Вдали от миров

«Мир и вправду полон опасностей, и в нём много тёмного, но много и прекрасного. Нет такого места, где любовь не была бы омрачена горем, но не становится ли она от этого только сильнее?» — Халдир, «Властелин колец», «Братство кольца» Дж.Р.Р. Толкин.

***

Стивен. Питер лежал в кровати мага, маленькие розовые губы разошлись, одеяло сбилось на талии, футболка задралась, обнажив полоску бледной кожи. Его руки были раскинуты, грудь поднималась и опускалась в такт дыханию. Откуда-то из глубины души Стивен почувствовал, как тепло распространяется от его нутра к конечностям. — Невежливо пялиться на людей, знаешь? — сказал Питер через несколько мгновений, когда внимание Стрэнджа к мальчику ослабло, а звуки сна начали расслаблять его. — Мои извинения, — мужчина убрал руку, чтобы сгладить локон со лба Паркера, — Я не мог удержаться. Питер хмыкнул, схватил запястье Стивена и притянул его к себе для поцелуя. — Ты мог бы просто разбудить меня, — сказал мальчишка, а их губы разомкнулись сразу после того, как язык Питера скользнул по нижней губе мага. — Ты выглядел спокойным, — и они снова погрузились в поцелуй, — Кроме того, разве нас не учили не прикасаться к искусству? Смех Питера был тёплым порывом воздуха на его губах. — Ты такой банальный, ты знаешь об этом? — Я понятия не имел, — после этого маленький чмок, — Пожалуйста, продолжай что-то рассказывать мне. Стивен почувствовал, как Питер хихикнул, прижавшись грудью. Прошла ещё неделя с тех пор, как Питер впервые вернулся в Санктум. Его лечебный фактор разрушил то, на что ушли бы месяцы, позволив юноше почти полностью восстановиться за нечеловечески короткий срок. Они поцеловались на мгновение, губы были нежными и мягкими, прежде чем Питер отстранился, его тёмно-карие глаза зажглись янтарем в полуденном свете. — Мы пролежим в кровати весь день, если будем продолжать в том же духе, — пробормотал Паркер, и в его ухмылке было не мало вызова. К счастью для них обоих, у мальчика оказалось больше силы воли, чем у Стрэнджа. Он перекинул ноги через край кровати и встал одним быстрым движением, что было невозможно ещё неделю назад. Он быстро и тщательно привёл себя в порядок, и как только причесался и почистил зубы, они отправились в путь. Сначала они направились в больницу, всё ещё переполненную жертвами нападения. Когда они проходили по ортопедическому отделению, в стерильном пространстве коридора раздавались звуки разговоров родственников. — Питер! — воскликнула Шанай, когда мальчишка зашёл. Паркер сделал несколько торопливых шагов к кровати и обнял Шанай, казалось, до костей. Девушка завизжала от восторга. — О Боже, — она вытерла уголок глаза, когда Питер через некоторое время отстранился, — Я думала... Если бы твой парень не заглянул ко мне, я бы подумала, что ты умер. Когда Стивен подошёл к кровати, Питер бросил на него взгляд через плечо. Его глаза были яркими, пытливыми. Маг не ответил, вместо этого он поставил букет жёлтых роз на столик рядом с кроватью Шанай. — Как ты себя чувствуешь? — девушка протянула маленькую руку, кончиками