Проклятый север

Ночь. Тишина. Слаженный хруст под ногами. Я подняла голову к темному небу, сплошь усыпанному звездами. Одинокая снежинка коснулась губ и растаяла. Дух захватывает не только от холода. Идем вереницей шаг в шаг по зимней степи. Сердце стучит еще громче наших шагов. Если закрыть глаза и сделать глубокий вдох, то можно на секунду раствориться в этой волшебной ночи. И не думать, не бояться одну секунду, всего лишь одну. Мой страх стал привычкой. Липкий, тошнотворный, неотступный. Куда я — туда он. Страх не уходит даже во сне. Страх теперь с нами от рождения и до смерти. Нас всех с младенчества обучают искусству меча и боя, и мальчиков, и девочек. Вместо игрушек — детские мечи. А вместо пряток и салочек, постоянные тренировки до полного изнеможения. У нас в замке все женщины — воины, кухарки, прачки, горничные и даже я — Леди нашего замка. Чего уж тут о мужчинах говорить… Им сам Единый велел. Когда-то в стародавние времена дамы учились танцевать, петь, вышивать, готовить, вести беседу и смешно сказать — флиртовать с мужчинами. Они занимались только домом и детьми, да еще сплетнями. Как же много времени у них было. Счастливые они были, наверное. В Цитадели нашего Короля вроде остались все те же порядки. Могут себе позволить с такими вассалами как мы. Наверное, их женщинам ужасно скучно сиднем сидеть в замке. Каково это — скучать? Отряд задержался в пути и вот ночь настигла нас в заснеженной степи и если бы не начало весны, то несдобровать бы нам. — Софи! Хватит медитировать на звезды! Мой муж — Якоб, наследник Северной Твердыни и первый меч королевства нервничал. — Мы же почти пришли. От мыслей меня отвлек шум в конце нашего многочисленного отряда. Заварушка? Меня сейчас конечно будут эвакуировать в замок короля, который уже виден на горизонте. Приготовила верную Косу — катану, что подарил мне Якоб на свадьбу и поправила кожаные пластины на доспехах. Натянула глубже меховую шапку. Теперь можно в бой. Передо мной расступился наш отряд в живой коридор и Супруг скомандовал:  — Софи, бегом марш в Цитадель, всем ускорится! Я — Софи, наследница Серого Замка была отдана замуж за Якоба Бургского по брачному договору год назад. Нас обручили в мой первый год жизни, Якобу было тогда 7 лет. Родственники с двух сторон нетерпеливо ждут новорожденного от двух последних наследников родов. Но дети в этом мире почти не рождаются и чудо будет если я забеременею. Молча залюбовалась красавцем мужем. Темноволосый, высокий, закаленный в боях воин с суровым взором и невысокая, тонкая и грациозная с длинными серебристыми волосами и светлыми синими глазами я. Впрочем моя хрупкость обманчива. Да и миловидность тоже. Я та еще кость в горле. С детства меня учили сражаться. Сколько раз сбегала со Стефаном из замка и не сосчитать. Как выжила и не понятно даже. Я прикрывала в боях спину сначала Стефана, а теперь Якоба. Учитывая мою ценность по вынашиванию наследников — можно представить, чего мне стоило не застрять в высокой каменной башне после свадьбы. Легкие и быстрые мы мчались на лыжах как вихри. Гуськом в затылок друг другу, мы с Якобом в середине отряда - он конечно впереди, а я за ним. Мчались в Цитадель Короля Йозефа на поклон. Ох уж эти дурацкие традиции. Как госпожа и воин Северной Твердыни, мне полагалось принести клятву верности Королю. И вот по его настойчивому приглашению, дождавшись хорошей погоды, а это означает крепкий сон мертвецов конечно, мы отправились в путь. Путь не близкий, Твердыня это самый северный край страны. Цитадель на юге. Мы в пути уже неделю. Останавливались на ночлег в замках королевских вассалов. И вот нам осталось совсем не много, пара миль. Мышцы на ногах уже горят от перенапряжения. Да и тело трясёт от усталости. Наш отряд все время пути был настороже, расслабляться нельзя. — Софи соберись, будем еще ускоряться! Конечно Якоб нервничал. Я посмотрела изменившимися глазами на горизонт, исследовала взглядом снег вокруг нас. Все спокойно. — Якоб все тихо, — шепотом успокоила я мужа. Он понял меня с полуслова и вот уже без надрыва и истерик мы спокойно добрались в Цитадель. Самый большой замок в королевстве — это Северная Твердыня. Там сейчас я живу. Но если точнее то там их пять — цепочки укрепленных жилых переходов и бусины-замки. Я живу в центральной бусине-кулоне. Шутка конечно, но центральный замок действительно самый большой и у него три заградительных стены для большей безопасности. Если бы я была вороном, то точно увидела бы ожерелье из замков с высоты полета. Цитадель короля я видела впервые и к тому же ночью. Это жуткая громада уходящая куда-то в небо и загораживающая собой и небо и звезды. Днем видно было бы лучше, но выбора нет. Мы прошли к входу на подвесной мост — там нас уже ждали. Осмотрев стража пропустила дальше по узкому проходу — мосту в замок. И вот они святая святых — на широкой каменной площади большие золотые ворота Цитадели! Эти ворота действительно когда-то были золотыми. Люди привыкли к названию так и осталось. Куда делись те золотые не знаю. Ворота открылись перед нами и шумной разгорячённой толпой мы ввалились внутрь замка. А в Цитадели нас ждал теплый прием. В приемном зале нас еще раз досмотрели и отобрали оружие. Я сопротивлялась. Воины посмеивались надо мной и обещали дать в замен побрякушек которые тоже блестят. Я бесилась. Якоб тихо сказал мне пару ласковых и я замолчала. Действительно, кто мне позволит разгуливать с оружием рядом с королем. — Добро пожаловать в Цитадель прекрасная Миледи Северной Твердыни. Слава о вашей красоте и доблести летит впереди вас. Вижу, что слухи не лгут. — А про мой скверный характер не было слухов? — я развернулась к говорящему и прикусила язык. Передо мной стоял Король! В короне и меховой мантии. Еще бы на мосту нас встречал. С горячим чаем. Высокий, худощавый, старый. Он был весь серым с проседью — прямые волосы до плеч, аккуратная стриженная борода с усами, ровные широкие брови. Глаза серые и почти бесцветные, глубокие морщины бороздили его умное задумчивое лицо. Он рассматривал меня проницательным взглядом, строгим и заинтересованным. — Простите сир, мою дерзость.— я присела в реверансе кусая от досады губы. — Сир, все время говорю что-то невпопад. Я воин, а не дипломат, и манеры у меня тоже хромают, я прошу вас простить мои промахи. — Такой красавице я готов все простить, за одну улыбку для меня. Улыбнитесь мне Софи. Я робко улыбнулась, его лицо осветилось грустной улыбкой в ответ. — Миледи, Вас ждут подготовленные покои для отдыха после трудного пути, служанка вас проводит. Сэр Якоб идемте со мной. Я снова присела в реверансе, стараясь не смотреть на мужа, уверенна — он в бешенстве. Наших воинов распорядитель повел на ужин в общие залы им больше повезло чем мне. А меня служанка повела по длинным и темным коридорам замка и не менее темным и высоким лестницам в поистине королевские покои. Распахныв высокие деревянные двери я увидела комнаты обставленные с большим вкусом, прогретые и чистые. В центральной комнате горел камин на столике ждал легкий ужин и большой чайник. Диваны бежевых оттенков манили присесть и выпить чашечку горячего чая с бутербродом. Мягкий толстый ковер, картины, скульптуры, книги в шкафах, плотно задернутые портьеры из бархата. Во второй комнате была спальня. Просто огромная кровать с балдахином и шикарное платье на манекене — вот и вся комната без единого окна и дверь ведущая в ванную комнату. Заглянула и ахнула. О такой ванной я не смела и мечтать — В ней имелся не глубокий бассейн из розового мрамора наполненный ароматной теплой водой и кушетка, покрытая белой простынею, приготовленная явно для массажа моего уставшего тела. И когда только успели её наполнить? Зеркала в полный рост по всем стенам и золоченные канделябры. Ну и отхожее место — больше похожее на трон если честно. Что тут сказать — королевский замок! На помощь к служанке набежали еще несколько и начали меня раздевать, мыть, тереть, скоблить и массировать. Удивительное дело, вода поступала в ванну по трубам и сразу горячей. В наших замках воду носили ведрами и грели на плите в кухне. — А мы то ужо вас ждем-ждем госпожа не дождемся ни как. Воду то подливали то подливали, а вас все ни как нет. - тарахтеть служанка - Дозорные то смотрели и вот щас, вот щас, а вот вас стало