Safe haven

Помещение было заполнено дымом и неоновыми бликами, пробирающимися даже в самые дальние уголки клуба. Музыка была невероятно оглушительной и резкой. Ничего из того, что Юнги любил слушать или же создавать самому. Когда-то. Брюнет сидел на самом дальнем диване по отношению к танцполу, хотя явно был бы не прочь спрятаться еще дальше. Все эти тела, трущиеся и лапающие друг друга в «танце», вызывали только отвращение в глазах парня и заставляли смотреть куда угодно, только не в сторону скопления народа. Но вот здесь возникала проблема: танцпол занимал примерно 75% клуба и не смотреть на него было просто невозможно. Оставшиеся же проценты включали в себя подсобные помещения, туалеты и барную стойку, единственную отдушину для Юнги в этом сосредоточении похоти и запаха потных тел. Именно поэтому он, долго не раздумывая, уже направлялся к одному из стульев возле бара. - Виски, пожалуйста, - прохрипел брюнет, удобнее усаживаясь. Молодой рыжеволосый парень растянул губы в доброжелательной улыбке и передал посетителю стакан с яркой янтарной жидкостью. Ну, Юнги знал, что она должна быть янтарной. В мраке и неоне клуба можно быть лишь слегка уверенным в настоящем цвете хоть чего-либо, не говоря уже о выпивке. Немного покрутив стакан в руках, парень осушил его до дна одним большим глотком и даже не поморщился, аккуратно возвращая ёмкость на столешницу. - Плохая неделя? – подал голос стоящий недалеко бармен, протирая бокалы. - Что-то около того, - хрипло дали ответ. Голос Юнги никогда не был особо мелодичным или высоким, а после продолжительного молчания, казалось бы, и вовсе превратился в замогильный. Но ему было плевать. - Знаешь, говорят, бармены – хорошие психологи. Можешь поделиться, я не против. Как только эта фраза коснулась ушей брюнета, он лишь ядовито усмехнулся и не менее зло произнес: - Ты был идеальным барменом ровно до того момента как заговорил. Будь добр, продолжай трудиться в том же ду.... - Юнги-хен! Я нашел тебя! – не дали договорить брюнету, обнимая со спины за шею и оглушая на одно ухо. – Куда ты ушел? Я вернулся, а тебя уже нет. Бросить меня захотел? Текилу, пожалуйста, - произнес подошедший парень бармену и плюхнулся на стул рядом с другом. - От тебя сбежишь, как же, - пробухтели рядом, всё так же продолжая смотреть на пустой стакан в собственных руках. - Ты как всегда в своем репертуаре, хен. Спасибо, - принял он алкоголь из рук бармена, который, мило улыбнувшись, поспешил быстрее отойти подальше от них, бросая косые взгляды на Юнги. Переведя взгляд на друга, Намджун понял всё за считанные секунды и лишь тяжело вздохнул, становясь серьезным. - Юнги, послушай меня. Времени остается совсем ничего и вместо того, чтобы отталкивать людей грубостью, ты мог бы хоть попытаться наладить контакт. Хоть как-нибудь! Если тебе искренне плевать на собственную жизнь, то я не готов терять друга. Может, выключишь свой эгоизм и подумаешь о других? Вопрос был демонстративно проигнорирован, на что парень недовольно цокнул и взъерошил собственные серебристые волосы, приводя их в еще больший хаос. В хамоватости и колючести своего хёна он никогда не сомневался. Это даже можно было назвать «визитной карточкой» брюнета, своеобразным испытанием, с которым сталкивались все, кто когда-то хотел начать работать или просто общаться с молодым музыкантом. Таким образом, рядом с ним оставались только самые стойкие и «толстокожие» представители рода человеческого, коих было не так уж и много. И Намджун был одним из тех самых «избранных». Бросив быстрый взгляд на Юнги, что, казалось, находился абсолютно не здесь, парень развернулся лицом к танцполу, прежде чем приложить стакан к губам и отпить немного терпкой жидкости. - Ты прекрасно знаешь, как я к этому отношусь, - раздалось тихое рядом с Намджуном. – Если у тебя с Сокджином всё хорошо, это не значит, что у других должно быть обязательно так же. Может, я уже все решил и намеренно ничего не предпринимаю? – На этих словах Юнги повернулся к другу лицом и заглянул тому прямо в глаза. Было видно, что тот не ожидал такого откровения от вечно угрюмого и немногословного друга, поэтому сейчас пытался собраться с мыслями. Поняв все по растерянному взгляду, брюнет лишь ухмыльнулся краем губ и вернул своё внимание стакану. – Мне вполне хватало музыки. Однако