пальцев повернула челюсть Питера, ища шрамы, — Он сказал мне, что ты тоже был в больнице. Питер, как всегда крайне нежно, взял руку Шанай в свою. — Я в порядке, Нэй. Это ты всё ещё в больнице. — Пфф, — отдёрнула она руку, отмахиваясь от Паркера, — Они дали мне столько обезболивающих, что я едва чувствую своё лицо. Врачи говорят, что меня выпишут в ближайшие несколько дней. Стоя позади кровати, Стивен мог видеть гипс, покрывавший большую часть ноги Шанай. Он был покрыт яркими цветными словами поддержки, счастливыми сердечками и рисунками. Шанай очень любили, если судить по гипсу, комнате, полной воздушных шаров, и куче цветов на подоконнике. Стрэндж мог понять, почему; даже на больничной койке она продолжала яростно опекать Питера, когда он навещал её. — Ты убедился, что он выбрался, верно? — её слова были невнятными, а волосы рассыпались по голове в виде гнезда из неровных светлых локонов. — Конечно. Её слова прозвучали как вздох. — С ним всё в порядке? — Он... — сожаление и стыд когтями вырывались откуда-то из глубины души мужчины, — Он в больнице. Здесь. Хотя с каждым днём ему становится всё лучше. — Ты постарайся, чтобы он поскорее приехал ко мне, слышишь? Стивен покачал головой, и она показалась ему тяжелой. — Я сделаю это, мисс Стейси. — Нет, — её глаза были полуприкрыты, но не менее пронзительны, — Ты обещаешь мне. Обещай, что он скоро навестит меня. — Я, — Стрэндж вдохнул и выдохнул, — Я обещаю. — Могу я подписать твой гипс? — спросил Питер, его голос прорезал воспоминания, как колокол. — Да-да, у меня есть несколько маркеров на столе, — кивнула Шанай в сторону кучи, и Стивен взял их, протянув Питеру. Питер выбрал красный и написал большими буквами пожелание Шанай поскорее выздороветь. Они проговорили ещё час, их голоса были лёгкими и счастливыми — освежающий бальзам для утомленных миром ушей Стивена. Это были тяжёлые несколько недель, и каждая клеточка в нём пела от освежающего смеха тех, кто был намного моложе его. — О, — Питер посмотрел на часы на стене, — Уже почти два. Я... — его глаза снова нашли Стивена, который сидел на диване в другом конце комнаты, — Мне нужно ещё кое с кем встретиться. Шанай закатила глаза. — Думаю, ты свободен, — доложила девушка, а Питер захихикал. Он наклонился вперёд, сидя на кровати, и ещё раз обнял Шанай, прежде чем встать. — Я скоро вернусь, хорошо? Напиши мне, когда они планируют тебя выписать. — Хорошо, мам, — её тон был игривым. Стивен забрал свою куртку и сунул телефон в карман, присоединившись к Питеру у изножья кровати. Он жестом велел Питеру идти впереди него, и как раз когда он поворачивался, чтобы закрыть за собой дверь, а Питер ждал в коридоре, голос Шанай позвал его за собой. — Спасибо, — аромат роз смешался с запахом алкоголя, чистящего средства, масла какао, которое Шанай держала у кровати. Слова Стивена застряли у него в горле, и он проглотил их. — Спасибо. За то, что позаботились о нём. Стрэндж замешкался на мгновение, окунувшись в тяжёлый аромат комнаты и дыша в ритме тикающих часов. — Всегда заботитесь, — Шанай улыбнулась.

