Здесь кто-нибудь есть?

      — Слушай, ну я не знаю. Да и что я буду на этой даче один делать? — посмотрев на старого друга, произнес Олег. Да, он хотел отдохнуть, но почему-то именно эта поездка, именно в этот дом, который ему порекомендовал Егор, его отталкивала. Мужчина же напротив лишь тяжело выдохнул, а потом положил руку на колено к Волкову и заглянул в тёмные глаза.       — Слушай, ты так скоро в белой палате с трехразовым питанием и смирительной рубашкой окажешься. А там лес, речка, нет людей. Ты же любишь быть один, вот почему бы и не поехать? — прошептал Егор, а потом тяжело выдохнул. Как после той ночи они ещё общаются? К тому же делают вид, что все хорошо, будто бы они не восстановили имена друг друга и не таили в чужих руках…       Молчание затянулось и стало не просто неловким, а невыносимым. Столько недосказанности и нелепицы. Они же не просто друзья. Каждый из них понимает и боится произнести вслух. Каждый боится осуждения, ведь выросли с одной установкой в голове и каждый боится ее разрушить. Спустя мучительные минуты Егор все же встал и пошел на выход. Он пытался помочь, вот только тяжело. Они нашли друг друга и себя, благодаря той ночи, но снова потерялись из-за гребаных устоев общества. Сослуживцев всё-таки вышел, надеясь, что его остановят, поймают за руку, поцелуют. Олег же смотрел на его спину и где-то в глубине души молился о том, чтобы тот остановился и повернулся.        Недосказанность. Вот, что на самом деле убивает. Она приводит к ссорам, непониманию или, в случае наших парней, к разлуке. Они нашли друг друга и потеряли из-за страха быть отвергнутыми… Олег тяжело вздохнул и прикрыл лицо руками. Черт. Может сбежать на недельку куда-нибудь в лес не такая плохая идея. А Егора как раз заберут за это время на какую-нибудь точку и тогда будет легче. Парень нащупал ладонью свой старый кнопочный Нокиа, а потом взял со столика бумажку, на которой был написан номер человека сдавшего этот чертов дом. В динамике послышались громкие гудки, а потом и голос.        — Здравствуйте, — раздался голос мужчины средних лет. Без акцента. Уверенный и слегка радостный тон. — Вы насчёт объявления? — сразу поинтересовался он.        — Да, Вениамин, — парень даже улыбнулся. — Я бы хотел снять домик на неделю под Питером.

***

       — Все настолько плохо? — прошептала женщина аккуратно обнимая Рому со спины и целуя в шею. Котков лишь тяжело выдохнул и вышел из раздела новостей. Это конец. Почти полтора миллиона отписок. Все считают Сережу психом, который просто может кинуться на людей и призывают его отправить на лечение, пока он ещё кому-то не навредил. Если его найдут, то парня ждёт сначала недели две в психушке, потом суд и в лучшем случае банальное возмещение моральной компенсации, в худшем… Кто знает насколько за это время продвинулась его болезнь? Может того самого веселого и доброго парня уже и нет. Лишь безумец, который видит угрозу во всех. Даже в себе. А если его вообще уже нет? Сердце вдруг начало неприятно колоть, а Рома закрыл глаза. Это конец. Их конец.

