Вдали от миров

Питер проснулся от толчка и осознания того, что он всё испортил. Ужасно. Отцепившись от спящего Стивена и вскочив с кровати, Питер сделал первое, что пришло ему в голову: бросился в ванную и закрыл за собой дверь. Чёрт. Он посмотрел вниз толстовки, которая явно была на несколько размеров больше. Та самая, которую он украл у Стивена, будучи Человеком-пауком, и не смог переодеться после душа. Стрэндж ни за что не узнал бы своё худи, которое практически свисало с одного из плеч Питера, открывая вид на веснушчатую кожу. Поэтому Паркер стянул с себя толстовку, бросив её на пол в кучу прочего белья, которое так же быстро снял. Он дрожал в прохладном воздухе ванной комнаты, разглядывая себя в зеркале. Он выглядел... Хрупким. Он сильно похудел в последнее время, с тёмными мешками под глазами, которые выделялись на бледной коже. Мальчишка так быстро отвёл взгляд, что его отражение в зеркале расплылось. Второе, что пришло Питеру в голову, чтобы выиграть время, — это броситься в душ Стивена, наслаждаясь потоком горячей воды. Душ мага заметно отличался от крошечной кабинки, которая была у юноши в квартире, хотя Питер даже не заметил этой разницы, пока не оказался под струями воды, и его сердцебиение не пришло в норму. Он замедлил дыхание, делая большие глотки воздуха, когда струя воды билась о его спину. Только когда он снова почувствовал себя почти самим собой, он вспомнил, что поцеловал Стивена. Он поцеловал своего наставника и товарища: Доктора Стрэнджа. Питер с трудом подавил стон, который подполз к его горлу, и позволил своей голове откинуться в сторону и удариться о белую плитку. Что с ним было не так? Как он вообще мог подумать, что поцеловать Стивена — это нормально, особенно когда последний даже не знал кого он целует. Вздохнув, Питер потянулся вперёд и взял бутылочку с шампунем; мятный состав в тёмно-янтарной бутылке пощипывал кожу головы. Он почувствовал, как напряжение покинуло его плечи, и мелкая дрожь пробежала по всему телу, когда прохладный и бодрящий аромат наполнил всё вокруг. Позволяя своему сознанию воспроизвести прошедшую ночь шаг за шагом, мальчишка сделал вывод, что, возможно, Стрэндж не знал, кто такой Питер, но... Он поцеловал Питера в ответ. Он сам инициировал свой поцелуй без подсказки парня, а это уже что-то, верно? Это означало, что во всей этой неловкой ситуации было что-то, с чем Стивен был согласен. — У меня такое чувство, что я знаю тебя очень давно. И разве эти слова не пронзили сердце Паркера? Стрэндж мог не знать, кто такой Питер — знать, что он Человек-паук — но он знал, что эти двое знают друг друга. Знал, что плащ привел Питера к нему, имея в виду этот факт. Заслуживает ли Стивен того, чтобы знать? Должен ли Питер сказать ему сразу, как только выйдет из душа, или... Боже, как хорошо хоть денёк не быть Человеком-пауком! Чувствовать, что у Питера Паркера тоже есть шанс на жизнь, как и у его супергеройского отражения. Когда Питер растирал на себе гель для душа с ароматом гвоздики в дверь ванной постучали. Мальчишка издал писк. — Питер? — раздался голос Стивена по ту сторону двери, слегка приглушенный ударами струи душа. Должно быть, Паркер грезил дольше, чем думал, потому что, когда он выпрямился, вода быстро остыла на его коже. — Д-да? — сумел выдавить он, поспешно смывая с себя гель. — Я бы хотел воспользоваться ванной. — Хорошо, да! Я просто... — юноша снова сунул голову под воду, смывая остатки пены. Он выскочил из кабинки, схватив сначала одно полотенце, чтобы обернуть его вокруг талии, а затем второе, чтобы пройтись по волосам и обернуть вокруг плеч, как одеяло безопасности. Всё ещё капая на кафельный пол, Питер сделал несколько шагов через ванную и распахнул дверь. Стивен