***

Питер попросил разрешения увидеться с Пеппер и Морган. Это была одна из первых вещей, которую он попросил сделать, когда его мысли стали более связными, более цельными. Стивену было трудно отказать Питеру, особенно в том состоянии, в котором он находился. Но когда мужчина связался с Пеппер под предлогом проведать Морган, он не получил ответа. До того утра. — Она идёт на поправку, —Стивен просмотрел снимки компьютерной томографии на голограмме перед ним. Одним движением пальца он переключился на её лабораторию, в то время как на заднем плане девушка издала громкий восхищенный смех. Он услышал, как Питер прошептал что-то очень серьёзным тоном, и Морган рассмеялась ещё сильнее. В медицинском отделении комплекса было прохладнее, чем в больнице. Белый свет флуоресцентных ламп, расположенных ниже уровня земли, придавал детской игровой комнате туманное, неземное сияние. Питер взял на себя труд вывалить корзину с чучелами животных в одном углу, устроив то, что выглядело как вариация на тему игры «Покемон». Что бы он ни придумал, Морган жила ради этого, давая Стивену и Пеппер время, необходимое для обсуждения её прогноза. — Правда? — Пеппер была намного бледнее, её кожа была натянута тонко и плотно на высоких скулах, — Вы уверены? — Определённо. Количество лейкоцитов стабилизировалось, а небольшое внутричерепное кровоизлияние перестало расширяться неделю назад. Головных болей нет, верно? Пеппер покачала головой. — Насколько я могу судить, нет. — Хорошо, — Стивен кивнул, прокручивая список результатов анализов, — И её креатинин вернулся к норме. Лактата нет с первых трёх дней. Она замечательная, правда. — Господи, — Пеппер прижала ладонь ко лбу, опустив глаза вниз, выдохнув. Когда Поттс подняла голову, Стивен проследил за её взглядом. Питер внимательно слушал, как Морган объясняет новые правила их игры, мудрено кивая после каждого предложения. — Знаешь, я думаю, Тони бы очень понравился этот парень, — Стивен кивнул в сторону Питера, — Мелкий, конечно. Это вызвало усмешку у Пеппер. — Кто он? — Эм... — Стивен помрачнел. Играя с Морган, в окружении плюшевых животных, Питер выглядел молодым; непростительно юным, — Он... Друг. — Друг или друг? Маг глубоко вздохнул. — Мы встречаемся уже некоторое время... Рот Пеппер открылся, но её глаза блестели... Чем-то. Что-то такое, чего он не видел у неё уже очень давно. — Ты не такой, — сказала она с удивлением в голосе, — О Боже! — прошла секунда сердечного напряжения, прежде чем смех сорвался с её губ. — Я... — Сколько ему лет? — Ему... Почти двадцать два. — Ах ты, собака! — она игриво шлёпнула его по бицепсу, — Я не могу в это поверить! Что... Как... — Свидание вслепую. — О, Боже! Стивен! — Поттс положила руку на плечо Стрэнджа, — Эй, это хорошо. Когда ты в последний раз встречался с кем-то? Он выдохнул через нос, когда Морган бросила в голову Питера зелёную игрушку. Мальчик резко упал, как будто в него выстрелили. — Это было очень давно. Это было не то, что он делал часто, когда поэтично говорил о другом человеке. Вместо того чтобы рассказать о Питере, да и вообще обо всех хороших вещах, связанных с ним (а их было немало: как загорались его глаза, когда плащ делал что-то особенно озорное, мягкий тон его голоса, когда он был сонным, россыпь веснушек в форме сердца на верхней части правого бедра), Стивен лишь подытожил: — Загляни в его личное дело. Компании «Старк Индастриз» не помешала бы помощь Питера Паркера. Пеппер сжала его плечо. — Хорошо. Я так и сделаю. Морган и Питер поиграли ещё немного, и Стивен в последний раз перепроверил карту Морган за чашкой кофе. Пеппер послушно сидела рядом с ним, задавая вопросы о своей дочери и о мальчике на полу рядом с ней. Когда где-то часы пробили час, Пеппер повернулась к магу. — Останешься на ужин? — спросила она, вставая и собирая