Labelle

Входящий вызов от Неизвестный Тибо хмурится и смотрит на экран телефона, поднимая девайс со стола. Номер неизвестен, и он долго сомневается, стоит ли брать трубку. Наконец парень встаёт и подходит к окну, принимая вызов: — Алло? — Тибо, это ты? — в трубке звучит знакомый голос профессора Робийяра. Тибо оборачивается, проверяя, не мешает ли он кому в библиотеке своим разговором, и отвечает уже тише: — Да, это я. — Прости, что так внезапно. У тебя сейчас нет занятий? — Нет, я готовлю домашнее задание. Я сейчас в библиотеке. — А, хорошо. Я взял твой номер у Аннет, прости, что не попросил лично. — Ничего страшного, — Тибо снова оборачивается, ловя на себе осуждающий взгляд, и выходит на лестничную площадку. — Всё в порядке? — спрашивает профессор, слыша скрип двери. — Да. — Тибо, я бы хотел пригласить тебя на выставку, которая будет проходить в нашей школе. Я ищу людей, которые могли бы стать частью самой инсталляции, и ты нам очень подходишь. Ты согласен? — Когда будет выставка? — В четверг вечером на следующей неделе. Получится? — Сейчас посмотрю расписание, — Тибо отнял телефон от уха, открывая приложение с расписанием занятий. В четверг на следущей неделе у него занятий не было. — Алло? — спросил Тибо, проверяя, есть ли кто на другом конце линии. — Да-да, — отозвался профессор Робийяр. — У меня получится. — Хорошо. Отлично! Я пришлю смс с подробностями на этот номер. Спасибо, Тибо, и до скорой встречи. — До свидания, — он положил трубку, возвращаясь в библиотеку.

***

От Катрин: «Привет, Тибо! У нас в четверг планируется небольшая тусовка в караоке в северном районе. Не хочешь пойти?» От Профессор Робийяр: «Добрый день, Тибо. Выставка начнётся в 8 вечера в четверг, но участники инсталляции собираются немного раньше. В 7. Ты ещё не передумал? Дай знать, если всё в силе» От Тибо: «Привет, Катрин, во сколько планируется тусовка?» От Катрин: «Где-то в 7-8 вечера. Ты планируешь быть?» От Тибо: «Нет, наверное, не получится. Извини» От Катрин: «Ничего страшного, в следующий раз)» От Тибо: «Ок» От Тибо: «Добрый день, профессор. Я буду» От Профессор Робийяр: «Bien! Жду <3»

