Where The Water Tastes Like Wine

Умом Уилбур понимал, что на центральных островах тоже есть проблемы. Вроде как, по логике вещей, так и должно быть. Что-то о социальном неравенстве и несправедливом распределении труда, которое поддерживается богачами. Еще один пример того, как даже самые упрощенные системы власти эксплуатируют тех самых людей, которые нужны им для выживания. Бла-бла-бла. Техно постоянно рассказывал об этом, и если бы он знал, что в последнее время Уилбур все чаще задерживается в таких местах, то он, вероятно, завел бы эту шарманку снова. (Лично Уилбур считает, что в концепции анархии Техно есть некоторые вопиющие упрощения в отношении неизбежного вакуума власти, но это уже совсем другая тема для дискуссии.) Шлатт, несмотря на свой очень красивый костюм и очень красивый кожаный портфель, не живет в хорошей части города. Все не так уж плохо, но в расположении его дома все равно прослеживается какая-то тревожная тенденция. Совсем немного. Мужчина несдержанно стучит копытами по земле, пытаясь попасть ключом в замок. Уилбур чувствует по ту сторону двери равномерный гул магии. Внутри квартиры чисто. Куда более аккуратно и приятно, чем все, что он успел увидеть снаружи. Обстановка безобидная, универсальна и почти граничит со стерильной чистотой какой-нибудь больничной палаты. И Уилбур точно знает, что до того, как они открыли дверь, все выглядело по-другому. Шлатт швыряет свой чемодан на крючок в стене и проходит внутрь, на ходу ослабляя галстук. – Знаешь, – небрежно говорит Уилбур, тыкая пальцем в цветущую в горшке наперстянку. – Это довольно круто. Я никогда раньше не был в доме демона. Рамлин вздрагивает от неожиданности и ударяет себя в грудь, чтобы проглотить внезапный приступ кашля. Как по сигналу пространство вокруг мерцает и Уилбур видит все еще опрятную, но куда более эксцентричную квартиру, увитую дикими цветами, украшенную птичьими черепами и символами, нацарапанными по всему периметру стен. Уилбур примирительно поднимает руки. – Чувак, это круто! Похоже на дом моего отца! Я уважаю эстетику. Шлатт издает высокий, блеющий звук. – О боги. Никто раньше так быстро меня не палил. – Он нервно смеется. – Разве ты не должен быть хоть немного напуган прямо сейчас? – Э-э-э, тот эпизод на улице уже как бы выдал тебя, – признается Уилбур. – Но можно сказать, я просто разбираюсь в таких вещах. Шлатт прищуривается. – У тебя волшебные глаза или что-то в этом роде? Уилбур издает умиротворяющее чириканье. – На самом деле мы немного похожи. Я тоже не совсем игрок, несмотря на внешний вид. Шлатт щелкает ухом. – Ты бог? Уилбур пытается (довольно безуспешно) подавить смех. – Вообще-то, полубог. Глаза Шлатта расширяются в какой-то панике. – Прямо полубог? Настоящий полу-полу-мини-бог? Уилбур моргает, пытаясь обработать слова, вырвавшиеся из уст Шлатта. – Моя мама умерла и взяла на слабо бога, – туманно уточняет он. – Долгая история. Шлатт присвистывает. – Храбрая сучка, да? – Что-то в этом роде. – Уилбур прислоняется к выцветшим обоям. – Итак, теперь, когда ты услышал мою трагичную предысторию. Кто из твоих родственничков искупался в крови демона? – Дорогой странный капризный Грандшлатт, чокнутый лорд из рода Шлаттов, – ностальгически улыбается рамлин. – Действительно самый сумасшедший ублюдок на свете. Насколько я знаю, он жестоко убил кого-то за свой титул. Уилбур вздергивает бровь. – Откуда демон? – Он был настолько сумасшедшим, что вышел замуж за демона, который до этого пытался съесть его в глухом переулке. – Шлатт пожимает плечами. – И теперь весь мой род обречен обладать дьявольскими способностями и прочим дерьмом. Уилбур наклоняет голову. – Это объясняет, почему ты можешь лучше чувствовать божественное влияние, но я до сих пор не понимаю, почему ты так болезненно на это реагировал. Не припомню, чтобы у демонов были такие проблемы. Шлатт бросает Уилбуру яблоко и лезет в свой шкаф, вытаскивая оттуда пакетик со странным порошком, порцию которого быстро отправляет себе в рот с помощь деревянной ложки. – Боги, я ненавижу это дерьмо. – Он кривится от отвращения. – Я, э-э… я вроде как проиграл в этой генетической лотерее. У меня повышенная чувствительность и ни одной способности, чтобы хоть как-то облегчить это. – Значит у тебя аллергия на святые символы. – Уилбур глубокомысленно кивает. – Неужели все настолько плохо? – Смело было предполагать, что это мусорное ведро, которое заменяет мне тело, могло получить хоть что-то хорошее из этой дерьмовой демонической крови, - категорически улыбается Шлатт. – Остальной части моей семьи повезло немного больше. Уилбур хихикает. – Отстойно быть тобой. – Ну, у меня есть кое-что… - защищается Шлатт. – О, ты про то, как меняется твой голос, когда ты выходишь из себя? Шлатт язвительно улыбается и щелкает пальцами. – Я могу делать так, когда захочу! – Он машет руками. – Есть и другое дерьмо, но вроде как… никому нет до этого дела кроме моих работодателей. – Он закидывает в рот еще одну порцию своего сомнительного порошка. – Но не расстраивайся, у тебя, наверняка, дела обстоят получше. Уилбур издает неуверенную трель. – Не думаю, что нам не стоит об этом… – Ну, давай же! – Настаивает Шлатт. – Покажи мне, что у тебя есть! – Ты вроде как уже это видел. – Уилбур отводит взгляд в сторону, поджимая губы. – Тебе не кажется странным, что ты впустил незнакомца в свой дом и решил тут же выдать ему все свои семейные секреты? Шлатт открывает рот, как будто собираясь возразить, а затем останавливается и хмурится. – Срань господня. Уилбур немного съеживается. – Да. Извини за это, приятель. На самом деле это не то, что я могу просто отключить. Самое лучшее, что я могу сделать – не быть придурком и не злоупотреблять этим. Шлатт просто продолжает молча смотреть на него, все еще держа деревянную ложку во рту. – Это… нормально, если тебя это пугает, – бормочет Уилбур. Он отталкивается от стены и прячет руки в карманы. – В любом случае ты дома и больше тебе ничего не угрожает. Я могу просто… я могу просто уйти, и мы забудем о том, что это вообще произошло. – Хочешь выпить? – спрашивает Шлатт. Уилбур останавливается прямо у двери. – …Выпить? – У меня нет вина для мажоров или чего-то в этом роде, но где-то должна была заваляться бутылка виски. – Шлатт лениво осматривает трещину на потолке. – … Ты предлагаешь мне алкоголь? – Недоверчиво спрашивает Уилбур. – Да? – Шлатт вызывает из своего инвентаря старую флягу. – У меня в любом случае не было планов на остаток этого дня. Уилбур хмурится. – Шлатт, мне одиннадцать. – А мне двенадцать! – Лучезарно улыбается рамлин. Он, видимо, замечает что-то в выражении лица Уилбура и хрипло смеется. – Чувак, все в порядке. Кому не насрать? – И ты предлагаешь это потому что… – Я хочу поговорить с тобой! – Шлатт мягко ударяет Уилбура в плечо. – Ты в дерьме, я в дерьме! Давай сделаем вид, что мы друзья или что-то в этом роде. Обменяемся нашими дерьмовыми талантами. – Все мои дерьмовые таланты связаны с кровью и картами, – мягко отвечает Уилбур. – Звучит весело, – ухмыляется Шлатт, – я в деле. Улыбка Уилбура смягчается. – Хорошо. Если ты настаиваешься.

