1999

Глава 6

      На неделе охотнику попалась парочка сложных заданий, требовавших предельного внимания и осторожности. Дела были связаны не только с простыми обезумевшими вампирами, но и с высокородными аристократами. Только потом Куран сообщил ученику, что они предшествуют одному, главному, и были с ним достаточно тесно связаны. Объявился доселе неизвестный охотник, по описанию свидетелей, так же, как и Зеро, бывший агентом EON-a. Личность его никому не удалось установить, и следов он никаких не оставлял на местах преступлений. Он совершал убийства высокопоставленных лиц, наиболее приближенных к Гильдии и Совету. Кирию, являвшийся одним из пары-тройки высококвалифицированных и ныне здравствующих охотников, был поставлен расследовать загадочные смерти, следить за обстановкой в городе и обеспечить информационную сеть, чтобы как можно скорее предотвращать покушения и узнавать о планах убийцы. Иногда Зеро восхищался тем, как ловко этот охотник за короткое время смог напустить страх на вампиров и действовать, не привлекая внимания. Он долго размышлял и сопоставлял преступления, искал мотивы, разбирался в показаниях. Но все, что он нашел, оказалось каплей в море. Никаких ниточек к личности, никаких зацепок. Да и совсем недавно случилось странное и ужасное происшествие. Кто-то убил охотника, агента EON-а. Зеро этот случай заставил копать глубже. Он не сомневался, что охота идет на всех, кто как-то может опрокинуть ситуацию в пользу справедливости и мира. Кто-то неизвестный, который подсылает убийцу в дома аристократов и в дома обычных их телохранителей, действует с одной целью — устроить войну, пошатнуть власть, возможно, свергнуть короля. И от этого было не по себе. Ведь в данный момент правителем являлся чистокровный вампир — Куран Канаме. И даже странно, что начали не сразу с Кирию и четы Куранов, а пошли окольными путями.       Зеро все свободные минуты тратил на разбор документов, фактов, не отвлекаясь даже на собственные нужды, выполняя лишь приказы командира. Он хотел остановить надвигающуюся бурю, даже не признавался себе в том, что переживает за своего хозяина. Действительно, в его руках сосредоточена почти неограниченная власть, он сам — древнейший вампир, который может убить миллионы. Но живя с ним под одной крышей, Зеро сомневался и все равно волновался. Канаме не Бог, хотя многие и поклонялись ему до беспамятства, он и не Дьявол. Даже столкнувшись с его силой, охотник не мог до конца признать мысль о том, что тот всемогущ. Голова Кирию, снедаемая мыслями, часто болела и не давала максимально собой пользоваться. Кирию иногда даже сетовал на то, что он божье дитя, в то время как вампиры могли бодрствовать хоть пару дней, используя свои способности с огромной выгодой. В последнее время он сидел в библиотеке возле огромного окна. Смотрел на перемены погоды, но не любовался, а размышлял о том, что сейчас в мире неспокойно. Он боялся того, что настанет война, которая унесет жизни не только вампиров, против которых сражаются такие же вампиры, но и, обязательно, невинных людей. Он думал и о том, как сейчас тяжело королю, на которого выпала доля защитника и покровителя. Как будет устроен мир без него? Останется ли справедливость, не падет ли она вместе с надеждой на светлое будущее в кровавой войне? Все это мучило его, доводя до нервозности и злобы, которая все чаще вырывалась и обрушивалась не к месту, иногда даже и на Ичиру с Ягари.

