Побег души

       Люцифер наблюдал за спящей Хлоей уже полчаса. Её русые волосы спадали ей на лицо и он периодически убирал их ей за ушко. Она была прекрасна и он не мог оторвать от неё глаз, не имея никаких аргументов, почему он это делает, если бы его спросили. Она просто ему нравилась. Нравилось насколько она кажется маленькой, проваливаясь в сидение машины, ему также нравился её аккуратный носик, губы… Глаза! Глаза — это отдельная тема. Но больше всего, ему нравилась она как человек. Она была невероятной, такой доброй, бескорыстной, всегда готовой пойти на всё ради своих родных и близких. Одно только отношение к своему сыну говорило о ней много.        Ему нравилось наблюдать за её сном до тех пор, пока она не начала морщить нос и дёргать ногой, как будто ей что-то не нравилось. Он знал, что бывали дни, когда ей снились кошмары, но при нём ещё ни разу, при нём она спала спокойно и на мгновение ему показалось, что она начинает приходить в себя, хоть и понимал, что ей обязательно нужно будет поговорить с психологом после того, как всё закончится. Её стон был последней каплей, после которой он попытался её разбудить, но ничего не вышло.        Ему самому часто снились кошмары, связанные с его прошлым. В детском доме всегда есть моменты, которые запоминаются на всю жизнь, оставляя свой след в детской душе. У него были такие же воспоминания, которые часто возвращались к нему во снах. Он просыпался в холодном поту, мгновенно включая прикроватную лампочку и пытался дышать глубже, не думая о том, что там было. С Хлоей было иначе. Вряд ли она смогла бы сейчас глубоко дышать, учитывая то, как она отреагировала на то, что они едут к президенту Америки. — Пожалуйста, — она поворачивает голову к окну, а когда возвращает её обратно, он видит крупные слёзы, стекающие по щекам, — Пожалуйста, отпусти.        Он сжимает челюсти от осознания того, что ей снится то, что с ней уже происходило. Ей снится её муж, который снова над ней издевается, словно она тряпичная кукла, об которую можно вытереть ноги.        Люцифер тянется к её ремню безопасности, остановившись возле деревенского кафе, чтобы перекусить. Он думал, что дождётся её пробуждения, а пока сам отдохнёт от вождения, но её кошмары прервали их.        Она пытается вырваться из его рук, явно напугавшись, и он понимает, что его прикосновения к ней сейчас действуют как усиленное действие сна. Она не только видит это сейчас, но и ощущает на себе. — Хлоя, — он осторожно перетягивает её к себе на колени, укладывая голову к себе на плечо, — Малыш, проснись, это всего-лишь сон.        Раньше ему приходилось будить людей от кошмаров. Это было также в детском доме, когда его друзьям тоже снилось что-то подобное. Это было неотъемленной частью их жизни — периодические кошмары. Чаще всего о том, что никто не захочет их усыновить, и у большинства эти страхи сбывались. Никто не захочет взять ребёнка в семью старше семилетнего возраста. Это очень редко происходило. Чаще всего брали малышей, которых можно ещё перевоспитать, и забот с ними меньше, чем уже со взрослыми. Но надежда всегда билась в их сердцах, потому что, всё же были случаи, когда брали и старших ребят.        Он тоже хотел бы, чтобы его кто-нибудь забрал, там действительно было плохо, но кажется, что сейчас он доволен всем, что с ним случилось. Вряд ли бы он встретил своих родителей, если бы его кто-нибудь усыновил раньше. — Люцифер, — зовёт она и он напрягается. То, как это звучит из её уст… Он не может разобрать, каким образом он присутствует в её сне и присутствует ли, вообще. Но он видит, как она принюхивается к его пиджаку, после чего утыкается в шею холодным носом и через мгновение подрывается на его руках, — Люцифер! — она крутит головой в разные стороны, панически пытаясь найти его, и, когда её взгляд натыкается на него, она бросается на его шею, крепко зажимая в объятиях и дрожа всем телом, — Ты здесь… — Я здесь, — шепчет он ей, словно мантру, поглаживая по волосам и спине. Её трясёт, словно в лихорадке и он только лишь шикает ей, чтобы успокоить, — Я здесь, малыш, я здесь. Это всего-лишь сон. Плохой сон.        