быть все нету и нету. — Речь служанки была сбивчивой я еле её понимала. Меня быстро отмыли и приодели в чистое и нагретое белье. Похоже, что нас действительно ждали. В спальне приготовления продолжились. Платье на манекене так же ждало меня. Я сопротивлялась, и не собиралась его надевать. Да, оно было бесподобным, по-королевски роскошным я такое платье и в снах не видела. Кроваво-красный бархат и золотая парча, шелковое нижнее платье алого цвета, это буйство красных оттенков будили в душе тревогу. Что –то первобытное внутри меня кричало — не надевай, опасность! К платью прилагалось в деревянной шкатулке с миниатюрным замочком — ожерелье из рубинов и алмазов — Подарок короля. Не слыханная дерзость дарить чужой жене украшения, да еще и красные. Это цвет крови, такое только муж или отец может дарить. Я конечно отказалась. Я же дерзкая, могу себе позволить не принимать подарки от короля. Потом просто улыбнусь ему — на гильотине. Но каково было мое удивление, когда забежавший впопыхах, чтобы сменить рубаху и наскоро обмыться Якоб, заставил меня надеть это все. Кажется, он ничего не понимал.  — Софи! Не создавай проблем там, где их нет. Просто надень все, что он там подарил и принеси ему клятву верности и все! Захочешь оставить подарки после церемонии себе, оставишь. Я понимаю опасения Якоба. На самом деле положение у нас не завидное. Против Северной Твердыни давно плетут заговоры и сплетни, у нас сильный оплот на севере — это дает повод для беспокойства другим, менее сильным вассалам короля. Но мы же последние на севере! Твердыня — последний рубеж человечества. Дальше только замершие пустоши и табуны проклятых. Какими надо быть дураками ссориться с югом?! Кажется, никому не приходило это в голову, кроме разве что королю. Он явно настроен дружелюбно к нам. Если бы подарки были голубого или белого цветов я бы и слова не сказала, как жена наследника Твердыни в честь нашей свадьбы Король мог бы мне подарить бриллиант со свою голову и нормально. Но почему он дарит подарки красных цветов? Наскоро перекусывая сидя перед камином с Якобом и опустошив чайник я так устала спорить, что решила сдаться законному супругу. В конце-то концов мужчина он у нас в семье, понимает в политике больше меня. Раз нужно принять непозволительный подарок монарха, значит я его приму. — Ладно Якоб я погорячилась, ты же знаешь, что мне не хватает манер? Не сердись.— И я чмокнула сидящего рядом Якоба в нос. Якоб издевательски хмыкнул зная, что вот это сейчас посвящалось служанкам и королю, которому донесут все слово в слово. Не грамотная речь служанок меня не впечатлила, пусть играли они убедительно. И я бы поверила, если бы не знала, куда попала. Он встал и вышел оставив меня на едине с подарками и слугами. За Якобом громко хлопнула дверь. И я отдала себя на растерзание служанкам. Где-то через час меня наконец-то приготовили. Нарядили, причесали, обули, надели украшения. Увидев себя в зеркале я обмерла не узнав в этой красавице Софи в вечных тяжёлых доспехах. Платье действительно было королевским. Я в нем была королевой! С низким, бесстыдным вырезом на груди, затянув талию оно спускалось широкими юбками к полу закрывая носки шелковых туфель с кожаными подошвами. У нас не носили таких широких юбок да и длинна была до щиколотки или даже выше. Ожерелье же оказалось скорее ошейником из драгоценных камней в толстой золотой оправе. Оно жутко давило и щекотало нежную шею — не привычную к ошейникам. Мои густые серебряные волосы заплели в мелкие косички и собрали с двух сторон от лица в высокие борозды, которые спускались слегка волнистым и распущенными свободными прядями на обнаженные плечи и спину. На севере другие прически носят. И одежды другие. Практичные и скромные, у нас замужняя женщина не распускает волосы при других мужчинах. Очень хотелось надеть палантин на голову, но помня последний разговор с Якобом решила не нарываться на скандал. Ладно, я на юге и правила здесь диктует Кроль Йозеф — каменный бы его подрал! С этими невеселыми мыслями расправила плечи, вздернула свой красивый носик и отправилась в главный королевский зал давать вассальную клятву щедрому