Blood, sweat and tears

Можно дать тебе совет? Не верь никому. (с)

— И что это было? Вадим с мрачным видом прикладывал кусок льда к пострадавшей щеке и зажимал рассечение влажной салфеткой. Салфетка отвратительно пахла ромашками, но выбора у него особо не было. После того, как разъяренного Кирилла — имя этой суки сообщил ему Андрей — скрутили и увезли на допрос четверо мускулистых парней в униформе, в клубе стало подозрительно тихо. Присмиревший бармен молча выскабливал из холодильника лед и подавал пострадавшему бойцу. Золотая молодежь все еще не решалась высунуться из своего угла. Компания моделей исчезла из клуба при первых же признаках бойни; рядом остались только преданный Макс и чувствующий себя виноватым Андрей. Возмущению Максима не было предела. Он с плохо скрываемой агрессией менял окровавленные салфетки и кидал на Андрея испепеляющие взгляды. По мнению преданного мальчишки, в испорченном вечере был виноват по большей части он, а не Кирилл. Макс правда не понимал, зачем было начинать новый роман, если до конца не закончился старый. Откуда Вадим мог знать, что на Андрея уже имеет виды другой? Он дрожащими пальцами стирал с лица брата следы грязи и крови и молился о том, чтобы тот успел восстановиться от полученных травм перед самым важным турниром в жизни. Три сломанных пальца. Разбитый нос, рассечение и глубокие царапины на щеках (нужно было как-то объяснять Роману Андреевичу, какого хрена он поцапался с леопардом). Максим с ненавистью посмотрел на Андрея и перехватил его понимающий взгляд. «Идиот», — одними губами прошептал он. Тот невесело усмехнулся. У малого определенно были проблемы с причинно-следственными связями, но злиться на него Андрей не мог. Понимал, что это по его следу сюда пришел зверь, готовый на все, лишь бы вернуть себе ускользнувшую добычу. Он был обязан предупредить Вадима о том, кто так и не смог в свое время смириться с его уходом. Должен был — но не захотел портить день их первой встречи. «Как ты нашел меня здесь, Кирилл…», — потрясенно подумал он про себя. Вслух ответил стандартное: — Это мой бывший. Прости меня. Я не успел. Вадим покачал головой. — Ты не виноват. Ни в чем. Максим протянул ему кусок льда и вопросительно глянул на бармена. Тот развел руками. Этот был последним. Они вытащили весь из холодильника и, судя по выражению лица Вадима, легче ему от этого не стало. Макс порывался вызвать скорую, но этот вариант определенно не подходил: если бы Раевского сейчас официально признали негодным к соревнованиям, с допуском к турниру можно было прощаться. Младший с замиранием сердца думал о предстоящей реакции Романа Андреевича на травмы Вадима. Так по-глупому влететь с тремя переломами за неделю до первенства страны… Ему хотелось разреветься от досады за брата и беспомощной злости на идиотизм ситуации. — Вадим, я оплачу тебе такси до ближайшей частной клиники, — поставил перед фактом Андрей. — Оплати себе метро до дома, — рявкнул не сдержавшийся Максим. Если бы не симпатия брата, прибил бы его нахрен. Тот перевел на него холодный взгляд и одними губами послал по известному адресу. Вадим мягко коснулся ладони младшего. Он очень ценил его преданность, но иногда Макс не мог контролировать свои эмоции. — Я сам вызову, Андрей. Все нормально. Я был бы рад, если бы ты поехал со мной. — Серьезно? — фыркнул Макс, но под предупреждающим взглядом брата затих. — Разобрался бы лучше со своим бывшим, — едва слышно процедил он сквозь зубы. Андрей услышал его фразу. — Я пытался, Максим, — спокойно ответил он. — Не моя вина в том, что Кирилл псих. Какое-то время они смотрели друг другу в глаза, ведя между собой ожесточенную зрительную дуэль. Никто из них не хотел уступать в этом поединке, ощущая свою правоту, но более опытный и взрослый Андрей постепенно передавил напор негодующего Макса и охладил его пыл собственным ледяным спокойствием. — Ладно, я вызову такси, — признал временное поражение тот, отводя взгляд. — Просто знай, что из-за твоего Кирилла Вадим может пропустить чемпионат, к которому готовился всю жизнь. — Ну, допустим, не всю, — иронично заметил Раевский, наблюдающий за переглядываниями этих двоих. — Всего лишь десять лет. Но ты прав, мне нельзя пропускать это первенство. — Поэтому надо быстрее лететь в больницу, — подвел итоги спора Андрей. Рядом с их уютным уголком уже собиралась толпа людей, услышавших о кровавой схватке с участием известного спортсмена. Надежды на то, что инцидент удастся замять, таяли на глазах. — Вызывай такси, Макс. И да, Вадим, перелет оплачиваю я. — Не командуй, — презрительно отбрил мальчишка, все еще злящийся за нападение Кирилла. — Уже вызвал. Черная Lada Gull, двести тринадцать, прилетит на площадку через четыре минуты. — Мы еще не заплатили за напитки, — напомнил ему Вадим. — За то зрелище, которое вы устроили нам сегодня, глинтвейн в счет заведения, — вставил едва отошедший от представления бармен. — Лед, кстати, тоже. Можете не благодарить.

