Attention, please!

Шум машин. Равномерный и однообразный. Не прекращающийся ни днём, ни ночью. Постоянный гам, заполняющий собой любой проблеск тишины. От него не спасут ни толстые стены, ни окна, ни двадцатый этаж. Постепенно к этим звукам привыкаешь, сливаясь с ними и принимая их, как тиканье часов. Тебе не шумно, пока ты не прислушаешься. Этим утром Чонвон лежал на кровати, смотря в потолок и невольно прислушиваясь к звукам за окном. Сколько людей ежедневно проезжало и проходило мимо лежащего парня. Пока остальные были в движении и спешили по своим невероятно важным делам, Чонвон просто лежал на кровати. Интересно, а сколько людей таких же, как и он в этом доме? Сегодня выходной, так что, наверное, достаточно много. Кто-то, как и он, просто смотрит в потолок, кто-то в суматохе готовит завтрак или уже обед, Чонвон не знал который сейчас час, кто-то занят работой, кого-то нет дома, например, его матери, которая опять ушла в выходной работать сверхурочно. По итогу, мы все чем-то заняты. Кто-то действительно важным для всех, а кто-то чем-то особенно важным для себя. По крайней мере, так хотелось думать. Чонвон устал от мыслей, что что-то идёт не так. Что он живёт неправильно. Не так, как все. Вроде что-то делаешь, а вроде и не то, что должен. Нет чувства удовлетворённости от выполненного дела. Не становится легче, когда ты сдаёшь в срок задание. Просто пустота, которую старался заполнить гул машин, опять возвращающий в реальную жизнь. Как бы ему хотелось быть человеком, способным утонуть в своих фантазиях, наплевав на этот самый реальный серый мир. Просто жить, делая сумасшедшие вещи, веря в себя и наслаждаясь этим. Конечно, никто не останавливал его от такой жизни, но… Не все апельсины способны стать огурцами. Возможно, это зависит не от того, где и кем ты родился, может, это зависит от воспитания, но если у тебя этого нет, то и не будет, пока ты не встретишь такого сумасшедшего, способного сделать сумасшедшим и тебя. Но такое Чонвон наблюдал только в утренних дорамах, волнующих мир домохозяек. Ему нечем заняться. Абсолютно нечем. Нет желания смотреть фильмы, нет желания читать книги, не хочется устраивать уборку или готовить себе обед. Не хочется ни-че-го. Но при этом его гложет чувство, что он тратит впустую своё время, поэтому он тревожно продолжает лежать на кровати, думая о смысле жизни. Время течёт, ничего не происходит. И это относится не только к этому моменту, но и ко всей жизни Чонвона. Его бытие настолько размеренно, что даже платная магистраль не смогла бы быть настолько гладкой. Говорят, что у счастливых людей нет проблем в жизни… Но это не так. Счастливые люди выдумывают себе проблемы сами. Потому что без проблем — жизни нет. Как бы пессимистично это не звучало, идеальная жизнь есть только в выдуманных историях утопистов. Чонвону хотелось чего-то живого. Ему хотелось настоящего общения. Не с людьми, проходящими в его жизни, подобно автобусам у остановки, а общения с теми, кто останется рядом, как сама остановка, стоящая там годами. Ему хотелось найти человека, который смог бы принять его таким, какой он есть на самом деле, а не таким, каким он показывает себя остальным. Но для этого нужно стать самим собой. Открыться чужому человеку. Чонвон боялся это сделать. Ему было страшно потерять возможного главного протагониста в его будущей истории. Как же сложно и глупо. Чонвон принял сидячее положение, стараясь выкинуть невозможно надоевшие мысли из головы, уже давно преследовавшие его. Он осмотрел комнату пустым взглядом, пытаясь зацепиться хоть за что-нибудь, что может отвлечь его от самобичевания, и увидел гору одежды, которую он так и не убрал. В течение недели гора понемногу становилась всё выше, стремясь к рекорду Эвереста. Парень встал с кровати и уверенным шагом подошёл к куче, с намерением разобрать одежду. Он сел в позу лотоса на пол и начал раскладывать вещи по