Снова зимние драбблы

— Алиса, ну ты это… прости… — виновато пробубнил Базилио, лежавший в противоположном углу пропахшей плесенью комнаты на соломенном матрасе. Возможно, вонял именно матрас. Даже скорее всего. Алиса гордо промолчала. — Я… э-э… мне-то совсем нечего было ему предложить, — продолжал каяться Базилио. — Уроду этому. Алиса опять промолчала. Хотя могла бы заявить, что как раз Базилио и виноват в том, что у них совсем не было денег: ведь если бы он не вознамерился сцапать курицу на околице деревни, им удалось бы выклянчить у крестьян пару мелких монет и заплатить за ночлег. А так… Алиса вздохнула глубоко и мечтательно. А Базилио пусть думает, что скорбно. Хозяин трактира, куда они попросились переночевать, вовсе не был уродом. И взирал на Алису плотоядно. Та не была против. Ей нравились такие взгляды. Пускай нищая, тощая и голодная, она всё равно была лучше толстой и неповоротливой жены трактирщика. Что он и доказал Алисе прямо на чердаке, в отведённой им комнате. На той кровати, где она сейчас лежала. Доказал два раза подряд, пока Базилио маялся внизу. …Тот, кажется, тихо захныкал в своём углу. — Ладно тебе, — смилостивилась наконец Алиса, поворачиваясь к нему. «От меня не убудет», — чуть было не добавила она, но вовремя прикусила язык. — Завтра поймаем Буратино и вытрясем из него столько сольдо, сколько понадобится. Спи давай.