смотрел на него, выглядя сонным и помятым. Только вот когда его взгляд упал на Питера, эти ледяные серые глаза загорелись, изучая мальчишку с ног до головы, а затем снова поднялись к его лицу. Это была минута, которую юноша не заметил бы, будь он менее привычен к столь пристальному наблюдению. Стивен пришёл в себя в мгновение ока, но было невозможно остановить статическое напряжение, возникшее между ними — то, как расширились кровеносные сосуды на щеках Питера и покраснели под взглядом мужчины. — Мне жаль, — промолвил Питер; это была реакция, направленная на то, чтобы снять напряжение. Стрэндж наклонил голову в одну сторону. — За что ты извиняешься? — Я... — За то, что воспользовался моим душем без спроса? — маг поднял одну бровь, а Питер проглотил комок, образовавшийся в горле, — Или... За то, что ты пробрался в мою постель и поцеловал меня? — Что? — только и смог пробормотать Питер, и Стивен снова разразился искренним смехом, от которого у мальчишки всё внутри наполнилось бабочками. — Питер, — Стивен поймал подбородок мальчишки, когда тот попытался отвернуться, и мягко заставил его посмотреть в мягкие глаза Стивена, — Я просто шучу. — Это... Всё равно. Я не должен был этого делать. — Ты же понимаешь, что я здесь взрослый, верно? Питер не смог сдержать нахальства, которое появилось на его лице. — Я... — Да, я знаю. И всё же ты ведешь себя так, как будто это ты развратный старик, пристающий к гораздо более молодому мальчику. — Ты не настолько стар, — ответил Питер, когда рука Стивена обожгла кожу в том месте, где она касалась подбородка. Судя по наклону головы мужчины, было бы так легко соединить их губы, чтобы продолжить то, на чём они остановились накануне ночью. Губы мага изогнулись в лукавой улыбке, и Паркер решил, что мужчина думает о том же. — Так почему? Почему ты сожалеешь? По позвоночнику Питера пробежала холодная капля воды, и тот с ужасом вспомнил, что он голый, если не считать полотенца. — Вы... Ты не знаешь меня. Я просто парень, который появился здесь случайно. И я не знаю тебя... — быстро добавил он. Стивен вздохнул, отстраняясь от Питера и выпрямляясь. — Мой плащ с этим не согласен. Не то, чтобы у меня была привычка доверять верхней одежде, но... — мужчина обвел взглядом комнату, и Питер догадался, что он ищет плащ, который в это утро не давал о себе знать, — Как я уже сказал, в нём было что-то, что выходило за рамки моего понимания. Я не... Привык, чтобы ответы ускользали от меня так эффективно. Но было похоже, что твоя ДНК каким-то образом отпечаталась на плаще, вместе с моей. — Твоя ДНК? — Питер поднял бровь, и Стивен сделал шаг назад. Позади него стояла кровать, и он сел на неё с тяжелым вздохом. — Когда Плащ Левитации связывается с человеком, он отдаёт часть себя, чтобы показать свою верность. Это симбиотические отношения, к которым плащ не относится легкомысленно. Поэтому для меня не было сюрпризом обнаружить в нём свою собственную ДНК. Но ты... Глаза Стрэнджа были подобно узлам, крепко стянутыми вокруг груди Питера. Они сжимались, сжимались и сжимались, пока он не перестал дышать, не мог ничего сделать, кроме как кивнуть, неистово желая услышать больше. — Питер, ты должен был быть кем-то невероятно важным для меня. Питер сделал два шага вперёд. Маг наблюдал за ним с интенсивностью ястреба, и мальчишка чувствовал это. Почувствовал его взгляд. — Ты не... Но ты не знаешь меня. — Ты прав, не знаю. Ты парень, который появился в моей постели. Ты молод — слишком молод для меня, или я так думал, пока не начался весь этот инцидент. Не говоря уже о том, что ты мужчина, а я... Я никогда... — Тогда почему? — ещё один шаг вперёд; руки Питера дёрнулись по бокам, так и хотелось протянуть их и коснуться лица Стивена, — Зачем