***

Тибо вбежал в знакомое здание под грохочущий звук дождя, стряхивая с ветровки капли воды. — В последнее время дожди идут всё чаще, — улыбнулся охранник, бросив короткий взгляд на парня, и снова уставился в утренний выпуск газеты. — Ага, — кивнул Тибо, протоптавшись на мягком коврике, и направился вверх по знакомой лестнице. В здании школы как всегда было душно. Тибо снял куртку, оставаясь в одной футболке. На улице сегодня снова лил дождь, была настоящая гроза. Тибо надеялся, что до конца выставки дождь закончится, и он сможет спокойно доехать до дома, но судя по раскатам грома снаружи, погода явно не собиралась меняться в лучшую сторону. В коридорах было много молодых людей. Все они носились с чем-то, готовясь к предстоящей инсталляции. Тибо наблюдал за тем, как несут огромный постамент какого-то философа, и невольно провёл сие шествие взглядом, разворачиваясь и с удивлением смотря на кряхтящих студентов. Он рассматривал людей вокруг, ища знакомые лица, но профессора нигде не было. По инерции Тибо продолжал идти вперёд, туда, куда направлялись практически все. В конце коридора были широко раскрыты огромные резные двери. Внутри был просторный зал с колоннами. Здание действительно казалось больше внутри. Тибо воодушевлённо повернулся на месте, рассматривая выставочный павильон. Потолки здесь были высокие, ровно как и в аудитории, где он впервые увидел профессора. На полу лежал синий ковролин, застилавший всё пространство от дверей и до стен. Повсюду стояли разнообразные картины, скульптуры и самые разнообразные инсталляции произведения искусства. Рядом с каждой работой стояла или висела табличка с именем автора и названием. Огромный зал разделяли самые разнообразные стены. Некоторые были уставлены вылепленными из глины частями человеческого тела, некоторые стены напоминали странные и несуразные пропорции тела, а в некоторых местах работы просто разделяла белая стена или ширма из подвешенных к потолку картин. Тибо с интересом смотрел на странные конструкции, завороженно приоткрыв губы. Всё, что было вокруг него, казалось чем-то фантастическим и несуществующим. Он скользил взглядом от одной работе к другой, не веря своим глазам. Свет был приглушен, и только отдельные софиты и прожекторы освещали экспонаты, оставляя зал в приятной глазу темноте. Как человек мог создать нечто подобное? Впереди послышался знакомый голос профессора. Он стоял на небольшом помосте, возвышаясь над головами с десятка людей, обступивших его спереди. Когда мужчина заметил среди людей Тибо, он поднял руку в знак приветствия: — Здравствуй, Тибо! — Добрый вечер, я не опоздал? — спросил парень, приподнимая уголки губ в лёгкой улыбке. — Нет-нет, ты как раз вовремя, — ответил профессор Робийяр. — Итак… Тибо внимательно слушал наставления мужчины. Сегодняшняя выставка была посвящена красоте и изяществу человеческого тела. Помимо образов и работ, созданных учениками школы изобразительных искусств, в выставке также было решено задействовать и живых людей. — Иногда, чтобы найти вдохновение, нужно прикоснуться к своему творению, — так сказал профессор Робийяр. Основной целью участвующих в инсталляции людей было предоставить художникам возможность коснуться невозможного. Профессор несколько минут говорил о том, насколько важна муза и вдохновение, и что для людей творческих невозможно творить без этого. Черпать силу для создания новых образов и картин — это ничто иное, как прямая обязанность создателя прекрасного. Поэтому профессор Робийяр хотел дать художникам шанс прочувствовать образ человеческого тела, прикоснувшись к нему. Все участники процесса были самых разнообразных форм и комплекций. Был здесь и накаченный спортсмен, и полненькая девушка, и флористка с тонкими кистями, и мужчина-ювелир с грубыми руками. Тибо рассматривал всех этих людей и поражался тому, насколько разнообразен может быть человек. Их задачей было «позировать». Им разрешалось менять позы, но нельзя было покидать обозначенное место. Им всем выдали по комплекту бежевого нижнего белья, приближенного к тону кожи. Они все находились в разных частях зала. Выглядело всё это действительно впечатляюще. — Пойдём, Тибо, это твое место, — мужчина мягко уложил ладонь на оголенную спину парня, указывая тому на освещённый синим цветом небольшой квадрат. Тёмная ткань нижнего белья идеально подчёркивала все линии паха и ягодиц. Профессор положил тёплые ладони на плечи парня, ставя того в нужное положение. — Вот так. Помнишь правила? Если устанешь стоять, можно сменить позу, развернуться к зрителю боком или спиной, поставить руку на бок или закинуть руки за голову. Главное, не делать резких движений. Если захочется зевнуть или потянуться — пожалуйста. Веди себя