Skrios

Вот он - момент икс. Сегодня я как никогда уверен в своем успехе, я знаю, что смогу сделать все по плану и не оступлюсь от него. Я волнуюсь за ребят, мне страшно, что у них пойдет что-то не так. Честно, это ново для меня, я не привык беспокоиться о чем-то, кроме своей шкуры. Не знаю, хорошо это или плохо. - Мы должны стоять далеко друг от друга, верно? - спрашивает озабоченный Эллиот, который, кажется, уже готов упасть в обморок от страха перед тем, что должен сделать. - Да. Два одинаковых случая смутят медсестру, - киваю. - Все с собой? - Флауэрс ударяет рукой по карманам и, надолго задумавшись, кивает. - Не парься, мы же все проверили, главное, не перепутай шприцы, действуй быстро, ловко. Одна ошибка. и провал. - я искренне пытался поддержать друга, но тот после моих слов лишь еще сильнее побледнел и ушел в конец очереди. Да, сейчас мы стоим в очереди к медицинскому кабинету. Нас, как и предполагалось, без предупреждения сняли с занятий и отправили на внеплановую сдачу крови для преждевременного выявления нового, опасного вируса. В коридорах собрались все учащиеся, кто-то обсуждал симптомы редкого заболевания, на которое собирались проверить нашу кровь, кто-то радовался отсутствию занятий, а некоторые девушки и Рокси ныли парням в рубашки, причитая об ужасных иглах и злобной медсестре. Кажется, большая часть представительниц прекрасного пола была не так напугана предстоящей процедурой, как хотела привлечь к себе всеобщее внимание. Действительно напуганным я видел только Рида, который был окружен толпой любовников-ухажеров, каждый из них пытался прижать мальчика к груди, чуть не душа при этом, и как можно проницательнее сказать глупое "все будет хорошо". Мерзко. Невооруженным взглядом видно, как им на самом деле плевать на душевное состояние Рокси, все эти холивары только для того, чтобы затащить его в постель. Но если ему нравится вся эта фальшь, я не имею права возмущаться. Почувствовав мой взгляд, Рид поднимает голову от очередного заботливого плеча и смотрит на меня почти бордовыми опухшими глазами, лицо красное, мокрое, волосы собраны в высокий хвост, но и тот уже довольно потрепан. Хочет, чтобы и я стал частью этого псевдоутешающего псевдострадальца круга? Три раза ха. От этих всхлипов на весь коридор я чувствую лишь раздражение. Прикладываю руку к карману и ощупываю его. Самое страшное сейчас - что-то потерять или разбить. Два шприца, один с Фиксацилином, другой с Изорницином и стеклянная пробирка, то и дело издающая булькающие звуки. - Странно все это. Нам говорят "новый вирус" и заставляют сдавать кровь, не поясняя ничего более. Например, хотя бы его название и проявление,- произносит от чего-то знакомый голос. Поворачиваю голову и замечаю перед собой ярко-рыжую шевелюру. Кажется, он стоит тут с самого начала, да и явно не со мной разговаривал, но такая фраза не могла меня не привлечь. Прислушиваюсь. - Может, нас просто не хотят пугать? Или просто не считают нужным объясняться перед школьниками. Надо спросить у родителей, те должны знать, - отвечает ему пухленькая блондинка с самым что ни на есть глупым выражение лица. - Они не имеют права брать у нас кровь на черт знает что. Вообще, это... - юноша говорит серьезно и размеренно, что привлекает внимание. - Лайл, - прерываю его, ставлю руку на плечо. Парень вздрагивает, оборачивается, явно недовольный тем, что его прервали. – Привет. - Привет, эмм... - Адам, - подсказываю и машинально улыбаюсь. - А, точно. Друг Рокси, - Лайл дружественно жмет мне руку и отворачивается к собеседнице. - Знаешь, я тоже думаю, что это все не просто так. Непонятно все с этим "новым опасным вирусом", - возвращаю я его в беседу, заставляю забыть о глупой подруге. - Хочешь знать, что я думаю? - получив мой кивок, парень оглядывается по сторонам, наклоняется к моему уху и тихо шепчет. - Я думаю, это как-то связано со Скриосами. - Не может быть! - прикрываю рот, пытаясь не засмеяться над собственной наигранностью. - Черт их подери, этих Скриосов. - Не думал, что ты такой же как эти, - на лице у мальчика разочарование, он отворачивается от меня, и опять я вижу лишь его рыжую макушку. - Какой? И как "кто" именно? - его слова застают мне врасплох. - Как все. Правительство сказало, что это плохо, и все им верят. Не имеют собственного мнения. Знаешь, что я еще думаю? Их ненавидят, потому что это модно. Ты не похож на того, кто пытается следовать этой моде, но, вероятно, я ошибся, - замолкает, смотрит куда-то поверх моего плеча. - Да, нас проверяют на вирус, Алексис права, нам просто не посчитали нужным сказать, - едва слышно, чтобы никто не услышал, произносит Дарнер и опять отворачивается от меня. - Я не отношусь к