кружки. Стивен наблюдал, как Питер начал собирать игрушки животных, Морган последовала его примеру. — В следующий раз. — О, — она посмотрела на Паркера, — Вечер свиданий? — Что-то вроде этого. — Что ж, — пожала она плечами, — Приходите поскорее, хорошо? Может быть, я возьму интервью у твоего парня, пока ты осмотришь Морган. Смеясь, Стивен встал, закрывая голограммы перед ними. — Конечно; договорились. Некоторое время спустя, после того как солнце зашло за горизонт расплавленным оранжевым цветом, а в воздухе повеяло сентябрьской прохладой, Питер возился с ключом, чтобы открыть дверь своей квартиры. Стивен стоял позади него, держа в одной руке пакет с одеждой и туалетными принадлежностями Питера, а в другой — внушительную порцию китайской еды. — Ну вот и всё, — проворчал Питер, его плечи расслабились, когда дверь со скрипом открылась, — Извини, — он обернулся к Стивену, и его брови были плотно сжаты, — Это... Это не очень большая и просторная квартира. Заглянув через плечо Паркера (что было несложно, учитывая, что паук был заметно ниже его ростом), Стивен осмотрел комнату. Кровать. Стол. Паутина в углах и жалюзи без планок. — Сколько ты платишь за неё? — Стрэндж постарался, чтобы вопрос прозвучал мягко. — Н-не много, — и, несмотря на осторожность в выражениях, лицо Питера всё равно стало ярко-красным. — Хм, — маг последовал за Питером в комнату, закрыв за собой дверь. В воздухе висели мотыльки пыли, а кровать осталась неубранной с тех пор, как Питер в последний раз покидал квартиру. Он поставил еду на стол, пока Питер распаковывал свои вещи, отправив большую часть одежды в корзину для белья. Он аккуратно распаковал несколько книг, которые украл из библиотеки Стивена, и с благоговением положил их на пыльный стол. Здесь были книги о заклинаниях, а также о зельях, звёздах и магии природы. Питер, казалось, хотел знать всё это, и что ж — Стивен хотел дать ему это. — Тарелки? — спросил Стивен, расставляя коробки с едой на маленьком круглом столике в центре комнаты. — В одном из двух шкафов, — усмехнулся Питер, подходя и открывая ближайший к Стивену шкаф. И когда Питер достал тарелки, маг украдкой поцеловал губы мальчика. Теперь они были менее потрескавшимися, более полными, чем после больницы. — Ммм, — усмехнулся Питер в поцелуе. Что-то... Горячее и желанное бурлило в глубине души Стивена. Он вспомнил, когда он чувствовал это в последний раз — на свидании с Кристиной, её бледная спина была обнажена, в то время как остальная часть её тела плавала в океане сапфирового шёлка. Но на Питере не было платья, только слишком свободные джинсы и безразмерная рубашка — и всё же... И всё же. Питер поставил тарелки на стол, не сводя глаз с лица Стивена. Казалось, он заметил перемену в настроении мужчины (проницательный, как всегда) и направился обратно к кровати. — Я... — Питер снова покраснел, когда Стивен двинулся следом за ним. Он остановился в нескольких шагах от Питера и посмотрел на него сверху вниз, — Не думаю, что я сейчас очень голоден, сэр. По позвоночнику Стивена поползла потребность: отчаянная, бесполезная потребность. Он ещё не позволял себе овладеть мальчиком — пока не позволял, но по мере того, как Питер крепчал и поправлялся после нападения, росла и похоть Стивена. Когда в тот день Питер умолял взять его, сделать его своим, Стрэнджу потребовалась каждая клетка его тела, чтобы не сложить мальчика пополам и не войти в него. Делать Питера своим снова и снова, пока он не зарыдает под ним. Нет, если он собирался забрать Питера, он собирался сделать это... Правильно. Что бы это ни значило для них. Мужчина сделал ещё один шаг вперед, взял подбородок Питера и наклонился к нему. — Тогда чего же ты хочешь, Питер? Наполовину ожидая увидеть покрасневшую девственницу, Стивен был слегка удивлен, когда Питер расправил плечи, посмотрел