естественно, так как обычно. Нам важна реальность и реальные люди, а не стоящие смирно статуэтки. Мужчина едва сжал плечи парня: — Готов? Тибо ответил кивком головы, и профессор развернулся, подхватывая с таблички тёмную повязку. Он подошёл к нему снова и повязал мягкую ткань на глаза, после опять опуская тёплые ладони на его плечи. — Другие люди будут касаться тебя руками. Это будут ученики нашей школы и другие художники, а также их друзья и знакомые. Не стоит бояться прикосновений, будь максимально открыт, как ты умеешь, Тибо. Профессор едва хлопнул парня по плечу, отступая назад и переходя к следующему человеку. До выставки оставалось всего несколько минут. В зале стало довольно тихо. Когда сверху прозвенел звонок, Тибо приподнял голову вверх, услышав голоса где-то сзади. Началась выставка. Поначалу до слуха Тибо долетали только едва уловимые слова. Зал постепенно наполнялся людьми. Он слышал их шаги, которые скрывал мягкий ковролин под ногами, знал, что они рассматривают картины, скульптуры и разнообразные инсталляции. Парень пытался представить себе, как выглядит со стороны среди всех этих произведений и вдруг Тибо и вправду ощутил себя частью выставки. Он почувствовал, что действительно является одной из работ на этой инсталляции и почему-то ему захотелось, чтобы люди, пришедшие сюда, прикоснулись к нему. Когда первая прохладная и мягкая ладонь легла на его плечо, Тибо почувствовал, как по телу пробежались мурашки. Это прикосновение словно стало тем самым мостиком, соединившим его с миром искусства. Тибо повернул голову в сторону человека, когда его снова коснулась чья-то ладонь. В этот раз она была больше и крепче — наверняка, мужская. После этого последовала череда прикосновений: большие, маленькие, тонкие, широкие, грубые — все они касались его тела. Люди оставляли незаметные следы на его плечах, руках, животе, спине, бёдрах, икрах, щиколотках. От ощущения всех этих прикосновений Тибо словно сам преисполнился какого-то неведомого вдохновения. Почему-то тепло и забота другого человека оставляли на нём неизгладимый след, который ещё надолго останется в его памяти. Тибо снова почувствовал, как тонкие пальцы скользнули по его кисти, вкладывая маленькую ладонь в его и смыкая на мгновение их руки в замок. И в тот момент в его мыслях всплыли воспоминания о их первой с Андре встрече. Ему вдруг захотелось снова почувствовать его ладонь в своей, ощутить чужое тепло на своей коже и это крепкое длительное рукопожатие. И этот взгляд неизмеримо прекрасных серых глаз. Почему-то именно сейчас, представив в своей голове их встречу, Тибо вдруг почувствовал то самое смущение, которое овладевало им при взгляде на себя в зеркало. Он приподнял голову, словно надеясь почувствовать знакомое тепло на своей коже, когда его снова коснулась очередная ладонь. Парень не понимал, что за чувство зарождалось глубоко-глубоко внутри. Ему казалось, это было нечто, похожее на страх. Страх перед чем? Перед Андре? Я боюсь его? Нет, это не так… Мне не страшно. Мне просто неловко от всей этой ситуации… Тибо и не заметил, как слишком углубился в свои мысли, пытаясь понять, что за странное чувство он испытывает по отношению к Андре и почему ему так хочется снова заглянуть в эти серые глаза. Парень так увлёкся своими мыслями, что совсем не ощутил тёплых ладоней на своих плечах. Из раздумий его вывел тихий голос профессора: — Тибо. Тибо… Тибо качнул головой куда-то в сторону, приоткрывая сомкнутые от напряжения губы, наконец поднимая глаза на звук знакомого баритона. — Ты не слишком увлёкся процессом? — спросил профессор. — Я рад, что инсталляция помогла тебе пробудить мысли, о которых ты ранее не задумывался, но у меня есть, что сказать тебе. Тибо всё ещё смотрел куда-то в сторону плеча мужчины, но уже осознавал и понимал, о чём тот говорит, поэтому тихо гукнул в ответ своим низким тембром. — Перед началом выставки мы попросили наших гостей об одной маленькой услуге. Мы сказали им, что во время инсталляции они увидят в разных местах разных живых людей, которые являются частью этой выставки. Если они посчитают ваше тело искусством, то могут оставить на нём свой след, как доказательство этого. Рядом с каждым из вас лежало несколько тюбиков краски, так что любой желающий мог доказать вам и остальным, что человеческое тело — в любом его проявлении является произведением искусства. Тибо, ты готов снять повязку и посмотреть на себя? Тибо поднял голову, медленно кивая. Профессор развязал узел на затылке парня, и тёмная ткань спала с его лица. Тибо опустил голову, не веря своим глазам. На его теле было множество отпечатков цветных ладоней самых разнообразных форм и размеров. Он затаил дыхание, прикладывая руку к своей