сейчас даже она оставила меня в полном одиночестве. Так что можно считать это лишь дополнительным сигналом к действию. Слова друга вызвали в музыканте бурю протеста, что уже была готова вырваться наружу, но, почувствовав в кармане джинс характерную вибрацию телефона, оповещающую о новом сообщении, Намджун лишь недовольно поджал губы и вытащил гаджет. Стоило бросить лишь беглый взгляд на экран блокировки, как сердце невольно ёкнуло и пропустило парочку ударов. И причина была в заставке телефона. Оттуда, сквозь экран, на среброволосого смотрел парень необычайной красоты, возмущенно машущий сожженной сковородкой в сторону самого Джуна. Его карие глаза не были злы или рассержены, а возмущение было напускным. Частично, но все же. Обратив внимание на достаточно продолжительную тишину со стороны друга, Юнги повернул голову и увидел влюбленную идиотскую улыбку, расплывшуюся до самых ушей. Долго думать или гадать о причине появления такой физиономии у Намджуна не нужно было. Есть только один человек, которому он так улыбается. - Знаешь, - подал голос брюнет, выдергивая сидящего рядом влюбленного из сладких грёз, - на тебя иногда просто тошно смотреть. Намджун отрывает от экрана голову и пристально смотрит в глаза друга. - Нет, серьезно,- никак не унимается Юнги. – Еще немного и я начну блевать радугой из сердечек. Будь добр, пожалей мой убитый и без того организм. - Уменьшить твой сарказм, и ты был бы действительно неплохим парнем, - с легкой обидой в голосе произнес Джун. - Меня исправит только гроб. С этими словами Юнги одним глотком осушил очередной стакан с виски. «И ведь не морщится даже». Эта мысль пронеслась в голове у Намджуна ровно в тот момент, как телефон снова завибрировал и парень все же решил выполнить свою первоначальную миссию: проверить уже несколько сообщений. Инопланетянин: «Мы на месте. Где ты?» Инопланетянин: «Если не ответишь, я расскажу Сокджину куда же все-таки пропал его любимый цветок» Убийца цветов поневоле лишь весело хмыкнул и поспешил набрать быстрое «Барная стойка» пока его не сдали с потрохами, не говоря уже о других возможных последствиях со стороны Джина. - Кстати, Юнги, - услышав свое имя, брюнет слегка повернул голову в сторону говорящего, но безразличное выражение лица так и не сменил, - я пригласил кое-кого к нам присоединиться. Думаю, ты будешь не против небольшой компании. - Это ты так спросил мое мнение? Намджун наигранно приложил палец к подбородку и картинно задумался. -Пожалуй, нет, - растянул свои губы парень в немного пьяной улыбке. -Дашь знать, когда мне стоит свалить. -Думаю, ты многое упустишь, если не останешься. Плечи брюнета медленно поднялись и опустились в тяжелом вымученном вздохе, а глаза закрылись, помогая собрать остатки самообладания. - Слушай, Нам, - начал он спокойно, но было видно, что юноша уже на грани, - я пошел с тобой только потому, что ты самолично вытащил меня из квартиры, не давая и шанса на побег, отсидел в этом … клубе не один час и даже вел себя прилично. На это заявление среброволосый саркастично поднял бровь, уставившись на друга. - Ну, ладно, - продолжил Юнги, вспоминая бармена, - почти прилично. Но тебе все мало! Ты еще и притащил кого-то. На этом я умываю руки и складываю полномоч… Договорить ему не дают: кто-то высокий и очень шумный набрасывается сзади на Намджуна и виснет на нем. Кудрявая черная шевелюра бьёт Юнги по лицу, вызывая неприятные ощущения. Брюнет уже собирался возмутиться в свойственной ему манере, но был нагло перебит громким: - Намджун-хён! Я чуть нашел тебя! И вообще тут так классно! Ты не прогадал с выбором клуба! ВОТ, ЧТО ЗНАЧИТ ОПЫТНЫЙ ТУСОВЩИК! Последнюю фразу буквально прокричали в и так многострадальные уши музыканта, от чего он поморщился и поспешил немного отцепить от себя цепкие руки младшего. - Тэхен, ты как всегда. Оглохну же. - Ой, точно. Прости. Я чуть не лишил мир твоего таланта. Нам лишь хмыкнул и посмотрел поверх плеча Тэ на Юнги, что внимательно наблюдал за развернувшейся сценой. - Ну, вообще-то я не один пишу музыку. У меня есть… - Да-да, - перебил его брюнет, - «очень талантливый друг-гений, который буквально дышит музыкой». Я слышал эту фразу от тебя уже миллион раз, но по мне он просто грубый эгоистичный дед, который плевать хотел на всё и вся. - И тебе