***

       Разумовский не понимает почему его не могут найти. Либо Котков этого не хочет и тянет время, либо вмешался третий игрок, которого никто не ждёт. Хотя, разве столь важно? Ведь он сейчас действительно счастлив. Это приведение с темными волосами, карими глазами и щенячьим взглядом смогло то, что не мог сделать не один человек. Просто фактом своего существования скрасить серые будни одного рыжего психа и спасти его от болота безумия, которое иногда затягивало так, что вытаскивали лишь таблетки.        — Ты как маньяк, — улыбаясь, произнес, юноша и приоткрыл один глаз. Если бы Олег мог покраснеть, то непременно сделал бы это, но благо в отсутствие физического тела есть определенные плюсы. — Долго стоишь тут? — зевая сказал Сережа и принял сидячее положение. Приведение же сделало несколько шагов и приземлилось рядом, укладывая свою холодную руку на чужую ногу и думая насколько ему повезло. Да черт возьми, если бы он знал, что когда-то встретит этого странного блоггера, он бы сам себя укокошил, лишь бы только побыть с ним рядом.        — Прости, я не сплю, а ты часто мычишь во сне, — Разумовский сразу же повесил нос от этих слов, а улыбка исчезла моментально. — Эй, ну ты чего? — полупрозрачная рука осторожно прошлась по рыжим, завязанным, в уже растрёпанный из-за сна хвост, волосам и медленно скользнула к бледной щеке. Вообще, из них двоих, Сережа больше походил на мертвеца и это до жути пугало Волкова. У него было какое-то плохое предчувствие, но он не понимал к чему оно. Что вообще может плохого случится…        — Почему я не могу присоединиться к тебе? — вдруг прошептал он и закусил губу. Сережа пытался умереть и не раз, но что-то его всегда выручало, спасало. Неведомая сила или долбаная (не)везучесть. Кто знает, по крайней мере, если бы не некое оно, посланное от самой вселенной, он бы никогда в своей жизни не встретил Олега. Никогда бы в жизни не познал то самое странное чувство, которому никто не может найти объяснение. Любовь. И если Волков боится того что происходит внутри, то Разумовский принял. — Не молчи ты.       — А что мне говорить? — призрак вдруг убрал ладонь с щеки. Он злится. Боится. Его раздражает инфантилизм живого этого человека. Умереть он хочет. Это же что-то легкое и правильное? Вот только в мыслях и чьих-то фантазиях. Очень часто Олега схватывают фантомные боли. Иногда настолько сильные, что хочется вопить. Он не может выпить таблетку или как-то отвлечься. Он просто должен терпеть. Смерть — это не спасение. Начало ещё большей боли, да. Но никак не выход. И как жаль что Разумовский этого не понимает. Сколько бы Олег не объяснял ему, тот словно и не пытается слышать, потому что и не хочет. Именно поэтому, вместо того чтобы устраивать истерики или опять повторять одно и тоже, дух просто взял и вышел из комнаты. Вернее прошел сквозь стену, но это ли важно? Сережа же тихо выругался и скинул себя одеяло, а потом встал и тут же пошатнулся. Где-то около минуты он просто стоял с закрытыми глазами. Черт. Снова темнота. Надо поесть, ну это потом. Сначала нужно извиниться. Когда мир начал прогружаться, а темная пелена спадать, он наконец-то пошёл в коридор. Разумовский знал где Олег прячется и знал, что сам никогда в жизни туда не зайдет. Поэтому, единственное что ему оставалось, просто стоять под дверью и долбить ее кулаком.        — Ну, выйди, пожалуйста, — крикнул Сережа и ещё раз стукнул по-двери. — Я дурак, идиот, я признаю это. Прости.        Олег же даже отвернулся от двери. Он хочет побыть один. Сам того не понимая, Разумовский задел больную тему для него и поэтому призрак, как его учили в армии, решил все стерпеть и переводить, а для этого ему нужно остаться одному. Только он и этот грёбаный кабинет.        — Я сейчас принесу какую-нибудь штуку и сломаю эту дверь, — крикнул Разумовский. Получив в ответ молчание, он тяжело выдохнул, посчитал про себя до десяти и посмотрел по сторонам. Нужно определенно что-то тяжёлое или острое. Ножом он точно эту дверь не расковыряет. Может на улице топор где-нибудь есть? Сережа вдруг рванул в сторону выхода. Попав на улицу, он сразу же поёжился от холода, но за курткой не побежал, лишь рванул за дом в сарай. Старый мангал, какие-то вещи и даже огнетушитель. Любопытно. Сережа выдохнул и продолжил искать. Отодвигая какой-то ящик с книгами, он нашел на стене, выбранное ногтями, послание. «Наёмник. Олег Во…»       А дальше следы крови. Он пытался оставить подсказку для полиции… Вот только жаль не получилось. Кажется, эта тварь ушла безнаказанной. Хотя, может его поймали и он гниёт в тюрьме? Хотелось бы, конечно, на это надеется. Сережа зажмурил глаза. Ладно. Сейчас не до этого. Он продолжил искать топор и спустя несколько минут все же нашел. Старый, ржавый, но ещё пригодный для использования. С улыбкой на лице, он пошёл в дом. Вообще, лезть в ту комнату было не очень красивым поступком, но Разумовский как бы извиниться хотел. И вот, несколько верных ударов на петли и он снёс эту чёртову дверь.       Волков же просто сидел и смотрел куда-то в стену. Увидев Сережу он лишь тяжело выдохнул. Уже сам его убить готов… А юноша лишь нелепо улыбнулся и бросил топор на пол. А тут красиво, ну и пыльно. Видимо в этой комнате давно никто не бывал. Парень сделал несколько шагов и начал осматривать все, кажется, уже и забывая о призраке.       — Что это за комната? — прошептал он и уселся на кожаное кресло. Потрёпанное, но удобное. В глаза ему бросились разные бумаги, а вернее одна из них. Какой-то лист со старыми инициалами и корявой подписью, которую только черт и разберёт. Ну и Сережа. Первые несколько секунд он не верил и отрицал. Парень взял в руки этот листок. — Рубинштейн. — прошептал он и вдруг Олег завопил. Он схватился за голову и начал орать так, словно его режут, хотя ощущалось то, что он чувствует, примерно так же. Голова была готова просто взорваться. Вдруг дух просто испарился.