груди. Краска на его коже всё ещё была влажной, и Тибо с восхищением смотрел на свое тело, которое по праву оказалось достойным искусства. И множество отпечатков на нём служило живым подтверждением этому. — Эта выставка помогла тебе и другим понять, что человеческое тело не обязано вписываться в определённые рамки и формы, — профессор мягко положил ладонь на спину Тибо, выводя его с освещённого квадрата в зал, тем самым делая его одним из гостей сегодняшней выставки. — Надеюсь, что ты понял основную идею. А теперь, можешь насладиться инсталляцией вместе с другими. Ты побывал на месте экспоната, и у тебя есть шанс сегодня находится среди людей, которые по достоинству оценили твою работу. Профессор недвусмысленно кивнул на тело Тибо, проходясь взглядом по нему, после отпуская парня и оставляя одного среди посетителей. Он несколько мгновений смотрел вслед мужчине, когда мягкий голос привлек его внимание: — О, вы были просто прекрасны! — Тибо посмотрел на девушку прямо перед собой. — Я оставила свой след на вашей ладони. Она подняла свою маленькую ручку вверх, показывая раскрашенную в разные цвета ладонь. — Я в восторге от сегодняшнего представления. Профессор Робийяр как всегда на высоте. Как вы чувствуете себя, оказавшись в зале среди людей, которые оценили вас? Чувствуете себя частью этого великого искусства? — Вероятно, что да, — Тибо улыбнулся ей уголками губ. — О, вы не возражаете, если я сделаю пару фото? — она достала телефон, обернувшись и тихо позвав кого-то из толпы неподалёку по имени. — Эмильен, пожалуйста, сделай фото с этим юным monsieur. Девушка подошла ближе, становясь сбоку и обнимая Тибо за талию. Он в ответ сделал тоже самое, мягко улыбнувшись для фото. Парень перед ними, державший в руках милый маленький телефон, сделал пару фотографий. — Ну, что там дай посмотреть, — девушка поспешила к нему, забирая телефон из его рук, с неподдельной радостью рассматривая получившиеся снимки. — Super! Merci, юный monsieur. — Не за что, — ответил Тибо. Он направился дальше по залу, изучая работы других авторов. Вечер оказался более чем насыщенный. Самые разные люди подходили к Тибо, прося сделать фото или делясь своими чувствами от этой выставки, а в особенности тем моментом, когда они запечатлели свой отпечаток на его теле. Все они высказывали восторг и удивление от такой необычной инсталляции и рассказывали, что этот опыт помог им понять себя и окружающих лучше. Мир открыт для разных людей, и в нём множество возможностей. Тибо как раз делал фото с какой-то компанией из четырёх людей, когда глаза зацепились за знакомые очертания плеч впереди. Его пальцы слегка сжали талию девушки рядом, и он почувствовал, как в груди разрастается неведомый страх. Тибо застыл на месте, затаив дыхание. Он не понимал, стоит ли ему сейчас подходить к нему или нет. Парень смотрел на крепкие плечи Андре, который что-то записывал в своём блокноте. Рядом с ним была девушка с длинной тёмной густой косой, свисающей почти что до поясницы. Андре что-то внимательно слушал, кивая и временами посматривая на спутницу рядом. Его взгляд был внимательным и сосредоточенным. Тибо долго смотрел на эту пару, пытаясь понять, какие именно чувства он испытывает. Подойти сейчас или позже?… Стоит ли вообще идти именно сейчас?… Почему он так внимательно её слушает? Неужели, она рассказывает ему что-то интересное? Тибо смотрел на губы девушки и на выражение лица Андре, пытаясь понять, о чём же они говорят, но вокруг было слишком много людей, и все они тихо говорили о чём-то своём, создавая в зале тихий гул. Он впервые понял, что медлит с решением, словно ожидая какого-то знака или жеста, направленного в его сторону — чего-то, что подтолкнуло бы его подойти ближе, снова протянуть руку и заглянуть в серые глаза. В груди нарастало непонятное волнение. Тибо перевёл взгляд на руки Андре и понял, что они были чистыми. Он не касался никого на этой выставке. Впервые Тибо отвёл глаза, отворачиваясь. Откуда взялось это стеснение в груди? Он приложил ладонь к своей грудной клетке, слыша, как громко и отчётливо бьется внутри его горячее сердце. По телу разливалось странное тепло, и Тибо понял, что его уши, в буквальном смысле слова, горят. Благо, на его тёмной коже заметить румянец было не так-то и легко. Только не здесь… Только не сейчас… Тот Тибо, растерянный и смущённый Тибо, который прятался глубоко внутри, сейчас почему-то так отчаянно рвался наружу. Я ведь даже… Позировал голым… Я думал, что больше не почувствую это неловкое пугающее чувство, если смогу полностью обнажить свое тело перед другими. Так почему именно сейчас?… Он сжал пальцами свою грудь, коротко выдыхая и расслабляясь. Сейчас прохладный ливень был бы как раз кстати.