королю Йозефу Миротворцу. *** Ощущение липких взглядов было повсюду от дверей в мои покои до самого трона с Королем на нем. Я не привыкла к пристальному мужскому вниманию. Передо мной всегда испытывали уважение и ни когда не позволяли себе лишних взглядов или слов, а уж действий и подавно. Даже наши игры со Стефаном всегда граничили со здравым смыслом или чего там разуму полагается? Главный тронный зал поражал своей роскошью. Меня тут для клятвы явно заждались. Как только я встала на центральную дорожку непонятного цвета все вокруг стихли и людской гомон сменился мертвой тишиной. Мужчины и женщины, воины, разодетые дамы с высокими прическами смотрели на меня с любопытством. Еще бы такую птицу к ним занесло северным ветром. Они про меня столько легенд слышали, а тут раз и обычная дева, только цветом волос не вышла, а так совсем обычная. Я держалась. Дышала ровно и считала выдохи. Ко мне подошел Якоб — почему то злой как черт. Не знаю, что опять не так, даже думать не буду об этом. Он взял меня для ритуала за руку и повел к трону. По правилам я встала на колени, пред троном постелили для меня большую подушку из красного бархата. Спасибо и на том. Король торжественно объявил о начале клятвы — и Якоб подрезал мне вену на руке над широкой каменной чашей одновременно он произносил пламенную речь о прибавлении в его семейном дереве еще одной ветки и прочая дребедень. Темная кровь медленно стекала в чашу широкой лентой и запах крови щекотал обоняние до тошноты, а он все говорил и говорил. Когда ноги окончательно затекли мне наконец-то дали слово и затянули слегка опустевшую вену жгутом. Я клялась на своей крови и крови моих предков и потомков, что буду верной подданной и воином в битве до последней моей капли крови и прочее. Голова кружилась от кровопотери. Тошнота всё сильнее подступала к горлу от запаха крови в чаше, что я держала перед собой. Но я воин и я держусь. Чаша в моих руках не дрожит. И мой голос ровен и решителен. Клятва на крови страшная штука, и если ее нарушить, то будет порча или смерть или еще что страшное, можно даже сразу каменным стать. В роду перестанут рождаться дети. Поэтому то и тащили по приказу короля всех наследников выживших замков сюда — к чаше и трону для клятвенного кровопускания. Мир в наших условиях важен для выживания. Особенно сейчас — король стар, его наследники не дожили до совершеннолетия и после смерти короля не ясно, кто будет его преемником. Может он еще лет десять и проживет, но вопрос оставался открытым. При его отце Йозефе IV была долгая смута и королевство распалось на великие дома. Это было фатальной ошибкой и сильные дома порабощали слабые, вместо того чтобы поддерживать друг друга, люди продолжали плодить каменных своими бесконечными войнами. Йозеф V Миротворец, он объединил все проклятые земли от стены и до Твердыни, учредил новые законы помогающие выжить последним людям на этой земле, и сделал обязательной вассальную клятву трону для всех наследников и князей замков. Тридцать лет в королевстве относительное затишье. И мы воюем только с каменными, а не друг с другом. Наконец-то мне можно подняться. Король встал с трона подошел и подал мне руку. Забрал у меня чашу. Теперь Йозеф говорил над моей кровью слова на чужом древнем языке, кажется в детстве слышала его от няни и сама читала на нем. Он добавил к крови чего то еще и теперь нам надо это выпить, да… Ну в прочем я пила кровь и до этого и не разбавленную так, что не привыкать, противно, но надо. Йозеф с окровавленными губами протянул мне чашу с торжественными и красивыми мелодичными словами и посмотрел на меня как-то странно. Припишу это воздействием моей сказочной крови. И мне пришлось сделать глоток и не один. Затошнило и в голове зашумело, похоже что к крови король добавил самогон. Гадость жуткая. Хоть бы не вырвало прямо тут. Я снова медленно задышала пытаясь успокоить желудок. Вокруг начали хлопать в ладони и кричать поздравления. Король поднял руку вверх и все смолкли. — София Бургская, дочь князя Густава Строгого, наследница Серого Замка, миледи Северной Твердыни, супруга Якоба Бургского наследника Северной Твердыни и