привет, полоумный. Эта фраза заставила Тэхена дернуться и обернуться в сторону источника звука. Тот самый «дед» в свою очередь смотрел на стоящего перед ним парня с легкой усмешкой, не выражающей ни малейшего дружелюбия. Тэ лишь поправил упавшие на лицо волосы, но установившийся зрительный контакт разрывать не стал. - Всё еще строишь из себя недотрогу, пудря мозги бедному парню и самому себе? – надавил Юнги на больное. - А ты всё такой же эгоистичный идиот, не знающий слова «личная жизнь»? - Здесь 2 слова, придурок! - Ого, ты научился считать до двух. Похвально. Атмосфера между этими двумя накалялась с нешуточной скоростью. Казалось, еще чуть-чуть и искры сожгут не только находившихся в поле досягаемости, но и весь клуб. Предчувствуя не самый лучший расклад событий, Намджун поспешил вмешаться: - Эй, вы! Вы пришли сюда веселиться, а не перепалки устраивать. Разошлись. Но, не увидев никакой характерной реакции на свои слова, парень повысил тон и буквально рявкнул: - Быстро!!! Смерив друг друга еще раз уничтожающими взглядами, брюнеты всё же разошлись по разные стороны от Намджуна. Тэхен недовольно плюхнулся на оказавшийся свободным стул и обиженно насупился, делая заказ в баре, а Юнги больше даже боковым зрением не смотрел в сторону парней, вновь напуская на себя показное безразличие. Довольно продолжительное время прошло в тишине, если не брать во внимание продолжавшую играть в помещении музыку и разговоры вечно снующих туда-сюда людей. - Ты не сказал, что приведешь ЭТОГО, - подал голос Тэхен, косясь в сторону Юнги и переводя все еще недовольный взгляд на друга. Не желая больше слушать нападки в свою сторону, Юнги заказал бутылку виски и, прихватив ставший уже родным за этот вечер стакан, двинулся в сторону свободных столиков в другом конце клуба, бросив лишь: - Понадоблюсь – найдешь. Намджун лишь устало улыбнулся и, не отрывая взгляда от стакана в руке, заговорил: - Он мой друг, Тэ. И сейчас ему это действительно необходимо. Я переживаю за него, - он поднял взгляд на удаляющуюся спину друга. – Он неплохой человек. Просто со своими тараканами, которые есть у всех. - Но ведь он… - Тэ, - произнес он, многозначительно глядя уже на друга. Тяжело вздохнув, Тэхен все же сдался. - Сколько ему осталось? - 3 месяца. И время идет очень быстро. Вот только кроме меня ему помочь некому. Сам Юнги уже давно сложил руки и смирился. - Поэтому ты всё это придумал? - Именно. Ему нужна встряска. Какие-то живые эмоции. Пусть и негативные, но все же. И я знаю только одного человека, способного их породить. На этих словах Тэ рассмеялся, откидывая голову назад. - Он убьёт меня, если узнает. Точнее сначала меня, а потом доберется и до тебя. Один на дно я не пойду. Намджун лишь хмыкнул на такое заявление. - Хреновый из тебя соучастник. - А выбора у тебя всё равно нет. *** Чимину откровенно скучно. Он находится в клубе уже около часа, но все еще трезв и даже ни разу не вышел на танцпол. Еще и Тэхен пропал куда-то. «Впрочем, ничего нового». Попытавшись еще какое-то время найти непутевого друга, Пак разочарованно вздыхает и предпринимает попытку пробраться ближе к бару. Эта неделя была слишком тяжелой. Да и за выпивку платит сегодня Тэ, так что можно кутить по полной. Просто подойти к барной стойке. Задача на уровне «легче легкого», но Чимин не был бы Чимином, не вляпавшись по пути хоть куда-то. - Эй, милый! – чужие огромные ручищи окольцовывают талию Пака настолько неожиданно, что тот сначала даже теряется. Его тянут ближе и ставят прямо перед собой, фиксируя руки с талии ближе к бедрам. – Ты один? Выглядишь уставшим. Давай я помогу тебе расслабиться. Последняя фраза была сказана прямо на ухо блондину, а затем щека почувствовала мокрый след от постороннего языка, так бесцеремонно нарушившего личные границы. Наконец придя в себя от столь вопиющей наглости, Пак резко выбросил руки вперед, отпихивая от себя рослого приставучего мужика, поправил рубашку и уже собирался уйти, как его снова схватили, разворачивая к себе лицом и сжимая крупными ладонями щеки миниатюрного Чимина, оставляя красные отметины. - Это кто у нас такой дерзкий? Запомни хорошенько: ты и подобные тебе только и созданы для того, чтобы быть оттраханными где-то в темной подворотне. И не больше. - Возможно, - соглашается Чимин, еле шевеля мышцами лица, так