кучкам. Что-то в стирку, что-то он просто вышвырнул из комода ранее. Чем меньше становился «Эверест», тем больше становились рядом лежащие кучки. Чонвон аккуратно складывал чистую одежду по лайфхакам, которые когда-то увидел в интернете, и не заморачивался по поводу грязной одежды, сразу сортируя её по цветам. Взглядом он наткнулся на худи цвета хаки, на котором остались следы грязной травы. Со вздохом Чонвон оценил последствия и отложил кофту, намереваясь в будущем замочить её и отстирать вручную. Туда же полетели и чёрные джинсы, участь которых была даже немного хуже. — Понесло же меня, — пробурчал Чонвон под нос, коря себя всеми языками мира, которые знал. Через некоторое время куча наконец исчезла, и парень начал прибирать чистую одежду, раскладывая её по местам. Поднявшись с пола, он услышал звонкий стук, а посмотрев вниз, обнаружил там что-то блестящее. Чонвон наклонился, чтобы поднять уроненную вещь. В его руках оказался брелок в виде гитары. — Откуда у меня это? — недоуменно спросил Чонвон, вертя в руках холодный металл. — Аа… Он вспомнил, как в один день поднял его на полу в коридоре, после столкновения с невнимательным парнем. — Как же его вернуть? — задумался он, рассматривая узор. Красивая электронная гитара была вся в извилистых линиях, создающих приятный на ощупь узор. Чонвон водил подушечкой пальца по витиеватым выемкам, от чего-то наслаждаясь этим умиротворённым процессом. Наигравшись с узором, он перевернул брелок, чтобы осмотреть и заднюю часть. «Спинка» брелка была абсолютно гладкой, исключая выбитые на ней буквы. — Может, имя хозяина? — вздрогнул Чонвон, понимая, что, возможно, сможет найти владельца аксессуара. Наклонив брелок так, чтобы от него отражались слабые дневные лучи, Чонвон начал рассматривать английские буквы. JAY — Джей? — поднял брови Чонвон, удостоверяясь, что прочитал верно, но ошибки не было. — Это тот Джей, которого я знаю? Он вновь перевернул брелок. — Но ведь он барабанщик… — протянул Чонвон, сомневаясь. — Ну спросить можно, ничего страшного точно не произойдёт. При следующей встрече отдам. При следующей встрече? А она возможна? Засомневался парень, вспоминая, как именно они до этого наталкивались друг на друга. Может ему стоит ещё раз пробежаться? — Глупые мысли, — усмехнулся Чонвон, кладя брелок в карман рюкзака, чтобы всегда иметь его при себе. На всякий случай.

***

Несколько дней Чонвон ходил в тот парк, даже иногда специально бегал по нему, но так и не встретил парня, которого искал. Будто он нарочно его избегал, чтобы не обмениваться с ним номерами телефонов. Он уже смирился с тем, что, возможно, никогда не сможет отдать брелок его хозяину, пока в один день абсолютно случайно не услышал беседу своих одногруппниц. — Ты слышала, что «Nerds» устраивают концерт? — взбудоражено воскликнула Леа, обращаясь к своей подруге, сидящей напротив. — Серьёзно? — не менее эмоционально отреагировала она. — Когда? — На следующей неделе. Говорят, что они новую песню на концерте споют, — продолжала девушка. — Они не выпускали песен больше года, — качнула головой её собеседница. — Похоже, что кризис наконец закончился. Задумчиво постучав по столу пальцами, Леа посмотрела в потолок. — Надеюсь, что они станут активнее и в социальных сетях, — вздохнула она. — Я фоток Джея жду, как пятилетка Новый Год. Тут Чонвон, до этого не обращавший на обычный разговор никакого внимания, навострил уши, услышав знакомое имя. — Аналогично, — вздохнула её подруга. — Чувствую себя девушкой солдата, хотя те и то чаще телефоном пользуются. — Зато на концерте наконец его увидим, — она мечтательно вздохнула. — Надеюсь, что костюмы в этот раз будут посвободнее, а то на прошлом концерте они все упарились. — Тогда было жарковато, — хохотнула девушка, явно утопая в воспоминаниях. — Зато потом они так красиво сняли те кожаные рубашки… — Извращенка, — закатила глаза Леа, делая вид, что