Оберег

«Нас видели только звёзды, Смотрели на то, как ты Платком утирал мои слёзы, Дарил полевые цветы…»       Кёджиро должен был вернуться этой ночью — Луна уже повисла над поместьем Ренгоку, круглая и белая, как сырой блинчик на сковороде. Кейко готовила их так поздно, потому что они с Сенджуро весь вечер провели, изучая архив семьи, а потому не ужинали. Как оказалось, не только отец Кёджиро владел дыханием Пламени — до него в роду было еще много мечников. И записи об этом сохранились в поразительных подробностях: — Я читал, наш с Кёджиро прадед тоже был Столпом! И ещё кто-то вроде был! Только вспомнить бы… — Ты очень правильно делаешь, что интересуешься историей своей семьи, — девушка перевернула блинчик — Кто знает, может, в вашей семье будет одновременно два столпа Пламени. Ведь ты так усердно тренируешься! — Если честно, — мальчик вздохнул — Я не очень хочу быть охотником. Я хочу защищать людей как брат, ты не подумай, что я трус! Просто я знаю, что не так талантлив, как братец. — Глупости! Ты всему научишься! И твой брат тоже в тебя верит! — Спасибо, конечно, но это просто не мой путь. И я вовсе не расстраиваюсь, ведь могу приносить пользу в чем-то другом! — Это только тебе решать. А чем бы ты хотел заниматься? — Обещаешь не рассказывать отцу? — Ох, не думаю, что вообще однажды буду с ним разговаривать. Кажется, я произвела на него не лучшее впечатление. — Он и на нас кричит. Иногда прогоняет… Прости, что так вышло! — Что? Ах, нет же — он вовсе не кричал на меня. Хотя, я довольно сильно ему нагрубила… — Не кричал?! Тогда чего ты так переживаешь?! Я уж думал… Если так, то не волнуйся об этом.       На тарелке вскоре оказалась стопка румяных, горячих блинчиков, и паренёк с аппетитом надкусил один. Довольный, он обмакнул его в сладком сиропе и с удовольствием продолжил есть. Кейко наблюдала за этим, продолжая готовить. Кажется, ему давно никто не готовил, и мальчик хватается за её заботу так, словно у него это могут отнять. — Сенджуро, а как выглядела ваша с Кёджиро мама? — он вдруг перестал есть и притих — Прости, наверно, спросила не подумав… Ты расстроен? — Не очень. Ты наверно боялась спросить у моего брата? — Немного… — Прости, но я мало что помню. Воспоминания остались только у папы и Кёджиро. Но брат говорил, что она была очень справедлива, а ещё у неё были тёмные волосы! И я помню… Помню, она не могла ходить. Пожалуй, это всё, что я знаю. — Вот как… Спасибо, что рассказал. И прости, если сделала тебе больно этим вопросом. — Ничего! Это нормально, что ты об этом спросила.       Вскоре, тесто закончилось, все блинчики оказались поджарены и девушка тоже взяла один. Их она научилась готовить, когда сама ещё жила в родном доме. У неё тоже был младший братик, такой же умница и непоседа. Как жаль, что в мире есть демоны… И всё же, если бы не та страшная ночь, они с Кёджиро бы не встретились.       Сенджуро зевнул, а девушка убрала посуду. Мальчик вымотался за день и явно хотел спать, но продолжал бороться со сном. Кейко подсела к нему: — Может, пойдёшь ляжешь? — Нет, ты что! — он попытался прогнать свою сонливость — Братец скоро должен прийти! Нужно встретить его! — Может быть, установим дежурство? — Как это? — Ну, сейчас ты поспишь несколько часов, а я пока подожу. Если придёт твой брат, то я тебя разбужу. А потом поменяемся.       