первого меча королевства я принимаю тебя в королевскую семью моих верных вассалов, подойди и поцелуй своего короля! Ну что же мне не впервой целовать престарелых дядюшек, дедушек — пошла и чмокнула его в перстень, мне не жалко. И меня даже не вырвало, так что я молодец! В просторном и полутемном зале объявили королевский пир в честь меня и моей вассальной клятвы. Когда мы с Якобом зашли в трапезную залу, все затаили дыхание любуясь нами. Зависть до добра не доводит — вспомнились мудрые слова няни. На ужине меня посадили с правой стороны от Короля, а Якоба напротив меня с левой стороны от Короля. Это очень польстило мужу, а я снова почувствовала животом опасность. Заметила девушек и женщин, были среди них и симпатичные. Может среди них есть возлюбленная короля? Король Йозеф весь ужин разговаривал со мной. Задавал вопросы, шутил. Рассказывал про нежить в лесах вокруг Цитадели, говорил, что подружилась бы с ними в таком-то красивом костюмчике, невольно я рассмеялась от души. Самогон подействовал на мои нервы что-ли? — У меня и меч дружелюбный, а уж блестящий то какой. Им бы он тоже понравился. Мы рассмеялись моей шутке, а муж бросил злой взгляд полный ревности. Прислужник за его спиной налил ему полный кубок браги и Якоб залпом его выпил. Догадка, что он напивается от ревности сразила наповал. Как он может ревновать к Королю к которому сам же и притащил? Я люблю Якоба, какие тут могут быть вопросы. Удивленно уставилась на мужа большими глазами. Король замечая, что в нашей семье назревает скандал и объявил о начале танцев.  — Молодежь ведь любит танцевать? , — спросил он хитро. — Сир я не знаю, да, любит. Наверное. Только я не умею, вот. — смущенная этим признанием я теребила край широкого шелкового рукава. — Как, такую красавицу не научили танцевать? Только не говорите мне, что вы и вышивать не умеете? — Король громко рассмеялся своей шутке, но увидев мой взгляд замолчал и удивленно поднял брови глядя прямо в глаза неотрывно и не моргая.  — Эмм… Сир, я все детство по лесам танцевала с мечами, ну и с каменными приходилось или с кузенами если пары не было, — я пыталась отшутиться, но он видел, как мне неловко. — Это так просто, сейчас я открою с вами бал Софи, и вы сами это поймете. Просто во всем меня слушайтесь и доверьтесь. Чувствуйте мои движения. Это проще чем фехтовать. Чем-то даже похоже, только безопасно. — Ну это смотря с кем танцуешь, — вырвалось прежде чем поняла, что сказала. Вокруг все затихли. Да, явно сказала что-то не то. Опять. — Сир… Я имела ввиду лес, каменных… — Я понял и еще кузенов? — Да. — Муж позволит ваш первый танец своему Королю? — Это у мужа надо спросить. — Пролепетала не смея посмотреть на Якоба. Уверенная что он рвет и мечет из-за моего языка. Король дал знак. Заиграли музыканты. Украдкой поглядела на мужа желая, чтобы он сказал нет Королю, объяснил бы ему, что это вообще будет наш первый танец. Что на дальних заставах не учат танцевать никого, что все с детства учатся сражаться, чтобы вот тут в Королевском замке девушки спокойно учились шить и танцевать. Но Якоб пусто и грустно смотрел мимо, ему что-то увлеченно рассказывал советник Короля размахивая руками. Подошел Король и протянул руку приглашая на танец. Пришлось вставать и идти с ним танцевать, настроения не было, было чувство вины. Но в чем я виновата? В том, что молода, красива и танцую не со своим мужем? В душе загорелась злость на трусость Якоба. Нежити и битв он не боялся — рвался всегда в гущу бойни, а тут вассальной клятвы испугался. Ну и к черту! Я расслабилась в объятиях Короля и попыталась довериться и чувствовать его движения. Учитывая тесноту объятий это оказалось удивительно легко. Король к счастью не отвлекал разговорами, и дал сосредоточится на движениях и музыке. С закрытыми глазами получалось еще лучше. Если представить ритм звоном метала то можно танцевать не открывая глаз и даже не споткнуться. — Спасибо за волшебные мгновения в ваших объятьях, Софи — Музыка наконец-то закончилась — Можно теперь с мужем танцевать? — Я вопросительно посмотрела на Короля. — Да, не смею вас задерживать Миледи. — И мне уже было наплевать обидела его или нет, подошла к Якобу и с намеком посмотрела на него. — Хочешь танцевать? — Очень хочу мой Господин. — Якоб хмыкнул, но встал и повел меня в центр зала. Мы встали напротив друг друга суровый воин с печальным лицом и красивая девушка в королевском наряде. Вокруг шептались и переглядывались придворные. Дерзко вскинув подбородок, присела в приветственном реверансе. — Хорошо, что вас реверансам научили, моя дорогая. Не представляю, как бы Король и этому учил вас.