не она тогда чуть не сорвала себе горло после увиденного зрелища. — На концерты ходят музыку слушать. — Да-да, наставник… Потом они заговорили про бытовуху, и Чонвон расфокусировал внимание, стараясь вспомнить название группы, в которой, по всей видимости, и играл Джей на барабанах. Это может стать прекрасной возможностью наконец отдать брелок, который скоро срастётся с его портфелем. Некоторое время назад он вообще подумывал о том, чтобы бросить эту затею. Но мысль, что эта вроде безделушка может очень много значить для его обладателя (раз даже имя выгравировано), червяком прогрызала дырку совести парня, не позволяя тому просто забить. Чонвон взял в руки телефон и начал гуглить афишу концертов на следующей неделе. Группа называлась как-то на Н… Ньюз? Нойз? Нет… Н-нёдс? Вот и он. Концерт в клубе. Название, конечно, у группы странное, но может оно несёт какой-то глубокий смысл. Недолго думая, Чонвон забронировал билет на следующую субботу, не жалея денег на места поближе к сцене. Наконец-то он сможет отдать этот треклятый брелок. Собственно, вот так он и оказался сейчас в тесном клубе, забитом людьми, с предвкушением ожидающих начала выступления. Двух зайцев одним выстрелом. И отдаст брелок (если он всё-таки его), и развеется, послушав хорошую музыку. Толпа становилась гуще, и Чонвона прижимали со всех сторон, благо, что на концерт преимущественно ходили девушки, так что даже если ему и наступали на ноги, то он мог после этого остаться в живых. До начала концерта оставалось менее минуты, и Чонвон нервно крутил в пальцах светящуюся палочку, которую ему выдали на входе. Толпа начала скандировать название группы, призывая их на сцену. Чонвон лишь вовсю глядел на тёмные силуэты парней, спешно занимающих свои позиции. Крики зрителей становились всё громче, а свет неоновой надписи «Nerds» ярко горел на кругу барабана. Раздались первые удары барабанов и зал резко стих. За барабаном последовала электрогитара, сыгравшая пару резких аккордов, а потом к ней присоединился синтезатор, сопровождаемый нежными звуками акустической гитары. Невероятное сочетание всего, превращающееся в невероятное что-то. Мелодия усиливалась, создавая впечатлительное интро. А потом вступил вокалист, голос которого звонко раздался в ревущем зале. Сцену осветили софиты, позволяя разглядеть всех участников бэнда. Первым делом, Чонвон направил свой взгляд на барабанщика и облегчённо выдохнул, увидев там Джея, сосредоточенно бьющего по установке. Парень расслабился, решив теперь полностью влиться в атмосферу концерта. Группа была хороша. Определённо хороша. Теперь он понял, почему его одногруппницы так часто обсуждали сам бэнд и его участников. Все там были не просто красавчиками, но и талантливыми красавчиками. Играли они просто невероятно, легко импровизируя с мелодией, и не забывая сохранять баланс между друг другом. Было ясно, что их командная работа на уровне. Они прошли вместе через множество бессонных ночей, наполненных звуком репетиций. Каждая пролитая капля пота окупится в их будущем. Они умело чередовали лирические и энергичные песни, быстро переключаясь между настроениями, находя золотую середину в звучании. Чонвон не успел понять, когда начал подпевать совсем незнакомым песням вместе с толпой, качая неоновой палочкой в воздухе. Это мероприятие определённо было тем, чего ему так не хватало. Незаметно для него пролетело два часа, на которые был рассчитан концерт. — Сейчас мы бы хотели представить вам нашу песню, которую вы услышите здесь в первый раз, — сказал главный вокалист, тяжело дыша после длительного пения. Он выпил воды из бутылки, стоящей на краю сцены, позволяя зрителям покричать уже почти охрипшим горлом. Вернувшись к стойке, он кивнул клавишнику, подавая знак. Раздались потусторонние звуки синтезатора, а за ними последовал нежный голос. Нарастающий звон гитары волшебным образом пробирал до