Больше, чем доверие.

***       Небо над головой было ясным, чистым, как только что сотканный темный шелк, в который так и тянуло упасть, как в омут из одеял и простыней. Если бы только гравитация не работала против наших желаний. Может тогда мир рухнул бы нам на головы... Хотя наверно кто-нибудь и не был бы против построить на его мраморных костях что-то новое.       Тонкая рука скользнула по белой стене, и правда мрамор, белый как кость и столь же крепок. Гладка, от того казалась такой... идеальной, даже податливой будто вот-вот прогнется под изящными пальчиками, заставляя их томиться в бесполезном ожидании невозможного... Такая высокая, что казалось взгляда не хватит чтобы ее охватить, не в высоту, не в ширину... Стоило ли вообще пытаться?       Рука, скользившая по стене, казалось гладила ее, как спящее дитя, боясь потревожить, убаюкивала его вгоняя в еще большую дремоту, делая сон бесконечно сладким... Видится ли ей что-нибудь? Может день, когда ее возвели, может руки, что придали ей форму, а может путь что она проделала в ожидание, когда безобразный кусок камня превратится в нечто прекрасное, покорно ложась под инструмент мастера.       Но вдруг тонкие пальцы превратились в острые крюки на лапе хищного зверя. Усыпил бдительность и через мгновения заплакала стена, как дитя, теряя свои позолоченные украшения вместо слез под ненавистью этих когтей. Казалось вот-вот застонет под пыткой, мучительно, как грешник на костре. Грешник... В чем же повинна она?       Всего лишь камень, чем провинился он перед зверем? Чем тронул его беспокойную душу? Красотой... Слишком красив, слишком беспечен...особенно те, кого он укрывал в себе, превращаясь из просто стены, в сладкий пирог с мясной начинкой. Этого он хочет? Всего лишь откусить кусочек. Разве это много? Но какой он подсчёту? Кажется, не так давно ягненка потеряли в клыках у огненного зверя... Запекся до корочки, аж с костей мясо слезало. Загляденье. Сколько это было лет назад…? - Дрожишь? - прошептал нежный голос обращаясь к... кому? Улица была темна и пуста. Ночи шептал зверь? От чего же, она его верная подруга, плащ, что укрывает от блуждающего взора... Да, она дрожала, ведь знала, что за узор выводят когти на ее бледной коже. Погибель он обещал, готовя свой разрушительный поцелуй. - Как они спокойны... тихи. Верят тебе... - шептал зверь, приложившись ухом к стене, прислушиваясь к миру за ней... который он хотел выгрызть как моллюска из раковины. - Но ты придашь их. - прошептал он, оскалив белые зубы, обнажившиеся в улыбке. – Поведаешь мне свои секреты…       Неужели нет выбора? Нет. Потому что его никто не дает. - Эй! Стоять! - вдруг раздалось откуда-то позади.       Голос, такой гавкающий... резкий, как внезапные лопнувшие струны на пике играемой мелодии. Ночь была прекрасна в своем безмолвии и прерывать эту тишину было настоящим кощунством.       Зверь оглянулся, встретившись взглядом с луной, что предательски ему светила в спину, выдав его изящные след злым шавкам слоняющимся по переулкам, будто падальщики в поисках мертвечины...       С холодной ненавистью посмотрев на луну, он подарил безмолвное обещание мести, а затем расплылся в обворожительной улыбке, подаренной злобной шавке, что еще только решала, насколько сильно она может куснуть попавшеюся ей... крысу? Или нет? - Что вы тут делаете? - возмутилась шавка не переставая лаять своим голосом от чего уши у зверя будто изнутри раздраженно подергивались. Как же непривычен ему такой тон, такая манера говорить... еще и от какой-то псины. - Сейчас комендантский час, все должны быть по домам после десяти. - Чего-то опасаетесь? - невинно спросил зверь, пряча за овечьей шкурой волчий оскал. - Да. - Но разве... так даже не опаснее? - зверь немедленно поспешил ответить на удивление на морде шавки, чувствуя в этом свое удовольствие. - Ведь когда много людей в одном месте... взорвать их еще проще и... предпочтительнее не находите? - зверь почти мурлыкал, словно соблазняя глупую дворнягу. - Что вы несете...? - шавка беспокойно заметалась взглядом от царапин на стене к зверю, начиная чувствовать неладное.       Но на успокоение пугливой псины, к ней подошла часть ее своры. Мышиный хвост перестал дрожать. - Это еще что? - Не видишь? Нарушитель комендантского часа. Очень странно себя ведет, еще совершил акт вандализма. – ответила он официальным тоном, указывая на тонкие следы от когтей и сорванную позолоту... - Скучное сочетание цветов... - не выдержал зверь и скучающим тоном простонал свои слова. - Не хватает красного. - усмехнулся зверь, растягивая цветок алых губ превращая их в кровавый порез.       Вторая шавка с подозрением ощерилась, чует неладное? - Вы пройдете с нами. - заявила моська, слишком смело для своего размера. - Я вас не знаю. - вновь невинно пролепетал зверь, словно насмешки ради набрасывая на себя шкурку овечки. - Отец запрещает мне ходить с незнакомцами... - в голосе зверя на секунду проскользнуло что-то сладкое, почти приторное, что казалось он язык провел по зубам изнутри разлизывая собственные слова как конфетку. - Зато разрешает разгуливать по ночному городу? Так не пойдет. - Город не опасен. Опасны люди. - резонно ответил зверь на смелый выпад. - Вы идете с нами, сейчас же. - Нет-нет... - будто загнанный ягненок зверь опасливо попятился назад от шавок, что наступали.       