как те уже начали неметь от стальной хватки чужих рук на щеках, - вот только не такими свиньями, как ты. Это было довольно опрометчиво. Отреагировав на оскорбление незамедлительно, мужчина, не жалея сил, ударил Пака по лицу, заставляя последнего рухнуть куклой на пол и вновь схватиться за многострадальное лицо. «Неделя одна, а получаю уже дважды. Где же я согрешил?» Не успевая привести мысли полностью в порядок, Чимин замечает вновь приближающегося к нему мужчину, замахивающегося для очередного удара. Но вдруг что-то идет не так. Вместо противника буквально через секунду Пак видит перед собственным носом что-то черное. Точнее кого-то. Между ним и нападающим появляется кто-то еще. Невысокий, примерно такой же комплекции, как сам Пак, и, видимо, максимально тупой, раз решил поиграть в рыцаря, не беря в расчет разницу между своим и телом «свиньи». - Не будете ли вы так любезны, оставить в покое данного человека и продолжить свой увеселительный досуг? – интересуется фигура в черном, адресуя данный текст оппоненту. «Он серьезно сказал такое длинное предложение и ждет, что его поймут? Действительно идиот». - Этот сученыш сам нарвался. Отойди, иначе по кругу пустят и тебя. - Тс, - прыскает все еще сидящий на полу блондин, но ближе стоящие его все-таки слышат, - я знал, что эта речь для тебя слишком сложная. Не зря же у свиней мозг с горошину. - Ах ты шл… - Послушай ты! – Кажется, на этом моменте даже диджей делает музыку тише. – Пошел вон отсюда, пока я не позвал охрану, а он не накатал на тебя заяву за домогательства. – Защитник тычет пальцем во все еще сидящего на полу Чимина. - И поверь, моих связей хватит, чтобы по кругу в тюряге пустили именно тебя! Повисло непродолжительное молчание. Нападающий что-то взвешивал своим мозгом, а Чимин пытался подобрать с пола собственную челюсть, попутно вытирая кровь от рассечённой брови. Фигура в черном вернулась в своё неподвижное состояние, молча сверля человека напротив глазами. Все мышцы были напряжены, словно готовы заблокировать любой неожиданный удар. Спустя долгих несколько минут мужчина фыркнул и благосклонно удалился, а Чимин наконец выдохнул. Оказывается все это время его организм от напряжения даже лишний раз затянуться кислородом не решался. Проведя еще раз по лицу ладонью и убирая мешающие капли крови, блондин не сразу заметил протянутую руку, но не раздумывая за нее схватился, пытаясь подняться. «М-да, у этой свиньи рука потяжелее, чем у Юнги» Кое-как приняв положение «стоя», Чимин поднял глаза и уже было открыл рот, чтобы рассыпаться в словах благодарности, но тут же застыл, внимательно всматриваясь в лицо напротив. «Да вы, наверное, шутите!» Напротив него стоял никто иной, как Мин Юнги, все так же продолжая поддерживать парня за руку, но пребывая не в меньшем шоке. - «Спасибо» можешь даже не ждать, - первым отмирает Чимин. Стоящий напротив брюнет лишь отпускает чужую руку и прячет свои ладони в карманы джинс, возвращая лицу все то же лениво-незаинтересованное выражение. - Не поверишь, но даже не надеялся. Я смотрю, это твоё хобби – по лицу получать. Нравится быть избитым? - Нравится быть мудилой? – вопросом на вопрос откликается Пак, недовольно хмуря брови. - Ну-ну, я тебя только что спас, между прочим. Прояви уважение к рыцарю. - Хурыцарю. У меня все было под контролем. - А протереть собой пол ты решил в качестве отвлекающего маневра. Я так и понял. Юнги забавляла эта ситуация. И этот паренек в частности. Какими-то неведомыми тропами судьбы они встречаются уже второй раз за последние 3 дня. Это откровенно странно. Брюнет на досуге как-нибудь обязательно об этом подумает. Но не сейчас. - В прочем, - вновь заговорил Юнги, - тебя все же не взяли в сексуальное рабство сегодня, так что, пожалуйста. На эти слова Чимин лишь гордо вскинул подбородок и возобновил свой ранее выстроенный путь: к бару. По сути, Юнги можно считать пациентом Пака, пусть тот об этом даже и не подозревает. Только вот хладнокровие сохранять что-то уж не очень получается. Одно присутствие этого наглого лиса вызывает в нутре блондина водоворот эмоций, и далеко не самых положительных. Видимо, ему просто пора в отпуск. Добравшись, наконец, до барной стойки, парень улавливает знакомый голос где-то совсем рядом и начинает усиленно крутить головой в разные стороны