𝕮𝖆𝖓 𝖞𝖔𝖚 𝖘𝖆𝖛𝖊 𝖒𝖞 𝖇𝖆𝖘𝖙𝖆𝖗𝖉 𝖘𝖔𝖚𝖑?

Can you tell from the look in our eyes? We're going nowhere We live our lives like we're ready to die We're going nowhere.*

Pov Алиса Киниан

      После уроков, не дождавшись Томаса, который бы устроил мне знатную взбучку, я пошла домой. Дома опять никого не оказалось, как всегда.       Иногда мне кажется, что это его некое хобби. Он укуривается в кашу, а я сижу в комнате и жгу табак, обдумывая прошлое.       Я помню, как зазвонил внизу телефон. Как заплакала мама. Как папа постучал в дверь, вошёл в комнату и сказал мне сесть. Что-то случилось.       Я не поверила ему.       Я покачала головой и рассмеялась. Ну конечно, это какой-то розыгрыш в духе Томаса. Только так. Все остальное невозможно. Такого не может быть. Передозировка.       Полное осознание случившегося пришло только через три дня. Я поняла, что ничего уже не станет прежним. Никогда. Он никогда не станет прежним. И я как в воду глядела: мой брат изменился. Бесповоротно и навсегда.       Родители перестали разговаривать друг с другом. Я старалась изо всех сил. Планировала семейные прогулки, готовила обед, когда они не могли сдвинуться с места и только смотрели в пустоту.       Через три месяца родители разошлись. Через шесть — развелись. Разъехались так, чтобы быть подальше друг от друга. А я осталась где-то между ними. Тем временем Томас укуривался вновь. Доза за дозой. И самое страшное, что для меня это уже обыденное дело. Он смеётся. Это, наверное, и в правду смешно. До поры до времени.       Легче не стало. С тех пор я ставлю перед собой задачи, стараюсь занять себя, загоняю поглубже горе и боль, чтобы они не поглотили папу, который, хоть и звонит раз в месяц, все равно ещё не пережил это горе, и маму, которая нашла себе парня.       Несмотря на всё это, я нахожу в себе силы идти дальше. Или делаю вид, что иду. Я точно знаю, мой Томас ещё жив. Я вижу его иногда, когда брат спросонья улыбается, потягиваясь на кровати. Я вижу его в неловких, мягких движениях, словах, глупых шутках.       Я живу с надеждой, что когда-то все встанет на свои места.

***

      Выхожу из дома, закуриваю сигарету. Уже темно. Осматриваюсь по сторонам и вижу машину Харрингтона. Что он тут забыл? Разве не он мне сегодня сказал не подходить к нему, когда сам паркуется у моего дома?       Из соседнего дома выходит мальчишка в кепке с улыбкой на лице. Окно машины опускается и Стив здоровается с парнем рукопожатием. Не думала, что такой человек, как этот Харрингтон, будет дружить с подростком намного младше его самого.       Мне нечего тут делать. Я развернулась и пошла в противоположную сторону улицы, пока не услышала шипилявый крик.       — Эй, Алиса!       Ноги сами остановились. Я повернула голову в сторону мальчишки. Он подбегает ко мне, улыбаясь до ушей.       — Тебя ведь даже зовут?       Я не знаю, что ответить и стоит ли вообще. Это странно. Что ему от меня нужно? К чему все это?       — Меня зовут Дастин, — он слегка замялся, но продолжил, — мы соседи.       Ну отвечай уже, Киниан. Хватит с тебя колкостей. Он выглядит дружелюбным парнем.       — Да, — я кивнула, — да, я заметила, — посмотрела ему за спину и увидела Стива, облокотившегося на машину, который жадно курит, косясь на нас. Да черт возьми, что я тебе сделала?       — Не хочешь сходить с нами в кино? — стоп, погодите, куда? С чего бы это?       Подумать толком не дали. Дастин схватил меня за руку и потянул к машине. По лицу Харрингтона стало понятно, он этому не рад. Ещё бы, свергнутый король ведь ясно дал понять, что не долюбливает меня. Мою нахальную жопу это не интересует. Если уж настроение вывести кого-то из строя, я пойду на поводу.