-<>♥<>-

Уилбур делает первый глоток виски. А потом выплевывает его в раковину. Шлатт смеется. – Ты в порядке? – Это дерьмо обожгло мне рот, – хрипит Уилбур. – Как, черт возьми, это вообще можно пить? – Ты не должен держать это во рту, чувак. Просто глотай. – Рамлин смотрит на испуганное выражение лица Уилбура. – Ты можешь не пить, если не хочешь. – Да пошел ты, налей мне еще. – Я не буду скидываться на твои похороны, пташка.

-<>♥<>-

Уилбур, пошатываясь, идет домой на нетвердых ногах, его щеки почему-то горят. Техно, сидящий возле камина, поднимает на него удивленный взгляд. – Что с тобой случилось? Данные коммуникатора, написанные на маленьком листочке, кажется, прожигают его карман изнутри. Там пьяным неровным скриптом так же нацарапан адрес и короткая подпись «Шлатт». – … Кажется, я только что завел друга, – нерешительно улыбается Уилбур. – О, пог. – Техно с едва заметной улыбкой возвращается к своей книге. – Хорошая работа, малыш. Я горжусь тобой. Друзья – это хорошо. – Я выпил так много алкоголя, – выпаливает Уилбур. – Ты превращаешься в такого же язычника, как и твой отец. – Беззлобно ворчит пиглин. – Да…