Он раскачивается с ней на руках вперёд-назад, насколько ему это позволяет руль. Она вмещается на его коленях, словно его частичка, как будто она и должна быть там всегда и ему так нравится ощущать её тело, что он готов вечность её так держать. — Люцифер, — продолжает она, но скорее уже для себя, чем обращаясь к нему. Она немного успокоилась и теперь только лишь цеплялась за него тонкими и холодными пальчиками, которые он чувствовал даже сквозь ткань своего пиджака.        Он бы хотел спросить у неё, что ей снилось, чтобы она поделилась с ним своими страхами и он смог помочь ей их побороть, но он также понимал, что это что-то связано с её мужем и тем, что он с ней делал. И он также сильно хочет набить ему рожу, бить его настолько часто и сильно, чтобы он понял, насколько больно было ей — маленькой беззащитной девочке, которая даже сдачи ему не могла дать из-за огромной разницы в размерах. Он также понимал, что этим ничего не добьётся, никогда не сможет изменить тот факт, что она страдала, никогда не сможет отомстить этому уроду должным образом, но руки так и чесались. Особенно сейчас, когда она так жмётся к нему, доверяет ему и чувствует себя в безопасности только рядом с ним. Сейчас, когда она проснулась от кошмара и теперь плачет ему в шею, а он чувствует её влажные и солёные губы на коже. Он хотел их чувствовать, хотел, чтобы она целовала его не с тем помыслом, что он рядом с ней в момент страха, а с тем, что она чувствует себя спокойной и защищённой рядом с ним. Ему бы хотелось, чтобы она не тряслась как осиновый лист, когда делает это, поэтому он отстраняет её от себя и гладит её лицо с обеих сторон руками. — Всё хорошо, дорогая, — говорит он ей, стирая ладонями мокрые дорожки от слёз с её щёк. Она положительно кивает ему головой, соглашаясь с каждым его словом и глубоко вздыхает, чтобы успокоиться, — Да, вот так, — подтверждает мужчина, — Глубоко вздохни и протяжно выдохни. Это должно помочь. Просто знай, что я рядом, что всё это было сном и никогда не произойдёт наяву.        Она выполняет всё, что он от неё просит и ей действительно становится лучше, но слёзы продолжают бежать по её лицу. Она чувствует себя такой жалкой сейчас, лежа на его груди и глотая собственные сопли, слюнявя его своими кошмарами. — Вот видишь, — ласково произносит Морнингстар, выводя круги руками по её спине, чтобы успокоить ещё сильнее, — Всё хорошо.        Хлоя всё же перебирается обратно на своё сидение, продолжая дышать и выдыхать какое-то время. Она нервно теребит свои руки и он перехватывает их в свои, пока она не причинила себе вред. — Если ты сейчас не успокоишься, мы ещё дольше просидим так без еды, — подмигивает он ей и только сейчас она замечает, что они стоят напротив кафе «Кафе/Баня». Очень говорящие название, потому как в тот момент, когда она поворачивает свою голову к этому месту, с заднего выхода бежит группа раздетых мужчин в банных шапочках и с вениками в руках, — Да, не очень привлекательное место, — соглашается он с ней, потянувшись, чтобы закрыть рукой её глаза. — Да ладно, я видела голых мужиков раньше, — усмехается она, но потом понимает, что его шестерёнки точно воспроизвели не ту картинку, — Я имела в виду, что… — Я понял тебя, — улыбнулся он.        Они вылезают из машины и он ставит её на сигнализацию. На улице стало слишком резко пасмурно, тучи заполонили небо и предвещали сильный дождь. Хлоя закуталась в свою куртку сильнее и побежала вперёд, надеясь, что в помещение будет немного теплее, однако, из-за сильной жары ранее, там было также как и на улице.        