Не долго думая, зверь белым призраком сорвался с места и побежал вдоль стены, слыша как та усмехается ведя его в... куда? Она чувствует победу? Злорадную победу, не крошиться ей в зубах у зверя слушая крики тех, кого защитить не смогла... Постойте, а стены вообще могут чувствовать?       Задумавшись об этом зверь вдруг обнаружил себя в тупике. Так вот к чему было то глухое злорадство. - Ты меня в тупик завела! - рыкнул зверь, скаля аккуратные белые зубки, словно хотел прямо сейчас вцепиться в эту предательницу.       Но его порыв был бестактно прерван лаем глупых шавок, что бежали с радостным осознания – крыса загнана. - Добегалась! - рявкнула псина злорадно скалясь, смотря как в тени тонет свет голубых звериных глаз, что отступал все дальше к стене, пока наконец не прижался к ней обнаженной спиной, от чего по коже пробежал предательский холодок... от неожиданности, конечно, что тупик наступил так скоро. - Давайте не будем начинать конфликт... - учтиво попросил зверь продолжая хлопать стекляшками фальшивой невинности, выставленной на показ как товар на витрине.       Шавки вышагивали вперед, так гордо и величественно, что казалось, то волка была поступь и железные когти гремели, высекая искру из камня под собой, но в действительности…. То, все равно что постукивание девичьих каблучков было, для зверя, что, забавляясь притворным ужасом, забился в угол. - И что же теперь с тобой делать? – спросил один из псов, чувствуя, как кровь, пьянящей аромат… страх. Будто духи на теле у девы, он обволакивал жалкую песью душонку, помогая ощутить себя тем самым волком, коим мнила она себя. Большим, чем есть на самом деле… - Что же? – отозвался зверь. – Отпустите меня, я просто пойду домой. - Прости, милая, но ты испортила стену. – голос шавки стал фамильярным, чем вызвал вопросительный взгляд у своего напарника. – Вандализм, это скорее занятие для подземных крыс. – насмешливо оскалила зубы дворняга, насмехаясь над теми, кого заслоняла тень золоченого титана. – Ты вроде на нее не похожа…       Что-то блеснуло в тупых, тусклых глазах бестолковой псины, что-то влажное и в масленое в тоже время. - Поэтому может расплатишься за ущерб, как и полагается хорошей девочке? – в голосе заскользило самодовольство. - Что? Ты что задумал? – кажется псина поменьше испугалась намерений своего нахального приятеля. - А на что это похоже? – псина насмешливо оскалилась. - Да и вообще… Что нам будет? – он глянул на зверя, невинно мнущегося на месте. – Вокруг никого, развлечемся. А потом просто так отделаем, что она даже не вспомнит, что это были миротворцы, поверь я уже знаю, как и куда бить, чтобы память отшибло. Кроме того… Всегда все можно свалить на этих крыс. – он топнул ногой по земле, словно ожидая, что крысы под ней в ужасе разбегутся. – Они же животные и способны на такое, да? – с рычащим нажимом шавка обратилась к напарнику. - М… Д-да, ты прав… - ответил он трусливо, поджимая хвост. Зверь притих, наблюдая за псинами в странном молчание, перестав крутить в пальцах, кончик голубой косы… - Я тебе больше скажу, все охотно примут это. – усмехнулась псина, зная, что это правда…       Трудно было вспомнить, когда солнце светило так ярко как сегодня. Кто спустил с поводка этого светозарного зверя? Как пожар он помчался по чистому небу, заставляя облака пылать в огне его необузданного великолепия. Дряхлые руки богов больше не могли держать его в узде? Почуяв свободу, он щедро раздавал свой свет всем, над кем пролегала его тропа, несся как вихрь, но для муравьев внизу, он словно плыл в воздушном океане, медленно, размерено, даже как-то лениво…       И судя по тому, как небеса еще ясны, кажется боги не заметили пропажи своего лучезарного питомца… а может он их загрыз, изнемогая от жажды по свободе? В конце концов, сколько можно было смотреть на это серое безобразие? Даже ручному псу это надоело созерцать… Или так было всегда? Просто там… там всегда небо кажется таким далеким, темным, словно его кто-то прятал. Даже этого они не желали им отдавать? Сколь же глубоко их чувство жадности? Сколько еще нужно отдать? Блеск в глазах, дыхание, здоровый цвет кожи, тепло… Им все еще жалко хотя бы одного золотого лучика, конечно, ведь все золото принадлежит «им». Далеким птицам в облаках, далеким небожителям в небесах, разве могло быть иначе? Кажется, само мироустройство к этому располагало, почему бы не покорится заведенному порядку?       Слишком холодно, слишком темно, для того, чтобы покорность пустила свои корни... Но она и без того, очень долго отравляла ослабевшую плоть детей, что крысами нарекли от самого мига рождения… Чем они это заслужили? Лишенные тепла от первого же соприкосновения с миром, лишенные блеска при первом же взгляде на мир…       Они крали все, даже когда взоры этих злобных стервятников смотрели в другую сторону, они продолжали отнимать, всегда отнимать. Это было невыносимо… истощало душу печалью, обезвоживало ее, как засуха, ослепляла.       