Скриосам никак. Я их не знаю, потому мне все равно, как все равно на всех остальных незнакомых мне людей, - шепчу ему куда-то в затылок, юноша поворачивается ко мне, чтобы улыбнуться. Этот маленький диалог помог мне немного отвлечься и на пару минут забыть о предстоящем. Лайл Дарнер - интересный персонаж. Ему абсолютно плевать на все, что происходит вокруг, у него есть свое мнение. Он живет в своем мире, где есть только его правда. Даже когда он смотрел мне в глаза и что-то говорил, создавалось ощущение, что между нами как минимум стена, и он смотрит именно на нее, а не на меня. Так, меня от белой двери отделяют пять человек. Как только их станет четыре, пора начинать действовать. Аккуратно вытаскиваю из кармана первый шприц. Фиксацилин. Для тех, кто совсем отстал от современной фармакологии, поясню: это препарат, призванный сгущать кровь, делая из нее тягучую, как глина, смесь. Используют данный препарат крайне редко, при особых заболеваниях. Думаю, не нужно пояснять, что его применение смертельно опасно. Если в течение двух минут не ввести в кровь препарат, полностью противоположный по воздействию, а именно - Изорницин, сердце отказывается качать получившийся пластилин и застывает. Именно это я и собираюсь сделать через пять минут. Вздрагиваю и чуть не роняю шприц от пришедшего на телефон сообщения. " Нери Адлер. Отлично". Улыбаюсь. Теперь на одну заботу меньше. С утра Нери еле передвигала ногами, но у нее все получилось. От сообщения подруги на душе становится легче. Во-первых, потому что за нее мы волновались больше всего, во-вторых, наш план один раз уже сработал, значит и еще три раза сработает. Не замечаю, как передо мной остается три человека, беру шприц в левую руку, незаметно для всех, поворачиваю его иглой вверх, то есть к запястью, и нажимаю, надеясь, что смог попасть в вену. Два человека. Опускаю голову, что проверить, в правильном ли месте я сделал прокол. Удовлетворенно киваю, видя иглу, проникающую в синюю, тонкую вену. Смотрю на рыжий затылок, кудрявые волосы соседа немного лезут в глаза, но сейчас мне нет дела до таких мелочей. Чувствую легкую вибрацию телефона, вероятно, сообщение от Ремы, ибо Эллиот стоит далеко позади меня. Надеюсь, у Ремароса все также прошло успешно, но не могу посмотреть, боюсь сместить иглу. Один человек. Покрепче сжимаю шприц, ставлю большой палец на поршень, нажав на который, в кровь вспрыснется лекарство. За дверью скрывается Лайл. Глубоко вдыхаю. Сей..час. До конца давлю на поршень, моментально начинает кружиться голова, мысли тяжелеют, не могу вдохнуть. Первые секунды не верится, что я смогу и пальцем пошевелить, тело будто окаменело и то, что я еще жив, понимаю лишь по ужасной боли внутри. Будто из органов кто-то старательно месит тесто. Выходит Дарнер, моя очередь. Делаю шаг, чуть не падаю, делаю еще несколько и плюхаюсь на стул, хотя зря я, кажется, это сделал, от такой взбучки все внутри отзывается резкой, тупой болью. Ну же, немного осталось. Уорблер, хватит себя жалеть. Выпрямляю спину, тяну медсестре правую руку, она сама закатывает мне рукав, протирает спиртовым раствором область, чуть выше запястья, тянется за катетером. За многие столетия этот процесс не меняется. Не знаю, может ученые считают, что вся эта возня с пробирками и катетерами удобна, но при таком раскладе получается, что те сами никогда не сдавали кровь, ибо не заметить, как это раздражает даже врача невозможно. Однако сегодня этот дедовский способ нам на руку. Пожилая женщина, наша школьная медсестра, с первого раза попадает в вену, я это четко вижу, но ее зрение видимо слабовато, так как когда она видит, что кровь не начинает набираться в пробирку, которую она уже присоединила, решает, что не попала, извиняется, и отворачивается с целью взять новый катетер. Вот он - мой шанс. Преодолевая дикую боль, левой рукой отсоединяю пустую пробирку, достаю из кармана другую, уже заполненную кровью, вставляю ее на место прежней. Женщина как раз поворачивается, краем глаза заметив мое последнее движение. - Что ты сделал? - смотрит на меня недоверчиво, но, увидев в моем взгляде честность и невинность, успокаивается. - Просто тронул и кровь полилась. Сам не ожидал, - пожимаю плечами. - Да, бывает такое иногда. - соглашается, вытаскивает катетер, снимает пробирку и, слава тебе господи, не замечает, что кровь в ней слишком холодная для свежей. Тяжелой походкой и почти не дыша вываливаюсь из кабинета, еще не закрыв до конца дверь, колю себе наугад Изорницин. Сажусь и жду, пока ужасная боль отступит. Как только чувствую, что могу пошевелить пальцами, беру телефон, читаю новое сообщение: "Ремарос Брайт. Хорошо" и пишу свое: "Адам Уорблер. Нормально".