Coffee, Tea, Or Me?

      Давным-давно, когда Чу Ваньнин ловил каждое слово своего отца, тот сказал, что люди никогда не бывают хорошими просто так. Чу Ваньнин, стремясь угодить, кивнул и поверил.       Позже, когда он оборвал с отцом все контакты и наладил собственную жизнь, устроившись на работу в пекарню «Sisheng», Чу Ваньнин попытался видеть в людях светлое. И на короткое время после встречи с Мо Жанем он действительно начал верить, что есть люди, которые хороши просто потому, что они такие и есть.       Всё рушится в один момент, когда он узнаёт, что Мо Жань — весёлый, добрый, заботливый Мо Жань, его верный клиент, его постоянный спутник — на самом деле его босс.       С самого начала какая-то часть Чу Ваньнина знала, что всё это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Он был груб с Мо Жанем и ничего больше: огрызался своими холодными словами и отдавал неправильные заказы; отмахивался от него, когда тот приглашал на свидания. Ни один обычный человек не стал бы настаивать после всего этого.       В конце концов, Чу Ваньнин — это всё то, чем не является Мо Жань. Он старый, уродливый, вспыльчивый и измотанный. Он с трудом мог поверить, что кто-то вроде Мо Жаня уделит ему даже немного своего времени, не говоря уже о… о гораздо большем, чем немного…       За исключением того, что Мо Жань и не уделял ему своё время. За исключением того, что у Мо Жаня не было недостатка в мотивах. За исключением того, что он не нравился Мо Жаню на самом деле.       Потому что Мо Жань — генеральный директор «Sisheng Bakery Holdings»; человек, который присматривает за всем в пекарнях «Sisheng».       То, что он каждый день появлялся в маленькой пекарне района Наньпин, заказывал еду, как обычный покупатель, и болтал с Чу Ваньнином, своим подчинённым, было не более чем трюком — каким-то новым методом оценки, способом следить за своим бизнесом.       Чу Ваньнин оказался всего лишь дураком, поверившим, что может быть он действительно нравится Мо Жаню, и что у них есть шанс.       Покинув пекарню, он продолжает бесцельно бежать, двигаясь вниз по улице. В какой-то момент начинается дождь, но Чу Ваньнин не может найти в себе силы для беспокойства. Он знает только то, что ему нужно уйти как можно дальше и сделать это немедленно.       По его лицу стекают капли, и он не уверен, что это только дождь.       — …Управляющий Чу!       Чу Ваньнин почти смеётся над собой. Его иллюзии настолько сильны, что теперь он как будто что-то слышит. Как будто Мо Жань бежит за ним и зовёт его…       — Управляющий Чу!       О. О. Это не иллюзии. Мо Жань на самом деле здесь, бежит к нему под дождём и зовёт его. Чу Ваньнин ошеломлённо смотрит на мокрого парня, едва веря своим глазам.       — Чу Ваньнин!       Чу Ваньнин заставляет себя оторвать взгляд от Мо Жаня и продолжить бег. Он должен уйти, он должен уйти от Мо Жаня, он должен защитить себя и защитить своё сердце — потому что если не сделает этого, если не…       — Ваньнин!       Чу Ваньнин замирает. Его предательское сердце пропускает удар, но прежде чем он успевает прийти в себя и снова побежать, знакомая рука хватает его запястье.       Его разворачивают на 180 градусов, и он снова встречается лицом к лицу с Мо Жанем.       Обычно аккуратные волосы Мо Жаня прилипли к лицу после пробежки под дождем, а глаза широко раскрыты. Он отчаянно вцепился в Чу Ваньнина, как будто тот собирается превратиться в туман и выскользнуть из его рук в любую секунду.       Дыхание управляющего сбивается.       «Мо Жань очень, очень красивый», — мысль приходит в голову Чу Ваньнина прежде, чем он это осознаёт. Несмотря на то, что парень выглядит так, будто только что нырнул в ад и вернулся обратно, от него потрясающе захватывает дух.       Это несправедливо.       — Чу Ваньнин, — хрипло говорит Мо Жань. — Ваньнин. Пожалуйста, дай мне шанс всё объяснить.       Чу Ваньнин отмирает. Тут же он толкает парня в грудь, пытается стряхнуть его руку и вырваться из хватки. Но пальцы Мо Жаня вокруг его запястья будто сделаны из стали, и чем больше Чу Ваньнин извивается, тем крепче они сжимаются.       — Отпусти меня!       — Нет! Просто послушай, я всё объясню, умоляю тебя…       — Что тут объяснять?! — рявкает управляющий. Мо Жань тут же замолкает, выглядя при этом так, будто его ударили. Чу Ваньнин, этот демон, тут же чувствует укол совести при виде удручённого выражения лица.       