***

Сверкающее в лучах фонарей посадочной площадки, отполированное холодным северным ветром чудо отечественного автопрома приземлилось на мокрые от ночной росы плиты. Максим безапелляционно полез на переднее сиденье рядом с пилотом. В салоне приятно пахло деревом и цветами. Он заметил дешевый флакон освежителя воздуха. — А можно музыку? — без зазрения совести попросил Макс у водителя. Тот кивнул и включил на всю громкость колонок милую сердцу Алену Швец. Максим поблагодарил его и откинулся в кресле. Он был напряжен, но самое страшное — медицинское заключение — ждало их впереди. Переждав неприятный момент взлета и последующего разгона (Вадим каждый раз тихонечко молился про себя, не понимая, как этот инженерный шедевр из говна и палок вообще держится в воздухе), они с Андреем синхронно повернулись и посмотрели друг на друга. Ослепительный пейзаж ночного мегаполиса достался Максу и скучающему пилоту… а они одновременно подались друг другу в объятия. — Ты почти вырубил его, — прошептал Андрей, сжимаемый в железных тисках партнера. — Я не успел, — выдохнул заведенный Вадим. — Мне страшно за тебя, — Андрей едва сдержал стон, когда тот приник к его шее и впился в нежную кожу грубым поцелуем. — Кирилл реально зверь… — Я от него мокрого места не оставлю. И хватит про него говорить, — требовательно произнес Вадим, продолжая исследовать его выступающие ключицы. — Иначе разложу тебя прямо здесь. Налившийся стояк пульсировал болезненным возбуждением, адреналин и желание разгоняли кровь. Рядом с ним Вадиму напрочь срывало тормоза; он готов был пойти против кого угодно, чтобы заявить свои права на его светловолосого короля. Андрей со сбившимся дыханием цеплялся за рельефные плечи Раевского, откидывал голову, наслаждаясь его поцелуями. Ему безумно нравились немного болезненные ласки Вадима, отбившего для себя игрушку, нравилось то, с каким рвением он зацеловывал его губы, чтобы стереть с них воспоминания о поцелуях соперника. Возможность быть раскрытыми Максом или водителем добавляла остроты в коктейль ощущений. Они не могли насытиться друг другом. Это было похоже на помешательство, и ни один из них не хотел, чтобы оно заканчивалось. — Вадим, — наконец простонал Андрей, когда разгоряченный Раевский добрался до его рубашки и с нетерпением стал расстегивать пуговицы. — Что ты творишь… — Боишься, что я трахну тебя здесь? — с насмешкой спросил тот. — Нет, — он мягко, но настойчиво перехватил его ладони своими. — Но мне страшно за твою репутацию. Вадим какое-то время молча смотрел ему в глаза. Бездонные, завораживающие, стальные — он медленно тонул в них, полностью плененный Андреем. Теперь он как никто другой понимал Кирилла. Потерять такое сокровище мог только идиот. Вадим пообещал себе не допускать его ошибок. «Не слишком ли быстро?», — вспомнились слова Андрея, сказанные им в уборной ночного клуба. «Не слишком. А может, и быстро», — ответил он ему у себя в мыслях. «Да и похрен. Живем один раз. Надоело бояться». — Что ты там говорил про минет? — хрипло спросил Вадим, переплетая пальцы Андрея со своими. Тот какое-то время просто смотрел ему в глаза, так же не в силах оторваться. А потом медленно — издевательски медленно провел рукой вдоль проступающего из-под влажной рубашки пресса и коснулся ремня его брюк. Вадим с участившимся от нахлынувшего желания дыханием грубо сорвал ремень и откинулся на кресла заднего ряда. Он потянул Андрея за руку. Тот встал на колени на жесткий коврик. Вадим зажмурился, ощущая мерное подрагивание летящей машины, аромат цветов, теплое дыхание Андрея на оголившейся коже там, внизу и… задохнулся от накатившего наслаждения, когда его любовник полностью стянул с бедер трусы и насадился мягкими, полными губами на ствол его члена. «Кирилл, ты проиграл…»