в поисках знакомой макушки. Тэхен сидел ближе к краю бара и оживленно о чем-то рассказывал уже уставшему, но все еще державшемуся стойко, от его болтовни Намджуну. Видя страдания своего хёна и прекрасно зная на что способен Тэ, Пак успокаивает беснующиеся внутри желания накричать и врезать своему лучшему «другу». Он подходит к друзьям и плюхается измученно на свободный стул рядом с музыкантом, привлекая внимание к своей скромной персоне. Намджун поворачивается к нему с улыбкой, но она тут же гаснет, стоит ему заметить кровоподтеки на лице блондина. - Чимин, что за… - Это, - указывает Пак на последствия собственного разбитого носа, - работа рук твоего дружка. А это, - пальцы перемещаются ближе к разбитой брови, - плата за мои внеземную красоту и обаяние. - Идиот, тебе всё шутки. Что с бровью? - Смотри пункт выше. Я уже со всем разобрался. Виски, пожалуйста, - обращается Чимин к бармену, поднимая вверх руку. На какое-то время повисает тишина. Намджун и Тэ переглядываются, но никто не издает ни звука. Пытаться вытащить что-то из Чимина бесполезно, если только он сам этого не захочет. Здесь профессия психотерапевта сыграла на руку ему, но не его друзьям. - Пожалуй, - первым не выдерживает гнетущего молчания Нам, - пойду, позвоню Джину. Он соскакивает с барного стула, ободряюще хлопая Чимина пару раз по плечу, и удаляется в сторону выхода из клуба. Пак, делая вид, что ничего не произошло, все так же продолжает молча сидеть, давая знак бармену обновить заказ. - Слушай, Чим, - Тэхен подсаживается на стул ближе, но дотронуться до блондина не пытается, - не знаю, что произошло за время моего отсутствия, но извини, ладно? Не столило тебя оставлять одного. Мне жаль. Пак поворачивает голову и видит перед собой поникшего друга. В глазах его полно раскаяния, а нижняя губа прикушена. Он ждет гневной тирады, как нашкодивший ребенок. Чимин лишь тяжело вздыхает, протягивая руку вперед и трепля Тэ по волосам. - Забей. Значит, так было суждено. – Он дарит брюнету добрую улыбку, а потом добавляет, - Тем более давно меня по лицу не били. Видимо на этой неделе я получаю на несколько месяцев вперед. Поняв, что на него не зляться, Ким лучезарно улыбается своей квадратной улыбкой. - Пришли мне счет, я оплачу расходы на маскирующую косметику. Хотя, в прошлый раз даже она тебя не спасла. Ахахахахахаха! - Ахахахахахаха. Да уж. Кто бы мог подумать, что в первое знакомство с Намджуном я схлопочу по лицу. - Да ладно. Он просто неудачно повернулся. - Ага. Скулу он мне тоже не совсем удачно рассек тогда, между прочим. На работе отбоя от вопросов не было еще месяц. Парни снова стали смеяться, придаваясь воспоминаниям. Неловкости и напряжениями между ними как и не было. За это Ким и обожал их дружбу: что бы не произошло и какой бы серьезный характер оно не носило, их конфликты никогда не затягивались больше 5 минут. Одним словом - сказка. - А теперь давай, наконец-то, нажремся. Я слишком долго ждал этих выходных. Тэхен поднимает руку вверх, подзывая бармена к ним, и уже готовится сделать заказ, как слышит: - Тем более, раз ты сегодня платишь. - Ты ничего не забываешь, да, Пак? - Тебя никто за язык не тянул, Ким. *** Намджун не выносил перебранок и всегда выступал миротворцем, но в случае этой парочки он уже давно уяснил, что справляются они прекрасно и без него, а лишнее вмешательство может лишь затянуть конфликт. Лучшим решением было свалить, что он, собственно, и сделал. Вот только реальную причину всё же решил не озвучивать. Крутясь по клубу уже добрые 10 минут, он все никак не мог найти нужного ему человека. На телефон тот не реагировал, поэтому оставалось только обследовать каждый темный угол помещения. Впрочем, это тоже не дало нужного эффекта. Оставалось только одно. Протиснувшись через толпу желающих попасть в клуб, Намджун вышел на свежий воздух и отошел чуть в сторону, мгновенно находя объект своих поисков. Тот стоял недалеко от шумного входа в здание, курил, наслаждаясь каждой затяжкой, и смотрел вверх. Небо было мрачным, но не менее притягательным. Своей недосягаемой и холодной красотой оно вызывало еще большее желание к нему прикоснуться. Манило своей загадочностью и обещало открыть множество неизведанных ранее вещей. Впрочем, всё это было лишь обманно-призрачной иллюзией. Тряхнув головой, приводя