ты вообще это делаешь? — Потому что я доверяю тебе. — Ты не... — Хорошо, — голос Стрэнджа был резким, — Тогда я доверяю себе. Я доверяю тому, кем я был до того, как забыл тебя. Я верю, что не стал бы связывать себя с тобой так легко. Нет никаких доказательств того, что я был другим человеком, когда знал тебя — у меня всё ещё есть полноценные воспоминания, начиная с детства. Я знаю, кем я был в этих воспоминаниях, следовательно, я знаю, кем я должен был быть, когда речь шла о тебе. Питер выдохнул и опять вдохнул прохладный утренний воздух, что наполнил его нос и охладил мозг, который словно горел. Задержать дыхание — очистить разум. Вдох. Выдох. А потом Питер наклонился вперёд и поцеловал Стивена. Последний был голоднее, чем в прошлый раз. Тот Стивен был сдержаннее. Схватив мальчишку за бёдра и притянул к себе, заставив полотенце на его плечах упасть на пол. Руки мага пробежались по чувствительным ребрам Питера, с пугающей силой впитывая то, как в некоторых местах сбивалось дыхание. — Стивен, — как-то умудрился прошептать Питер в поцелуе. Стрэндж хмыкнул в ответ, пальцы намеренно спускались вниз и задели край полотенца. Поцелуй ослаб, и Питер воспринял это как немой вопрос. Паркер отстранился от мужчины, который на мгновение застонал в знак протеста. Однако он замолчал, когда Питер аккуратно потянул полотенце и позволил тому упасть на пол. Мальчишка и раньше стоял обнаженным перед любовниками. Он был обнажен перед любовниками-мужчинами. Но никогда ещё он не чувствовал себя настолько обнаженным — настолько по-настоящему и совершенно обнаженным в самом лучшем смысле этого слова. Питер почувствовал, как поднимается и опускается его грудь, как ребра освобождают место для расширения легких. Стивен... Знал его. Знал его лучше, чем кто-либо другой в мире, и прямо сейчас Питер хотел, чтобы он взял его. Они могли бы переписать историю вместе, через языки, зубы и губы к плоти. Питер мог вернуть то, что раньше принадлежало ему — его ДНК, к которой был допущен Стивен. — Ты... — сказал маг, его голос был глубоким и густым от каких-то неопределенных эмоций. Осторожно Питер вернулся в реальность. — Ты прикоснешься ко мне? Протянув руку, Стрэндж на секунду замешкался над грудью юноши. Его длинные пальцы почти достигли кожи — почти — и Питер взял его руку, положив ладонь Стивена на место, где билось его сердце. Этот жест не потребовал никаких слов. Они закрыли глаза, и между ними прошла череда ударов сердца и вдохов. Где-то тикали часы, из крана душа капала вода. — Пожалуйста, — прошептал Питер, и Стивен ещё раз притянул его к себе за бедра, пока тот не уперся бедрами в кровать. Плоть Питера была уже твёрдой, его член был зажат между ним и Стивеном. Как Человек-паук, все чувства Питера были обострены, включая более... Интимные ощущения. Когда ему было четырнадцать, и он только-только оправился от укуса паука, тугой ветерок мог возбуждать его в течение двух лет подряд. Но по мере взросления он научился держать себя в руках — дышать глубоко, не сосредотачиваться на этом слишком сильно, позволять партнеру брать то, что ему нужно. И это работало очень долго: однажды летом он потерял девственность с Мишель, объяснив своё чрезмерное возбуждение неопытностью. В конце концов, она узнала его лучше и поняла, что именно ему нужно. Они были так нежны, как только могут быть нежны два подростка, и было очень, очень много случаев, когда Питер скучал по ней, даже просто за тем, как хорошо она знала его тело. Но после Мишель... По какой-то причине Питер чаще всего оказывался в постели с парнями из студенческого братства, которые любили говорить ему гадости. Парни, которым нравилось держать его за шею или прижимать к стене и трахать до тех пор, пока