею предположить, что деревня там.
— Дети у пиратов?
— Скорее, бежим, пока я не потерял след!
Он схватил ласочку за руку и они вместе помчались по тому следу, который ему указали духи.
По дороге в логово разбойников спутникам то и дело приходилось постоянно оглядываться вокруг. Они старались придерживаться большой осторожности, чтобы снова самим ненароком не попасться в ловушку.
Высокие деревья упирались своими макушками в густые серые тучи. Ветер слегка стих и они теперь двигались гораздо медленней. Однако сырость уже хорошо ощущалась в воздухе.
Вот уже виднелись огоньки разбойничьей деревни. Бруно с Аминой затаились неподалёку от пиратского логова, что бы продумать план своих действий. Ласки находились выше самой деревни, и их никто не мог заметить.
— Пиратов так много, как мы проберёмся к малышам? Где именно нам их вообще искать?
— Их, по всей видимости, они держат вон там, — Бруно указал на едва заметное сооружение в корнях дерева, а затем на улочку, ведущую туда. — Тут мы пройдём мимо охраны и попадём к детёнышам. А обратно пойдём другим путём, через те пустые склады, чтобы нас не выследили.
— А нас не заметят? Мы… как бы это сказать… сильно отличаемся от них.
— Хмм… Того, кто будет в облике «Хозяина леса» они побоятся тронуть. Ты должна его надеть, тебя помнят те двое, а по нашей сценке, ты стала моей жертвой. А меня без маски они не видели, да и узоры с праздника ещё не смыты. Шег хорошо постарался над моим гриммом, уверен, без него меня потом не найдут.
Пока Амина перевоплощалась и слушала наставления Бруно, судя по суете, в деревне началось торжество. Огоньки мелькали туда-сюда, играла музыка, с улиц раздавались громкие песни…
Всё было в пользу плана, поэтому ласки, выждав наиудобнейший момент, пробрались в деревню. Немного поблукав между домами и, то и дело, прячась от веселящихся пиратов, они через некоторое время добрались до предполагаемого места, где удерживались пленники.
— Детки? Наки, Мила, Сэм, Дак, Лола, отзовитесь.
— Т-тётя Амина? — послышался тихий шёпот.
— Слава предкам, вы тут. Мы с Бруно сейчас вас вытащим отсюда. Потерпите немного.
— Тётя Амина, тётя Амина, Наки нужна ваша помощь, — всхлипнул другой щенок.
— Разберёмся, — шепнул Бруно встревожившейся целительнице. — Так, ребятки, по моей команде быстро выходите друг за дружкой. Вы с Аминой сейчас спрячетесь в безопасное место. А я пойду за вами, но в обход, чтобы убедиться, что злые дяди не выследят вас. — После этих слов ласка нашёл самое уязвимое место в корнях, взял камень, немного подрубил их и разжал. — На выход, живо! — полу-шёпотом скомандовал Бруно щенкам сквозь стиснутые от напряжения зубы.
Малыши выползли наружу дружной цепочкой, не забыв про братишку, который, по всей видимости, ранил ногу и не мог сам идти. Амина взяла его на руки, а остальных четверых спрятала под плащ.
— Если что-то пойдёт не так, я их отвлеку.
— Будь осторожен, — сказала ему ласочка напоследок и они вместе с малышами побежали туда, куда он им сказал.
Проводив их взглядом, ласка, как и говорил, побежал к выходу из деревни другой дорогой. По пути он быстренько перекусил закусками, которые стояли на главном столе и запил это яблочным сидром. Кое-что он запасливо припрятал в свою новенькую сумку, которую ласочка подарила ему прошлым днём. Теперь, когда силы пополнены, оставалось малое — поскорее унести ноги из этой гнилой деревушки. Как вдруг… Чья-то крепкая рука тяжёлым грузом опустилась ему на плечо, заставив остановиться.
— У своих же воруешь? — прорычал незнакомец.
