Great Black Honor.

      Тебя хоть там любят? Лелеют? Целуют? Тебя обнимают? Ты счастлив? Ты весел? Нет, нет, не печалюсь. Нет, нет, не тоскую: я вытрясла душу в унынии кресел. Не холодно хоть? Не грустишь? Не измучен? Зима, говорят, будет нынче суровой. На всякий пожарный, на экстренный случай -я вытрясла душу в унынии слова, чтоб больше не выглядеть слабой и скучной. Но помни: родных не бросают. не губят. Ну что же молчишь ты? Скажи мне, не мучай – тебя хоть там любят? Тебя хоть там любят?.. -Ирина Астахова                     1979 год. Осень.              Регулус поругался с Ларой. Он не хотел отпускать ее одну в логово немцев сегодня ночью, но она увидела письмо, которое пришло ему. В письме было приглашение на очередной ужин, Вальбурга писала сыну, что очень ждет его. Лара настояла на том, чтобы Регулус поехал в дом на площади Гриммо. Он ненавидел себя за такую слабость, но он оставил ее. Он обещал, что вернется так быстро, как только сможет. -Такая хорошая партия, — говорила Друэлла, — право слова, была бы у меня еще одна дочь, я бы настояла на союзе с младшим братом Родольфуса. -Рабастан уже помолвлен, — шептала Вальбурга. -Да ты что? Я не знала! Регулус встал из-за стола. -Уже уходишь? -На самом деле, работа, которую я оставил ради этого вечера, уже заждалась меня. -Ты должен подойти к отцу. — строго проговорила Вальбурга, а потом снова повернулась к Друэлле. Регулус нашел отца в обществе его кузена и еще пары старых волшебников, имен которых Регулус не запомнил. -О, Блэк-младший, так похожий на отца! — воскликнул один, пожимая Регулусу руку. Орион Блэк снисходительно улыбнулся гостям и отвел Регулуса в сторону. -Крайне некрасиво с твоей стороны так вести себя на ужине, ты никого не удостоил беседы длиннее пяти минут. -Все их беседы, отец, одинаковы, как новорожденные цыплята, я не виноват. -Что за разговоры, Регулус! Общество буквально собралось, чтоб посмотреть на тебя, на Наследника, а ты так относишься… -Отец, не сердись, но ваше общество заботит меня в самую последнюю очередь. Орион остановился у стола с закусками и обновил вино в бокале. -Знаешь, Регулус, ты стал дерзить больше после выпуска из школы. — сухо проговорил он. — Я не могу тебя судить, ты уже совершеннолетний, ты уже исполняешь долг… просто хочу напомнить, не забывай, кому ты должен быть благодарен… кто воспитывал тебя, кто лепил из тебя этот образ Наследника. Стержень внутри тебя не появился просто так. Твоя мать убивается и ночами не спит, думая о том, как ты там справляешься. Я надеюсь ты помнишь разговор с ней, когда ты заявил, что исполняешь долг, а мы ничего не делаем, так вот знай, что все это общество, которое так любит и лелеет тебя, также собрано не случайно. Я годами работал над своим именем, чтобы имя потом работало на меня, — Орион строго смотрел на сына, — и на тебя. — добавил он. -Имя наше давным давно работает на нас, и ты к этому не причастен, — ответил Регулус, — Блэки всегда были и будут почетными гостями на любом ужине, только вот это заслуга не ваша, и не моя… уже давно Блэки служат фамилии, если ты понимаешь разницу. -Иногда ты слишком похож на него, Регулус, убирай это… -Там пришла Нарцисса, я пойду поговорю с ней, — Регулус бесцеремонно отвернулся от отца. Он ненавидел себя, но все чаще он стал замечать, что он ненавидит родителей также сильно. -Регулус, как ты вырос, — снова ее лучезарная улыбка могла вывести Регулуса из грустных раздумий. -Ты говоришь это каждый раз, — улыбнулся он. -Возможно, если бы мы виделись чуть чаще, я бы не говорила так. -Возможно. Возможно, общение