ему в глаза и ответил: — Тебя. Во мне. Стивен просто смотрел на мальчика с непроницаемым, как он надеялся, выражением лица, думая о любви, сексе и плоти, прежде чем Питер заговорил снова. — Ты можешь сделать это для меня, верно? Потому что это то, чего я хочу. Мне уже лучше, и я... — мальчишка сделал паузу, чтобы перевести дыхание, — Я чувствую, что схожу с ума, как сильно я этого хотел. Хотел тебя. Рука Питера деликатно опустилась на бедро Стивена, затем медленным движением поднялась вверх. Её путь закончился у петли ремня, которую Паркер зацепил, чтобы притянуть мага ближе. — Ты ведь тоже хотел меня, верно? — Питер, — волосы на затылке встали дыбом, и даже не будучи прикоснувшимся, Стивен чувствовал себя как под напряжением, — Ты даже не представляешь, как сильно я хочу тебя. — Тогда покажи мне. Пожалуйста. Я не... Я не голоден. Мне не больно. Я не хочу сейчас ничего другого, кроме тебя, — юноша лукаво улыбнулся, и Стивен не смог удержаться, чтобы не провести подушечкой большого пальца по бледно-розовой нижней губе, — Вы хотите, чтобы я умолял, сэр? — Ты... — Питер высунул язык и провёл по большому пальцу Стивена, прежде чем втянуть его в рот и игриво пососать, закатив глаза, — Боже, ты такой красивый. Маг позволил своему большому пальцу выскользнуть из губ Питера, согнувшись в талии, чтобы заменить его своим собственным поцелуем. Мальчик счастливо мурлыкал в ответ, обе его руки подобрались к лицу Стивена и притянули его к себе. Он притянул его в поцелуй с такой силой, что Стивен потерял равновесие и пошатнулся вперёд, приземлившись с «Уф» на Питера. — О Боже, мне так жаль! Я... Я иногда забываю... — Стрэндж прервал его поцелуем. — Тише, — прошептал мужчина. Им потребовалась минута, чтобы устроиться на кровати; Стивен лежал сверху на Питере, а голова Питера лежала на подушках. Мальчик не спеша спустил руки вниз по брюкам Стивена и, ухватившись за его задницу, толкнул Стивена на себя. Их пахи встретились во всплеске жара, и там, где их рты соединились в страстном поцелуе, оба застонали от ощущений. — Блять, — задыхался Питер, разминая свой уже твёрдый член и прижимаясь к Стивену, — Блять, как же это приятно. — Сможешь ли ты продержаться для меня? — мужчина не мог удержаться от поддразнивания, которое завладело его голосом, не тогда, когда Питер уже так возбудился под ним от небольшого скрежета. — Ммм... — Питер сладко заскулил; музыка для ушей Стивена, когда их языки встретились. Это было почти мило, насколько нуждающимся и отчаянным становился мальчик под ним. Внезапно Стивен отстранился от поцелуя, Питер заволновался буквально на одно мгновение и уже хотел вскочить, прежде чем мужчина мягко положил руку ему на грудь, побуждая его вернуться на матрас. — Я хочу кое-что попробовать. Ты помнишь свои цвета, Питер? Мальчишка кивнул головой. — Да. — Хорошо. А какого цвета ты сейчас? — Зелёный, — юноша кивнул сильнее. Его глаза уже переходили в то остекленевшее место, которое Стивен знал как подпространство мальчика. Он нежно провёл рукой по его кудрям. — Хороший мальчик. Скажи мне, если тебе что-то не понравится, хорошо? — и когда Питер наконец пробормотал «Да», Стивен взял два пальца, просунул их мимо губ Питера в его рот. С удивлённым возгласом Паркер закатил глаза, что можно было описать только как выражение чистого блаженства. Он втянул пальцы в рот до упора, облизывая их языком. Стивен наблюдал, как розовые губы мальчика работают вокруг них, и по его руке пробежала мелкая дрожь, когда мальчишка провёл языком по шрамам. Когда Стрэндж развёл пальцы, Питер застонал и стал вводить и выводить их изо рта, пока из уголка его губ не потекла маленькая струйка слюны. — Тебе нравится, когда у тебя во рту что-то есть? — голос мага оставался лёгким и ровным, несмотря на открывшееся перед ним зрелище. Питер с энтузиазмом