Бруно с удивлением обернулся и чуть присел, увидев над собой возвышающуюся фигуру горностая. Незнакомец был по телосложению довольно крупным. На его буро-рыжем мехе желтело большое светлое пятно на груди, глаза цвета морской волны, на правой щеке алел крестовидный шрам и, дополняла весь его образ отвратительная рыжая бородка, контрастирующая с чёрной кисточкой на хвосте.
— Я это… просто хотел с праздника детям угощенья немного принести. У вас ведь есть дети? — ласка понадеялся, что горностай размякнет и отпустит его, но тот разрушил все его иллюзии одним коротким словом.
— Нет.
— Не наш он, Ордо. Я бы запомнила такие выразительные глаза. И скулы… И эти плечи… — приторно сладким тягучим голосом подметила рядом стоящая с горностаем девушка. В ней Бруно узнал одну из танцовщиц мимо которых они с Аминой просто чудом проскочили. — Откуда ты, красавчик?
— Уймись, — шикнул на неё пират.
— Я только хотела сказать, что он явно из того поселения, что уже давно мусолит нашему барону глаза, разве не видно?
— Хе! В таком случае готов поспорить, что у него нет разрешения, а это значит, что он нарушил границу, зайдя на наши земли. И потому не выйдет отсюда живым.
Ордо с силой нажал Бруно на плечо, заставив его слегка пискнуть.
— Я прав, зайчонок? Чего коленки так подкосились, серенький?
— Р-разрешение? Да есть оно у меня, завалялось в сумке… — Простонал ему в ответ ласка, пытаясь освободить плечо от чужих когтей. — Сейчас, минутку…
— Ну и где же?
— А вот оно!
Глаза Бруно сверкнули пламенем в отражении факелов. Он ощетинился и вывернулся так, что пират, не успевший убрать с его плеча руку, тут же взвыл от боли. Танцовщица, сопровождавшая горностая куда-то убежала.
Ордо ударил Бруно ножом в живот, но ласка оказался быстрей. Он вывернулся и со всей силы врезал по морде сопернику. Тот попятился назад. Ордо разозлился, он решил повалить соперника, чтобы прикончить, но тот опять выкрутился. Бруно сделал повторный удар, но уже в брюхо Ордо. Тот захрипел и опять попятился назад, в этот раз удар пришёлся сильнее.
Так продолжалось минут десять. Оба соперника устали, но не сдавались. Парень тоже принял несколько ударов по носу и по челюсти, но это его не останавливало. У пирата уже заплыл один глаз, а нож начал скользить из рук. Это ласка заметил и решил воспользоваться ситуацией.
Бруно хорошенько оттолкнулся, но Ордо предугадал его удар и испортил ему прыжок. Горностай навис над лаской, замахнулся и… Раздался треск и неприятель вдруг упал навзничь, обронив кинжал рядом с Бруно.
— Ёлки-осинки, до чего докатилась…
— Зачем ты вернулась?
— Что за вопрос? За тобой, разумеется, или тебе не нужна была помощь? — Она указала на пирата и снова вздрогнула: — Б-Бруно, я-я в-ведь… не сильно его?
— Пусть проспится. Думаю, ему это только на пользу, Ами, — улыбнулся ей товарищ, быстрым движением подхватив нож с земли.
Но тут навстречу ласкам вышли дружки проигравшего.
— Ой, откуда их столько?
— Как мухи на варенье слетаются…
— Э-эй, не приближайтесь! — Перемявшись с лапы на лапу, скрывая в себе волнение, она крепче сжала палку и уверено добавила: - Иначе я за себя не ручаюсь! Я-я себя не контролирую, предупреждаю!
— Малышка, а ты ничего не перепутала? — расхохотались пираты.
— Я вам не малышка! — возмутилась ласочка, взъерошив шёрстку.
— На вашем месте, я бы с ней так не обращался. Целителей, в целом, лучше не злить, они слишком хорошо знают анатомию ваших тел.