с другими людьми чуть чаще могло бы поменять историю. Жаль, что уже поздно. -Как дела, Регулус? — Нарцисса повела его вдоль гостей к более тихому углу. -А как могут быть дела? -Я все знаю. Белла рассказала мне о твоем посвящении, и вообще она рассказывает почти все после собраний. Она так горда, Регулус. Люциус тоже восхищается, говорит, ты молодое дарование. -Да? Мне больше казалось, что мы молодое пушечное мясо. -Не говори так. -Ты все прекрасно знаешь, Цисси. Я — не они. Я не Белла, которая смотрит на Лорда страстным взглядом… не ударная сила в лице Нотта и других убийц, я не Барти с его связями. -Ты другое, верно? Люциус бы все отдал, чтобы иметь такое положение в глазах Лорда, которое имеешь ты. -Я… — смутился Регулус, — я много чего создал для него. -Когда я смотрю на тебя, я вижу… просто мальчика. Еще ребенка. Мне жаль, Регулус. У нас нет выбора, кажется, мы застряли в середине. -Середине? -Я не буду врать, я часто думаю о сестре… о Андромеде. И о Сириусе. Они были слишком эмоциональны, не глупы, нет, просто отдавались эмоциям, поэтому их сейчас с нами нет. Белла точно так же отдается эмоциям, только в другую сторону, понимаешь? Они по разные стороны баррикад, а мы… мы умеем играть в эту игру лучше, наверное. -А мне, Цисси, кажется, что именно мы тут проигравшие, — Регулус опустил голову вниз, — потому что именно мы потеряли больше всего.                      Он вернулся в квартиру во втором часу ночи. По тишине и темноте коридора он понял, что Лара еще не вернулась. Регулус подбежал к окну, из которого наблюдал за соседнем домом. Свет не горел ни в одном окне. Теней видно не было, следов магии тоже. На улице все было спокойно. Слишком спокойно. Он уже хотел отправляться туда, когда в дверь постучали. Тихо-тихо. Еле слышно. Стук был больше похож на царапанье ногтями по дереву. Регулус с палочкой в руке подошел к двери и открыл ее. Лара упала ему прямо в руки. — Никогда больше ты не избавишься от меня, поняла? Никогда больше не отправишься одна. Лара! — прикрикнул он, чтобы она не теряла сознание. Лара больше не носила юбок или платьев, она обычно всегда была в черном костюме, который позволяет хорошо залезать в окна и быстро бегать. Сверху она носила плащ с высоким воротом, который сливался цветом с ее короткими волосами. Лара вся была в крови и все, что она смогла сказать Регулусу, это то, что кровь не ее. Регулус поймал ее, летящую из двери, и прям так понес в спальню, а оттуда в ванную. -Лара, говори со мной. Не закрывай глаза. Он усадил ее на теплый пол ванной комнаты. -Лара, послушай, скажи, где больно? Что мне вылечить? -Рег… -Лара, давай же, — он взял ее за плечи и снова усадил ровно, — говори со мной! -Сильный щит… -У них был сильный щит, как мы и думали? Ты пробила его, Боже, Лара! Теперь стало ясно из-за чего сил у нее почти не было, хотя телесных ран нет. Регулус метнулся в спальню, вытащил чемодан из-под кровати и стал искать зелье. -Лара, говори со мной! — кричал он, — Дерьмо, дерьмо, дерьмо, — руки у него дрожали, а мозг перестал следить за языком. Он снова прибежал в ванную, с лету упал на пол рядом с ней. -Давай выпьем это. — Он поднял ее голову за подбородок, все руки у него уже были в крови, из-за того, что он просто прикасался к ней. Лара закашлялась. -Оно невкусное, я знаю. Пей, Лара! Минуту в квартире стояла тишина, Лара опустила голову, выдыхая последний, казалось, глоток воздуха. Регулус отстранился, смотря в ее серое лицо. -Господи, — прошептал он. — Блять, пожалуйста, прошу, только не она. Регулус не верил в Бога, не верил в языческих Богов