смоляные волосы в еще больший беспорядок, Мин сделал последнюю затяжку и затушил сигарету о стену клуба, отмечая боковым зрением движение недалеко от него. Намджун как раз поровнялся с брюнетом и оперся спиной о здание. Никто не произносил ни слова, но тишина была вовсе не гнетущей. Друзья как будто обменивались энергией, получая недостающие ее частицы друг от друга. - Один раз – случайность, - еле слышно произнес Юнги, словно просто беседуя вслух сам с собой, - два – совпадение. Да, это определенно просто совпадение. - О чем ты? В силу не совсем большого расстояния между ними, Нам всё прекрасно слышал. - Да так, не бери в голову. Брюнет снова устремил взгляд в черное небо, а Ким лишь хмыкнул, растягивая один из уголков губ в усмешке. - Можешь злиться, но этого вечера с меня хватит. Я возвращаюсь в клуб за пальто и убираюсь отсюда прочь. И даже не пытайся меня переубедить, - произнес Мин более настойчивым голосом, видя зарождающееся возражение на лице стоящего напротив. Подняв руки в капитулирующемся жесте, светловолосый лишь пожал плечами и молча последовал в клуб вслед за другом. Атмосфера не изменилась ни на йоту: всё тот же удушающий пот и мерзость телодвижений. Отыскать пальто не составило собого труда, но стоило Юнги накинуть его на плечи и повернуться к Намджуну с целью попращаться, как взгляд музыканта мимолетно упал поверх плеча товарища, но тут же вернулся обратно, словно приклеиваясь к конкретной фигуре вдалеке. И Юнги просто застывает. Застывает и смотрит. Смотрит так, как будто эта способность открылась ему только сейчас. Смотрит прямо на танцпол, где на небольшой возвышенности кто-то танцует. Именно ТАНЦУЕТ! Движения плавные, но быстрые. Тело гибкое и сильное, показывающее все свои навыки во время исполнения очередной связки или наиболее сложного элемента. Но что самое удивительное, он полностью расслаблен. Только сейчас брюнет понимает, что бесстыже рассматривает какого-то парня, но ему абсолютно на это плевать. В эту самую секунду важен только танец и единение танцора с музыкой. В движениях нет ничего похабного или открыто сексуального, однако от них исходит неимоверно сильная энергия, проникающая куда-то глубоко в грудь и заставляющая переживать непривычный Юнги спектр эмоций. Парень улавливает что-то отдаленно знакомое в них, но что именно… Расстояние не позволяло рассмотреть лицо танцующего, но и сил подойти ближе тоже не находилось. Уйдя с головой в свои мысли и ощущения, брюнет не сразу замечает, как песня сменяется на другую. Тряхнув головой, прогоняя наваждение и часто моргая, он снова фокусирует уже более трезвый взгляд на том самом месте, где находился танцор, но встречается с одной лишь пустотой… Сознание Юнги частично находится все еще не здесь и поэтому он не сразу понимает, что его кто-то зовет. - Хен! Эй, Юнги-хен!!! Да очнись ты уже наконец-то! – и брюнета ощутимо бьют в плечо. В любой другой ситуации ответная реакция в виде не менее сильного удара последовала бы незамедлительно, однако сейчас музыкант просто поворачивается к источнику звука все с таким же потерянным выражением на лице и, едва шевеля губами, произносит: - Мне пора. Сорвавшись с места так резко, как не делал этого ни разу за всю свою жизнь, он скрылся в толпе раньше, чем Намджун успел хоть что-либо сказать. Как добрался домой, Юнги не помнит, как сел за блокнот и ноутбук – тоже. Но он отчетливо помнит танец какого-то парня, перекручивает его в голове кучу раз, пытаясь не упустить ни одной возникшей из-за него эмоции. Он анализирует, сравнивает, «рассматривает» их с разных сторон, а пальцы продолжают судорожно сжимать в руках карандаш, выводя на бумаге слова. Эмоции все такие же непонятные (а может просто забытые). Они щекочут изнутри и приносят желание лишь вырвать органы с корнями, но и упустить их Мин тоже не может себе позволить. Он буквально страдает физически, пытаясь придать им форму и голос. Вдохнуть душу и рассказать их историю. Через многие часы, когда начнет светать за окном, брюнет так и уснет, сидя за столом в окружении листов и карандашных текстов. Полностью опустошенный и вымотанный, но с улыбкой на лице. *** Сказать, что Намджун был удивлен, - ничего не сказать. Таким резвым Юнги он еще ни разу не видел, а странности в его поведении было хоть отбавляй. После