В кафе было достаточно уютно, хоть оно и выглядело, как какая-то деревенская пивная, но прибранная и без того шума, как бывает в барах. На самом деле, было ещё слишком рано для алкашей, поэтому они спокойно смогли пройти к прилавку, за которым никого не было. Хлоя усмехнулась, цокая языком и провела тонкими пальчиками по пыльной столешнице, пока Люцифер рассматривал, что у них есть в меню. — Как минимум инфекций здесь достаточно, — говорит она ему, смотря наверх. Потолок был не лучше, просто деревянная крыша, явно протекающая во время дождя. — Так говоришь, как будто тебе здесь жить, — усмехается Морнингстар. Продавец так и не появляется и они уже думают, что отправятся дальше голодными, когда к ним всё же приходит крупный мужчина с огромным пивным животом и длинными рыжими усами. На голове у него кепка и непонятно, есть ли там волосы. — Вы не местные, — прямо в лоб начинает мужчина и оценивающим взглядом окидывает Деккер с ног до головы, и к его счастью, что она этого не замечает. — Нет, не местные, — Люцифер встаёт перед ней, перекрывая вид продавцу, — Мы заехали пообедать, если здесь, вообще, такое реально.        Мужчина вытягивает руку и указывает на меню, которое Морнингстар недавно листал, но ничего нормального так и не нашёл, кроме жареной картошки с грибами. По своему опыту он не очень доверял тем, кто собирал этих маленьких убийц, поэтому сильно сомневался, что это может им подойти. — А как насчёт картошки и мяса? — спрашивает он. — Без проблем, что-нибудь выпить?        Люцифер оборачивается к Хлое, чтобы она могла посмотреть, чего хочет, однако здесь алкоголя было больше, чем обычных напитков, поэтому она останавливается также как и он на кофе.        Им приходится ждать свой обед дольше двадцати минут, но они не могут жаловаться на обслуживание, учитывая, что нигде в другом месте они остановиться не могут, из-за страха быть пойманными, поэтому они сидят в тишине, слыша лишь бурчание старого магнитофона, на котором играет какая-то непонятная музыка, явно не радио, и пьяные разговоры двух мужиков сзади.        Он задумывается о том, какова будет их жизнь, когда всё это закончится? После всех признаний и того, через что они прошли, их пути явно не разойдутся. Люцифер не может сказать, что они с Хлоей сейчас состоят в отношениях, но и утверждать, что это не так, тоже. И каждый раз, смотря на неё, он понимает, что влюбляется всё больше и больше. Наверное это есть то самое… Наверное, это и есть любовь. Всепоглощающая, сжигающая сердце и душу, заставляющая чувствовать себя чуточку лучше, когда любимый человек находится рядом.        Деккер поправляет свои волосы, а потом с улыбкой поднимается со стула и говорит, что ей нужно отлучиться. Он кивает ей, улыбаясь и следит за тем, чтобы она без приключений добралась до пункта назначения.        Он также думает о том, какой была его жизнь до неё? Он работал хирургом, зарабатывал небольшие деньги, но постоянно попадались пациенты, которые могли его щедро отблагодарить куда большей суммой. По-началу он отказывался, считая это ужасным — брать деньги у пациентов, но потом пришло осознание, что нет ничего прискорбного в том, что человек хочет тебя отблагодарить таким вот образом. Обычно эти деньги уходили в копилку, чтобы иметь хоть что-то на чрезвычайную ситуацию, которая сейчас и произошла, собственно говоря.        Хлоя ворвалась в его жизнь словно ураган. Он знал, что она не уйдёт из его жизни просто так, когда он только увидел её на своём операционном столе, подключенную к разным аппаратам, которые поддерживали её жизнь во время операции. И он ни капли не сожалел о том, что встретился с ней. Ему бы, конечно, хотелось изменить момент их знакомства, потому что в памяти так и осталась картинка безжизненного бледного тела, подающие признаки жизни лишь одним вздыманием груди.        