покачал головой. — Я бы с удовольствием оставил тебя в таком состоянии, — Стивен позволил другой руке блуждать по груди Питера, по его прессу под рубашкой, к месту, где натянуты джинсы; он обхватил мальчика и почувствовал, как его член подёргивается даже сквозь ткань, — Но, боюсь, я нетерпеливый человек. Не хочешь ли ты взять в рот что-нибудь другое? Не давая Паркеру возможности ответить, Стрэндж убрал пальцы, пока длинная нить слюны соединяла их. Кровь запульсировала ещё жарче, когда Питер, полузакрыв глаза и опьяненный похотью, на долю секунды устремился за его пальцами. — Д-да, сэр, — усмехнулся он. Питер не спеша выпутался из рубашки, брюк и нижнего белья, выставив на обозрение Стивена всё своё стройное тело. Маг едва успел оценить великолепный разрез его тела, как молодой человек потянулся вперёд. Его руки были нежными, но твёрдыми, когда он потянул Стивена вверх за подол рубашки, пока тот не понял намёк. Он стянул рубашку с благодарным вздохом Питера. Его глаза блестели в белом освещении квартиры, и в этот момент они казались янтарными, тёплыми и манящими, с искоркой... Чего-то. В этот момент ноги Питера обхватили талию Стивена, и мальчик, демонстрируя сверхчеловеческую силу, перевернул их. У Стивена вырвался хрип, когда он ударился спиной о кровать, и Питер — маленький чертёнок — заполз на него сверху. — Я бы хотел, — ухмыльнулся он, по-кошачьи завлекательно, — Например, что-нибудь ещё в рот. Сэр. Он был близко к Стивену, так близко, что его горячее дыхание обдавало губы обоих. На щеках самого Питера был яркий цвет, яркий и вкусный, как вишня. Когда он прошёлся по телу мага, демонстрируя себя во всей красе, Стивен не смог сдержать второй стон, вырвавшийся у него. Питер сделал паузу, глядя вверх из-под ресниц. — Хм... — мальчишка дышал на участок кожи чуть выше пояса Стивена, — Так нормально? — Паркер прикусил губу, на его тонких чертах лица появилось милейшее выражение нетерпения и застенчивости. — Питер, — Стрэндж потянулся вниз, сначала провёл пальцами по кудрям мальчика, а затем, медленно, запустил пальцы в короткие волосы на затылке, что Питер аж застонал, — У тебя так хорошо получается. Это, казалось, вселило в мальчика уверенность. Более твёрдыми руками Питер взялся за пряжку ремня брюк Стивена. Она зазвенела от движения, и прежде чем Паркер расстегнул пуговицу и молнию, он погладил выпуклую поверхность перед собой. — Я... Могу?.. Боже, если Питер продолжит в том же духе, Стивен долго не протянет. — Да, дорогой, — он почувствовал, как его собственный голос вырывается из горла, — Давай. Пальцы юноши были быстрыми и ловкими, когда он вынул Стивена из брюк и снял их. Кончики пальцев были прохладными, в то время как маг чувствовал, что он горит от желания — от потребности, чтобы к нему прикасались. — Ты... — начал Стивен, вопрос о том, брал ли мальчик когда-либо в рот, заглох на его языке, когда мальчик проглотил его член наполовину. Маленькая рука обхватила основание, удерживая его, пока мальчишка медленно выводил длину обратно из меж губ. — Что, сэр? — и конечно же, конечно, мальчик знал, о чём тот хотел спросить; но разве дразнить Стивена не лучше? От нехарактерной для мальчика грубости и самоуверенности член мага дёрнулся. Боже, ему нравилось видеть Питера таким. Таким беззаботным, таким свободным в плечах, с небрежной ухмылкой и мягкими глазами. Стрэндж крепче вцепился в волосы мальчика, его охватил жаркий прилив похоти и привязанности. Когда Питер открыл рот, чтобы застонать, он снова прижал мальчика к себе. Питер застонал только громче. Ему было легко водить Питером вверх и вниз по стволу своего члена. Губы были мечтой о податливости; мягкие, счастливые вибрации посылались прямо в сердцевину Стивена. Он хотел взять, как просил Питер, и он... Он взял. Наконец, их время пришло. Изо рта Питера