— Чего ты тут разумничался? Сейчас и до тебя очередь дойдёт, попугай крашеный!
Бруно проглотил обиду. Не время было спорить с пиратами.
— Ами, когда скажу, прыгай со мной, — прошептал ей ласка, подпуская разношёрстных друзей поверженного противника поближе.
Они собрались в плотный круг и все вместе накинулись на чужаков. Бруно скомандовал и они вдвоём с Аминой выскочили сквозь щель между навалившимися на них пиратами и, воспользовавшись моментом, когда все хватали и дубасили непонятно кого, думая, что поймали и бьют их, не медля сбежали.
Выждав пару минут, просидев на дереве за деревней, и, убедившись, что погони нет, ласки крепко обнялись, и, дав вырваться на волю нервному смеху, поспешили вернуться к малышам.
***
— Ну как вы, ребятки? — Мы сидели тихо, как нам сказала тётя Амина. А пираты точно не найдут нас? А Наки поправится? — Я в порядке, — шмыгнул носом малыш, пытаясь через боль наступить на ножку. — Можно, я взгляну? Бруно вонзил добытый нож в землю и взял малыша к себе на руки. Аккуратно ощупав маленькую лапку, он призадумался. — Ничего страшного, подлечим и будешь бегать ещё быстрее всех своих братьев и сестёр. Услышав это, малыш заметно повеселел. Но эту идиллию разрушил гром. Мальчик испугался и уткнулся носом в шею доброго спасителя. — Трусишка, это ведь просто гроза, — засмеялись щенки. — Тише, — шикнула на них Амина. — Стыдно смеяться над младшим братом, тем более, когда он в таком состоянии. Если это всё случилось из-за ваших проделок, вас всех ждёт серьёзный разговор. — Думаю, их в любом случае он ждёт. Но это потом. Нужно найти укрытие. Мы не дойдём к поселению до начала дождя. — Согласна, да и детям нужен отдых, уже очень поздно. — Смотри, там есть пещера! Друзья не медля пошли к месту, где они сегодня будут спать. Пещера была на высоте полметра от земли и достаточно закрыта от дождя. Внутри она была небольшая, но для ночёвки вполне подходила. Малыши кучкой уселись на расстеленном Бруно плаще и стали ждать взрослых, пока те собирали хворост. Чтобы детишки не скучали, Амина поделила между ними фрукты, которые брала с собой, а «Хозяин леса» поделился добытой едой с пиратского стола, предварительно проверив её на пригодность для щенков. По возвращению в укрытие, ласки разожгли небольшой костерок и сели к нему греться. Бруно нашёл несколько грибов и каких-то клубней и решил их запечь на углях для себя и подруги. А целительница, пока ждала ужин, обработала лапку Наки. Наевшись и согревшись, дети начали зевать. Заметив, что малыши не могут уснуть даже не смотря на убаюкивания Ами, Хранитель леса решил ей помочь. Вспомнив как звучат колыбельные, он начал тихонько по-птичьи насвистывать одну из них. В скором времени щенки, очарованные его голосом, погрузились в сладкий сон. — А говорил, что петь не умеешь, — присев рядом с ним, улыбнулась ласочка. — Я рада, что ты нашёл с ними общий язык. Даже мне это было не под силу сначала. — Тем не менее, они тебя очень любят. — И я их, — обернувшись на щенков, вздохнула целительница. — Но всё-же, я так и не поняла почему они ушли в лес прошлой ночью? — Мне бы с Наки один на один поработать, тогда я мог бы сказать наверняка и, возможно, сразу помочь ему. Но он слишком мал, поэтому мне нужно согласие его родителей на любую процедуру. Только, боюсь, они отнесутся к этому… мм… отрицательно. — И тогда Наки ничем нельзя будет помочь? — Скорее всего, нет. И тогда эта история повторится когда-нибудь снова. Но за всех переживать не придётся. Духи увели именно его. Остальные просто последовали за ним из любопытства, потому что не знали с чем столкнулись. Но не всё так