Было видно, что идея ему понравилась, но он словно не позволял себе с ней согласиться. Но в итоге мальчик зевнул и всё-таки сдался сильному желанию уснуть: — А тебе не страшно будет ждать одной? Знаешь, я хочу поспать тут, чтобы защитить тебя, в случае чего. — Но что может случиться? — Например, нападут демоны! А я спасу тебя! Братец очень дорожит тобой, и я тебя сберегу! — Ну раз так, то оставайся со мной, — она прислонилась к стене — Иди сюда!       Доверчиво, он свернулся у её бока, положив голову на тёплые колени. Но все никак не мог успокоиться: — Ты точно меня разбудишь? — он заёрзал — Я не могу спать, когда жду его… — Я тоже, — она погладила его голову — Хочешь, я спою тебе? — Я помню, нам мама когда-то пела… Только что-нибудь не очень грустное, хорошо? — Я обещаю не грустное. Спи спокойно. «Солнце встаёт на Востоке, С криками первых птиц. Солнце стирает тревоги С юных и старых лиц. Солнце сжигает страхи, Солнце даёт тепло, Под ним распускаются маки, И кружится веретено. Я Солнцу сотку рубаху Из россыпи добрых слов. Чтобы предать праху Сюжеты печальных снов. Солнце меня целовало В свете прохладной зари. Солнышко оберегало Пламя моей любви…» — Ты же обещала не грустное… — А разве эта грустная? — по его голосу она чувствовала, что Сенджуро скоро заснёт — Это же добрая песня. — Но она же про брата, правильно? Он тоже всем помогает… — Про него, про него… Ты спи, он скоро придёт.       Сморило ребёнка быстро, и Кейко теперь тоже боролась со сном. Разумеется, никаких дежурств она устраивать не собиралась — просто дала Сенджуро возможность поспать. Теперь оставалось самое сложное — дождаться Кёджиро. Почему ночь такая длинная?!       Фонарик плавно потрескивал и масло в нём заканчивалось, отчего в комнате повисал сумрак, и в глубокой тишине Кейко могла слышать даже биение своего сердца. Такое ровное, оно слегка отдавалось в висках. Размытый силуэт вдруг появился на пороге, но девушка списала это на игры своего воображения — она уже тоже почти отключилась. Меж тем, силуэт прошёл к столу, с интересом глянул на стопку блинчиков и переложил несколько штук на другую тарелку. Только сейчас Кейко признала в нём отца Кёджиро: — Добрый вечер…       Он вздрогнул от неожиданности, и сощурился. Даже на таком расстоянии можно было почувствовать от него запах алкоголя. Как-то нервно, мужчина обпёрся руками о столешницу и уставился на них с Сенджуро. Его глаза выражали такое удивление, что казалось, будто он протрезвел. А меж тем, в них читалась какая-то надежда: — Ру... ка…? — но он тут же опомнился и потер глаза, а от его лица снова повеяло безразличием — Тц… — Господин Шинджуро, — она бережно удерживала голову Сенджуро на своих коленях — Я хотела попросить у вас прощения за то, что… — Ты его тут ждёшь что-ли?! — Ну да… — Дохлый номер, он явится не раньше утра. Иди спи! — Почему вы так решили? — Ты слов не понимаешь?! — уходя, он чуть смягчился — Ему ещё в Штабе отчёт делать. — Но я все равно хочу встретить его! — Да делай ты что хочешь…       Он махнул рукой и хлопнул дверью. Может, он не такой плохой человек, просто ему очень больно? Ведь когда нам больно, мы все ведём себя по-разному. Кеджиро вот, наоборот — улыбался не смотря ни на что! Милый Кёджиро…

***

      Кёджиро и правда вернулся к утру, чуть начало светать. Чуть потрёпанный, но такой же добрый, он нашёл их с Сенджуро на кухне, спящими рядом. От умиления, он не решался подойти и нарушить их покой. Кажется, Сенджуро теперь не ощущал себя одиноким в этом большом доме. Он разомкнул глаза, словно почувствовал Столпа: — Братец! — мальчик, ещё сонный, поднялся — Сестрёнку Кейко сморило. Она тоже тебя так ждала… — Ну, не станем ее будить, — он опустился на колени рядом с ними — Я отнесу её спать.