Здесь кто-нибудь есть?

       — Вад, да дай ты мне ещё один контракт! — вдруг не выдержал Олег и подскочил со стула, а потом схватился за бок из-за сильной боли. Его подстрелили на последнем задание и, увы, восстанавливается он весьма долго. Хотя странно. Обычно на нем все заживало как на собаке. — Ну ты будь человеком.        — Я пытаюсь им быть, — мужчина отошел от окна и потер переносицу. — Давидович, я понимаю, что ты гребаный наркоман адреналиновый, что с женой разошёлся, смысл жизни потерял и вся херня, но ехать куда-то в таком состоянии глупо. Отпустив тебя в таком состоянии на миссию, я ставлю под удар не только свою репутацию, но и тебя и команду. — наемник, с кличкой Дракон, уселся на против и слегка улыбнулся. Взгляд Олега устремился на красно-синюю татуировку. Настолько безвкусную, настолько же и прекрасную. — Полтора, два месяца. Это немного. Отдохни. Съездий куда-нибудь. Не знаю. Только мозги мне не еби, — он откинулся назад на своём кожаном кресле. — Что сидишь, отдыхай уже и не задерживай. Мне тут ещё работать, — он подмигнул одним глазом, а парень сдерживал последние силы. Ему хотелось врезать Вадиму. Да посильнее. Вот в кого он настолько невыносимой?! Кошмар. Бесило еще то, что он-то был прав. Волков и сам где-то внутри понимал, что его опасно выводить на фронт, вот только желание сбежать брало вверх.        Олег резко встал со стула и снова схватился за бок. Вот ничему жизнь не учит. Именно поэтому они в разводе. Ну или потому что случайно отсосал мужику во время предыдущего задания и его жена каким-то магическим образом получила эти фото. Стыдно. Благо Настасья оказалась благоразумна и решила не афишировать причину развода. Не сошлись характерами. Вот и все. А ведь Волков и сам не до конца понимает как так вышло. Они просто напились слегка… Ну может чуточку больше? Ладно, он нажрался. Конкретно, а Егор начал лапать. Сначала это были шутки, но потом… Потом уже прошло и этого не изменить. Нужно жить здесь и сейчас. Хотя бы пока. Да уж. Может и правда отдохнуть. Вот только как нормальные люди это делают? Карты играют? Гуляют с друзьями? Пьют? О, точно. Первым делом он напьётся, может снимет девочку. Как мужики это делают, хотя тот вечер не дает ему покоя. Ну с другой стороны, один раз — не пидорас! Или не один? Нет, ему срочно нужно перестать пить… Может просто съездить в санаторий? На базу отдыха? Снять дом, съездить на рыбалку? Нужно глянуть предложения…

Настоящее время

      — Не может этого быть! — Котков уже перешел на крик, ведь понимал, что Сережа во время обострения способен на многое…        — Ваш недоблогер мало того, что сломал моему клиенту ногу, так еще и воткнул осколок в ногу. Попрошу заметить, грязный осколок. Отпечатки мы сняли, осталось лишь сверить, — произнес спокойным тоном адвокат, а Рома понял, что он попал. Все что они долгие годы строили с Сережей накрылось одним его приступом.       — Мы сдадим отпечатки и докажем, что ваш клиент ошибся, — прошептал мужчина, адвокат лишь улыбнулся и кивнул, а потом встал со стула и пошел на выход. Ситуация ужасная. Денег они не берут. Хотят действовать через суд. Хотят что бы Сережу не только уголовно наказали, но и лишили популярности, лишили того, что он строил на протяжении нескольких лет и то, что он действительно любит…