Все что остается, искать утешение у неоновых богов, что светили во мраке всем, не делая различия между теми, кто стоял перед ними или же падал, сраженный наивностью… Даже если ты умрешь, последний твой миг будет ярок, как вспышка брошенных на холст красок. Если уж научились заменять конечности на металл, то от чего же не заменить отблеск души в глазах на неон? Чтобы они больше ничего у тебя не отняли…       Здесь же… Светозарный зверь, резвится как дитя, он всех любит, всех греет теплом тысяч своих хвостов, обнимая каждое плечо, заглядывая в души каждым своим глазом, раздавая радости блеск, сыплет ею как дитя конфетами. Цветы тянутся к его игривой морде, в надежде хотя бы лепестком отхватить тепло поцелуя, что было в его раскалённом сердце, чтобы выросте скорее, стать сильнее… Не знали они, что ждет их жестокая судьба в заботливых руках садовода, им участь уготована умереть не за что, отдать миг юности свой, чтобы восхитить и вскоре быть забытыми… Разве это справедливо?       Тонкие девичьи пальцы мягко коснулись цветов, которыми щедро была усыпана площадь Пилтовера. Так странно это было… Она касалась лепестков и не могла отогнать чувство, будто касается картинки. Там, откуда она пришла, на улицах не цветут цветы… их в принципе там нет. Там для людей-то света мало, что уж говорить про эти прекрасные бутоны, которые наполняет жизнью ничто иное как свет? От этого какая-то грусть коснулась невинного сердца в хрупкой груди. Стоит ли удивляется тому, почему люди внизу так жестоки? Так черствы… Им ведь просто не оставили выбора, как и этим цветам, вынуждая их расцветать ради неизбежной смерти в чьей-то вазе. Почему не могло сложиться иначе? Просто кто-то, кто ближе к солнцу успел скорее ухватить его за хвост и заключить в клетку ради своего удовольствия, отрезая тех кому повезло меньше… Справедливо ли это? Они всегда только берут…       Дева выпрямилась, отнимая руку от изящного растения и глубоко вздохнула, обратив взор на то что ее окружало – люди. Как много людей и все такие яркие… не в том смысле, в каком она привыкла, а яркие словно блики на стекле, даже ослепляли подобно им. Здесь почти не было место темным оттенкам, главенствовал белый и золотой, и иногда бежевый, кажется даже отбрасываемые тени пасовали и выцветали от всеобщей яркости всего. Как это возможно?       В Зауне же ничему этому место не было… Свет стал опасен, несмотря на то, как жадно алчили его глаза. Теперь он мог выжигать жизни, словно смотря на людей внизу, как через лупу. Лишь обманчивый свет неона понимал сердца своих почитателей. В кислотных, ярких цветах они обманывали наивные глаза псов, что случайно или нарочно забредали сюда, желая отловить козлов отпущение… Правда с определенного момента это стал удел смертников. И глупцов. Девушка едва заметно нахмурилась при мысли об этом, что-то вспоминая из прошлого…       Посмотрев в сторону, где виднелся мост, дева полуприкрыла глаза, чувствуя, как ветер нежно приласкал ее щеки, теплый как прикосновение любящей руки… ее уста тронула совсем призрачная улыбка, такая незаметная, что люди вокруг никогда бы ее не увидели. Они слишком яркие, слишком счастливые и праздные, чтобы заметить робкой радости. Но ей было все равно, ее мысли улетучились куда-то далеко, прямо за этот мост, сквозь переулки и тени, уворачиваясь от неона и стучались в дверь. Ее улыбка стала шире, когда она представила себя переступающей порог… - Мисс, все хорошо? – вдруг отвлек ее мягкий голос кого-то мужчины. - А? – будто захваченная врасплох, девушка похлопала голубыми глазами и обернулась в сторону голоса. – Что?       Рядом с ней стоял… скорее юноша, чем мужчина, светловолосый, с ровным цветом лица, словно у художника, что его рисовал было краски в избытке. Почему же на нас этой краски вечно не хватало? Возможно лишь на пару лет старше чем она сама, хотя… парни растут так быстро, что по ним не угадаешь их возраста. - Все хорошо. – машинально ответила дева, пригладив длинную голубую челку и отвела взгляд, пряча его за ней.       Зеленые глаза с внезапным интересом пробежались по длинной челке и косе, что была такой длинной и покоилась вокруг шеи незнакомки словно усыпленный удав… и цвет… - Какие у вас необычные волосы, если позволите мне заметить. - Это комплимент или оскорбление? - ухмыльнулась девушка, придав взгляду холодной колкости, когда он вынырнул, подобно акуле, из-за челки уставившись на парня в ожидании ответа. - Разумеется комплемент! – тут же заверил юноша поспешным тоном, ощутив этот взгляд, как кусок острого льда у горла. – Они прекрасны. – выпалил он на одном дыхание. – Я никогда ни у кого не видел, таких. Ваша коса словно соткана из неба, я смотрю на нее, и она легко потерялась бы в нем, если бы не ваша белое платье. – в голосе юноши возникла нотка восхищения, на которую девушка ответила легкой улыбкой и снова посмотрела в сторону моста. - Правда? Мой отец сравнивает их с океаном. – произнесла она, негромко утратив ту звонкость в тоне, что была до этого. – Переплетение волн, так он о них говорит… - Неужели? – удивился ее собеседник. – Вода может быть довольно опасной, неспокойной… Ваши волосы выглядят такими воздушными…умиротворяющими. В ответ на него снова посмотрели с острой усмешкой, очень странной для девушки из Верхнего города. Опасна и неспокойна… - Очень неудачная идея начинать знакомство с девушкой с осуждения слов ее отца. - Нет-нет! Я не это имел в виду. – тут же спешно ответил парень, понимая, что сел в лужу. – Просто… просто мне так подумалось… это не значит, что ваш отец неправ. - Плохая стратегия говорить, что думаешь, верно? – усмехнулась дева и продолжила. - Ты продолжаешь себя закапывать, парень. - начала она наседать нагнетающим тоном, с мягко ускользающем удовольствием в нем.       