Морнингстар трясёт головой в разные стороны, пытаясь сфокусироваться на том, что сейчас она практически здорова, довольно-таки активна и выглядит не так, словно из неё пытаются высосать жизнь. Ему хватает лишь одного взгляда на неё, чтобы сердце сделало кульбит от тех эмоций, которые он испытывает. Наверное, он ещё долго не сможет принять тот факт, что кто-то вдвое больше неё, мог с ней так поступить. — Ваш обед, — мужчина появляется слишком неожиданно с небольшим подносом в руках, и с грохотом ставит его на столик перед лицом Люцифера, отчего он вздрагивает. Сначала он благодарит продавца и только потом, когда он уходит, Морнингстар понимает, что Хлои уже слишком долго нет.        Он крутит головой в разные стороны, но нигде не находит её и встаёт, чтобы проверить, всё ли в порядке. Она не может находиться в туалете настолько долго, к тому же в таком… — Хлоя, — стучит он по двери, но в ответ тишина, — Хлоя, у тебя всё в порядке? Ты там слишком долго?        Он дёргает дверь за ручку и она с лёгкостью ему поддаётся, только внутри никого нет. Сердце учащается и бьётся настолько быстро, что казалось бы, сейчас выпрыгнет из груди. Люцифер точно помнил, как она заходила сюда… Она не могла просто испариться. — Кого-то потерял? — слышится сзади и Морнингстар с осторожностью оборачивается. Перед ним стоит тот самый мужик за барной стойкой и прижимает Хлою спиной к своей груди, пистолет нацелен её прямо в голову и врач сглатывает, понимая, что просто так они теперь отсюда не уйдут. — Отпусти её, — спокойно говорит Люцифер. Пока спокойно. Он смотрит в перепуганные глаза Деккер и ярость нарастает с каждым разом всё сильнее и сильнее. Она тихонько всхлипывает, что заставляет его передёрнуться всем телом. Зараза, этот кретин отвлёк его. — Сначала ты выложишь всё, что у тебя есть из налички, — молвит тот, размахивая пистолетом в разные стороны и слишком сильно сжимая руку на животе Хлои. — Ты делаешь ей больно, — рычит Морнингстар. Он готов поклясться, что, если бы имел какие-нибудь сверхъестественные способности, размазал бы этого урода по стене. Сейчас ему, собственно, тоже ничего не мешает, кроме Хлои, находящейся под прицелом. Она выворачивается в его руках от боли и мужчина усмехается. — Такие прям неженки, — он наклоняется к её уху и облизывает его. Люцифер видит, как её ноги подкашиваются, когда она жмурит глаза и пытается выкинуть из головы неприятные воспоминания, — Если она действительно тебе так важна, то ты сделаешь так, как я тебя прошу.        Доктор оглядывается по сторонам, но выход слишком далеко, поэтому он выворачивает все свои карманы и вываливает на пол всю наличку. Этот здоровяк ещё не знает, что это не все их деньги, потому что он не дурак, таскать с собой сумку с деньгами, о которой даже Хлоя не в курсе. — Отпускай, — грубо продолжает Люцифер, указывая на пол, где валяются купюры. Мужчина хмыкает. — Это всё? — недоверчиво спрашивает он. — Да, всё. Отпусти её, немедленно! — кричит Люцифер. Он делает шаг вперёд и протягивает руки, чтобы встретить её в свои объятия, но мужик только лишь смеётся над ним. — Вы не местные, у вас должно быть больше денег! — верещит он. — Конечно больше! — восклицает доктор. — Но ты ведь не думаешь, что я таскаю их с собой. Если хочешь больше — отпусти её и я привезу тебе больше. — Ты за идиота меня держишь?! — Нет, это ты держишь меня за идиота, придурок! — Морнингстар преодолевает расстояние, разделяющее их и резко выворачивает его руку с пистолетом, из-за чего тот даже среагировать не успевает, как оружие выпадает на пол. Мужик корчится от боли, что позволяет расслабить хватку, чтобы Хлоя могла высвободиться.        После того, как Деккер оказывается в безопасности, мужчина с силой пинает бармена в живот и вырубает его одним движением руки по сонной артерии, из-за чего тот тут же падает на пол, прямо на деньги, которых ему было мало.        