Зайка

***

      Тёмные, густые тучи полностью затянули небо, но в некоторых местах оно всё же слегка просвечивало. Из-за этого могло показаться, будто облака дырявые, но нет — это небо подглядывает, зная, что совсем скоро случится, и пытается сдержать горькие слёзы. Сквозь эти «дырочки» пробивался свет, ясно давая понять: несмотря на то, что луны не видно, сегодня она особенно яркая. Дождь барабанил по окнам и крыше автобуса так, что создавалось ощущение, будто ещё немного — и он пробьёт металл к чертям собачьим. В этой гнетущей атмосфере, на самом крайнем сиденье заднего ряда, сидела девушка в наушниках и слушала громкую музыку. Музыка… что может быть лучше неё? Что ещё способно помочь не пойти на поводу у погоды и не раскиснуть?       Облокотившись головой о стекло, наблюдая за каплями, будто наперегонки стекающими вниз, и дёргая плечами в такт мелодии, девушка тихо подпевала своей любимой песне. — I’m not your friend, or anything Damn, you think that you’re the man I think, therefore, I am Billie Eilish — Therefore I Am Наверное, это была единственная песня, которую она могла слушать по сто пятьсот раз на репите — и она ей никогда не надоедала.       Доехав до конечной остановки — села «Цветрино», — девушка лучезарно улыбнулась, схватила портфель с вещами и как можно быстрее выбежала из транспорта. Встав на одну из ступенек, она дождалась, пока двери автобуса откроются. Холодный ветерок, ворвавшийся внутрь, окутал девушку полностью, из-за чего её тело покрылось мурашками и непроизвольно дрогнуло. Немного покрутив плечами, она шагнула дальше. Спустившись со ступенек, девушка услышала, как двери моментально закрылись с характерным звуком. Прикрыв глаза, Кравц с неописуемым блаженством начала вдыхать воздух после дождя. Природа будто знала, что она обожает этот запах, и дала мгновение насладиться им, а затем вновь пролилась своими слезами. Но вот знает ли она, что Катерине такая погода ещё больше по душе? Сделав шаг вперёд, девушка тут же отдёрнула ногу с хлюпающим звуком. Белые кроссовки теперь сложно было назвать белыми. — Блять! — быстро прошипела она. «Ненавижу», — продолжала ругаться про себя Катерина. «Нет, ну я не могу…» Томно выдохнув и резко потянувшись за салфетками в портфель, девушка всё ещё продолжала корить себя за невнимательность. Немного пригнувшись, Кравц начала осматривать ботинок, полностью покрытый грязью. «Ну я и дура». И не говори. — Закройся, — закатив глаза, пробормотала девушка ответив самой себе. Ну как самой себе… Она уже так не считает. Если раньше разговоры с собой были всего лишь способом убить скуку, то теперь в её голове сформировалось нечто вроде отдельной личности.       Вытерев поверхность ботинка влажной салфеткой, девушка продолжила путь — уже с раздражением, а не с тем чувством эйфории, которое планировалось. Не спеша шагая по узкой тропинке, служившей в этой деревне дорогой, Катерина представляла, как сильно обрадует подругу, с которой они не виделись больше трёх лет. Причиной была учёба: Катя жила в городе, а её подруга — в деревне. Причём довольно далёкой. Чтобы увидеться, им приходилось действительно постараться. Да и кого там… виделись они только на каникулах и то, дай бог! Эти, пусть и короткие, каникулы никогда не бывали скучными. Да, время они проводили не в самом прекрасном месте, зато — вместе.       Подойдя к дому, больше похожему на избушку, в которой могла бы жить милая старушка, Катерина томно выдохнула, прикрыв глаза, и двинулась дальше. Тихо хлюпая ботинками, она шла вдоль тропинки из дощечек, заботливо проложенной подругой, чтобы не увязнуть в грязи. Девушка направлялась по ней к калитке. Тихо, но со скрипом открыв её, Кравц так же осторожно прошла внутрь двора. Медленно, почти крадучись направляясь к двери дома, она собирала ботинками капли дождя с травинок, из-за чего невольно ёжилась — вода попадала на носки, пропитывая их насквозь. Наконец дойдя до цели и только потянувшись к ручке, Катерина впала в ступор. Резко повернувшись в сторону ворот, она почувствовала, как волосы упали на лицо, мешая убедиться в собственных мыслях. Дёрганными, быстрыми движениями девушка убрала пряди каштановых локонов и подняла взгляд на будку. Щенка, который обычно с радостью бросался к ней на руки, не было. «Где же он?..» — с расстроенным взглядом продолжала всматриваться она. «Спит, наверное… да?» Поэтому цепь с ошейником лежат разорванными? Ну да-а… — Не понимаю… — тихо прошептала Катя. Да сбежал, наверное. Ошейник порван — видишь?       Ещё немного посмотрев на будку, девушка тряхнула головой, стараясь избавиться от навязчивых мыслей. Снова повернувшись к двери, она тихо положила на неё руку, а затем мимолётно, злорадно улыбнулась. В следующую секунду Катерина начала долго и требовательно стучать по двери двумя руками, представляя себя героиней «Эйфории» — Мэдди Перес. Удары становились всё сильнее, и старая грязно-красная краска начала осыпаться, но даже это её не останавливало. Всё потому, что Катерина Кравц — самая «прекрасная» подруга, способная превратить любой неловкий момент в запоминающуюся дичь. А зная страхи подруги, грех было не подшутить.       Хоть Саша и была смелой — с ней можно было ходить как с личной охраной, — к грабителям и убийцам она всё же оставалась неравнодушной.       Прошло около двух минут, но Катя так и не услышала ничего, даже отдалённо похожего на шаги. Стучать по двери стало неинтересно, да и руки уже были покрыты кусочками облупившейся краски, поэтому девушка решила позвонить подруге — так, на всякий случай, чтобы успокоить её. Мало ли, сидит сейчас в комнате, сжавшись в клубочек, и судорожно набирает номер 112. Вот бы шуточка вышла… Отряхнув руки от краски, Катерина заметила небольшие покраснения — видимо, поцарапалась о дверь и даже не заметила. Не придав этому значения, она стряхнула пыль с кресла под небольшим навесом, которого раньше здесь не видела, и присела.

Судорожно набирая контакт «ФренДружка», девушка начала тихо постукивать пальцами по деревянному подлокотнику, словно от этого подруга возьмёт трубку быстрее. Было страшно. Катерина совсем не хотела, чтобы на неё вызвали полицию — тем более по ложному вызову. Штраф им обеспечен. Всё внимание Кати было приковано к гудкам, из-за чего она не услышала возню за спиной. Как вдруг резкий запах мужского одеколона ударил ей прямо в нос… Но, честно говоря, ударил не только запах.