или вообще в идею Творца. Он просто никогда не думал над этим, всю его жизнь вокруг него была магия, которая не давала возможности задуматься о том, что весь абсурд этой жизни мог создать кто-то один, и что этот кто-то теперь следит за всеми и забирает людей, когда приходит время. Но в эту минуту, сидя на полу рядом с окровавленным телом единственного человека, который остался с ним, и которого Регулус любил, он поверил. Лара громко вздохнула. Регулус громко выдохнул и поспешил вытереть слезы с лица. Потом они минуть двадцать просидели рядом с унитазом. Регулус держал ее волосы, пока ее выворачивало от зелья. Регулус достал ножи из чехлов в ее корсете, оба они были в крови. Лара уже была в сознании, просто не двигалась из-за сильной слабости. -Мы найдем их, — тихо сказал Регулус, осматривая нож в руке, — и принесем Лорду их головы. -Кого ты собрался искать? Он посмотрел на нее. -Я убила их, Регулус. Эти двое были настолько уверенны в своем щите, что больше никаких сопротивлений я не нашла. -Где твоя палочка? Лара закрыла глаза. -Почему ты в крови, и почему ножи… -Почему ты подумал, что я их упустила? -Может потому, что я только что достал тебя с того света? -Они сломали мою палочку. Регулус молча уставился на нее. -Они сломали мою палочку, Регулус. Что мне оставалось? -Ты зарезала их? -О нет, я выпотрошила их, словно свиней. — Она помолчала, а потом добавила. — Они сломали мою палочку. Она сидела в ванной, вся покрытая запекшейся кровью, стоит ли говорить о запахе? Он сидел рядом с ней, отмывал грязь и целовал ее руки.        Регулус не спал. Он смотрел, как рассвет освещает лицо Лары. Прошло три дня после того, как она убила… и сегодняшнее собрание обещало быть менее официально-пафосным, а более праздничным. Сегодня все будут пить за то, что она сделала. Регулус ненавидел себя за то, что отпустил ее. За эти три дня Лара мало ела, много спала. Ее без того худое лицо осунулось сильнее. Впалые щеки так и бросались в глаза, нос от этого казался острее, а глаза, казалось, налились темнотой, становясь еще бездонней. Регулусу показалось, что он теперь видит в ней… вороньи черты. Бред, нужно лучше спать. Он наклонился и аккуратно поцеловал ее лоб. Квартира за эту пару недель стала тихим прибежищем для них двоих, ему не верилось, что сегодня они ее покинут. Бросят. Вернутся в свои громкие и шумные Поместья. А с этой квартиры спадут защитные чары, сюда наверняка нагрянут соседи или родственники прежних хозяев, обнаружат, что Эмбер и Николас пропали. Вот что за следы они оставляют за собой. Трупы. Кровь. Пустоту. В дверь постучали, Регулус укутал Лару и открыл дверь. -Я дико извиняюсь, — пролепетал Барти, — но туалет у вас один. Ладно, прибежищем для них троих. -Конечно, — ответил Регулус и пропустил его. -Не люблю дом Нотта, — зевнул Барти, сильнее кутаясь в плащ. Лара несильно ударила его по небритому подбородку, чтобы рот Барти захлопнулся. -Ох, опасная женщина, боюсь ее, — Барти посмотрел на Регулуса и двинулся вперед. Они не опоздали, но и не прибыли первыми. С порога их встретил Рабастан, накинувшись на Лару с объятиями и расспросами. Барти и Регулус молча шли за ними до гостиной. Лара была еще слаба, но уверяла всех, что чувствует себя прекрасно. Следы после убийства немцев замели, делегация остальных волшебников, как и планировалось, уехала обратно. До появления Лорда все собрались в гостиной, обсуждая последние новости. Барти разговаривал с Рабастаном и Северусом. Регулус и Лара держались в стороне. Белла с Родольфусом были в центре внимания после недавней бойни на Косой