страшно, не подумай. То, что он ходит во сне — с этим можно жить спокойно. Со временем он привыкнет. Главное, правильно всё объяснить окружающим. — Но если он может сейчас уйти так далеко… что с ним может случиться в следующий? Нет-нет, я даже представлять не хочу. Бруно, я завтра же попытаюсь убедить Зиту и Шега в том, чтобы они тебе доверились. Ты сможешь остаться ещё не на долго? — Если они согласятся, то… боюсь, «не на долго» не получится. Мне придётся остаться в поселении на ночь или даже пару суток. Часть обряда нужно будет провести сразу же, потом ночь покажет сработало или нет, а утром, если нужно, придётся всё повторить. — В таком случае больше никаких деревьев. Будешь ночевать у меня, я найду тебе местечко. Или можешь расположиться в медпункте, если тебя не будет смущать наш сторож. Он добрый, слегка глуховат и слеп на один глаз, но мимо него ещё ни одна мышь не пробежала. Бруно невольно улыбнулся, услышав столь радушное приглашение. Но вдруг схватился за шрам, тянущийся через всю переносицу и тихо зашипел. — Всё в порядке. С-с-с… Такое случается, если перестараюсь с погодой. — Можно я осмотрю тебя? Ласочка очень осторожно дотронулась до чужого шрама, когда ей разрешили его коснуться. Бруно морщился от боли, но терпел. — Ой-ой, совсем из головы вылетело, что пора бы наш ужин доставать из костра. Немного специй бы… — задумчиво протянул он, попробовав гриб на вкус. — Но за их отсутствием, и так сойдёт. Держи. — Спасибо. Ой! — Осторожно, горячее. — Ммм… Но не плохо. — Немного помолчав, она спросила. — Бруно, расскажи, что с тобой случилось? Прожевав гриб, он взял в лапы клубень и, осторожно счищая с него угольную горячую кожуру, переспросил: — Ты про шрамы? — Увидев любопытство в глазах собеседницы, он продолжил: — Это был волк. Вернее, то, что ты видишь, это последствия моего знакомства с прошлым Хранителем леса. — Но такие следы разве оставляет волчья лапа? Мне казалось, что они гораздо крупнее. — Верно. Одной лапой волк способен полностью накрыть ласку того возраста, которого я тогда был. Но это был он. Пока волк пытался убить моё тело, его дух — боролся с моим. Волчий облик — это лишь его прикрытие, одно из обличий. На самом деле он совсем другой, неосязаемый и невидимый, но его можно почувствовать. Всех, кого он не ждёт в своих владениях, он дурманит, кружит, путает… затем лишает жизни. Мне казалось, что я дерусь с волком, но потом я понял кто он был на самом деле, когда увидел наконец оставленные им шрамы на моём теле, которыми он одарил меня, пользуясь моими собственными когтями. Знаешь ради чего? Это была проверка, обряд-перерождения для посвящения в приемники. Не могу сказать, что я рад, что прошёл её, но во всяком случае, мне стало гораздо легче находить общий язык с духами. — Ого, — выдохнула Амина, тоже принявшись уже за пропечённый в костре клубень. — На самом деле, я никогда не желал такой жизни… Я держусь один только потому, что… Просто так безопасней. Для тех, кто мне дорог. Так лучше для всех вас. — Но ведь это не так… Если бы не ты, детей вряд-ли бы кто то нашёл и спас. Если бы не ты, я бы вряд ли перешагнула через себя и не оказалась бы тут, не стукнула бы по башке того пирата, и, наверное, не провела бы вчерашний праздник так же весело. — Это исключения, — Всё не соглашался с ней Бруно. — Я докажу тебе обратное. — Нет. Ты не была там, не видела, на что я бываю способен. Это даже не обсуждается, — с раскатом грома, оглушившим лес, он вскочил с места и направился к выходу, остановившись у края пещеры. Малыши испуганно пискнули сквозь сон. Амина их успокоила и тихонько подошла к товарищу. К