***

Андре… Андре… Андре… — Андре… — тихо прошептал Тибо под шум воды из душа, крепко обхватив ладонью свой член. Грудь спирало от непонятного чувства скованности и смущения, заставляющего его стыдиться самого себя. Он прижимался лбом к своему предплечью, тяжело дыша, и опирался рукой на холодный кафель. Его уши горели как в тот самый день, а неприятное чувство внутри сковывало Тибо по рукам и ногам, спирая дыхание и заставляя чаще втягивать приоткрытыми губами воздух, стараясь дышать как можно ровнее.

***

— Тибо, ты чего застыл? Скажи уже хоть что-нибудь, вот же строптивое дитя, и в кого ты такой уродился? — причитала мать Тибо, намеренно возвышая интонацию своего предложения в нужных местах, чтобы придать ситуации большей драматичности. Когда Тибо впервые ощутил это, ему было лет восемь. Они проходили с maman мимо какого-то кафе под открытым небом, когда приятный женский голос окликнул его мать: — Луиз! — Натали! — женщина резко развернулась, поднимая руку в знак приветствия. Они с Тибо подошли к их столику, когда обе дамы обнялись, приветствуя друг друга коротким поцелуем в щёку. Мальчишка равнодушно смотрел на прозрачный стеклянный стол, на котором стояло фисташковое мороженое в пиале. Он смиренно ждал и надеялся, что его минует участь вовлечения в этот эмоциональный разговор двух особей женского пола, когда дама напротив вдруг воскликнула: — А это Тибо? Твой сын? Тибо коротко выдохнул. — Ах, да, ma belle! — Ma belle, как замечательно! Я ведь тоже сегодня со своей дочуркой, — она подозвала к себе девчонку, примерно одного возраста с Тибо. — Знакомьтесь, это Матильда. Матильда, это моя подруга Луиз и её сын Тибо. — Вonjour Madame, — вежливо поздоровалась девочка, отвешивая реверанс. — Вonjour Thibaut. Тибо стоял на месте, как вкопанный. Его руки судорожно сжали ремень перекинутой через плечо сумки. Он смотрел в голубые глаза белокурой красивой девчонки, что так открыто и радостно улыбалась ему своей сияющей улыбкой. Мальчишка чувствовал, как горят его уши и как всё тело сковало невидимыми нитями. Он хотел открыть рот и поздороваться в ответ, но неизвестный страх и смущение словно накрепко связали его в своём мучительном плену. Ему было ужасно неловко от всей этой ситуации, и Тибо стеснялся самого себя и того положения, в котором он оказался. — Тибо, ты чего застыл? Скажи уже хоть что-нибудь, вот же строптивое дитя, и в кого ты такой уродился? — С'est sympa, он у вас такой стеснительный, — женщина напротив мило улыбнулась. — Я его так не воспитывала, он уже таким родился, немногословным и застенчивым. Это всё португальские корни Энрике, моего мужа, — драматично причитала Луиз. — Salut! — Матильда протянула свою маленькую ладонь к Тибо, лучезарно улыбаясь. Мальчишка понял, что он должен говорить. Непонятный страх расползался по всему телу, сжимая все его внутренности до состояния маленького атома, и Тибо понял, что надо что-то сказать, иначе это чувство заполнит всё его естество изнутри. Он перевёл взгляд с ярко голубых глаз Матильды на её переносицу и, пересилив самого себя, Тибо уверенно протянул руку вперёд, сжимая маленькую ладонь. — Salut, — едва ли смог выдавить мальчишка, нервно сглатывая. Чем дольше Тибо смотрел на Матильду, крепко сжимая её ладонь, тем меньше становился этот необъяснимый страх внутри. Он понял, что нужно смотреть прямо на неё, и тогда смущение рассеется, и всё снова встанет на свои места. Спустя несколько мгновений Тибо наконец облегчённо выдохнул. Смущение полностью прошло, оставаясь где-то далеко-далеко на задворках сознания. Я должен смотреть своему страху в глаза, и тогда он пропадёт. Испугается и убежит. Так учила его Луиз — его мать, которая могла говорить обо всём на свете с кем угодно и когда угодно и совершенно этого не стесняться. Она была сильной женщиной, которой неведом был страх смущения, и Луиз научила Тибо — по-своему — но избегать этого чувства, встречаясь с ним лицом к лицу. Именно поэтому её сын никогда не стеснялся или не смущался. Почти никогда. За исключением тех моментов, когда его страх оказывался сильнее здравой логики.