Люцифер тяжело дышит, пытаясь справиться с гневом, который его переполняет. Это снова произошло. Ей снова угрожала опасность, а он упустил тот момент, когда это произошло. Он обещал ей защищать её и не давать никому в обиду, а в итоге она сейчас стоит сзади него и трясётся от переизбытка эмоций. — Люцифер, — она старается звучать более чётко, не показывать своего страха ему и он оборачивается для того, чтобы увидеть её расширенные глаза. — Иди сюда, — он протягивает руки вперёд и она без раздумий бросается в его объятия. Мужчина крепко прижимает хрупкое тело к себе и тихонько поглаживает по голове, что-то нашептывая ей на ушко, — Нам нужно уходить, дорогая, пока он не очнулся и не потребовал полицию.        Хлоя кивает ему в грудь и приподнимается на носочках, чтобы дотянуться до его лица и оставить там быстрый поцелуй. Он с удивлением смотрит на неё, когда она отстраняется и улыбается, склонив голову на бок. — Чертовка, — усмехается он, надвигаясь на неё так, чтобы она упёрлась спиной в стену и пользуется этим, чтобы схватить её на руки и вытащить из грязного туалета, возле которого всё и происходило.        В баре продолжают сидеть подвыпившие мужики, даже не замечая, что совсем рядом были какие-то разборки. Люцифер подходит к барной стойке, склоняется над ней и вытаскивает пару бумажных тарелок с кусочками торта. Хоть какой-то перекус после долгой поездки.

***

       Ночь наступила слишком быстро и сегодня был первый раз, когда Фредди действительно нуждался в своей матери. Он так сильно скучал по ней, скучал по ощущениям её руки в своей, отчего сна не было ни в одном глазу и хотелось заплакать от досады.        Мальчика укладывал Ричард, читая ему сказки перед сном, как делала это Хлоя, когда могла, но это было уже совершенно другим. Голос мамы убаюкивал мгновенно, успокаивал его, а её нежные поглаживания по голове заставляли думать, что рядом с ней он в безопасности, что она всегда рядом. И хоть он понимал, что у них не было другого выбора, он с каждым днём питал всё больше ненависти к своему отцу.        Перевернувшись на бок и погрузившись в свои мысли, он не замечает, как в комнату заходит Мейз. Женщина садится напротив его кровати и тихонько кладёт руку ему на бок, отчего он вздрагивает.        Смит была вторым человеком, с кем он так быстро смог найти общий язык. Ему с ней было достаточно интересно, и она часто его веселила, о чём он несомненно расскажет маме, когда она вернётся, но новые воспоминания о ней вызывают неприятные покалывания в носу и он оборачивается к женщине. — Почему мальчикам нельзя плакать? — спрашивает он надломившимся голосом. — С чего ты взял, что мальчики не могут плакать? — удивляет она, поглаживая его по голове. — Бывают случаи, когда даже взрослые мужчины плачут. В этом нет ничего постыдного, если ты об этом говоришь. — Я хочу снова увидеть маму, — жалуется он и маленькая слезинка скатывается по его щеке. Мейз грустно усмехается ему, вытирая лишнюю влагу. — Что ж, малыш, я знаю, что ты хочешь этого, — подтверждает женщина, — И я более, чем уверена, что твоя мама тоже хочет этого не меньше, чем ты, но так сложились обстоятельства, что по отдельности вам будет легче скрыться от твоего отца.        Фредди фыркает, сам вытирая щёки, по которым струятся слёзы. Он не может плакать, потому что его мама терпела гораздо большее и не плакала, а он просто не может позволить себе этих чувств, зная об этом. — Послушай, малыш, — продолжает Мейз, — В жизни ещё столько всякого дерьма может произойти. Поэтому тебе стоит вытереть сопли и стойко выдержать это небольшое испытание. Твоя мать гораздо сильнее, чем ты можешь себе представить, а если с ней рядом Люцифер, то это, вообще, непобедимое комбо. Они вернутся за тобой, вот увидишь. Твой отец ещё пощады будет просить.        В глазах ребёнка снова загорается надежда, хоть желание быть рядом с мамой никуда не пропадает. Но Мейз права — слезами здесь не поможешь. Мама вернётся к нему, он полностью в этом уверен.