Алые уста девушки невольно растягивались все в большей усмешке, наблюдая за тем, как глупо юноша вел себя в слишком откровенном желание понравиться своей собеседнице. Неужели он этого не понимал? Зачем делает все это? Зачем унижается перед голубыми глазами, смотрящими на него с неизбежной высокомерностью, она была словно приговор для любого. Все это вызывало лишь снисходительную улыбку.       Парень лопотал так быстро, что казалось у него в голове включился целый печатный станок выдавай один за другим комплемент. Интересно улавливал ли он, что начал уже перебарщивать, вызывая в голубых глазах скуку. Так странно было слушать это лопотание и в какой-то момент, девушке показалось, что она смотрит на какого-то червя…так выкручивается. - Как же ты из кожи вон лезешь. - игриво проговорила дева, прервав поток слов, которыми ее пытались очаровать. - Хочешь узнать мое имя?       Парень притих, не ожидая такой вопрос. - Да, хотел бы. - он слегка улыбнулся, придав голосу больше уверенности, а то вид становился все более жалким и это при его милом личике? Хотя, чего стоило ожидать от верхних... - Тогда покажи мне город. - прямо и в тоже время так невинно потребовала девушка, заведя руки за спину, так по-детски, совсем не подходило ее возрасту. - Показать город? - удивился юноша. - Вы не местная? - Нет. - легко ответила голубоглазая нимфа, кажется совсем не боясь услышать последовавший вопрос. - Откуда же вы к нам прибыли? – он удивился словно гости у них большая редкость... впрочем это объясняло такой необычный облик его собеседницы.       Но девушка в ответ лишь обворожительно улыбнулась. - Мы с вами даже не знакомы, чтобы обсуждать этот вопрос. - Тогда давайте же познакомимся, мое имя...- но его резко заставил замолчать пальчик с голубым ноготком. - Шшш. - она подмигнула парню и добавила. - Не порть игру, так весело же. - договорила она почти шепотом и затем заговорчески улыбнулась, отнимая руку, словно они были в центре большой песочницы.       Юноша смотрел на девушку с удивлением. Какая она странная, не только внешне, но и поведением, точно иноземка, местные барышни слишком серьезные для того чтобы позволить себе такое поведение. Вдруг их увидят другие, что они скажут? Вот так оно было.       Парень машинально огляделся и стал обращать внимание на людей вокруг и то и дело, ловил как те смотрят на его новую знакомую, рассматривают, словно диковинный экспонат за стеклом. Ее волосы, так непристойно длинные и такие яркие, будто и правда кусочек неба свалился на землю, трудно его не заметить и еще труднее удержаться от желания прикоснуться… хотя бы взглядом. Он поймал себя на мысли, что она выглядела... совершенно нереально для этого места. Откуда бы могла прийти такая красота? Каким ветрами занесло этот воздушный кусочек чуда в их технологический мирок? Будто магическая искра откололась откуда-то с востока и заплутала в воздушных путях… - Что притих? - прервала дева размышления парня. - Уже можно говорить. - Ах, да так... Задумался о том, что показать вам первым.       Девушка мягко посмеялась. - Прекрати уже “выкать”. - надулась девушка, но наигранно. - А то я чувствую себя совсем старой... - Прости... - он слегка замялся видимо по привычке желая добавить “...те” в конце, но остановил себя. - У тебя на родине такое обращение не принято? У нас так обращаются из уважения. - А у нас, когда угрожают. - усмехнулась она, показав опасную улыбку из ряда белых зубов. Довольно редкое явление откуда она родом... и наблюдала, как парень прогибается под ее требования, даже несмотря на то, что он на своей земле. - Оу, тогда тебе стоит знать, что я не имел в виду ничего подобного. - Да я уже поняла, не считай меня глупой. - продолжила девушка постоянно делать вид что оскорбилась, хотя на деле, просто играла с мальчишкой наблюдая за его реакцией как за лабораторной мышкой в клетке. Забавно... Интересно наблюдать, за тем как твое желание гнет характер кого-то другого... Хм, он тоже это чувствует, когда указывает кому-то на место? Ему тоже... нравится это чувство? Девушка поняла, что ей нравится думать будто она может играться с другим человеком как с глиной заставляя того принимать удобную ей форму. До умений отца ей конечно еще далеко... Но по крайне мере этот мальчишка выглядит довольно податливым. - Нет, я вовсе не хотел вам, - он запнулся о собственные слова исправляя их, - тебе это говорить. - Ладно-ладно, - примирительно подняла руки девушка будто сдается и слегка посмеялась надеясь, что это успокоит парня... а то толку от него будет немного. - все хорошо. Ну что, покажешь мне город? А то я так наслышана о пилтоверском гостеприимстве, но что-то его не наблюдаю... - она осмотрелась, мимолетно изучив людей вокруг взглядом, иногда вылавливая их на самой себе.       