он не начинал чувствовать себя использованным. В целом, когда Питер приходил, это не имело значения — парни никогда не возражали. Некоторые были достаточно милы. Некоторые помогали Питеру привести себя в порядок — удушение, шлепки и грубые прозвища были не более чем извращением. Они приносили ему стаканы с водой и говорили что-то вроде «Увидимся на химии». Они по-прежнему никогда не интересовались о его оргазме, и Питер не испытывал желания рассказывать. Поэтому, когда Стивен притянул его к себе в поцелуе, от которого у него в глазах заплясали звёзды, Питер прикусил губу мужчины и застонал от невероятной потребности. Однако это не помогло — Стивену слишком нравилось кусаться — и его рука запуталась в кудрях Питера, увлекая его дальше, глубже в поцелуй. Рука на бедре Паркера прижала того к себе, обжигающая кожа мальчишки встретилась с грубой тканью и жгучим желанием самого Стивена. Питер вздохнул, почувствовав, как маг упирается в него, и зацепился своей плотью за ткань его домашних штанов. Питер сделал бы все, чтобы почувствовать, что мужчина снова знает его. Он позволил бы Стивену дёргать себя за волосы, обхватить рукой горло, заставить его задыхаться — лишь бы почувствовать что-то из своей прошлой жизни. Появилось ощущение легкости, и Питер понял, что его поднимают. Стивен уложил его на спину на небрежно брошенные одеяла, раздвинув ноги и устроившись между ними. Стрэндж откинулся назад открывая вид на изрезанное тело, которое жило в фантазиях Питера последние две недели. — О Боже, — промолвил Питер. Ему хотелось протянуть руку и дотронуться до торса мага, но его тело было приковано к кровати. Вместо этого Стивен наклонился вперёд и накрыл его, окутав обжигающим поцелуем, от которого Питер стал дрожать. Стрэндж — он был намного больше юноши. Если бы мальчишка ещё не чувствовал себя прижатым к кровати, Стивен сделал бы так, что он не смог бы пошевелиться и вовсе. Он был зажат под ним, его острые ключицы прижимались к мужчине, а грубые руки мага оглаживали бока, бёдра и ляжки. — Ты прекрасен, Пит, — дыхание Стивена было горячим и будто плавило кожу Питера. Он провёл поцелуями дорожку от подбородка Питера до его пресса, ненадолго остановившись, чтобы уделить особое внимание твёрдым соскам Питера. Он прикусил розовую плоть, и мальчишка вскрикнул, оттолкнувшись от кровати. — Чувствительный? — и в его голосе мужчины прозвучала усмешка. — Н-немного. — Хм. Буду знать. — Что ты... — Питер приподнялся на локтях, наблюдая, как Стивен целует его тело. Приложив широкую ладонь к его груди, Паркера толкнули обратно на матрас, где он издал милейший звук возмущения. — Если тебе что-то не понравится, скажи мне, — голос Стивена был ровным и чётким, — В противном случае расслабься. Пожалуйста. Питер ждал момента, когда Стрэндж возьмет его член в рот. Он ждал неизбежного подавляющего ощущения тепла и влаги, но оно так и не пришло. Стивен нежно поцеловал нижнюю часть члена Питера, и последний задрожал от предвкушения. Стивен Стрэндж, Мститель и коллега Питера, собирался сделать ему минет. Святое дерьмо. Срань господня! Руки Питера блуждали в запутанных волосах мага, но в последнюю секунду он переместил руки на плечи мужчины. Он царапал тупыми ногтями белоснежную кожу, чтобы не выпустить на Стивена свою плохо контролируемую сверхсилу. Но Стрэндж не остановился на этом. Он пробирался губами всё ниже и ниже, пока Питер не издал громкий вздох, почувствовав, как поцелуй прижимается к узкому колечку мышц. Он хотел позвать мужчину по имени, но вырвалось только «А-а-а!» под приглушенное хихиканье мага. — О Боже, — вздохнул Паркер, пытаясь успокоить трепещущее сердце. Пока Питер приходил в себя, Стивен закинул одну из ног парня себе на плечо, и ощущение