Архинекромаг

      — У тебя отлично выходит, Генри. — Девушка со светлыми волосами и серыми глазами помешивала кашу в котле, что висел над тлеющим костром. — Учитель Уолтер говорит, что ты его лучший ученик.       Мальчик двенадцати лет, которому относились ее слова, закончил чертить знаки на обломке мраморной плиты и поднял голову. Его внимательные глаза, цвета темного янтаря, блестели азартом и внутренней силой, а на бледном лице расцвела улыбка, похожая на волчий оскал. — Вроде должно получиться, Сьюзан. Должно получиться…       Они развели свой костер на небольшом склоне, с которого было хорошо видно развалины мертвого города. На площади перед черным храмом раскинулся лагерь из шатров багрового цвета. Паломники приезжали к храму со всех концов мира. Здесь были темнокожие люди с южного побережья, заросшие густыми бородами варвары из княжеств северной Архи, смуглые и кучерявые жители восточных феодов, холеные дворяне из стран Альянса светлых государств запада. С холма люди выглядели как муравьи, что ползают вокруг муравейника в поисках еды для королевы улья.       На мгновение взгляд Генри задержался на этом упорядоченном хаосе, и на юном лице появилось удивленное выражение. — Почему они все едут сюда? Что может заставить добровольно попасть в это место?       — У каждого своя причина. — Сьюзан пожала плечами. — Нас с тобой привезли сюда против нашей воли больше трех лет назад, но мы до сих пор здесь.       Генри кивнул. Он отлично помнил свою встречу со Сьюзан, в тот день, когда впервые попал в черных храм. Она была рабыней, которую привезли в подарок, а он был выращенным на убой скотом, которого пригнали на бойню. И оба они стали учениками мастера Уолтера.       — Кто-то едет сюда ради чуда, кто-то получить знания и откровения. Одни находят здесь свой смысл жизни, другие конец своей жизни. Как кому повезет. — Девушка закончила мешать кашу и, зачерпнув ложку, протянула ее в сторону Генри. — Попробуй, вроде уже готово…       Он прикоснулся своими потрескавшимися на солнце губами к оловянной ложке. — Да, вполне прилично. Сейчас закончу и пообедаем.       Посреди фигуры, начерченной углем на мраморной плите времен старой империи, лежал человеческий скелет в истлевших лохмотьях. У него не было ног, а хребет был привязан цепью к чудом уцелевшей каменной колонне.       Генри читал древние заклинания, а его пальцы плели клубки темной энергии. В пустых глазницах скелета вспыхнул рубиновый свет. Древние кости задергались, словно в приступе эпилепсии. Еще мгновение назад мертвые останки, рывками поползли сторону читающего заклинание мальчика. Цепь натянулась, заставив хрустеть старые кости, но оживший скелет это не останавливало. Он рвался вперед, чтобы добраться до ребенка, пока стальные звенья натянутой цепи не разломали желтые позвонки, и мертвец кучей костей рассыпался на земле. Лишь череп, слетевший с шейного позвонка, уже катясь под ноги Генри, все еще клацал зубами, пытаясь вонзиться их в живую плоть.       — И так каждый раз. — Мальчик разочаровано махнул рукой и с раздражением раздавил череп ногой. — Сколько бы я не оживлял мертвецов, первое, что они пытаются сделать, это убить меня…       — На прошлом занятии, мастер Уолтер говорил, что это происходит, потому что вместе с энергией, ты наполняешь объекты своими эмоциями, чувствами и желаниями. — девушка обняла его и прижала к себе. — ты должен перестать себя ненавидеть, Генри.       — Если бы это было так просто… — Он прижался головой к ее груди и закрыл глаза, вслушиваясь в равномерный стук сердца.              — Кто следующий в приемную бургомистра? — громоподобный голос разбудил задремавшего в очереди Генри. В коридоре городской ратуши практически не было людей. Несколько крестьян с челобитными, какой-то гном в фартуке мастерового импульсивно рассказывал одинокому стражнику, что загулявшие на вчерашнем празднике воины света выбили окно в его мастерской. Воспользовавшись моментом, Генри проскользнул в приоткрытые двери приемной главы города.       — Бургомистр не принимает, он на срочном совещании по поводу нео угрозы. — В тесной комнате, больше напоминающей какое-то подсобное помещение, сидел молодой человек, со знакомым Генри лицом. — По какому вы вопросу? Если записаться в добровольцы в военную кампанию против нечисти, то пункт рекрутирования находиться со стороны городского арсенала. Если хотите сделать пожертвование на наших бравых защитников «воинов света», то можете осуществить его прямо здесь.       — Я на счет открытия своего сапожного дела. — Генри принялся рыться в своем дорожном мешке в поисках документов. — Вы находитесь на службе летописцем? Мне казалось, вы местный глашатай. Вчера видел вас на площади.       — Меня зовут Френс. Зарплата здесь не очень, люди не хотят идти, потому совмещаю. А по выходным я еще вместо уборщика. — пожал плечами кучерявый юноша. — Я могу узнать ваше имя?       — Генри Морк, к вашим услугам. — улыбка, похожая на волчий оскал появилась на лице мужчины.       — Вы обучены грамоте?       — Читаю и пишу на староиперском, на южном наречии и, разумеется, на общем.       — Достаточно общего. — кивнул летописец, нисколько не удивляясь такому образованному сапожнику. Юноша привычным движением достал пожелтевший пергамент с договором и протянул его Генри. — С вас десять медных грошей в городскую подать и три медных гроша за членство в гильдии ремесленников.       — Мне обязательно состоять в гильдии? — озадаченно спросил Генри, выуживая из-за пояса кошель с деньгами.       — Вообще нет, но с теми, кто не состоит в гильдии, часто случаются несчастные случаи. У того пожар в цеху случиться, а другому ноги в подворотне сломают. — многозначительно заметил Френс. — Но повторюсь дело сугубо добровольное. Вот тут, пожалуйста вашу подпись.       — Кажется я понял причину такого расцвета гильдий в вашем городе. — вздохнул Генри, отчитывая монеты из изрядно похудевшего кошелька. — Мне нужно помещение для работы, у города наверняка найдутся какие-то помещения в аренду.       — Разумеется, милсдарь. — Столь же оточенным движением, как и извлечение пергамента, летописец пересчитал медяки и сгреб их в обитый железом сундучок. — Можете ознакомиться со списком сдаваемых помещений.       В центре города сдавалось несколько зданий, притом в весьма неплохих местах и Генри даже повеселел. Ровно до того момента как увидел цену месячной аренды.       — Грязь и пепел, три серебряных за сарай… — Хоть Генри и давал себе обещание не сквернословить, но сейчас он просто физически не мог себя сдерживать.       — Ругаетесь вы как настоящий сапожник, милсдарь. — усмехнулся летописец. — Но здесь вас сложно винить, такая реакция у каждого, кто смотрит цены на нашу недвижимость.       — Я видел тот сарай, когда шел сюда. Та хибара еле стоит! За что такие деньги?! — возмутился новоиспечённый сапожник.       — Можете попробовать удачу в Старохолмье, говорят там сейчас много свободных помещений. — пожал плечами Френс. — Хорошее место, если вы специализируетесь на изготовлении обуви для оживших мертвяков.       — Очень смешно. С такими чувством юмора, вы вполне можете подрабатывать скоморохом на местных мероприятиях. — раздраженно ответил Генри, просматривая список с недвижимостью города. На самой последней строке в его глазах заблестела надежда.       — А что это за дом в портовом квартале? — спросил он, указывая пальцем на нужное место в пергаменте. — Сдается на улице рыбной, между портовым складом и лавкой алхимиков.       — Ааа, вы про это помещение… — Френс нехотя кивнул, забирая у Генри список. — Действительно, такое помещение есть и его цена пол серебряного в месяц…       — Вот и отлично, я его беру. Хочу проплатить за полгода в перед. — Мужчина вытряхнул из кошелька медную мелочь и принялся ее лихорадочно пересчитывать, словно боялся, что городская власть передумает сдавать это помещение.       — Милсдарь, прежде чем вы примете решение, я обязан вас предупредить. — летописец понизил голос до полушепота, словно решил поделиться с Генри сокровенной тайной. — Про это здание ходят ужасные слухи. У него сменилось уже трое съёмщиков и это только с начала года.       — И в чем же проблема? Наверно, это из-за соседства с лавкой алхимиков. У них постоянно что-то взрывается…       — Дело не в алхимиках, милсдарь. — отмахнулся Френс. — К тому же владелица лавки, госпожа Старедуб, весьма щепетильна в вопросах безопасности.       — Тогда в чем? — удивился Генри. Что-то подсказывало ему, что летописец просто морочит ему голову, чтобы сплавить ему более дорогой вариант аренды.       