***

      Первое, чему научили Олега, это доверять чутью. Вот только, почему-то именно сейчас ему хотелось послать его нахрен, как и все остальное. Просто хотелось исчезнуть, впрочем, увы, скоро его мечта сбудется. Такси остановилось возле дома и Волков, поблагодарив, вручил шоферу деньги, а потом вышел. Ну, в целом домик неплохой. Вот только сеть ловит тут через раз, да и добираться трудно, но это ли важно? Он прошел к забору, как вдруг перед ним, словно из ниоткуда, появился мужчина. Средний рост, белый халат, перчатки и очки.        — Здравствуйте, — прошептал Волков. Что-то не так. Он чувствует что нужно бежать, но не понимает почему…        — Здравствуйте, Олег, — он приветливо протянул руку юноше и улыбнулся. Тот протянул в ответ, но скорее из вежливости. Почему-то с этим мужчиной вообще не хотелось иметь никакого дела. Может отменить это все? — Пойдёмте, я вам дом покажу. — улыбаясь, произнес мужчина и сразу же развернулся к зданию. А тревога внутри наёмника росла в геометрической прогрессии. Несмотря на это, он все же пошёл за Рубинштейном. Да и что может произойти? Он выдохнул и вошёл внутрь. Странно. Все разбросано. Ну можно было и убраться для приличия… Вот только зачем? Если дом-то сдавать ему и не собирались. — Расскажите о себе? — вдруг произнес Рубинштейн и пошел на кухню греть чайник.        — Ну, я военный, — как-то неуверенно произнес он, а сам осматривался. Почему сердце так громко стучит…        — А почему без семьи приехал? — незаметно взяв нож, произнес Вениамин. Черт, солдата завалить будет нелегко…        — Я сирота во всех смыслах. Нет никого. Даже любимого человека, — парень вдруг сделал пару шагов назад. Его слова были самой главной ошибкой, которую он когда-либо совершал… Ведь, по-сути, сам себя сделал идеальной жертвой, которую не будут искать.        Рубинштейн же обернулся с ножом в руках и подошёл к столу, на котором лежал пирог. Он отрезал себе кусок пирога и посмотрел на Олега.        — Присаживайтесь, сейчас чай попьём и я вам покажу все, — отрезая второй кусок, произнес он. Волков же кивнул и осторожно расположился на стуле. Рубинштейн же вдруг прошел за спину парня. Но не нападал. Пока просто искал заварку в шкафчике. Да и нож был на столе… — А вы вообще увлекаетесь чем-то? — появляюсь в поле зрения, с двумя пакетиками, произнес он.        — Да, ничем. Читать люблю, — произнес он, пока Рубинштейн заваривал чай.        — А я учёный, — он поставил две кружки на стол. Олег взял в руки напиток. — Работаю над кое-чем, но представляете, мне не хватало до сегодняшнего дня одного расходного материала для своих экспериментов.        — И какого же? — прошептал Олег и с ужасом понял, что в голове начинает появляться туман. Мужчина же улыбнулся и подошёл к телу, которое рухнуло с горячим напитком на пол и довольно прошептал.        — Тебя.