его щетины на внутренней стороне пронзило младшего. Стрэндж нежно ощупал бедро, сделал паузу, а затем впился зубами до синяков. — Питер? Ты всё ещё со мной? Питер вздрогнул, кровь бросилась ему в уши. — Что? Д-да, я в порядке. Просто прошло... Очень много времени с тех пор, как кто-то делал Питеру приятно. На самом деле он не хотел думать о том, как давно никто не прижимался к нему так нежно и так чутко, поэтому он активно поспешил отключить эту часть своего мозга. Паркер расслабил мышцы бедер на шее Стивена и повернул голову так, чтобы уткнуться в мягкую ткань подушки. От неё несло мятой и теплом. Замечательно. Маг больше ничего не говорил, просто продолжал спускаться вниз дорожкой поцелуев до чувствительной области промежности. Было щекотно, и мальчишка снова вздрогнул, пока горячий язык Стивена не нашёл его снова. Это было ошеломляюще тёплое ощущение, от которого Питер мог только томно вздыхать. А потом мужчина стал углубляться. От одних только звуков Питер покраснел от головы до пят; небрежные, влажные звуки Стивена, с энтузиазмом пожирающего его. Его язык быстро проник в плотное колечко мышц, погрузился внутрь и заставил Питера задохнуться. Пальцы его ног впились в твердую, словно скала, спину Стивена, тем самым заставляя мужчину двигаться сильнее, глубже, больше, больше, больше... — Ты знаешь, как ты хорош на вкус, Питер? — Аааа... — Паркер попытался заговорить, но это вышло в виде мычания, приглушенного подушкой. — Ты хочешь, чтобы я тебе сказал? — палец мага обвёл отверстие мальчишки, проникая сквозь влагу от жаждущего языка Стивена и проталкиваясь в него настолько глубоко, насколько это было нужно, — Я не могу представить себе никого вкуснее. Ты так великолепен, когда ты такой... Я не думал, что ты можешь быть ещё более очаровательным, но все же... Казалось, это всё, что Стивен успел сказать, прежде чем его намерения вновь сосредоточились на том, чтобы свести Питера с ума. Он стал ласкать его более энергично, надавливая на ободок с такой силой, что юноша выругался, выгнув бедра от боли. Палец Стрэнджа вошёл ещё глубже. Но Питер хотел большего. Он хотел плакать, ломаться, кричать. Он хотел всё, всё сразу. — Питер? Тот со вздохом оторвал лицо от подушки, Стивен теперь нависал над его телом. Когда он успел это сделать? Когда он успел сменить позицию? — Питер, ты в порядке? — в голосе мага снова звучал тот тон, которым Стрэндж разговаривал с Человеком-пауком в тот день, когда вытащил его из туннеля. И тут Питер понял, что он... Чёрт... Снова плачет. — Пожалуйста... — всхлипывал он, — Пожалуйста, не останавливайтесь, пожалуйста... Стивен обнял парня за лицо, не давая тому снова зарыться лицом в подушку. — Питер. Это... — Почему ты так добр ко мне? — и Питер почувствовал, как его голос надломился на последнем слове, а брови Стивена сошлись, как домик. — Пожалуйста. Доктор Стрэндж, я... Вы можете делать всё, что хотите. Я хочу этого, только, пожалуйста, не останавливайтесь. Растянувшись голым на кровати, с мокрой дырочкой и твёрдым членом, Питер чувствовал себя сырым. Шёлк под его телом зудел, и он чувствовал, что готов выползти из него, если Стивен не прикоснется к нему. Тот, в свою очередь, вздохнул. — Я не думаю, что ты в состоянии продолжать. — Нет! Пожалуйста, — Пит вскочил на колени, оказавшись лицом к лицу со Стрэнджем, — Пожалуйста, я в порядке. Я просто... Я не привык к этому. Я не понимаю, почему ты так внимателен ко мне, но всё в порядке. Ты можешь... Можешь делать всё, что угодно, только, пожалуйста, — он протянул руку вперёд и взял руку Стивена в свою, — Пожалуйста, не останавливайся. И снова Питер увидел это выражение лица Стивена. Складка между бровями, темнота за глазами. На мгновение воцарилась