***

Тибо лежал на постели, прикрыв глаза ладонью и слушая, как тяжёлые капли дождя стучат по приоткрытой балконной двери. На улице была глубокая ночь, но он всё никак не мог уснуть. Его воображение раз за разом прокручивало в голове сцену встречи с Андре, надеясь, что это поможет ему победить этот сковывающий изнутри страх. Но Тибо каждый раз проигрывал. В конце концов, он коротко выдохнул, убирая ладонь и бездумно пялясь в потолок. Тибо лежал так несколько минут, после напряжённо прикрывая глаза. Он снова проиграл. Руки инстинктивно натянули на голову одеяло, и парень глубоко вздохнул. Почему-то именно сейчас в голове всплыли картинки порнофильма с участием двух мужчин. Тибо опустил одеяло ниже, обречённо укладывая ладони на свою грудь, хмуря брови. Я ведь сделал это… Я впервые мастурбировал сзади… И я так хорошо вымыл там всё, что теперь моя задница чувствует себя непривычно чистой, и от этого я чувствую себя странно… Тибо снова коротко выдохнул. Он пролежал так ещё несколько минут, а после потянулся за телефоном, вбивая в гугл поиск запрос на порносайты.

***

От Аннет: «Привет, Тибо! Видела фото с выставки — они просто потрясные!))) Очень жаль, что я не смогла попасть туда, к сожалению, времени у меня в обрез. Пишу тебе по делу: после фото с выставки я вдохновилась одной небольшой идеей, и я бы очень хотела, чтобы ты принял участие в моей новой фотосессии. В этот раз я хочу сделать коллаж из фото. Я уже ищу людей для этой работы. Если тебе это интересно — дай знать, я буду рада видеть тебя в рядах своих моделей. P.S. Тебе идёт синий цвет»