— Процедил насмешливо супруг. — Главное, что ты целоваться успел меня научить. — Ни слова больше. — Прошипел Якоб. Музыка заиграла и в объятьях друг друга мы медленно закружились в танце. — Мне не нравится здесь. Я чувствую не доброе. Вот мы уже ругаемся, а вчера только спина к спине сражались. Доверяй мне. Я ни в чем не виновата перед тобой. Почему ты так себя ведешь? — Я не знаю что делать. Тоже чувствую неладное, но вассальная клятва меня держит кандалами. Потребует Король моей жизни и я с радостью ее отдам. — А если он мою жизнь потребует, ты и ее с радостью отдашь? — Без радости. С большим горем. Наверное, мне проще будет умереть, но да будет так — он мой Король и я давал ему клятву верности. — Странная верность. А как же супружеская верность? Мы клялись перед Единым! И какая верность важнее супружеская или вассальная? — Женщина, что за глупые разговоры. Ты бредишь? Один танец, и ты про неверность говоришь? Постеснялась бы. Не зли меня! — Прости, я выросла не среди ухажеров и балов. Я не знаю, что думать. Может это учтивость? Не знаю. Просто, странные ощущения. Мне страшно и неловко. — Давай просто расслабимся и получим удовольствие от танцев. Не известно будут ли они еще в нашей жизни. Будем танцевать до утра. Ты не против? — Я только за. Хочется не только танцевать. — я хитро его обняла теснее — Дома будем не только танцевать — с намеком он наклонился к ушку и поцеловал в нежное место натертое рубиновым ошейником. Мы расслабились. Якоб не стесняясь начал прижимать к себе до неприличия и целовать в губы прямо в танце. — Якоб веди себя прилично! — Пусть все видят, кто твой муж. — Как глупо Якоб, ты сначала уведи меня отсюда, а потом будешь доказывать, кто законный супруг. Король сидел и странно смотрел на нас. Да, мне все это очень не нравилось. И хоть бы королева была жива, но нет Король, как назло овдовел несколько лет назад. Наследников у него тоже в живых не осталось. Может у него есть фаворитка? Оставалось надеяться на это. Громко и протяжно прозвучала тревога. Сбор войска для отпора нежити, Якобу с его людьми надо было идти и если бы не эти глупые парчовые юбки, я бы пошла защищать спину мужа. Но король и слушать не хотел о моем участии в сражении за стенами Цитадели. — Здесь женщины не сражаются, особенно если в гостях и в красивых бальных платьях. Якоб смотрел на меня широко расставив ноги и упрямо выставив кадык вперед, говоря всем своим видом — только пискни Софи, и тебе от меня достанется. Да, иногда он спускал мне гонор и острый язык, но не при чужих и тем более Короле. В этот раз пришлось заткнуться. Со злостью махнув юбками, пожелала им удачной битвы и пошла в отведенные покои. Никто не стал меня задерживать, вечер был и так напряженным, а закончился он просто катастрофически. В покоях ждала ванна с лепестками каких то цветов и красивая шелковая сорочка в кружевах. Несколько служанок ожидали меня. От ванны не смогла отказаться, а вот от ночнушки отказалась, у меня была своя, льняная без вот этой вот всей срамоты. А главное освящена Единым на брачное ложе с любимым Якобом. Как же я надеялась, что он успеет вернутся в теплую супружескую постель до рассвета. Что там этих мертвяков уложить? Раз, два и готово. Ну это если бы меня взяли с собой — тогда да, за час уложили бы с целое кладбище. А так… Странно что весной, да еще и на юге вдруг внезапное нападение. Я вздохнула, глубоко и тяжело. Служанки весь вечер ублажали меня как могли, разминали ножки и ручки, читали вслух какие-то эпичные похождения героического воина, что больше было похоже на сборник анекдотов. Потому что на одну страницу эпоса было больше героических подвигов чем это вообще возможно. От души смеялась над этим бредом, и обеспокоенные девушки принесли чай с медом. Это было редкое лакомство из-за стены, стоимостью на вес, как золото. Сладкое и полезное. Как можно от такого отказаться? Вот я и не отказалась. Чай был подозрительным на вкус, и я заподозрила там снотворное или успокоительное. Но мне не мешало успокоитсья иначе замку короля грозило разрушение, слишком была зла на мужа, на короля и на всю эту идиотскую ситуацию. Лучше расслабиться и уснуть. Так и сделала, расслабилась и уснула на широкой меховой постели. Уже перед тем, как уснуть вспомнила, что безоружна, попросила служанку дать кинжал или нож, хоть что-то для спокойствия, я всегда спала с кинжалом под подушкой, всегда. Это было моей личной колыбельной наверно с рождения. Сколько себя помню, я так спала — кинжал под подушкой и меч под кроватью. Но ответили, что не положено при дворе оружие. Слабо кольнуло беспокойство, но я уже видела сон. Мне снился Якоб. Он целовал меня. Везде. Его сладкие поцелуи наполняли тело радостью и истомой. Я обнимала его могучие плечи и шептала имя. Якоб! Он заполнил меня до самых краев собой. И я задохнулась от страсти, мы двигались вместе и постанывали от взаимного удовольствия. Нам так было хорошо вместе. Я чувствовала развязку удовольствия этой близости и как молния меня поразила реальность происходящего. Я сжала пальцы на спине Якоба — он застонал чужим голосом. Задвигался быстрее и нас унесло в удовольствие, одновременно окатило осознанием происходящего. Я тяжело открыла глаза и не с первого взмаха ресниц поняла, что лежу под Королем и он сейчас во мне, на мне и нам в общем то неплохо только что было. Горло перехватило от ужаса произошедшего. Я не могла произнести ни звука. Глядя в глаза короля, которые смотрели на меня темными глазницами я открывала рот как рыба, беззвучно. Мы с ним оба были сейчас мокрыми и дрожащими от страсти. Ощущения кожи короля на моей коже, его тело было горячим, тяжелым. Мое сознание застыло в ужасе. — Этот позор я смогу смыть с себя только кровью. Своей или вашей, Сир. — Голос вернулся ко мне сиплым шепотом. Король молчал, только смотрел неотрывно и властно. — Встаньте с меня сию же секунду! Как вы посмели прийти сюда и изнасиловать жену своего верного вассала. Это низко для короля. Низко для любого достойного мужчины. Вы противны и жалки. Убирайтесь пока я не вцепилась в ваше королевское горло. Убирайтесь! Я пыталась скинуть его с себя. Мое тело не слушалось. Король не двигался и не отвечал по-прежнему. Внезапно меня скрутило спазмом отчаяния. Я заплакала навзрыд. Слезы потекли по щекам в уши. Король молча снимал их нежными поцелуями. Когда слезы закончились, он снова начал двигаться во мне, я пыталась сопротивляться, но сил не было. Злость мне тоже не помогала. Такой беззащитной я еще никогда не была. Король не менял темпа, удерживая руки и монотонно вдалбливаясь. — Ненавижу вас Сир. Вы сдохнете, я обязательно убью Вас и мне не помешает это сделать моя клятва. Я зарежу вас как свинью. Король закрыл мне рот жадным поцелуем. Ему наплевать на мои угрозы. Он грубо и неистово целовал лицо и шею, колол бородой щеки кусая мои губы. Я всхлипнула ему в рот и меня снова накрыло спазмами удовольствия. Теперь я ненавидела уже себя. Мое тело получало удовольствие от короля. Это уже не был дурман или сон. Разум же сопротивлялся происходящему и готовился убивать. А тело совершенно не слушалось. Наконец то он откатился, но не ушел. Обнял подминая к себе двумя руками и зарылся носом в волосы, задышал жарко в кожу на затылке. Я ненавидела себя. Пожалуй, себя тоже зарежу, как свинью. Сначала его, а потом себя. Вот как только король уснет и отпустит. Тогда его задушу подушкой, а потом зарежу. — Спи неугомонная, завтра поговорим о твоей судьбе. Она тебе понравится, поверь. — Глухо и нехотя процедил король. И он прижал меня спиной к себе двумя руками — обручами. Сил сопротивляться не было и меня мгновенно унесло в сновидения. Во сне я снова видела Якоба, он протягивал ко мне руки и просил во всем слушаться короля. А я плакала и пыталась его обнять, но вместо Якоба оказывался противный Король.