Сбор
5 марта 2024 г., 21:00
После странного инцидента Пик стал аккуратнее общаться с Феликсом и не заводить разговоров о Ромео или Вару. Феликс даже не замечал этого до тех пор, пока Куромаку не начал отводить Пика в сторону, чтобы обсудить поведение Ромео и Вару.
Сладкая парочка часто устраивала неприятности другим клонам: прикалывались над Зонтиком, доводя его до слёз; путали оставленные без присмотра документы Куромаку; ставили «яркие» ловушки, краска из которых чаще всего не выводилась с одежды.
В один из вечеров Куро не выдержал и созвал всех на собрание.
— Так больше не может продолжаться, — сказал он, стоя в центре комнаты. Лицо раскраснелось от злости, голос дрожал от напряжения. — Либо вы ведёте себя подобающе, либо проваливайте.
Клоны расселись кто где. Пик устроился на диване сбоку, поджав ноги. Зонтик опустился на пол, подогнув под себя колени. Данте и Габриэль сидели, прижавшись друг к другу: Габри привычно оглядывался ничего не понимающим взглядом, а Данте был предельно спокоен — и будто где-то не здесь.
Вару пришёл последним. Не спеша, с видом полного безразличия, он уселся на колени Ромео, а ноги закинул на сидящего рядом Феликса. Подсолнух ничего не возразил — лишь приветливо улыбнулся, хотя улыбка вышла натянутой.
— В чём дело? — спросил он, оглядывая собравшихся.
Ромео обнял Вару за талию и ухмыльнулся:
— Мы же просто шутим. Не надо так кипятиться.
Эти слова не возымели должного эффекта. Куро лишь сильнее взорвался:
— Вы два вредителя! Из-за ваших приколов у Зонтика не осталось ни одного свитера без зелёных пятен. У меня — последняя чистая рубашка, а вы знаете, что на работе дресс-код. Даже Данте и Габриэль уже не вывозят вас. Либо вы меняетесь, либо — прочь. Все за? — он обвёл комнату взглядом.
— Как это — «все за»? — возмутился Феликс. — Я ничего не замечал.
— Потому что вы с Пиком вечно где-то шляетесь, — отрезал Куро. — А ты, Феликс, из комнаты почти не выходишь, пока Пик на работе.
— Но Пик-то всё видел, — Феликс нахмурился, не понимая, когда успел всё пропустить. — Почему мне ничего не сказал?
— Мало того, что я сам в это всё вляпывался, — подал голос Пик, привычно раздражённый, но без прежней резкости. — И сыт этим по горло. Если тебе будет важно — обсудим позже. Сейчас не эта тема разговора.
— Ну и чем вам зелёный не угодил? — наконец заговорил Вару. Он убрал ноги с Феликса и сел более-менее прямо, скрестив руки на груди. — Псина меня теперь и пальцем не тронет, могу делать что хочу. А он пусть развлекается со своим мистером «Всё-супер-пупер-дупер-класно». Фу, аж противно.
— Эй, кто бы говорил, клоун, — Феликс взбесился резко, неожиданно даже для себя самого. Голос стал громче, внутри поднималось что-то горячее. — От тебя одни проблемы.
— Зато меня любит даже твой король, — усмехнулся Вару, глядя Феликсу прямо в глаза. — А ты всем безразличен.
Он давно начал замечать взгляды Феликса, скользящие по Ромео. Знал, куда бить больнее.
И действительно — Феликс замолчал. Опустил голову. Сжал кулаки, пытаясь сдержать внезапно подкативший к горлу ком.
— Ты слабак, — продолжал Вару, не замечая или не желая замечать, что заходит слишком далеко. — Не смог даже признаться. И чего этим добился? С тобой возится как с битой псиной другая псина. Вы оба просто…
— Хватит, — внезапно подал голос Зонтик.
Тихий голос. Но в нём было столько, что Вару умолк на полуслове.
— Я сказал — хватит, — повторил Зонтик, и его голос дрогнул.
Внезапная решимость поутихла так же быстро, как и появилась. Он опустил глаза, сжал край своей кофты и уже тише добавил:
— Вару… на деле здесь уже тебе никто не рад. Точнее, тебя слишком много... и все устали... — Он поднял голову, посмотрел на зелёного валета, и в глазах его была не злость — усталость. Огромная, выжженная усталость. — Тебе пора с Ромео пожить вдвоём. Наедине.
В комнате повисла тишина.
Вару открыл рот, закрыл, снова открыл. Посмотрел на Ромео — тот молчал, опустив взгляд. Посмотрел на Пика — тот смотрел в стену, не вмешиваясь. На Феликса — тот всё ещё сидел с опущенной головой, сжав кулаки.