пронизывающая до костей тишина, а затем маг наклонился вперёд, заправляя выбившийся волнистый локон за ухо Питера. — Когда в последний раз кто-нибудь был добр к тебе, малыш? Ком застрял в горле Питера. — Я... Я не знаю. А разве это важно? Ты добрый. — Я не добрый. — Нет, ты добрый. И это не имеет значения, если бы ты был... Ты сам это сказал. Плащ знает меня. Я знаю тебя. Я просто... Просто хочу, чтобы ты... Стивен ничего не сказал, поэтому Питер позволил шепоту «Пожалуйста» сорваться с его губ. — Малыш... В этот момент в спальне раздался звук, похожий на крик, и каждый волосок на теле Питера встал дыбом. — Что это? — спросил он, и как только шум прекратился, он начался снова. Несмотря на резкий звук, Стивен выглядел лишь слегка раздраженным, закатив глаза к потолку. В комнате раздался голос, созданный искусственным интеллектом, и, когда началось сообщение, Питер узнал в нём то самое оповещение, которое он получал на свой телефон бесчисленное количество раз на протяжении многих лет. «Активировано экстренное совещание. Место проведения: Stark Industry Towers NYC, код здания AS-478. Кодовые имена членов команды активированы: Доктор Стрэндж. Человек-паук. Пожалуйста, подтвердите. Это зашифрованное сообщение S.H.I.E.L.D. Все данные, отправленные в этом сообщении, будут удалены в течение 30 минут.» — Ты должен... — Я должен... Питер и Стивен начали одновременно, но тут же прервали друг друга. Питер позволил себе нервный смешок, а Стивен усмехнулся. — Плюсы работы по вызову, да? — пробормотал Стивен, однако он не двинулся с места, его руки поднялись, чтобы обнять Питера за талию. — Ты заслуживаешь доброты, Питер. И я не хочу заходить дальше этого, пока не покажу тебе. Если то, что я обнаружил через плащ, правда, то я хочу узнать тебя лучше. Я хочу, чтобы ты познал доброту, даже если я... — мужчина вздохнул, — Даже если я не всегда умею проявлять её. Питер кивнул, его шея напряглась. — Хорошо... — Встретимся здесь сегодня вечером. В пять вечера, и надень что-нибудь красивое. Хорошо? И вот опять этот чёртов румянец. Он появился за ушами и на щеках Питера, и Питер почувствовал себя так, будто был чем-то опьянен. — Вы приглашаете меня на свидание, сэр? — спросил Питер, ухмыляясь. — Просто Стивен. И... Возможно. — Я, — он снова энергично кивнул, — Да! Да. — Тогда это свидание, — одна рука переместилась с талии Питера на его подбородок, наклонив голову назад, пока Стивен не смог соединить их губы в целомудренном поцелуе. После этого все словно ускорились. Стивен встал с кровати и начал приводить себя в порядок, облачаясь в костюм Доктора Стрэнджа. Питер безучастно сидел на кровати, голый и растерянный, не зная, что ему делать дальше. Должен ли он просто снова надеть свой костюм и надеяться, что Стивен ничего не заметит, или...? Доктор Стрэндж повернулся к Питеру: плащ обернулся вокруг плеч полностью одетого мага. — Да, сэр, — Питер сжал колени, тщетно пытаясь скрыть, как его возбуждает то, что он обнажен перед одетым мужчиной. Стивен взглянул на его сжатые бедра, а затем снова на лицо Паркера, на котором появилась волчья ухмылка. — Хороший мальчик. Раздался треск статического электричества и запах, который Питер мог описать только как магический, и посреди спальни открылся искрящийся портал. Стрэндж вышел на и скрылся на шумной улице Нью-Йорка, а Питер с воплем бросился наутек, пока его не заметил кто-нибудь из прохожих. Портал закрылся за Стивеном, и он с шумом сбросил покрывало. Ублюдок. Но, по крайней мере, это решило проблему с одеждой, и Питер побежал в ванную, чтобы, наконец, накинуть свой костюм, а затем выбежал из храма так быстро, как только позволяли ноги. У Человека-паука была встреча, и, чёрт возьми, он не собирался опаздывать.