Однако взгляд ее голубых глаз моментально холодом обжигал праздное любопытство людей. Это получалось у нее на каком-то инстинктивном уровне… в ее глазах всегда было и будет нечто чужеродное. Укрощенное безумие скалилось за хрусталем ее глаз и горе тому, на кого направят этого зверя и скомандуют «фас». Неужели эти псы это чувствовали? - Конечно, ты права. – он чуть смущенно улыбнулся. – Надо срочно нас реабилитировать в твоих глазах. – он позволил себе добавить в голос немного заразительного энтузиазма. - Наконец я слышу слова по делу. – довольно ответила девушка, ожидая экскурсию…       Она бросила взгляд на юношу, неожиданно теплый… и достаточно краткий, чтобы поманить его за собой как котенка бантиком. Она знала, что нужно ему дать… и чего не дать, чтобы он захотел сам за ней пойти и сделать все так, как у нее в голове. С такими так легко играть, это дева замечает уже не в первый раз, все равно что пешку на доске скушать… Ох, сколько уже таких пешек было сброшено с доски, но, когда же она дойдет до короля, что стоит на самом краю доски, гордо держа на плечах свое одиночество, как мантию. Не слишком ли она холодна? Не слишком ли тяжела? Что если за край она тебя уведет…       Мысли прервались тем, что юноша предложил ей свою руку, такую гладкую, нежную… Он явно ничего тяжелее пера в жизни не поднимал. Девушка не стала разыгрывать сцену и охотно взяла собеседника под руку, без слов давая ему согласие на его компанию. Надо же псу кость бросить…       Как парень и обещал, он устроил своей юной спутнице самый настоящий экскурс по городу и довольно неспешный, упрекнуть его в усердии все показать, а потом все об этом рассказать, было невозможно. Ей даже казалось будто ему это нравится, и он все это время только и ждал возможности найти девственные уши и прожужжать их полностью о величии Пилтовера и о том, какое перспективное будущее ждет его… Она же слушала это с терпеливой улыбкой, но парень был так увлечен, что не видел, что она именно терпеливая… что ж, ей же лучше, сохранять невозмутимое лицо было слишком сложно, сама природа ее естества противилась этому маскараду. - А с тех пор, как наши ученые разработали хекс-врата, значимость нашей страны лишь усилилась на мировой карте. - Да, я наслышана об этом изобретение… - на него она сейчас и смотрела, незримая тропа пронизывающая пространство, не дающая времени красть, что принадлежит ему. - - Не удивительно. Мы стали центром мировой торговли, все товары доставляются в считанные дни… и даже мгновения. Это не может не восхищать, верно? - Верно. – лукаво как лисица ответила его собеседница и взглядом скользнула по той невидимой тропе, что вела к горизонту, начертанной ее воображением… пока не пересекла мост, пролетев над ним словно птица… но рухнула как камень, лишь коснувшись, мрака, что за ним лежал. - А что там? – спросила она внезапно таким ровным тоном, что сама от себя не ожидала. Что за странная тоска тебя пробрала, юная дева? Что держит тебя в этой бездне? Что тяготит в твоем сердце и тянет на самое ее дно… - Яма. – ответил парень, кратко и сухо. – И крысы.       От ответа девушка встрепенулась, будто у нее бесцеремонно выдернули перо из хвоста. Ее взгляд моментально стал острым как край ножа и столь же холодным.       Конечно, что ты ожидала еще услышать от позолоченной псины?       Она сложила руки под грудью и осторожно запустила пальчики под руку, словно что-то нащупав там… Зверь в предвкушении облизнул свои цепи. - Так вам наверно сказало бы большинство людей, что тут живет… - он как-то сокрушенно вздохнул. – Там Нижней город, мрачный брат-близнец Пилтовера. - Как стороны одной монеты? - Точно. – слегка улыбнувшись ответил ее собеседник, но улыбка стала какой-то не веселой. – Однако теперь его таковым не назовешь. За последние годы это место сильно преобразилось. - Неужели? – она склонила голову к плечу смотря вопросительно на юношу, она явно ждала более подробного рассказала. – В лучшую или худшую сторону?       Солнце медленно превращалось в пожар на горизонте, казалось совсем скоро он превратится в пепелище к приходу ночи… Оранжевый свет заглянул в голубые глаза, может так они станут хоть немного теплее? Но встретила их лишь безучастность равнодушной морской бездны… - Смотря кого спрашивать. Здесь вам однозначно скажут, что в худшую… - А там? - А там… Я не могу знать, - он пожал плечами, - что там происходит, кроме того, что лет шесть назад, там объявился кто-то… по дерзкому амбициозный. - Крысиный король! – с каким-то неожиданным, резким и даже неуместным энтузиазмом ответила девушка, словно ребенок решающим загадку. Парень посмотрел на нее с удивлением… даже не подозревая, как на самом деле много было в этом детском выкрике. - Ну… что ж, - начал он как-то сконфуженно, - король или нет, но командовать и вести дела он точно может. - Ох, правда? – удивленно охнула прелестная нимфа, не заметив, как взгляд ее медленно оживился, словно над океаном скользнул бриз, неся на хвосте первые отголоски надвигающейся бури. – Знает ли кто-нибудь, кто это? - Нет. А кроме него там больше нет значимых фигур… Разве что некий индустриалист… - Может он и есть главный злодей! – с каким-то озорством отозвалась девушка.       Своим резким оживление, она вызвала на себя еще больше удивленный взгляд собеседника… Как же ее оживила эта тема. - Слишком это очевидно, как в глупой сказочке, не находишь? Кроме того, насколько мне известно миротворцы ничего на него не нашли. Чист… странно конечно для такого места как Заун, но факт остается фактом. - Заун? – переспросила она, ухватившись за это имя. - Да, с тех пор таковым стало его имя. Большинство все еще говорят о нем как о Нижнем городе, но скорее, чтобы покрасоваться своим бесстрашием и непринятием того, что, то место, негласно, выскользнуло из-под нашего контроля. - Правда? Там стало опасно? – продолжала она любопытствовать с явным энтузиазмом. - Поговаривают, что даже миротворцы стали побаиваться там показываться. – он слегка нахмурился чуть, склонив голову. – Не знаю, кто или что там завелось… но это явно что-то похуже крыс. - Раньше ведь было не так? - Насколько я могу помнить и по словам родителей, то нет… Это было относительно спокойное место, насколько могло, оно было и правда частью нас, частью Пилтовера.       