Аллее. Собрание было похоже больше на праздничный прием. Большой цикл дел, которые нужно было совершить, закончился успехом. Война, выходящая теперь из-за укрытий, показывалась магическому сообществу и говорила, что вот они — правые. Те, кто борется за правду. -Меня подташнивает от шампанского, — сказала Лара и передала бокал в руки Регулуса. Он хотел ответить ей, но шум голосов притих, в комнате появился Лорд. Все собравшиеся, как одни, склонили головы, пока он шел к столу. -Присаживайтесь, друзья. Сегодня у нас праздник. В полной тишине, скрипели только стулья, Пожиратели уселись за стол. Улыбалась, казалось, только Белла. Лара поглядывала на нее и думала, как хорошо живется тем, кто после убийств чувствует облегчение, а не… -Начну с тоста, — прогремел голос Лорда, а из воздуха появились бокалы и шампанское. Лара тихо вздохнула, — за наших верных воинов я поднимаю бокал. Белла, — посмотрел он на нее, Беллатриса встала и потянулась, чтобы чокнуться бокалом с Лордом, она оперлась рукой на стол, ей было неудобно, но она все равно тянулась вперед, — она убила восемь человек за вечер… -Я готова убить еще сотню, Мой Лорд, — прошептала она. -Всего лишь? — улыбнулся он и отпил из бокала. — Еще! — воскликнул он, — кто бы мог подумать, что Ларус, наша милая Ларус, — перевел он внимание, — удостоит нас такой… честью. Ларус, к вашему сведению, убила самых опасных на данный момент противников, которые предстали перед нами. Бокал за вас, юная леди. Все громко чокнулись и выпили. Такие заседания были еще хуже собраний, по мнению Лары. Последние дни вышли для нее такими сложными, она просто хотела провести время с братьями и Регулусом. Она так перепугалась и перепугала всех, что имела чувство вины из-за этого. Барти в этом обществе нравилось, тут его ценили как никогда. Лорд стал для него не просто лидером, он стал целью жизни. Лара знала, что раньше Барти хватало одного прикосновения Мариз, а теперь, когда ее не стало, он заполнял эту дыру такими собраниями. Лорд тоже знал это, он умел правильно поставить задачу, он умел дать Барти надежду и дать ему понять, что тут он невероятно ценен. За это держался Барти. И Ларе от этого было невыносимо его жаль.        Лара все силы бросила на то, чтобы держать лицо, ведя беседу с Люциусом и его вечным другом Ноттом. -Ларус, подойди. Лара оставила мужчин, которые не очень и расстроились и подошла к Лорду, который так и продолжал сидеть за столом, пока все остальные выпивали, общались в разных углах зала. Лара подошла и села рядом на стул, всмотрелась в лицо, и снова уловила это неестественный холод. Она обратила внимание на тонкую кожу, из-под которой светились вены, глаза отдающие красным. Лорд как будто сильно болел, но при этом выглядел сильным, энергия от него шла ужасающая. -Ларус, как тебе вечер? -Все прекрасно, Мой Лорд. -Я хочу выразить еще раз признательность за твою работу. Не многие в этой комнате смогли бы повторить такое. -Благодарю. -Я слышал, ты потеряла палочку. -Я… да вообще-то, но я уже смогла заменить ее. -Да? -Сейчас у меня палочка моей матери, Мой Лорд. Она прекрасно меня слушается. -Хорошо, Ларус. Я вынужден просить тебя о еще одном, — он не смотрел на нее, он только потягивал вино и сверлил глазами помещение. — Еще задание. Куда менее опасное, но куда более важное. Лара вся напряглась. Спина выровнялась. -Да? -Ты читаешь книги, скажи, какие твои любимые? -Я читаю магические сборники… -Читала мифы и легенды? -Оу, — Лара осеклась, — в детстве, возможно и читала… -Расскажи мне об основателях школы Хогвартс. -О четырех основателях? Они