костей, заставляя вникнуть в историю песни. Лирический герой переполнен чувством тоски и готовностью ждать своего партнёра после разлуки столько, сколько потребуется. Чонвона поразило то, как отчаянно звучит эта песня. Написать такое, не ощутив на себе, просто невозможно. На последнем аккорде толпа просто взорвалась. Выступающие тяжело дышали, кланяясь зрителям в благодарность за то, что те пришли. Как бы не было это прискорбно, но им уже нужно было идти. Они подошли ближе к краю сцены, чтобы прикоснуться к рукам фанатов. Чонвон, до этого онемевший от песни, очнулся и начал искать взглядом Джея, который как раз шёл в его сторону. Чонвон начал агрессивно махать палочкой привлекая к себе чужое внимание. Уже потеряв надежду в уставшую руку, Чонвон был готов сдаться, но тогда он встретился взглядом с Джеем. Тот, вообще непонятно как, узнал в взъерошенном парне Чонвона (хотя он его только таким и видел), приветливо ему улыбнулся, взглядом указав за кулисы. Парень кивнул, поняв знак. Попрощавшись со зрителями и обещая, что вернутся как можно быстрее с новым альбомом, артисты ушли за сцену, оставив бедных фанатов наедине со слезами. Чонвон поспешил на выход из душного зала, проталкиваясь через не хотящих уходить фанатов. Где-то среди толпы он заметил и своих одногруппниц, бурно обсуждающих гениальное решение стилистов нацепить на артистов сетчатые кофты, обеспечивающие их «достойной вентиляцией». Открыв дверь, парень ощутил прилив свежего воздуха, тянущего от вечно открывающейся входной двери. Глубоко вздохнув, он подошёл к зеркалу, стараясь привести себя в порядок. Пригладив растрёпанные волосы и удостоверившись, что похож на человека, он подошёл к охраннику. — Здравствуйте, вам, случайно, один из артистов не говорил, что Чонвон может пройти за кулисы? Мужчина угрюмо посмотрел на немного мнущегося парня, который уже израсходовал всю свою смелость на эту фразу. — Идите за мной, — кивнул мужчина, уводя парня куда-то вглубь клуба. Пройдя через нескончаемый лабиринт, Чонвон осознал, что обратно один ни за что не выберется. Бросив попытки запомнить дорогу, он просто следовал за дядей-охранником. — Сюда, — мужчина остановился, указывая на чёрную дверь с надписью «Artist». — Спасибо, — поблагодарил Чонвон, провожая взглядом спину уходящего охранника. Обратно всё же самому добираться. Сглотнув, он посмотрел на дверь, из-за которой доносился громкий смех четырёх парней. Решив, что сомневаться он будет только перед алтарём, Чонвон постучал в дверь, сразу открывая её. — Прошу прощения… — Вот и ты! — перебивая извинения Чонвона, воскликнул Джей, который, видимо, до этого всё это время смотрел на дверь, ожидая его прихода. — Я уж думал, тебя там задавили. — Как видишь, нет. — Заходи, — Джей подошёл к нему, приглашая внутрь. — Не боись, они только выглядят злыми. — А кто сказал, что мы выглядим злыми? — отшутился парень, до этого сносивший крышу своим голосом. — Посмотрите в глаза этого малыша, и всё поймёте, — отчеканил Джей, усаживая «малыша», что был немного выше его самого, на кожаное кресло, в котором сидел до этого. — Похоже, что ты его запугал, — сострил клавишник. — Ну-ну, — цыкнул Джей. — Это же не так, Чонвон-а? Нет ведь? — Дай ты ему хоть слово сказать, — закатил глаза вокалист. Джей замолчал, послушавшись слов власть имеющего, и выжидательно уставился на опешившего Чонвона. — Я… — начал он, доставая из кармана своих джинсов брелок. — Хотел спросить, не твоё ли это? Джей приподнял брови, рассматривая аксессуар. — Не моё. — Не твоё? — удивился Чонвон, который был уверен, что он принадлежит ему. — Ну да, меня Джейк зовут, а там написано Джей, — пожал плечами парень. — Джейк? — прошептал Чонвон. — Где написано Джей? — подал голос гитарист, до этого тихо сидевший на диване и что-то усердно печатавший на ноутбуке. — Брелок твой нашёлся, — Джейк указал пальцем на брелок, показывая, о чём идёт речь.