***

       Солнце садится слишком рано и на небе образовывается красивый разноцветный орнамент. Они останавливаются в поле на какое-то время, чтобы передохнуть, ведь в том кафе им этого не позволили и остановиться можно было только здесь, на случай, если этот олух из бара смог узнать, что они в бегах.        На улице достаточно тепло для вечера, но куртка на плечах у Хлои всё равно необходима, потому что слабый ветерок продувает до костей. Они сидят на капоте в обнимку и он перебирает её волосы рукой, на которой она лежит. Если бы не погоня, можно было бы сказать, что они счастливы.        Тишина всегда наводила их обоих на дурные мысли, заставляла думать о чём-то, что в обычное время никогда не приходило в голову, но сейчас это выглядит достаточно спокойным. Действительно спокойным за последние дни, а для Хлои — годы.        Люциферу так нравится наблюдать за её улыбкой, когда она поднимает одну из рук ко лбу, чтобы посмотреть на небо и тихонько хихикает. Вот такой она должна быть всегда — любимой, беззаботной и безгранично счастливой. Здесь только для полного счастья не хватает Фредди, который, наверняка, уже спит. По крайней мере он надеялся. — Ты очень здорово справился с тем мужиком из бара, — говорит она ему, поворачиваясь к нему лицом. — Это пустяки, — отмахивается мужчина, — Я не должен был даже допускать возможности твоего захвата, — он останавливается в её волосам и кладёт ладонь на висок, притягивая голову к себе и целуя в макушку, — За тебя я порву любого, — признаётся он.        Она молчит, но ему не нужен её ответ, чтобы понять по еле слышному урчанию, что она довольна им. — А ты можешь научить меня? — вдруг спрашивает она. — Научить чему? — недоумевает Морнингстар. Деккер отстраняется от него, нервно облизывая нижнюю губу и опуская взгляд вниз. — Драться. — Зачем тебе это? — Люцифер не понимает того, куда она ведёт, смотря на неё так, словно впервые видит. — Этот мужик в баре схватил меня и я не смогла ничего сделать, чтобы вывернуться, потому что я понятия не имею, как это сделать. Все те случаи с Маркусом… Я не могла дать отпор, потому что не умела. Пожалуйста, Люцифер, я не хочу быть обузой, мне надоело быть слабой, когда все вокруг сильнее меня.        Её слова имеют смысл, но также сильно ранят мужчину. Она не права лишь в одном — она никогда не была обузой. Хлоя слаба — да, она не может постоять за себя, не имея представления, как это сделать — да. Но она никогда не была помехой. Он любит её такой, какая она есть и готов отдать всё, ради неё. Он едет к президенту, чёрт возьми, по каким-то деревням, скрываясь от камер и проверяя на каждом километре нет ли слежки, и это должно что-то говорить о его чувствах к ней.        И Хлоя это видит. Она прекрасно видит его, он также сильно ей нравится, и, по правде говоря, она не может отрицать очевидных фактов, что она влюблена в него, но после отношений с Пирсом, она не может так быстро раскрыть для него своё сердце, хоть и понимает, что поступает с ним довольно-таки эгоистично. — Тебе не нужно учиться драться для этого… — Люцифер, пожалуйста, — на смотрит на него с мольбой в глазах, и он не может ей отказать. — Хорошо, — соглашается доктор и спрыгивает с капота. Он снимает её за талию и переплетает пальцы рук, чтобы отойти на достаточное расстояние от машины.        Он показывает ей самые простые приёмы, которые могут ей понадобиться, чтобы выбраться из лап преступника. Они тренируются с ним, и она с большим усилием может двигаться, когда он держит её. — Это слишком крепко, — стонет она, — Я никогда не смогу сдвинуть тебя с места. — В этом вся суть, малыш, — настаивает мужчина, — Сейчас это всего лишь я, и я отпущу тебя по первой твоей просьбе, но кто-то, кто не является мной, так не сделает. Он будет держать ещё сильнее.        