***

       Олег не понимал, что произошло. Сережа несколько дней не вставал с кровати. Даже из комнаты не выходил, постоянно рыдал в подушку и не подпускал к себе. Пару раз называл Волкова глюком и швырял в него вещи. Волков конечно боли физической не чувствовал, но все равно обидно. В конце концов он все же смирился и перестал пытаться его успокаивать. Лишь ждал, когда его разум немного прояснился и он успокоится. Так и произошло. Спустя почти трое суток он сам пришел к призраку и тихо прошептал:       — Ты точно настоящий? — обнимая самого себя руками, прошептал Сережа, смотря на полупрозрачную фигуру. В голове был голос. Тихий, он что-то говорил и жутко фонил. Из-за этого казалось, что Олег все-таки часть его сумасшествия, но так ли это?        Волков тяжело выдохнул и махнул рукой, на пол полетела старая шкатулка. Является ли это достаточным доказательством его реальности? Сложно сказать. Единственное, что ему известно, что он не оставит этого рыжего парня даже в самые трудные моменты его жизни, вот только… Вряд ли Сережа с ним будет до конца. И почему ни не встретились раньше?       — Прости, я перестал пить таблетки и теперь в голове каша, — голос задрожал. Разумовский сделал глубокий вдох, чтобы не заплакать, но слезы предательски покатилась по щекам. — Я так устал. Я просто псих. Олег, а если все это не реально. Я боюсь, что ты просто моя фантазия, я…        Волков даже не дал договорить и встал, а потом подошел к Разумовскому и положил руку на его плечо. Сережа ощутил легкий холод, но слегка успокоился. Ему нужна помощь, вот только… Он еще не знает, что его ждет в реальном мире. Если эта тварь докажет невменяемость парня, то пиши пропало. Его карьера будет разрушена, как и последние части разума.        — Родной, тебе нужна помощь, — прошептал Олег совсем тихо. Родной? почему именно это слово. Они знакомы без году неделя, а уже «родной». Волков никогда не был ни романтиком, не переваривал эти телячьи нежности. Даже с Настасьей он был холоден. Редко целовал, обнимал. Она была прекрасным человеком. Умным. Добрым, милым, но он ее не любил. И они оба это понимали это, но все равно оставались вместе. потому что это было правильно. Только сейчас он понял, что нужно было послать всю эту правильность куда подальше и жить, а не подстраиваться под общество. Все равно мы все умрем, так зачем себя ограничивать.        Холодные и бледные губы коснулись теплых и горячих. Сережа замер. Буквально застыл. Поцелуй со смертью, такой приятный и странный. Ты вроде ощущаешь его, а вроде и нет. Внутри все сжимается от новых ощущений, хочется больше, хочется чувствовать его, вот только рука, которую Разумовский хотел положить на темные волосы, пролетела сквозь силуэт человека. Олег чуть отстранился. Они не смогу быть вместе. Никогда.        — Может мне стоит к тебе? — тихо прошептал Сережа, а на лице его призрака появилось непонимание, а легкие морщинки, на хмурившимся лбе, показывали, что сейчас будет скандал. — Просто, мы же из разных миров, раз ты не можешь ожить, то может? — пытаясь исправить ситуацию, произнес парень, но все стало лишь хуже.       — Сереж, призраком быть не так здорово, как ты представляешь. Смерть, это не освобождение, а начало каторги. Меня каждый день скручивает невыносимая боль, посещают навязчивые мысли. Я не могу переродиться из-за этого гребаного убийцы, который сейчас живет себе спокойно и наверняка счастливо, а я вынужден ходить по старому дому в одиночестве уже почти двадцать лет, — прошептал он. — Даже не думай умирать, проживи эту жизнь, а в гроб ты всегда успеешь лечь, — прошептал он и отвернулся. Вот честно, заплакал бы, если бы в его организме была жидкость.        Разумовский выдохнул. Стало стыдно. Он осторожно вытянул дрожащую руку вперед и попытался положить на плечо, но она снова пролетела сквозь Олега. И как это вообще работает? Он прикрыл глаза и уже хотел уйти, как вдруг услышал тихое:       — Забавно, я всю свою жизнь пытался умереть. Дрался в подворотне с ножом, ехал на горячие точки, а когда умер, понял сколько всего потерял. Жизнь — это великий дар, который я просто взял и сгубил. Не повторяй моих ошибок, — прошептал призрак и просто вышел из комнаты. Хочет побыть один. Он уже привычно отправился в закрытую комнату. В ней ему было все знакомо. Старый шкаф с кучей книг про медицину. Большая кровать, настольная лампа с перегоревшей лампой. Насколько Волков знает, эта комната принадлежала его убийце и больше в нее никто не входил, потому что не могли найти ключ, да и обычно в этом доме надолго никто не задерживался. Волков выдохнул и посмотрел на старые бумаги. Фамилия его мучителя отсырела, лишь были видны инициалы.        «С.В Ру…» — остальное было чем-то смазано. Возможно из-за дождей, протекала крыша и навсегда стерла фамилию его мучителя. Хотя, даже если он бы и знал ее, то что бы изменилось? Он бы точно не пошел в полицию, потому что не смог бы. Так бы и сидел в этом доме, только знал кого проклинать. Тяжело. Как же хочется просто уйти на вечный покой, но пока он не завершит свое последнее дело и не найдет убийцу, он будет привязан к дому и, увы, этого не изменить. Олег прикрыл глаза и сел на кровать. Взгляд бросился на книги. Никаких зацепок. Как же он устал.       — Забери меня, — прошептал парень, поднимая голову на потолок, но ответа не последовало, лишь сильная, пронзающая боль в области груди от которой он заорал, а потом стал тяжелее дышать. Перед глазами снова темная комната. Много крови. Его крови. Помнит белый халат, синие перчатки, скальпель в руке. Снова резкая боль, но теперь в руках, Олег упал на кровать, его трясло. Он слышал голос убийцы, каждый раз одни и те же слова крутились в его голове.       «Тебя не найдут»       И ведь правда. Он уехал и никому не сказал. Ни Вадиму, не бывшей. Никому. Чертова дача и отдых, лучше бы его отправили на точку! Стоп… Парень раскрыл глаза. Боль исчезла. Дача. Он начинает вспоминать? Вот как оказался под Санкт-Петербургом! Решил просто отвлечься от работы, нашел объявление о сдаче дома, а потом… Потом видимо смерть, но это не так уж и важно. Главное, что он начал вспоминать. Может, когда-нибудь он все-таки узнает, кто кроется за этими — «С.В Ру…», ну а пока, он просто будет рядом с Сережей. Может он оправится и поможет Волкову? Даст ему вечный покой? Может кто-то свыше сжалился над ним и прислал ему спасителя? Такого себе конечно, но лучше уж это чем ничего. По крайней мере Оле так думал. Вот только этого спасателя самого бы спасти надо, ведь его ищет не только котков, но и подписчики с полицией. Забавно, его жизнь начинает медленно рушиться, а он даже не знает об этом. Хотя, даже если и узнает? Что изменится? Он полностью спятит? Потеряет связь с реальностью? или может адекватно воспримет все и сможет защититься в суде и доказать, что это была самооборона. Будет, конечно, трудно, но возможно. Хотя, нет смысла строить планы на будущее, особенно когда загадочный «С.В Ру…» уже знают о том что под него капают и уже готов подстроить несчастный случай с одним нестабильным психически нездоровым парнем. Им бы только встретиться…