***

      Тренировки с Кураном становились продолжительнее и на порядок сложнее. Кирию учился выживать и отражать самые немыслемые удары. Канаме мог спокойно доводить его до изнеможения или обрывать тренировку на половине, отпуская полного энергии ученика отдохнуть. Зеро не понимал, что движет тем, он и не хотел спрашивать. Боялся, что Канаме возомнил его слабым, распавшимся и неспособным ни к чему перед великой опасностью. Он всячески пытался доказать, что предан короне, предан Родине и людям. — После того случая с охотником, которого нашли зарезанным в собственной квартире, я бы попросил тебя быть осторожным. Ты должен был понять уже давно, что твое положение серьезно и почти бесценно. Ты весьма приближен ко мне. Сейчас не время геройствовать, но и сидеть, ожидая смерти — не выход. Помни о своем призвании и иди до конца. Зеро, — Канаме стоял напротив ученика и смотрел тому прямо в глаза, не выказывая никаких сильных эмоций в особо щепетильных моментах своей речи, — я верю в тебя так же, как и твоя страна, и Гильдия, как твой брат и ты сам. — Я благодарен тебе за то, чему ты научил меня, Куран, — он не отводил взгляда, осторожно перекладывая их тренировочное оружие на стол, — И впредь буду стараться упорно работать. Я хочу помочь тебе предотвратить восстание. Всем стало известно, что слишком много появилось вампиров уровня Е. Кто-то готовит себе армию. Конечно, не из падших. Они лишь прикрытие, первая волна. Воины гораздо сильнее и умнее. Остается узнать, кто это, каков его основной замысел и дальнейшие распоряжения, — он на минуту помедлил, прикрыв глаза, — Я клянусь, что защищу тебя и твою сестру любой ценой. Это мой долг как охотника… И как человека, обязанного тебе неким эмоциональным взрослением, — блондин нахмурился и отвел взгляд, размышляя о серьезности всей ситуации. Канаме вложил его ладонь в свою и стоял пару мгновений, изучая линии, шрамы и вены, проступающие сквозь бледную кожу. Он думал о том, сколько стойкости и мужества сосредоточено в этом хрупком человеке. В этот самый момент он возрождал мысль об обращении Зеро. Тот стал бы идеальным телохранителем-вампиром для короля. Ничем не пробиваемым щитом. Его удивляло, что в Кирию есть толика здравого смысла. Несмотря на его лютую ненависть к нечисти, он может любить и справедливо относиться к одним из них. Он всеми силами старается помочь близнецу, признает Канаме и не имеет никакой затаенной злобы по отношению к Юки или Ритцу. Это не претит Курану. Такое отношение притягивает его магнитом к себе. Сколько сил потребовалось этому мальчику, чтобы пронести любовь к людям, уважение к вампирам, несмотря на противоречивый характер его профессии и кодекса первых людей, которые задали особые условия, запрещавшие и презиравшие любой контакт с нежитью. Куран каким-то чутьем понимал, что его ученик одержим им. Но не так, как сам вампир, а немного по-человечески, находя в нем эмоциональную опору и стража относительного мира между двумя расами. Влечение и зависимость Курана были же гораздо глубже и чудовищнее по своим размерам. Это было что-то необъяснимое, не сравнимое ни с жаждой плоти и крови, ни с желанием оберегать. Он следил за действиями охотника, распространяя свое незримое око на его окружение и обстановку вокруг. Он был тенью, плавно скользящей за своей целью.       Медленно, но верно их отношения более не веют холодом. Когда они находятся рядом, на небольшом расстоянии, у Зеро перехватывает дыхание, его глаза впиваются и жадно выискивают каждый проблеск эмоции, нечаянно оказавшейся на свободе от строгого контроля ее обладателя. Маска короля не трескается, а словно становится прозрачнее, позволяя читать тени мыслей или хотя бы пытаться это делать. Канаме никогда никому не доверял так, чтобы даже делиться с кем-то размышлениями. Ему сложно, но он неосознанно тянется к яркому свету души своего преемника, как бабочка к обжигающей лампе. Он хочет быть частью другого человека впервые настолько непреодолимо, что иной раз боится себя и своей силы, которая, им не осознанная, может причинить боль человеку, интересному ему. Кирию всегда был слишком занят работой и заучиванием правил и истории человеческих отношений с детьми преисподней. И то, что иногда он чувствует, наблюдая за своим хозяином, заставляет его усомниться. Он не понимает себя, что за эмоции им движут? Любовь? Уважение? Как можно понять ему их клубок, порождаемый под влиянием такого человека, как Куран Канаме? Но ни один из них пока не готов признаться хотя бы себе, что это влечение не человека и вампира, не жажда крови или убийства, это нечто светлое и высшее.

***

      Канаме помог Зеро обратить Ичиру. Когда это происходило, блондин вместе с Ягари пребывал в каком-то звенящем напряжении. Казалось, что обстановка пропитана безмерной нервозностью и ожиданием. В любой момент они готовы были броситься на что-то или кого-то, кто мог бы помешать обращению или покуситься на родного им человека. Они внимательно следили за всеми действиями Курана, за состоянием почти падшего человека. Когда все кончилось и внешне Ичиру подвергся небольшим изменениям (цвет кожи стал здоровее, но бледнее, дыхание стало размеренным, волосы заблестели серебром, тело налилось кровью и силой), они выдохнули и смогли выйти из оцепенения. Зеро сразу же приблизился к брату, беря в ладони его лицо и прижимая к груди, выпуская вздохи облегчения и обращаясь взглядом к их спасителю. Он мысленно и вслух благодарил брюнета, при этом подойдя к мужчине и искренне желая заключить того в объятия. Канаме словно понял это, но лишь положил руку тому на плечо и ощутимо сжал, приободряя, а после, когда они вышли, резко приблизил его и обвил руками. Зеро невольно опустил голову на плечо брюнета и протянул руки к крепкой шее в ответ. И ему показалось, что это то, чего он так долго хотел. Это спокойствие, умиротворение и нежелание что-либо делать дальше, лишь стоять и нежиться в невидимой силе обладателя проникновенного голоса и завораживающих глаз. Но он боялся неизведанных ранее чувств, боялся, что они не к месту и возможно совсем не нужны тому, из-за кого появились. Поэтому вскоре отступил и разорвал тесный контакт с королем, даже немного смутился, что не ускользнуло от внимания Курана, хоть Зеро и мог превосходно прятать свои эмоции. Сейчас это оказалось бессмысленным, потому что перед первородным ничего нельзя утаить, тот все поймет если не по эмоциям, то по сердцебиению или температуре тела, или еще по миллиону всяких причуд человеческого организма и души. — Спасибо тебе, это неоценимая помощь. Канаме улыбнулся, плавно прикрывая глаза, — Я этого тоже хотел. Чтобы почувствовать, что я еще могу совершать хорошие поступки, пусть и такие странные. — Да уж, это нельзя назвать настоящим спасением, но в данной ситуации это, действительно, чудо, — Зеро в ответ встал рядом с королем и повернул к нему голову, выражение лица на которой озарилось маленькой, но искренней улыбкой, когда они вышли из дома и направились к машине.

***

      Через пару дней, после безуспешных попыток охотников, Гильдии и Совета вычислить зачинщика беспорядков, по городам прокатились волнения, разбои, оставившие после себя многочисленные жертвы. На устранение вампиров уровня Е и некоторых аристократов были брошены все силы. Но никто не думал, что на сторону зла встанут и некоторые люди. Спустя многие годы после последнего восстания началось не менее значительное, а может даже и одно из самых кровавых событий на земле. Перед королем встала труднейшая задача — спасти мир от зла, и он делает все, чтобы предотвратить катастрофу. Но теперь, в этой войне, он не один. У него есть преемник, верный соратник и ученик. И какое бы могущество не таило в себе зло, он всеми способами постарается помешать ему захватить власть.