Он зарывается носом в её волосы и удерживает за талию, когда она свисает вперёд и тихонько хнычет от безысходности. Из всего, что он ей показывал, она не смогла повторить. В голове строилось столько мыслей и она решила, что будет действовать по своему.        Люцифер думал, что на сегодня она сдалась, когда продолжал держать её, но в какой-то момент его руку пронзила адская боль, и, когда он понял, что произошло, Хлоя уже выбралась из его захвата. — Ты что… — он уставился на неё с недоумением, его глаза были огромными, но в то же время, он был слишком впечатлен таким исходом, — Ты укусила меня?! — воскликнул он, но улыбка оставалась на мужских устах. Хлоя лукаво ухмыльнулась, показывая ему язык. — Неплохой ход. Так тоже можно, — продолжает он, — Но он не всегда может сработать, радость моя, — он подходит к ней ближе и заправляет растрёпанные волосы, выбившиеся из высокого конского хвоста, за ушко.        Её щёки ярко розового цвета, дыхание сбито и она явно немного вспотела, когда тягалась с ним. Солнце давно ушло за горизонт, но всё ещё было довольно-таки тепло. Сегодня они будут ночевать в машине, но для начала им нужно спрятать её где-нибудь в лесу, где их никто не сможет найти, когда они будут наиболее уязвимы.        Люцифер был полностью уверен, что и глазу сомкнуть не сможет этой ночью, потому что безопасности Хлои для него самое главное. Сегодняшняя «тренировка» показала, что она не сильно научилась чему-то новому, но если продолжать в том же духе, в конечном итоге она сможет дать отпор своему обидчику. — Думаю, что нам пора ехать, — говорит он ей, соприкасаясь своим лбом с её. Она прикрывает глаза от приятного ощущения его рядом и улыбается. — Но мы ведь завтра продолжим? — с энтузиазмом спрашивает она, снова смотря на него своим невероятным взглядом, от которого у него голова кругом идёт. И как он может отказать ей в чём-то, когда она так на него смотрит? — Родная, ты ведь не в лучшей форме, чтобы тягаться со мной, — тянет он, положив тёплую ладошку ей на живот и слегка поглаживая. Он слегка приподнимает ткань футболки, чтобы убедиться, что с разрезом всё в порядке и он ещё немного подзатянулся и с облегчением выдыхает, понимая, что тот полоумный не причинил ей вреда, когда так крепко держал в своих руках.        Люцифер не отрицает того, что ему было бы спокойно, знай он, что она может сама справиться со своим противником, но она выглядела такой крошечной, такой уязвимой сейчас. Он боялся, что может что-то пойти не так с её раной, что ей может стать плохо, ведь, по всем строжайшим правилам, у неё всё ещё длился больничный, на котором она должна соблюдать постельный режим. Но вместо этого, они разъезжают по стране и прячутся от полиции Лос-Анджелеса. — Со мной всё в порядке, ты же сам видишь, — уверяет она его и он вздыхает. Такая упрямая, но такая любимая. — Договорились, — соглашается он, — Но ты должна пообещать мне, что, как только почувствуешь хоть какой-то дискомфорт, или, быть может, тебе станет плохо или больно, ты обязательно мне обо всём скажешь. Мы не будем это делать до потери сознания. Ты поняла меня?        Она коротко кивает и снова улыбается, набрасываясь на его шею. Она раньше никогда так не делала, боясь проявлять свои яркие чувства, но сейчас он видел, что с каждым днём ей становится с ним только легче. И ему это, безусловно, очень нравилось. Рядом с ним она, наконец-то, чувствовала себя свободной. — Я люблю тебя, — говорит он ей, целуя в висок, когда она кладёт голову ему на грудь. Она что-то бормочет непонятное, но через мгновение он чувствует, как она расстёгивает верхние пуговицы его рубашки и касается губами обнажённой груди. Наверное, сейчас он самый счастливый человек на планете.