Френс сделал театральную паузу, и вдохнув полной грудью, сказал. — призрак, милсдарь.              Венделла устало рассматривала выстроившуюся к телеге фуражира очередь из нескольких десятков добровольцев. Бойкая ельфийка, присланная из кампании наемников, стояла возле телеги и командовала выдачей оружия и доспехов. Со стороны она выглядела совсем еще девчонкой, что было весьма свойственно для ее сородичей.       «Хотя со стороны, я также выгляжу совсем девчонкой» — подумала Венделла, с грустью улыбнувшись. Заклинание иллюзии, что она использовала вчера чтобы впечатлить толпу, не могло обмануть ее саму. Волшебница отлично знала придел своих скромных возможностей. И отлично понимала последствия ее провала. Даже тогда на площади, ее заклинание не подействовало на всех одинаково. Конечно, большинство людей хлопали в экстазе, как и должны были, но среди них было исключение. Волшебнице запомнился один мужчина, полностью одетый в черное. Он сбросил ее наваждение, как надоедливую букашку и повернувшись спиной к сцене двинул в сторону бочонков с пивом. От него веяло громадной и непостижимой Венделле силой.       — Ну и сброд. Впечатление, что тут собралась вся алкашня города. — Низкий женский голос за спиной Венделлы прервал ее тревожные мысли. Обернувшись, девушка увидела высокую широкоплечую орчиху в полном латном доспеха, что с насмешкой в глазах рассматривала цвет воинства Сангала. Встретившись с волшебницей глазами орчиха улыбнулась, как умеют улыбаться лишь орки, показав мощные нижние клыки. — Хотя тот паладин однозначно не плох. Миледи Утзон, я полагаю?       — Да, это я… А ваше имя… — не уверено спросила Венделла.       — Катарина Грохс. — орчиха поправила двуручный меч, что висел у нее за спиной. — Лейтенант компании вольных наемников Защитники Ока. Командование прислало меня для тренировки вашего бравого ополчения. Также из Кельта прислали оружие и доспехи для этих храбрых воинов.       Волшебница кисло улыбнулась. — Эти бойцы больше специализируются на штурме трактирной стойки. Но приходится работать с тем, что есть.       — Как говорили на моей родине, какой вожак такое и племя. — Кивком головы Катарина указала на капитана Прайма, который прикладывался к фляге с подозрительным содержимым. — Выходит, вы обучались в Западной Академии Высоких Искусств, что в столице Глинвета Ромлане? Правда ли что там по факультетам распределяет говорящая шляпа?       — Академия отошла такой практики распределения более ста лет назад. Сейчас по факультетам распределяют с помощью специальных тестов, а про говорящую шляпу напоминают лишь студенческие байки. — ответила Венделла. На ее лице появилось выражение легкой ностальгии, когда она вспомнила прежние годы. — Но согласно Статуту Академии, шляпу могут использовать если абитуриент хочет опротестовать решение официальной комиссии. Последний раз такое было более двадцати лет назад. Какой-то парень из восточных земель, был не согласен с результатами тестирования и потребовал, чтобы его способности оценила говорящая шляпа. Артефакт достали из магического хранилища и возложили на голову юноши. Все ждали, когда шляпа вынесет свой вердикт и скажет название факультета. Но вместо привычных слов, волшебный головной убор выдал страшное пророчество про юношу. Якобы, что он предвестник тьмы и принесет ужас и смерть в наш мир. Парень вскочил, сбросил шляпу с головы и был таков. Ходят слухи что это был Архинекромаг, собственной персоной.       — Удивительная история. Хотя про Архинекромага я слышала более десятка разных баек, и это только на этой стороне Ока. — Ухмыльнулась орчиха, но через мгновение серьезное выражение вернулось на ее лицо. — Как ваше расследование? Вам требуется какая-либо помощь?       — Я смогла получить довольно много информации, но до полной картины еще далеко. Надеюсь, что гильдия торговцев во главе с Хабиром дадут мне еще немного времени, что провести нужные исследования.       — Для торгашей время это деньги. Они воспринимают недополученную прибыль, как украденный на рынке кошелек. Но можете рассчитывать на меня — постараюсь втолковать Хабиру, что нужный нам результат требует дополнительных ресурсов.       — Благодарю вас, лейтенант Грохс. — На мгновение девушка замешкалась, увидев на другом конце площади фигуру в черном, что вышла из дверей городской ратуши. — Вы родом из племен, что обитают на восточных пустошах?       — Нет, не оттуда. — покачала головой орчиха. — Мое племя относилось к степным оркам, что жили на великих равнинах на юге. Может вы слышали про Агзара-осквернителя?       — Вождь степных орков, что два раза осаждал Сангал. Во время первой осады выжег окрестные деревни и собрал с города хорошую дань. А во время второй получил арбалетным болтом между глаз. — Венделла задумчиво почесала подбородок, вспоминая архивы. — Убивший его солдат стал национальным героем и до своей кончины был капитаном стражи.       — Все верно, Миледи Утзон. Агзар был моим дедом. Этот орк натворил не мало бед за свою жизнь. И его потомки были ненамного лучше. Племя постоянно проводило налеты на торговые пути Конфедерации и стран на западе. Это логично закончилось карательным рейдом со стороны Альянса светлых государств запада, во время которого племя было уничтожено. — Катарина с отвращением плюнула на землю и затерла плевок носком своего латного сапога.       — Мои соболезнования…- начала было говорить волшебница, но орчиха прервала ее жестом руки.       — Не стоит. Несмотря на то, что все мое детство прошло в шахтах для военнопленных, я ни о чем не жалею. В племенах орков у женщин было не больше прав чем у мебели. Меня бы продали какому-нибудь ублюдку типа моего деда и мне пришлось бы плодить для него новых воинов.       — И вы бы не смогли стать тем, кем есть. — волшебница заглянула в темные глаза Катарины и по их блеску поняла, что угадала.       — Да, абсолютно верно, миледи Утзон. После того как меня отпустили из лагеря военнопленных, я завербовалась в отряд наемников. И с тех пор ни разу не пожалела о своем выборе. За эти годы я объездила пол мира, увидела столько, о чем в любая орчиха могла бы только мечтать. Я сражалась, любила, убивала и защищала. У меня было единственное правило — я никогда не нанималась в войска Альянса.       — Потому что они убили вашу родню?       — Потому что они любят много трепаться о добродетели, а сами только и думают, как обдурить с гонораром. — орчиха ухмыльнулась, вновь обнажив свои мощные клыки. — Но довольно про прошлое, нам нужно думать о насущных проблемах. Кажется, к вам спешит тот бравый паладин?       Обернувшись Венделла увидела Юргена Малвора, с которым познакомилась вчера. Мужчина в позолоченной доспехе, бравой походкой пересек площадь и решительно направлялся в их строну. Девушка подняла руку и приветливо помахала ему.              — Господин, вы уверены, что это было правильное решение? — знакомый мысленный шепот раздался в голове Генри. Череп лежал на дне его дорожной сумки, но это не мешало ему слушать все что происходит снаружи и общаться с мужчиной. — Эта история с призраком выглядит довольно жутко.       — Самое жуткое в этой истории — это цена аренды в этом городе. — отмахнулся Генри. Он прошел мимо аккуратной алхимической лавки с яркой вывеской и цветущей геранью на окнах. Прямо через дорогу несколько плотников ремонтировали сгоревшую крышу двухэтажного здания.       — Милсдарь, не желаете развлечься? — смуглая девчушка, не более шестнадцати лет, в плотную подошла к Генри со спины. Ее серые глаза с мольбой смотрели на бледное лицо мужчины, а тонкие пальцы дотронулись к его руке. — Всего два медных гроша и вы можете делать со мной всю ночь, что пожелаете…       Это было так внезапно, что мужчина на мгновение замешкался, но затем, одернул руку и молча покачал головой. Девушка виновато улыбнулась и отошла в сторону.       — Если вы передумаете, то я работаю в «Портовой розе». Спросите Сьюзан и вас сразу проводят ко мне…       От имени, что произнесла девушка у Генри перехватило дыхание и закружилась голова. Воспоминания нахлынули на мужчину и ему едва удалось унять дрожь в руках. Не оборачиваясь, он двинулся в сторону одноэтажного деревяного здания, что ютилось между портовым складом и алхимической лавкой.       – Хозяин, вы не говорили, что у нас через дорогу бордель. — удивился череп. – Место действительно отличное, наверняка кому-то из клиентов девушек понадобиться починить обувь. А вы тут как тут. Да и самим девушкам пригодятся ваши услуги. Насколько я помню, у вас была отлична коллекция женской обуви…       – Йорл, довольно ерничать. — хмуро ответил Генри. Хоть он уже полностью взял себя в руки, его настроение явно ухудшилось. — В документах не было ни слова про бордель. Хотя, на самом деле это и не важно.       — Прошу прощения, если обидел, милорд. — в телепатическом голосе черепа послышалась неловкость и Генри улыбнулся.       — Ладно, не бери в голову. Просто та девушка кое-кого мне напомнила, потому я немного растерялся.       – И кого-же хозяин? Неужели былая любовь? Меня прям распирает любопытство.       – Много будешь знать, скоро состаришься. — ответил Генри и вытащил из кармана штанов покрытый ржавчиной металлический ключ. Амбарный замок на дверях сначала не хотел поддаваться, скрежетал и заедал, но в конце концов сдался и рухнул на землю перед открывшейся дверью.       Внутри было много пыли и паутины. Окна были забиты досками и завешаны каким-то тряпьем. На удивление пол был довольно крепким и совсем не изъеден мышами, как это часто бывает в подобных местах. Из мебели уцелел лишь стол и несколько стульев.       – Господин, я должен вам сказать…— начал было череп.       – Что здесь есть призрак? — перебил его Генри. — Я почувствовал потустороннее присутствие, еще когда мы шли мимо портового склада. Удивительно, что легенда оказалась былью. Я до последнего был уверен, что в ратуше мне просто пытались всучить более дорогое помещение.       – Что вы намерены делать теперь? — поинтересовался череп. — Может стоит поискать другое помещение?       – Друг мой, Йорл. — устало вздохнул мужчина, сбросив с плеча дорожную сумку на стол, над которым тут же поднялась туча пыли. — Я победил баньши из кричащей пещеры, уничтожил обезумевший рой полтергейстов в руинах староимперской крепости и издал более десятка публикаций в альманахе магов-ренегатов Стальной Розы на тему призракологии. Поверь мне, искать новое помещение я не буду.       – Вы намерены сокрушить призрака своим научным авторитетом?       – Для начала я наведу здесь порядок. Надеюсь, наши соседи в алхимической лавке одолжат мне метлу и швабру. — Генри прошелся по полу, прислушиваясь как доски скрипят под тяжестью его сапог. — Дом долго пустовал, но мыши не сточили пол. Деревянные стулья и стол тоже целы. Хоть одна польза от призрака, это то, что он распугал всю живность. Ведь все живое боится восставших из мертвых, оно чувствует их противоестественность.       Хозяйки лавки не оказалось на месте. За прилавком была ее племянница юная девушка-гном, которая быстро нашла для Генри метлу, швабру и ведро для воды. Сердечно поблагодарив ее, мужчина рьяно принялся за уборку.       Красное вечернее солнце опустилось за горизонт, и на свое законное место на небе взошел зеленоватый полумесяц, лучи, которого осветили пустую комнату. Мужчина выдавил мокрую тряпку в металлическое ведро и удовлетворенно осмотрел ставшее заметно чище помещение.       – Господин, последнее время у вас постоянно проявляются новые таланты. — Из сумки вновь послышался хорошо знакомый Генри шепот. — На сей раз вы раскрылись как отличный подметальщик. Что дальше? Неужели вы решите попробовать себя как золотарь?       – Я всегда любил чистоту, Йорк. В моей башне было кристально чисто — заметил Генри, насмешливо подняв бровь. Мужчина вытащил из кармана штанов кусок мела и принялся что-то чертить на дощатом полу. Полутьма ему совершенно не мешала, словно у него было зрение кошки.       – Любить чистоту и уборку разные вещи, хозяин. А в башне, на сколько я помню, у вас была целая армия скелетов с метлами. — ответил Йорк. — Что вы намерены делать дальше?       – Сейчас закончу знак на полу и посплю. — Мужчина зевнул и кивком головы указал на соломенный тюфяк в углу комнаты. — благо в алхимической лавке мне одолжили мешок с соломой. Будет на чем спать.       – Но как же призрак, господин? — встревожено спросил череп. — я чувствую его эмоции. Боль, ненависть, страдания…       – Чувства, что не дают до конца умереть… — Генри закончил чертить и удобно устроился на соломенном тюфяке. — Память о былых днях, что мешает найти покой…       – Вы же не планируете спать?       – Была такая мысль.       – А что, если явится призрак?       — Если я не проснусь сам, то уверен, что ты меня разбудишь, Йорк. — ответил мужчина и натянув на глаза свою широкополую шляпу, спокойно заснул.