жили в древние времена… и однажды пришли к выводу, что должны основать школу. Годрик Гриффиндор, Пенелопа Пуффендуй, Кандида Когдевран и… Салазар Слизерин. -Расскажи о распределяющей шляпе. -Она принадлежала Годрику Грифиндору, потом он заколдовал ее, наделил разумом, который способен распределять учеников на четыре факультета. -А еще какие артефакты были. Ты любишь изучать артефакты? -Увлекалась этим. Символом Годрика и его факультета стал лев, а артефактом — меч. Из-за связи с шляпой, есть поверье, что меч явится достойному гриффиндорцу в момент опасности. У Кандиды была диадема, и считалось, что вся ее мудрость заключена в ней. У Пенелопы… чаша. У Салазара Слизерина медальон. -Медальон, — остановил Лорд, подняв палец вверх, — скажи, Ларус, ты веришь в мифы? -Легенды очень часто оказывались… — отрешенно лепетала Лара -Правдой. Оказывались правдой, — Лорд повернулся к ней и впился глазами, — а что если я скажу, что медальон существует. И меч. И чаша. И диадема. -Они наверняка утеряны или спрятаны… -Я знаю, где медальон. Тот самый, точно он. Принеси его мне, Ларус. Я знаю, что никто, кроме тебя не сможет сделать это, — он сунул в руку ей листок бумаги, скорей всего с подробными инструкциями. Лара смотрела в его красные глаза, пытаясь уловить еще жизнь, увидеть, есть ли она там. -Да, Мой Лорд.        7 курс. 1978 год. Ноябрь.        Сириус стоял вдалеке, засунув руки в карманы, привлекая всеобщее внимание просто тем, что он существует. Немного растрепанные длинные волосы — длиннее, чему у Регулуса. Массивный вязаный шарф и пальто нараспашку. Регулус оглядел себя — одет он был едва ли не так же. Регулус стоял, смотря на брата и думая, что это все было плохой идеей. Именно поэтому он не рассказал о ней никому. Сириус его не видел, он стоял на холоде, перешагивая с ноги на ногу. Регулус не видел никого рядом с ним. Сириус пришел один, но Регулус все равно оставался стоять в своем укрытие. Он смотрел и думал, сколько времени должно пройти, чтобы Сириус развернулся и ушел из Хогсмида? Сириус бросил взгляд на наручные часы, огляделся вокруг еще раз и… продолжил стоять. Ноябрь начинался дождями и холодами. Сириус сразу встал ровно и вытащил руки из карманов, когда увидел, как Регулус идет к нему. -Привет, — первым бросил он. Регулус еще раз посмотрел на него, как будто черты лица Сириуса стирались из его памяти. -Уйдем с людной улицы. Сириус кивнул, и они пошли в сторону гор. Они вышли за территорию деревни и шагали уже по узкой горной тропке. Ни разу не сказав друг другу ни слова. Оба время от времени поглядывали друг на друга, но тут же отводили глаза. Сириус остановился первым, обернулся. Регулус обернулся за ним, он увидел деревню, спрятанную между горами и школу, возвышающуюся над лесом. Все было так красиво и прекрасно, но только до момента, когда приходило осознание, что разговор неизбежен. Смысла от этого разговора не было, кажется, братья все уже давно сказали друг другу, но вместе с этим, каждый имел столько слов, что невозможно было объясниться и за час. И за день. -Я очень удивился, когда получил письмо, — Сириус смотрел вперед на деревню. Регулусу захотелось бросить все и уйти. Никогда больше не возвращаться к нему, к этому разговору и к этой идее. Он уже даже шагнул вперед. -Регги, — сказал Сириус, словно почуяв его сомнения. Регулус закрыл глаза. Вместо стыда пришел гнев, — … гулус. — исправился Сириус. Он обернулся, и маска сама закрыла лицо. -Я хотел поговорить. — холодно сказал Регулус, снова становясь рядом с братом и устремляя взгляд на горизонт. -А я уж