***

— Я вчера с такой красоткой познакомился, уууу, — они сидели вчетвером за столом на университетском дворе во время обеденного перерыва. — Доминик, снова хвастаешься! С твоей внешностью-то девчонки к тебе так и липнут, не понимаю, почему ты ещё ни с кем не встречаешься официально? — спросил блондин, достав из упаковки пару орешков, тут же закидывая их в рот. — Анри, какое официально? — Доминик выгнул брови. — Ты думаешь, что говоришь? Я потом ни с какой девчонкой не смогу сходить на свидание, а ты ведь знаешь, как для меня это важно! — Ребята, смотрите какую красотку в тиндере нашёл, — третий парень протянул телефон, показывая двум другим фотографию. — Ах, да, Тибо, тоже посмотри, правда красивая? — В последнее время у вас все разговоры о девчонках и сексе, — Тибо устало подпирал рукой свою голову, развалившись на столе и постукивая пальцами другой руки в такт музыке, звучавшей у него в наушнике в правом ухе. — И что в нём такого прекрасного, в вашем сексе? Секс, как секс, ничего необычного. Ребята на мгновение затихли, а после неожиданно засвистели, хлопнув в ладоши и радостно взвизгнув. Доминик хлопнул Тибо по плечу: — Мой друг, неужели ты больше не наш маленький Тибо, которого мы знали? — Боже мой, мои молитвы были услышаны, неужели этот день настал? — Анри поднял руки вверх, словно благодаря небеса за подаренное чудо. — Я не верю! Где? Когда? С кем? — ошеломлённо уставился на Тибо Жюстен — третий парень, привставая и упираясь руками о стол, практически ложась на него, желая запечатлеть каждое движение на лице парня, сидящего по диагонали от него. — Что за реакция третьеклассников? — парень устало выдохнул, садясь ровно и пряча в портфель свой блокнот с записями. — С девушкой. — И как, тебе понравилось? Она хоть красоткой была? Боже, надеюсь, она отымела тебя по полной, и ты действительно почувствовал, какого это — наконец-то потрахаться, — не унимался Анри. — Я думаю, это какая-то скромная девчонка из нашего колледжа, неприметная, но тихая, а на самом деле в постели… — начал Доминик, закусывая нижнюю губу. — А вдруг это была роковая женщина, которая ловко заманила нашего Тибо под своё опытное крылышко? — поддержал Жюстен. — О боже, парни, если вы продолжите, я не выдержу! Моя фантазия уже не в силах держать себя в руках! — взмолился Анри. Тибо всунул второй наушник в ухо, наблюдая за тем, как трое его друзей активно жестикулируют, решая, какие же девушки всё-таки ему нравятся и с какой из них он провёл свою незабываемую ночь. — Ну, тебе хоть понравилось, Тибо? — спросил Доминик, смотря на того. Все трое замерли, в ожидании ответа. — Нормально, — Тибо едва повел плечом. — Я так и знал! — Анри драматично закатил глаза, хлопая по столу и также эффектно отворачиваясь в непонимании. — Да ладно тебе, это же наш Тибо, — улыбнулся Жюстен. — Не стоит ждать, что он сразу втянется во вкус. Возможно, ему нужно больше времени. — Или больше партнёров, — Доминик приподнял брови, смотря заигрывающим взглядом на Тибо. — Давай подберём тебе кого-нибудь? Он подсел ближе, взяв телефон Тибо в руки. — У тебя есть Тиндер? — спросил парень, когда двое их друзей обступили их с обеих сторон. — Нет, — Тибо помотал головой, заинтересованно заглядывая в экран своего же девайса. — Так, хорошо, — Доминик быстро скачал нужное приложение, заполняя анкету. — Так… В критерии поиска какой возраст поставим? — Давай до 35, — сказал Анри. — Ну, нет, слишком старые, — вдруг отозвался Тибо, едва хмурясь. — Нормально, — заявил Жюстен, махнув рукой. — Нет-нет, Доминик, ставь и девушек, и парней! — Анри клацнул на экране нужную кнопку. Тибо уже открыл рот, чтобы что-то возразить, когда Доминик поднёс телефон к его лицу, делая снимок. — А это зачем?… — тихо спросил парень, непонимающе смотря на друга. — Для верификации. Людей с синей галочкой лайкают активнее, — Доминик мило улыбнулся, посмотрев на Тибо, и положил телефон на стол. — Вот, давай смотреть. На экране появлялись профили самых разных людей, и Тибо с удивлением смотрел на сменяющиеся друг за другом фотографии. Его друзья лайкали или дизлайкали те или иные профили, добавляя к снимкам какие-то свои комментарии, когда на экране вдруг всплыло знакомое лицо. — Подожди! — вдруг сказал Тибо, поднимая свой телефон со стола. — Я его знаю. Он смотрел на фото мужчины в выставочном зале и не мог поверить, что видит перед собой профессора Робийяра. — Это кто, Тибо? — спросил Анри. — Это профессор из школы изобразительных искусств, — ответил парень, листая его профиль. — О, так он интересуется парнями? — Жюстен загадочно ухмыльнулся. — Да-да, если тебе высветился его профиль, значит у него в поиске тоже стоит «показывать парней», — объяснил Доминик. — Но может он включил себе эту функцию, чтобы смотреть на соперников поблизости, — возразил Жюстен. — Не все у нас такие умные, как Доминик, — засмеялся Анри, похлопав друга по плечу. — Постой, а как тебя вообще занесло в школу изобразительных искусств? — вдруг спросил Жюстен. Тибо на мгновение застыл, не зная, что сказать. — Ааа, так твоя девушка оттуда? Познакомишь нас? — Доминик прижался к плечу друга, приподнимая брови и кокетливо улыбаясь. Тибо был благодарен всем богам за то, что его друзья такие прекрасные ребята, иначе объяснять им, что он случайно решил попробовать себя в роли модели для фотосессии ню, а после таким же случайным образом стал натурщиком, повлекло бы за собой слишком много вопросов. Сейчас Тибо не хотел и не был готов на них отвечать. Пускай пока что это останется для них тайной.