Частью что вы глодали как кость… Мысли взвились в голове у девушки как клубок злобных змей. Слишком хорошо она помнила те дни, когда миротворцы приходили и брали что им нужно... И ради чего? Мир? Медленное истекание кровью, вот что это было... - Миротворцы были законом здесь и там, но теперь… Нижний город отрастил злобные клыки и отгрыз ту протянутую руку, что нас скрепляла, наших людей.       Это звучало так наивно-идеалистично, что девушка едва зубами не заскрипела во всеуслышание. Он рассуждает так уверенно, будто знал какая там жизнь… Но он же не знал! Один только его вид говорил об этом. Он не знает, что такое задыхаться, даже вдыхая полной грудью. - Неужели? – еле сдержала она сарказм, но какая-то капля его все же просочилась, как отрава. – И люди Зауна были этому рады? - Нам всегда говорили, что да. Ведь мы один народ.       Ложь… или он настолько глуп и наивен? Даже сложно сказать, что же хуже… - Почему же вы тогда сами их не спросите? – с прищуром спросила девушка. - Теперь это невозможно. – недолго думая ответил ее собеседник. – Там больше не рады верхним, последним ответом на нашу попытку привести туда миротворцев стал теракт, в котором погибла целая семья. Как нам сказали, это еще малая кровь… - он вздохнул. – Это наверно был первый за многие годы случай, когда Совету пришлось пойти на попятные и отказаться от собственных решений. Им пришлось отказаться от правосудия и желания найти виновного, ради того, чтобы их стремления не обернулись новыми жертвами. Тогда был большой скандал… найти отклик и понимания у людей было сложно. Все жаждали правосудия, или мести, даже не задумываясь сколькими жертвами этого могло обернуться. Да, они были шокированы, тем, что оказывается крыса, лежавшая много лет в грязи, внезапно способна на то, чтобы отгрызть пальцы тем, кто к ней тянется… Они забыли, как это может быть больно.       При словах о происшествии, девушка отвернулась от парня, чтобы спрятать… странную улыбку довольствия, будто ее похвалили за хорошую работу.       Она помнит тот день… это был последний день, когда миротворцы думали, что на правах старой нахальности могут безнаказанно расхаживать по стальным венам Зауна. На эту заразу у «организма» наконец выработался иммунитет. Ответная реакция была быстрой, как удар молнии… Если псы думают, что могут вершить закон у них, то теперь и они могут делать тоже самое, ведь они один народ, разве нет, от чего же нет представителей закона Зауна на золотистых площадях Пилтовера? -Все хорошо? – спросил юноша, видя, что дева отвернулась. - Прости, это просто звучит так… ужасно. – произнесла она печально, но тон голоса вступал в пугающий конфликт с улыбкой.       Что-то грело сердце… не только мысль о идеально сработанном механизме, но и том, что было после него… возвращение домой. Он вложил в ее руки правосудие и был доволен вынесенным приговором. Тогда ее глаза сияли, как занесенный в руке палача, топор… Кто, как не она могла судить Пилтовер справедливо? Он знал это…       Справившись с улыбкой, она поборола ее и запрятала глубоко в себя, в свою память… а затем снова повернулась, притворно проведя пальцем под ресницей, словно стирая мокрый след. - У меня просто слов нет. - соврала юная нимфа. - Никто не ожидал такой… наглости. Она была поистине ужасающая. До сих пор неизвестно как им удалось подобное провернуть, буквально под носом и так быстро, словно готовились заранее. - Я бы не стала такое исключать… - задумчиво ответила собеседница, пряча за ней усмешку в голосе. - Кто бы мог подумать, что нас предадут изнутри.       Предательство… Что этот изнеженный сопляк мог знать об этом чувстве, пожирающее тебя изнутри, разрушающем даже металл, разъедает его как ржавчина… и это так больно, гнить изнутри еще живым. - Не простые у вас отношения... кажется все мосты сожжены. – она снова посмотрела в сторону заката. Как день успел пройти так быстро? - Похоже на то, но может однажды… - он сделал паузу в голосе, в который осмелился вложить немного надежды. - Нам не уйти друг от друга, однажды придется заговорить. - «Или просто убить вас…» - с какой-то странной, резкой маниакальностью подумалось девушке.       Когда же ты успела так ожесточиться? Если бы она сама знала… Но это просто случилось, в какой-то момент, естественно, как вдох полной грудью и что-то вместе с воздухом поразило ее разум. А может оно давно уже было там? Просто ждало той оттепели, что позволит цветам зла расцвести, прекрасным цветом, поражающим воображение… Пусть, цветут, она знала, что их шипы уберегут ее от печали, от боли. Целые сады возвела она в душе из роз, чьи шипы были алее самих бутонов от крови. Никто не пройдет, а кто попытается… что ж, место для костей в саду еще не кончилось, можно будет украсить ими тропку.       