Autres vies

Невесомые белые хлопья медленно сыпались с неба, мягко оседали на волосах, плечах и даже ресницах. Они не спешили таять, позволяя Ацуши ловить некоторые из них и рассматривать скопления снежинок на своих вязаных варежках. Играла музыка. Та самая, которую Ацуши так любил, ведь она с первых же нот дарила ощущение праздника; с головой окунала в тёплое, трепетное настроение. Словно горячий чай с имбирным печеньем, она согревала изнутри и позволяла почувствовать приближение чуда — именно то, чего так не хватало в серой повседневности. Вокруг сновали люди. Точнее, летали — большинство из них проносились мимо на такой скорости, что становилось почти страшно. Но Ацуши был сосредоточен только на руке, крепко сжимающей его ладонь. И на её хозяине, конечно же. — Может, попробуешь прокатиться сам? — Нет! С улыбкой на лице Ацуши обернулся к Рюноске. Румяный, капельку напуганный и отчаянно старающийся это скрыть — впрочем, безуспешно. Ноги, расставленные строго на ширине плеч, подрагивали от напряжения; свободную руку он вытянул в сторону в попытке сохранить баланс. Это не особо помогало: он то и дело тянул Ацуши за руку, и только его поддержка помогала не упасть. — Ну давай, хотя бы у бортика, — Ацуши продолжал его подбадривать, стараясь разогнаться. Акутагава упорно сводил носки вместе, не давая ему набрать скорость. — У тебя получится! — Ладно, хорошо, — он нерешительно отпустил его руку и медленно покатился к краю катка. — Попробую. — Я подстрахую. Пока Рюноске еле-еле катался вдоль бортика, неумело отталкиваясь от скользкой поверхности, Ацуши успел описать на льду круг и даже похвастаться движением, оставляющим след в форме фонариков, которое подсмотрел в интернете. — Да где ты научился так кататься? — держась обеими руками за бортик, пробубнил Акутагава. — Нигде, — Ацуши пожал плечами. — Природная грация. — Кошачья, если точнее. — Ах ты! — Отстань! — Рюноске отшатнулся, когда Ацуши ринулся в его сторону, и чуть не упал: пришлось попереступать с одной ноги на вторую, чтобы удержаться. Ацуши поддержал его за локоть. — Будешь выпендриваться — я поеду один кататься, а тебя тут оставлю. И выкручивайся, как хочешь. — Ты этого не сделаешь. — Не сделаю. Но всё равно не выпендривайся! После того, как Рюноске в очередной раз оказался в шаге от того, чтобы упасть, Ацуши решил, что рисковать всё же не стоит. Лучше уж его парень продолжит быть таким совершенным неумёхой в катании на коньках — зато целый и без синяков. Да и для него самого важнее было провести время с ним, чем покататься. — Смотри, там чай можно купить. Хочешь? Акутагава кивнул, найдя своё спасение в заснеженной лавочке, и плюхнулся прямо на неё. Ацуши направился за чаем: взял по стаканчику самого простого и присоединился к Рюноске. Они посидели пару минут, согреваясь изнутри, набираясь сил и наблюдая за веселящимися людьми: кто-то катался так, будто посвятил этому всю жизнь, кто-то совсем неумело — почти как Рюноске. Но всем им было весело. Все улыбались, наслаждаясь собой и атмосферой праздника. Такое нечасто увидишь. — Поехали дальше кататься? — допив чай, Ацуши обернулся к Рюноске. Но тот всё ещё сидел, съёжившись и обхватив свой стаканчик двумя руками. — Я хочу домой. — Серьёзно?.. — Ацуши свёл брови домиком, Акутагава решительно кивнул. — Я думал, тебе понравится… — Не особо. — Ладно, тогда… пойдём? Рюноске кивнул. Ацуши помог ему подняться, выкинул протянутый стаканчик с недопитым чаем и так же, как и заводил, вывел парня со льда: осторожно, медленно, шаг за шагом. — Прости. Ты расстроился, — Рюноске сказал вполголоса, пока они переобувались. — Да нет, всё в порядке, — Ацуши улыбнулся, но это не особо помогло скрыть его печальное настроение. — Просто я правда думал, что мы повеселимся и хорошо проведём время. — Я тоже… но как насчёт того, чтобы повеселиться и хорошо провести время дома?