***

Человек-паук и Доктор Стрэндж сидели друг напротив друга в дискретном офисе S.H.I.E.L.D. Встреча была созвана в связи с произошедшим накануне взрывом вагона поезда. Питер с ужасом слушал, как перечислялись погибшие и раненые, а его собственные действия подвергались сомнению высокопоставленным агентом со странным голосом и (очевидно) склонностью к ментоловым сигаретам. — Человек-паук, якобы обученный герой, который уже имел дело с высокоинтенсивными кризисами, связанными с захватом заложников, проявил лишь самое малое уважение к человеческой жизни. — Полиция Нью-Йорка была уведомлена... — начал было Питер, но был прерван. — Полиция Нью-Йорка должна была возглавить атаку, а не Человек-паук. Скруллы... — Никогда не делали ничего подобного раньше. В комнате воцарилась тишина, когда слова Стивена навалились на неё всей тяжестью. — Но они... — Нет, не делали. Скруллы никогда не проводили террористических атак такого уровня на Земле. У Человека-паука не было причин предупреждать кого-либо, кроме полиции Нью-Йорка, когда угрозы со стороны Скруллов в прошлом были гамма-уровня в худшем случае. — Доктор Стрэндж, мы проводим этот брифинг, чтобы гарантировать, что несчастный случай такого масштаба не постигнет невинных граждан снова. — Отлично, — процедил Стрэндж, и глаза Питера устремились на него сквозь маску, — Тогда давайте обеспечим это. Но не вините парня — он в этом не виноват. — Я думаю, что агент Рейнольдс пытался сказать... — вклинилась женщина-агент, её тон был успокаивающим, достаточно практичным, чтобы успокоить по крайней мере половину поднятых в комнате персон. Питер, однако, не слушал. Его взгляд был прикован к Стивену, который смотрел на агентку острыми, как кинжалы, глазами. Что... Сделал Питер, чтобы заслужить такую защиту? Доктор Стрэндж всегда был союзником Человека-паука, но он также был прагматиком до мозга костей. Это было далеко от его обычного характера, когда он поддерживал Человека-паука, особенно в том, что казалось полностью и явно его виной. И тут Стивен потер бороду, прислушиваясь, и Питер замер. Потому что Стивен не принял душ после их интимной близости, а значит он и не умывался... Что означало, что Питер всё ещё был на его лице, что Стрэндж всё ещё мог чувствовать его запах... Остаток встречи Питер провёл в нервном смятении, не в силах следить за ходом разговора дальше самого поверхностного смысла. Когда через час агенты встали и вышли, мальчишка всё ещё сидел на своем месте, сцепив руки на стуле. — Хэй? — Стивен обошел стол и положил тяжелую руку на плечо Питера, — Спайди? — он повторил ещё раз, когда тот только подпрыгнул от звука его голоса. — Да? — Паркер поднял голову и поймал взгляд Стивена через линзы своей маски. — Всё в порядке? — Я... — и нет. Всё было не в порядке. Укусил паук или нет, но человек никак не мог пройти путь от удовлетворённого и плачущего в постели мужчины до притворства, что через час он был не более чем коллегой. В этот момент всё казалось тяжелым и неподвижным, и Питер с трудом мог это выдержать. Но вместо того, чтобы поддаться огню, который горел у него под кожей, закричать, сорвать маску и выпустить всё наружу, Питер просто кивнул, опустив глаза на бороду Стивена. — Всё хорошо, — кивнул юноша. — Я в порядке.