думал, подаришь подарок, поздравишь с наступающим, — отшутился Сириус. Регулус не улыбнулся. Он прекрасно помнил, что завтра у Сириуса день рождения, но подарка не приготовил. -Расскажи, что сейчас в мире происходит? -Все неспокойно, Рег… — выдохнул Сириус. Говорить было тяжело. — Постоянные нападения. Даже маглы чувствуют. А как школа? — вопрос звучал так нелепо, все их слова в адрес друг друга звучали нелепо, нелепо было делать вид, что они еще семья. -Все спокойно. Без нападений и маглов. — сухо ответил Регулус. -Если ты хотел поговорить… я готов слушать, — Регулус посчитал это такой несправедливостью. Сириус имел полное право не слушать и вообще не приходить сегодня. -Я думал, ты не придешь. -Я вдруг решил, что твой разговор должно быть очень важный, иначе ты не наступил бы на свою гордость. Он был прав, но Регулус все равно поморщился. Да и разговор был неважным. Он просто не знал, с чего начать. И зачем вообще было начинать. Поэтому начал Сириус. -Я знаю, точнее догадываюсь, что политическая ситуации очень волнует тебя, она волнует вообще-то многих, но я тут, я пришел, когда ты попросил. Я пришел за тобой, Регулус, в этом нет ничего… -Что значит, пришел за мной? Их глаза встретились. У Сириуса встревоженные, у Регулуса непонимающие. -Я подумал, ты хотел бы… что ты передумал. -Передумал? Ох, Сириус, — его имя так больно резало язык. Регулус уронил голову в ладони. -Я должно быть… Звенящая тишина и чуть поднятая рука брата разрывали голову Регулуса. Он сильно зажмурил глаза, потом снова открыл их, вдыхая холодный воздух. -Полагаю, у тебя все… наладилось. Свобода от школы. Свобода, — еще раз повторил Регулус. -Ты знаешь, что я не могу чувствовать себя в порядке, пока мои друзья в опасности. Пока ты тут… а сейчас все в опасности. Я было подумал… не так все, да? -Нет, ты вообще все не так понял! — вдруг вскрикнул Регулус, — Да, Сириус, меня тревожит политическая ситуация, — он терял терпение, — и да, цель разговора была… да, из-за этого я писал тебе, но… нет, не передумал! -А что же тогда? — тихо спросил он. -Что? Что, если не желание перебежать, поджав хвост, на другую сторону… -Ты заговариваешься, — прошипел сквозь зубы Сириус. -… где есть добрые волшебники, которые всех спасут?! -Говори, Регулус! Хватит морочить мозги! -Помяни мои слова, братец, — Регулус шагну вперед, поднимая палец, — добрые волшебники часто оказываются идиотами. Тебя предадут, и это обязательно будут те, кому доверяешь больше всего. -Хватит! -Летом много чего произошло, Сириус. -Что например? Твоих дружков посвятили? Теперь вы все крутые, да? Регулус задрал рукав, показывая белую кожу руки, где безобразно была выжжена Метка. Сириус побелел и сразу замолчал. Только когда Регулус вернул рукав на место, Сириус поднял глаза обратно. Он отшагнул чуть назад. Регулус все прочел в его глазах. -Презираешь меня? — ухмыльнулся он. Сириус замотал головой. -Я тебя ненавижу.        Никто до конца не понимал, чем был этот разговор. Попыткой вернуться, извиниться, исповедоваться? Сириус исчез, Регулус опустился на ближайший камень. Именно в этот момент он так сильно возненавидел себя.              «Мне было плевать на твою ориентацию, на твой выбор, на любовь к грязнокровкам, я мог, я хотел принять тебя таким, какой ты есть. Но я не смогу простить предательство. Ты обещал быть рядом»              «Я ни на мгновение не отрекался от тебя, как от брата. Я хотел многое сказать, извиниться, но ты выбрал их»        Слова, которые каждый из них держал в голове до смерти, но которые они так и не сказали друг другу при жизни.