Чу Ваньнин стискивает зубы и собирается с мыслями, но не может снова настроить себя на разочарование и боль. Так что он делает глубокий вдох и стабилизирует голос:       — Дай угадаю. Ты приходил в пекарню — свою пекарню — притворяясь покупателем. Ты развлекался, ф… ф-флиртуя со мной, и видел, насколько я некомпетентен. Ты разыгрывал этот фарс, а я был дураком, который этому содействовал. Каждый. Божий. День.       Чу Ваньнин делает паузу на долю секунды, чтобы перевести дух. Прошло много времени с тех пор, как он так много говорил и так много чувствовал, но он позволяет себе идти на поводу у эмоций, изливая все свои накопившиеся боль, смущение и обиду.       — Что ещё тут объяснять? — Чу Ваньнин сурово смотрит на Мо Жаня. — Что ещё я пропус…       — Я влюблён в тебя с двенадцати лет!       И вот так Чу Ваньнин забывает, как дышать.       Внезапно то, что он хотел сказать, замирает на кончике его языка. Всё, что остаётся в голове, это заявление Мо Жаня, повторяющееся снова и снова.       — Ты лжёшь, — тут же обвиняет его Чу Ваньнин. Не может быть, он только что встретил Мо Жаня, и как… Как он может любить кого-то вроде него?       — Нет, — настаивает Мо Жань. Он направляет руку Чу Ваньнина, которую всё ещё держит, к своей груди, позволяя почувствовать ровное сердцебиение.       Затем он объясняет.       Как парень уже говорил Чу Ваньнину, он рос в этом районе, и, как и в других бедных семьях вокруг, его мать работала на нескольких работах, чтобы сводить концы с концами. Чего он не сказал Чу Ваньнину, так это то, что в промежутках между тем, как его мать возвращалась домой, Мо Жань часто был голоден, но не мог позволить себе лишней еды. И чтобы отвлечься от голода, он бродил по улицам после школы.       — Вот так я впервые встретил тебя, — тихо рассказывает он. — В пекарне «Sisheng».       Это произошло более десяти лет назад. В то время Чу Ваньнин был студентом, работавшим неполный рабочий день в пекарне. Он увидел голодного Мо Жаня и без долгих раздумий дал ему пакет молочных булочек, за которые заплатил из собственного кармана.       — Я… — запинается Чу Ваньнин. Он просматривает свои воспоминания, пытаясь представить Мо Жаня в то время. — Я не… Я не помню.       — Я и не жду от тебя этого. Ты всегда был добр и раздавал еду людям, так что то, что произошло тогда, для тебя было чем-то обычным. Но не для меня, — Мо Жань поднимает к лицу руку Чу Ваньнина и оставляет легкий поцелуй на кончиках его пальцев. — Я никогда не забывал о тебе.       Прошли годы, и Мо Жань усердно работал. Ему повезло найти своего давно потерянного дядю, и после окончания средней школы его направили на хорошую работу. Через несколько лет он перешёл в «Sisheng Bakery Holdings». Там поднимался по карьерной лестнице, прежде чем стать протеже старого босса, скупить все акции и наконец самому стать генеральным директором.       — Однажды я по старой памяти прогуливался по Наньпину… А потом увидел тебя за работой, как и много лет назад, — взгляд Мо Жаня смягчается. — Это было похоже на сбывшуюся мечту, Ваньнин. Я не собирался отпускать тебя снова. С тех пор я всегда приставал к тебе… Потому что всё это время был влюблён.       Эти слова ощущаются ударом под дых. Чу Ваньнин пытается отдёрнуть руку и отойти.       Но Мо Жань не отпускает.       — Ты… — Чу Ваньнин разглядывает парня широко раскрытыми глазами, не мигая, пытаясь найти хотя бы один след лжи, скрывающийся на лице Мо Жаня, хотя бы один намёк на то, что всё это какая-то тщательно продуманная шутка.       Мо Жань смотрит на него в ответ, и его лицо серьёзное и честное.       Он не лжёт.       Он действительно искренне любит Чу Ваньнина.       Сердце Чу Ваньнина замирает. Он…       — Я всегда хотел найти тебя, Ваньнин, — шепчет Мо Жань. — Всё, что происходило в моей жизни до сих пор, вело меня к тебе.       Стены, которые Чу Ваньнин воздвиг вокруг себя и своего сердца, рушатся.       — Ты… любишь меня, — голос Чу Ваньнина срывается на последнем слове. Это был вопрос. Подтверждение. Невысказанная просьба к Мо Жаню повторить свои слова, просьба любить Чу Ваньнина.       Мо Жань понимает её. Он отпускает руку Чу Ваньнина и обхватывает его лицо ладонями. Чу Ваньнин тянется к этому прикосновению, и парень издаёт хриплый, почти недоверчивый смешок.       — Да, — говорит он, как бы обещая. — Я люблю тебя, Ваньнин.       А затем наклоняется и целует его.       На этот раз Чу Ваньнин не убегает. Он целует в ответ, его руки дрожа тянутся к Мо Жаню и тот прижимает его к себе. Они долго целуются под дождем — невысказанные слова, обещания и желания заполняют пространство между ними.       Они промокают под дождем, но никого из них это не волнует.