Темное сердце забилось чуть быстрее, при мысли о том, для кого она была проложена… На секунду она даже перестала слышать голос своего собеседника, он превратился в какой-то бубнешь на фоне, когда в мыслях услышала знакомый ритм шагов… Единственные шаги, от которых она не оборачивалась настороженно ожидая удара. Она знала, что, если так случится, что глаза ее закроются, а бессилие накроет своей вуалью как невесту… она услышит, как крадущийся хищник, вдруг сорвется с насиженного места и устремится к ней, не позволив сердцу разбиться о когти хладного монстра, притаившегося на полу в окружении теней. - … ведь так не может продолжаться вечно, верно? – единственное из всего, что смогла услышать дева. - Верно. – ответила девушка машинально, даже не зная, что верно-то? Она выходила из мыслей медленно и неохотно, словно из комы. – Я так понимаю это наш конечный пункт? - Именно, прости, но Заун я тебе показать уже не смогу, да и не советую тебе туда ходить. Думаю, тамошние… жители только и ждут, чтобы туда забрела такая мила и беззащитная девушка. Страшно подумать, что там с тобой могут сделать… - «В ужасе разбежаться…» - со скукой подумалось ей. – Вот и не думай, я-то точно туда не пойду. – как-то устало улыбнулась она в ответ. - Вижу ты утомилась. – он тут же уловил посланный ему сигнал. - Да… немного. День оказался долгим. Пилтовер больше чем я ожидала… - ответила она осматриваясь. - Надеюсь тебя не разочаровала моя компания? - Ничуть. – она добавила в голос нотку бодрости, чтобы юноша услышал то, чего ему хотелось – одобрения. Все его хотят… и даже она. - Ты был крайне интересным собеседником, и ты так много знаешь о городе. Это восхищает.       Парень слегка покраснел, выслушав похвалу из уст такого красивого создания. - Ну что же, я выполнил свою часть. Теперь познакомимся? Мое имя… - внезапно, как и еще днем, девушка заставила его замолчать, приложив розовый ноготок. - Паудер. – ответила она с легкой улыбкой, а затем медленно убирая палец вдруг отошла подальше, а затем и вовсе развернулась, и стала уходить… - Что? – тихо удивился юноша. – Паудер… Но откуда же ты?       Дева подпрыгнула на месте, как на пружинках, даже каблучки этому не помешали, но зато придали ее действию какую-то задорную звонкость. Она развернулась и внезапно очень лучезарно улыбнулась парню, впервые за весь день. - Не скажу. Иначе ты последуешь за мной… - она стала отступать назад. – Это может убить тебя… - после своих слов, она снова отвернулась, но теперь уже стремительно побежала прочь, держа в одной руке подол платья, чтобы не запнуться о него, а то глупо получится…       Совершенно удивленный таким поворотом вещей юноша стоял окаменевший, он не такого завершения этого дня ожидал. - Это может… убить меня? – спросил он у тишины и сам замолчал, будто ждал ответа… и кажется получил его, так как горло его крайне нервно дернулось, будто ком сглотнуло, а на лбу что-то заблестело от солнца…       Девушка слегка склонила голову на бок, когда увидела, что миротворец направился к ней. - Постой-ка за углом и покарауль, пока я буду занят. Как раз подготовлю ее для тебя. – насмешливо хмыкнул мужчина, смотря как его бесхарактерный напарник выполняет указ, а после перевел взгляд на девушку. – Ну что, пора тебе узнать почему милым девочкам лучше сидеть дома по ночам… - насмешливо шепнул миротворец, слегка наклонившись вперед к жертве. - Я думаю, что это плохая идея… - произнесла она, робко поглядывая на мужчину. - Еще бы ты так не думала… - он окинул девушку взглядом сверху вниз и обратно. – Тощая ты какая-то, тебя что совсем не кормят? – усмехнулся он. – Даже схватить не за что. - Видишь, вот и не бейся о скалы, возьми своего дружка, он довольно пухленький, и прогуляйтесь в соседний переулочек. – невинно произнесла она, но в глазах плясала как пламя, насмешка. За эту дерзость она тут же расплатилась белизной своей щеки.       Удара был звонкий, как щелчок плети и таким же быстрым. Однако девушка даже ни вскрикнула и ни всхлипнула и даже более того, к удивлению миротворца, она даже не задрожала и устояла на ногах. - О, а ты смотрю довольно крепкая. – усмехнулся он, чувствуя превосходство, но и легкое удивление, что такая хрупкая девка, стоит на ногах поувереннее многих местных женщин. – Что ж, это тебе сегодня пригодится… Я с тобой очень хорошо поработаю. – он грубо схватил деву за аккуратненький подбородочек сжав его до легкой боли.       Боль? Да разве это боль… Она сама себе причиняла когда-то куда более страшные страдания, чем хватка, этой жалкой псины с тупыми зубами. - Правда? – ее губы скривила внезапная улыбка. - А ты и рада кажется. – он рассмотрел лицо девушки. – А ты миленькая… и такая необычная. Ты точно верхняя? – спросил он с подозрительным прищуром. - Так ли это важно сейчас? - В самом деле, совсем нет. – он глянул на ее губы чуть приблизившись.       Его дыхание обожгло лицо и чувства юной нимфы вызвав в голове странное чувство, будто что-то выбило искру. Нет-нет, не для него… Что-то злое шелохнулось в голубых глазах, беспокойная бездна откликнулась, выпуская из чрева зверя, что был усмирен когда-то…       В этот момент девушка резко поддалась вперед, словно хищник вынырнувший из глубин долгого и утомительного ожидания, и совершенно внезапно вцепилась зубами в нос неприятеля. Из-под белых зубов тут же побежала алая кровь, а из горла миротворца вырвался крик… вырвался бы, если бы девушка, поддаваясь вперед совершенно бесцеремонно не засунула ему в рот свои пальцы, будто какой-то кляп, хватавший каждый крик. Она чувствовала, как его зубы вцепились в них… но она не сдаст назад, она была слишком злой сукой, привыкший игнорировать боль.       