тому времени он уже успокоился. Вглядываясь в опускающийся на мрачный лес туман и усиливающийся дождь, он глубоко вздохнул и начал свой рассказ: — Двадцать пять лет назад у одной семьи родился ребёнок. У них уже подрастал старший сын, но этот младенец был первым общим детёнышем у пары. Старший помогал родителям за ним приглядывать, хоть и был не в восторге от внезапного пополнения в семействе. Но как только в младшем пробудилась таинственная сила, старший брат его искренне возненавидел. Родители не могли обучить его правильному обращению со своим даром. Мальчик рос и сила в нём тоже возрастала. Чтобы она не проявлялась на глазах у всего поселения, чтобы никого не пугала, родителями было решено оградить его от лишней суеты. Но в десять лет пришло время влиться в племя. Для этого нужно было пройти простой обряд инициации: мальчики, подходящего для обряда возраста, должны были прожить без взрослых, глубоко в лесу в охотничьей хижине трое суток и, при этом, самим себе добывать пищу, воду и, главное, не заходить в поселение до окончания инициации. Ничего сложного в этом не было, кроме того, что местные мальчишки тогда не знали ни о мне, ни о моём даре. Я уже тогда держался один. Но только они заметили, что я знаю больше их, и что у меня охота проходит удачней, и только попытались со мной сдружиться, как вмешался мой брат. Он выставил меня посмешищем, я, конечно, разозлился и… не смог совладать с чувствами и своими желаниями. Началась сильная гроза, поднялся ураганный ветер, днём потемнело как ночью… Все видели как я метался, пытаясь всё исправить, видели мой приступ паники, когда меня окружили голоса духов… Это было ужасно. И вдруг вспышка! Молния ударила в наш охотничий домик. Он тут-же полыхнул огнём, пламя раздувалось и охватывало собой деревья вокруг. Мы не могли выбраться из-за перегородившей нам выход обвалившейся ветки. Нас вытащили охотники, которые, оказывается, все три дня наблюдали за нами. И пока они всех спасали, я убежал. Я бежал оттуда так быстро, как мог. Не знал куда несут меня ноги, не запоминал дороги, меня не останавливал ни ветер, ни дождь, ни усталость… Единственное чего я хотел — это спрятаться так, чтобы меня ни кто и никогда больше не нашёл. В конце концов я потерял сознание, находясь уже где-то очень далеко от дома… А когда очнулся — дороги назад уже не было. Так я для себя решил. — Но почему ты просто не вернулся к родителям? И не объяснил им почему так случилось? — Из-за меня могли погибнуть другие дети. К тому же, пожар уничтожил часть охотничьих земель, он почти добрался до поселения. Думаешь, они бы простили мне, если бы я обрёк всех не только на голодную зиму, но и оставил без домов? — Простили бы. Они же твои родители, Бруно. — Даже если и так… В поселении не приняли бы меня. — Но с того дня прошло… пятнадцать лет? Этого достаточно, чтобы забыть про того испуганного сбежавшего мальчишку и попробовать начать жизнь заново. — Но я не смогу. Что если я встречу своих родителей? Как я посмотрю им в глаза спустя столько лет? Может они и не узнают меня вовсе… Вдруг, они уже забыли про меня? Думают, что меня нет в живых. И тогда… я просто разобью им сердце. Ты не представляешь, как я этого боюсь. — Представляю… Я сама своих не видела с пяти лет… Но, в отличии от тебя, я даже не знаю живы ли они. Дело твоё, но будь я на твоём месте, я бы попробовала с ними встретиться. Посмотрев на свои разукрашенные синей краской руки, Бруно подставил их под дождь. Краска достаточно легко смывалась. Тогда он сделал шаг вперёд и полностью дал воде намочить шёрстку. — Это легко только на словах. В жизни всё