исчезновения своего хёна музыкант устремил взгляд туда, на чем был сосредоточен до этого Мин, но не обнаружил ничего притягательного или, как минимум, интересного. Сдавшись и пожав плечами, он вернулся на своё место возле барной стойки с целью присоединиться к Чимину и Тэ, но ни одного, ни другого там не обнаружил. Достав телефон из кармана, он быстро набрал номер и стал слушать продолжительные гудки, оглядываясь по сторонам. Монотонное гудение продолжало раздаваться в трубке непозволительно долгое время и когда парень уже хотел сбросить вызов, на том конце телефона раздалось орущее и явно далеко не трезвое: - ДА! КТО ЭТО? ЧТО ТАКО… АЙЩ! ТЫ СОВСЕМ ОХРЕНЕЛ? СЛЕЗЬ С МЕНЯ! ЖИВО!!! Раздавшийся в телефонной трубке голос Намджун слышал первый раз в жизни, отчего сразу же напрягся и был готов лететь спасать нерадивого друга в любой момент. - Почему телефон Тэхена поднимает не он сам? – начал юноша. В голосе его слышалась неприкрытая угроза в адрес говорящего с ним. На той стороне послышались какие-то неразборчивые звуки и несколько глухих ударов, на что Нам сжал кулаки в нервном напряжении и всего лишь одного неправильного слова с той стороны не хватало ему, чтобы сорваться с места. Возня все еще продолжалась и парень стал нервно оглядываться по сторонам, пытаясь найти знакомую кудрявую макушку, но безрезультатно. - Где Тэхен? Что вообще происходит? ОТВЕЧАЙ! – проорал Нам в трубку, не контролируя собственные желваки от злости. - Парковка, - послышалось в ответ и вызов сбросили. Среброволосый тут же сорвался с места и, проталкиваясь через огромную толпу не совсем трезвых личностей, поспешил к выходу из клуба, сбивая с ног парочку официантов. Оказавшись на улице ночного города, парню пришлось поумерить пыл и на несколько секунд замереть на месте, так как холодный воздух, резко контрастирующий с душным клубом, вызвал волну чистого кайфа и небольшого головокружения. Закрыв глаза и откинув голову назад, Намджун позволил себе раствориться в ночной атмосфере, морозной и пьянящей. Пленяющей. Но долго это продолжаться не могло: раздались крики где-то недалеко от входа в клуб и среброволосый, придя в себя, ринулся на помощь с удвоенной скоростью. «Черт! И угораздило его снова куда-то вляпаться! Вечно с ним так. Если я не успею…КАКОГО…?» Именно так неожиданно прервался поток мыслей несущегося пулей «спасателя» как только место назначения было достигнуто, ибо перед ним развернулась поистине невообразимая картина: посреди парковки, полностью уставленной машинами, стояли 2 парня. Ну, как стояли. Один из них находился в полусогнутом положении, прикрывая руками голову и живот, попутно пытаясь уворачиваться от получаемых ударов и кричать что-то в ответ на летящие в его сторону реплики нападающего. И Намджун полностью уверился в том, что били не Тэхена. ТЭХЕН избивал какого-то парня. - Кто тебя вообще звал сюда? Ты мне не нянька! Ты мне вообще НИКТО! Какого ты возомнил о себе непонятно что? – продолжал кричать Тэ, пытаясь посильнее стукнуть ссутулившегося напротив беднягу, но выпитый ранее алкоголь играл явно не в пользу кудрявого. - Да прекрати ты! Стоп! Дай мне хоть слово вст… - Стоп? Ты еще и команды отдавать здесь будешь? Да я тебя… Но угроза так и не была досказана: сообразив как лучше использовать своё положение, закрывавшийся до этого момента руками брюнет резко ринулся вперед, подхватывая беснующегося перед ним парня под колени и перекидывая через собственное плечо, полностью выравниваясь и поудобнее перехватывая свою ношу. Крики кудрявого стихли, видимо, от шока, но продлилась данная идиллия совсем недолго. - ПОСТАВЬ МЕНЯ НА ЗЕМЛЮ! Я ТЕБЕ НЕ МЕШОК С КАРТОШКОЙ! РУКИ УБЕРИ!!! И юноша стал ерзать на плече своего носильщика, рискуя оказаться на асфальте и повредить и без того болящую от алкоголя головушку. Не в силах сдерживать себя еще хотя бы несколько минут, Намджун разразился громким хохотом, останавливая зарождающуюся снова перебранку и привлекая к себе внимание двух брюнетов. - Намджун! – крикнул Тэ, приподнимая немного корпус и протягивая к среброволосому руки. – Сними меня с этого индюка! В ответ на подобное заявление кудрявого больно бьют по ляжке и, предотвращая очередную волну недовольства, громко кричат: - А НУ-КА БЫСТРО ЗАКРЫЛ СВОЙ ПРЕКРАСНЫЙ РОТ И ПОВИС СМИРНО!!! ИНАЧЕ Я ТЕБЕ ТАКОЕ УСТРОЮ, ЧТО СЕСТЬ НЕ СМОЖЕШЬ МЕСЯЦ! И попробуй еще хоть что-то ответить! Как бы странно это не было, но парень действительно не проронил ни слова в ответ. Обижено надул щеки, да. Но не издал ни звука, видимо, все еще ощущая горящее огнем место удара. - Да уж, - подал снова голос Намджун, возвращая внимание к своей персоне и начиная неторопливо подходить к парням ближе, - не каждый день я встречаю людей, способных усмирить пьяного Тэ-Тэ. Теперь ты официально мой кумир. Услышав подобного рода похвалу в свой адрес, брюнет расплылся в польщенной улыбке, а из-за его спины снова послышался голос: - Ты труп, Ким Намджун. Дай только слезть отсюда и тебе не жи… Айщ! Второй сильный удар прилетел на то же самое место, вызвав боль, сильнее первой. - Мне казалось, мы прояснили ситуацию по поводу твоего говорливого рта. Интерес Намджуна к этому незнакомому парню рос в геометрической прогрессии. А поведение Тэхена заставляло входить в состояние полного непонимания, ведь обычно он настоящая душка. Придурковатая, но душка. А сегодня что-то уж чересчур яростно себя ведет. И дело явно не в алкоголе. - Итак, что мы имеем, - начинает снова музыкант. – Высокий брюнет со слегка отросшими волосами и, цитата, «господи Намджун, ты бы видел насколько он прекрасен, а эти его глаза и линия подбородка» и «а эти его крепкие накачанные бедра! Я бы на них так и...» - на этом моменте Нам прерывается, вспоминая о все еще присутствующем здесь друге. – Кхм… в общем, у меня только один вариант: ты и есть тот самый легендарный Чон Чонгук, активно подкатывающий к моему придурковатому другу, что вот уже почти год не сдается твоему напору. Сознание Чонгука остановилось и зависло на предложении о его бедрах, но он все же кивнул, услышав собственное имя. - А ты тот самый Намджун, который «сейчас придет и оторвет мне голову»? Музыкант лишь весело перевел взгляд на болтающегося на чужом плече друга и кивнул, начиная тихо посмеиваться. - Не сегодня. Тебе уже досталось с лихвой, - посмотрел сочувствующе на парня среброволосый. – Но все же будь добр, расскажи мне что произошло и как пришло к тому, что мы имеем. - Думаю Тэ справиться с этим лучше. Правда, бестия? Но ответа не последовало. Только едва уловимое сопение раздалось из-за спины брюнета. - Он что… - начал Чонгук, а Нам, не теряя времени, обошел его и взглянул на друга. - Ага, спит. Только он мог отключиться в подобном положении. Тяжело вздохнув, Чонгук аккуратно подошел ближе к стоящей рядом машине и открыл дверцу заднего сидения, тихо зовя нового знакомого. - Поможешь? Нужно переложить его. Аккуратно! Проснется же! Намджун на мгновение замер, наполовину стянув Тэхена с чужого плеча, а потом хмыкнул на подобное заявление, продолжая свою работу. - Его разбудит только сигнал тревоги во время больничного дежурства или запах шоколадного пудинга. Ни того, ни другого у нас нет. - Я не про Тэхена, - возразил Чон, запоминая интересный факт про пудинг. Придя немного в замешательство, Нам все же подошел к открытой дверце и заглянул внутрь, обнаруживая там… нет, не человека. Ангела. Светлого и чистого, скрутившегося в маленький клубочек и тихонько посапывающего. Только крепко сжатые кулаки показывали, что сняться ему далеко не самые радужные вещи. Аккуратно и максимально тихо они поместили спящего Тэ в машину и заблокировали ее на всякий случай. Мало ли он проснется и тогда расправа неминуема. Опустившись на асфальт прямо рядом с транспортным средством, парни облегченно вздохнули и между ними повисло молчание. - Знаешь, - начал Чонгук, поворачивая голову в сторону сидящего рядом парня, - с Чимином было проще справиться. Намджун на это заявление утробно и тихо рассмеялся, запрокидывая голову назад и устремляя взгляд в ночное небо. - С ним во многих отношениях проще по сравнению с Тэхёном, - ответил он. – Однако у всех нас есть черти внутри. И никто не знает когда именно они проснуться. Чонгук нахмурился, что-то сосредоточенно обдумывая. - Теперь я понимаю, почему твои тексты полны глубоких размышлений и смысла. Ты сам полностью ими пропитан. - Иногда это сильно мешает в жизни, - криво усмехается рэпер. – Ну, я полностью готов к наинтереснейшей истории о том, как вы появились здесь и в принципе, откуда здесь взялся ты. Тяжело вздохнув, Чон сел поудобнее и перевел дыхание. - В общем…