Мужчина схватил девушку и стал оттаскивать от себя, как приставшего клеща, но, когда понял, что это не работает, а только делает хуже, еле схватился за дубинку, так как руки от боли начинали плохо слушаться.       И это и есть те самые миротворцы, что держали всех в страхе? Державшие в страхе Вандера? Да они даже щенку шею не свернуть!       От этой мысли дева свирепела еще сильнее, ее глаза становились яркими, словно что-то раздувало пламя прямо изнутри. Ненависть и безумие, сплетались в любовном танце, напитывая монстра, дремлющего в ее груди.       Те самые миротворцы, перед которыми они столько лет унижались, терпели…       От накатившего бешенства, она даже перестала чувствовать, как мужчина принялся избивать ее дубинкой. Он не понимал, что ярость чертовски сильное обезболивающее. Раздался хруст…       Этот звук будто стал переломным моментом, как сигнал для девушки… Нет, она не разжала зубов, наоборот, она стиснула челюсти еще крепче и резко дернулась назад… пока не поняла, что необходимый трофей она все-таки урвала… в буквальном смысле.       Рот заполнил вкус крови, она бежала по подбородку, словно девушка только что приложилась к кровавому источнику чтобы утолить жажду. А еще во рту было что-то мягкое… Недолго думая она сплюнула на пол откусанный нос. Забавно, но она перестала ощущать, что ей пальцы пытаются отгрызть, а когда глянула на пса, то поняла почему. Он был так парализован болью и ослеплен собственной кровью, что даже перестал что-либо делать, просто упал на колени держась за лицо… Даже не способен защитить себя? - Что такое? Боишься лицо потерять? – насмешливо проговорила девушка, смотря на то, как эта дерзкая псина теперь походила на жалкое подобие себя. – Ты выглядишь так глупо… - внезапно тонкие пальцы у него во рту схватили его за язык. – Я тебя отучу лаять на других. – злобно прошипела дева и стала впиваться когтями в язык.       А чтобы тому не пришла в голову мысль сопротивляться, она резко повалила мужчину на спину и оказалась сверху, встав обеими коленями ему на живот давя так сильно, что казалось еще немного, и она позвоночника дотронется. Когти впивались все глубже в мягкий язык… На лицо девушки медленно наползала все более и более широкая улыбка, по мере ощущения теплой крови на пальцах. Трудно было не понять, что она получала удовольствие от происходящего…       Когда девушка склонилась к уху мужчины, то прошептала: - Ну-ка, полай теперь? – она стала усмехаться понимая, что он не может, даже если хотел бы.       После чего она резко отпустила миротворца, вынула пальцы и второй рукой ударом вырубила это стонущее жалкое подобие мужчины, а после поднялась.       Трудно поверить, что когда-то Нижний город пресмыкался перед… этим. От этого девушка злилась еще больше, осознание убивало ее. Столько лет… Если бы только он пришел раньше…       Пнув это еле живое тело, она отряхнула платье, что смотрелось как-то совершенно нелепо, учитывая, что оно теперь все в крови, и затем мягко пошла из переулка.       Стоявший за углом парень пристально смотрел в звездное небо, кажется не особо интересуясь что вокруг, он просто… ждал. - Красивые, правда? – вдруг раздался девичий голос рядом с ним, от чего мужчина шарахнулся в сторону и посмотрел туда откуда с ними заговорили.       Увидев рядом стоявшую девушку, всю в крови, будто она только что сошла со страниц какого-то ужаса, миротворец побледнел. А она все также стояла, смотря на звезды, спокойным взглядом... По ее лицу казалось, что она совершенно забыла о том, что произошло всего пять минут назад. - Знаешь, там внизу, их почти не видно… - продолжила она говорить, как-то неожиданно меланхолично.       Дева еле сдержала желание улыбнуться, что-то вспомнив из прошлого… или скорее кого-то. - В… Внизу? – еле произнес миротвориц дрожащим голосом.       На что в ответ, дева наконец взглянула на него… и как же он был не рад тому, что обратил на себя ее внимание. Теперь он видел, то чего не разглядел при первой с ней встречу – зверя. Он думал, что он тут гончая загоняющая ягнят… Он так привык к этой роли, что не заметил, как ему ее сменили в процессе невинной игры… он вдруг задрожал.       Девушка поднесла пальчик к губам в знак молчания. - Молчи. А то откушу нос. – она игриво подмигнула мужчине, и в сочетание с кровавой улыбкой, это едва не заставило миротворца потерять сознание. – Помоги своему другу, а то его дурость сейчас заберет. - А? – не понял он.       Девушка прошла еще немного вперед и вдруг похлопала по стене ладошкой. - Ну пока, гадина. Твоя ловушка сработала… – произнесла она весело и побредя прочь, добавила негромко. – Но не на мне… - Что за… - произнес он, провожая взглядом эту странную незнакомку и только через секунду он вспомнил о напарнике.       Вбежав в переулок, он похолодел где-то изнутри, когда увидел захлебывающегося в крови миротворца и что хуже… без носа. В голове сразу же вспыхнули слова незнакомки «откушу нос»… Теперь было совершенно ясно, это было предостережение… и угроза.              Возвращаясь знакомой уже дорогой, Джинс не могла оторвать взгляда от неба, будто стараясь запечатлеть каждую звезду в своих глазах как на картинке, чтобы затем показать ее ему…