гораздо сложнее... С того дня, как я получил шрамы, моим домом и семьёй были только лес, горы, воды, ветер, грозы, духи… Я не имел дома так как меня отовсюду прогоняли. Из живых существ, ко мне по-доброму отнеслись только лишь оленье стадо и… одна семья. — Бруно на миг задумался, подставив холодным каплям морду. — Но я сильно тосковал по родным, даже там, где со мной обращались как со своим сыном. Я бы и рад был с ними встретиться. Моё сердце и сейчас разрывается от мысли о них. От того, что я знаю, что им пришлось пережить… — Уверена, если они так сильно тебя любили, то и сейчас примут тебя таким, какой ты есть. Родители не забывают своих детей, они их чувствуют даже спустя многие годы разлуки — так мне говорила моя наставница. — Ты удивительная, — улыбнулся ей Бруно, на что самочка ответила ещё более смущённой улыбкой, чем тогда была у него. — Нет, я серьёзно. Ты помогла мне, даже не зная меня; вылечила мне руку; тебя совершенно не отпугнули мои причуды; ты и сама потом пыталась общаться с духами, чтобы меня найти; ни разу не бывамши за поселением, ты отправилась в совершенно незнакомое тебе место, чтобы найти детёнышей подруги; уговорила меня пойти против воли Леса; как разъярённая птица набросилась на того горностая и… — Пожалуйста, перестань, — хохотнула девушка, залившись румянцем. — Последним точно не стоит гордиться целителю. — Ладно-ладно, скромница, знаю я тебя. До сих пор ухо отходит! Думала я забуду? Ну нет, просто не мог себе этого позволить в спешке. Так что держись, сейчас уж точно тебе не уйти от моей мести, — расхохотавшись, он поймал ласочку и защекотал. — Ага, попалась! — Бруно! Хи-хи! Мы сейчас всех разбудим! — громким шёпотом возмутилась она, кое-как сдерживая смешки. Получив «тык» в бок, Бруно отступил. — Никакого уважения и благодарности хранителю леса, — обижено буркнул он. — Я тебя ещё пощадил, между прочим. — Ну спасибо, за то, что теперь я тоже вся мокрая. Ласки стараясь не переглядываться, вернулись к костру. Однако не смотреть друг на друга, как и смотреть без улыбки, оказалось сложно: один выглядел взъерошенным как ёж, и другая не лучше, словно ему подражала. — Скажи, узнав обо мне правду, ты всё ещё хочешь продолжить путь со мной? — Единственное чего я сейчас хочу — это быть сухой, в тепле и, желательно, у себя дома в кровати. — Пригладив шёрстку ответила ласочка. — Я серьёзно. — Подсев к ней ближе сказал парень. — Я ведь ещё никому не рассказывал о себе столько, сколько знаешь сейчас ты. Молния озарила собой пещеру и за ней тут же последовало громкое «ГРРРАХ»! Амина вздрогнула и в страхе прижалась к груди Бруно. Как же колотилось его сердце. А ведь по его морде и не скажешь, что он на столько взволнован. — А сколько будет длиться наш путь? — Не знаю, — едва слышно выдохнул он. — Может всю жизнь. А может мы расстанемся уже совсем вскоре, когда я выполню обещание. И тогда мы больше не увидимся. Но я… впервые за много лет не хочу этого. Я не хочу прощаться с тобой. — Тогда зачем прощаться? Вроде бы умный, а такой дурак, — чмокнув его в щёку, ласочка смущённо отвернулась от него и ушла к малышам. В животе у ласки стало так щекотно и тепло, было ощущение, что там летают бабочки. Он долго пытался понять что это было. Пытался найти ответ в глазах девушки. Но больше за вечер он не поймал на себе ни одного взгляда Амины. Бруно не смог заснуть. Всю ночь он дежурил у костра, слушал шум дождя и думал над словами целительницы. Возможно и правда стоит попробовать начать всё заново? Возможно родители его ждут? Возможно больше ему не придётся прощаться с теми кто был и стал ему хоть каплю дорог?