потекла слюна. Мальчик работал вниз и вверх, прокладывая щекочущий путь. Немного рыча, Стивен схватил Паркера ещё сильнее, позволяя себе более эффективно трахать рот Питера. — Ох... — вздохнул Стрэндж. Мальчик был воплощением мечты. Его язык делал восьмёрки на нижней стороне его члена, заставляя толчки Стрэнджа замирать. Как только мальчишка почувствовал головокружение, он отстранился и тут же снова погрузился. Это было почти нападение, так быстро и голодно мальчик ворвался в него. Мозг Стивена едва успевал осознавать, что мальчик пожирает его, причём с энтузиазмом, который не соответствовал его неопытности. — Питер... — грудь Стивена поднималась и опускалась. Он чувствовал, как пылает его лицо. Ему казалось, что он горит, особенно когда он посмотрел вниз, а мальчик тёрся о простыни. В его мозгу проплывали мысли о том, как совершенен Питер, как... О боже, он был очень, очень хорош в этом. Внезапно Паркер отпрянул назад. Он зарылся лицом в бедро Стивена и заскулил. — Питер, — задыхаясь, Стивен потянулся вниз, взял подбородок мальчика и заставил их глаза встретиться. Глаза мальчишки были остекленевшими, из уголков вытекло несколько слезинок. — Я... Я сожалею, сэр, — его голос был как у ребёнка, мягким. Стивен приподнялся на свободном предплечье. — Цвет? — О! Оу, — Питер вздохнул, — Зелёный. Очень зелёный, но... — Питер подтянулся и сел обратно на стул, — Мне просто... Мне очень, очень понравилось это делать, — на пледе Питера было небольшое мокрое пятно, а его собственный пах блестел слабым белым блеском, однако его член уже начал снова становиться твёрдым, несмотря на то, что с головки всё ещё капала сперма. — Ты... — Стивен чуть не задохнулся. Это была... Одна из самых горячих вещей, которые он когда-либо видел, и его член страстно желал оказаться глубоко внутри Питера. — Я чувствительный, — сам закончил Питер, подползая к телу мужчины, как кошка. — Ммм, — маг принял мягкий поцелуй, — Ты хочешь продолжать? — спросил он, даже если его мозг кричал в знак протеста. — Пожалуйста, — захныкал Паркер, — Пожалуйста. Пожалуйста, это всё, о чём я мог думать, всё, чего я хотел, — он облокотился на бёдра Стивена, прямо над его пупком, и нет-нет, мальчик не был достаточно близко. Питер был настоящим, он был таким тёплым, настоящим и желанным, и Стивену нужно было, чтобы он был ближе. Маг обхватил бёдра Питера и приподнял мальчика, пока его узкие бёдра не оказались перед его лицом. — Аккуратнее, — пробормотал Питер и, перебирая ногами по очереди, зацепил и закинул икры на плечи Стрэнджа, продолжая сидеть на нём. Он лежал поперёк его груди, а сперма всё ещё была слегка влажной и слегка липкой. Именно поэтому — потому что мальчик был таким мокрым, таким грязным — Стивен наклонился вперёд и слизал сперму. Из Питера вырвался прерывистый звук. — С-сэр! — голова Паркера упала назад, глаза закатились. — Чёрт возьми, да... Это... — мальчик прервал себя со вздохом, когда маг провёл языком по нижнему основанию его члена. — Что? — Стивену было очень, очень интересно то, что мальчик решил не говорить. Сверху на нём Питер был самого яркого оттенка красного цвета, который он когда-либо видел. Тем не менее, его соски были упругими и твёрдыми, а с его члена капала непристойная смесь молочной спермы и прозрачных выделений. — Ничего, — задыхался он, наклоняясь вперёд навстречу языку мужчины. — Хм, — фыркнул Стивен, — Мы обязательно к этому вернёмся. Член Питера подрагивал, и Стрэндж солгал бы, если бы сказал, что не испытывает такого же между ног. Его мышцы были напряжены, всё тело было в предвкушении, когда самый красивый парень, которого он когда-либо видел, сидел перед ним твёрдый и желанный. — Ты всегда хотел, чтобы тебя трахал мужчина постарше? — сказав это, Стивен начал чувствовать себя слегка виноватым за непреднамеренно заданный вопрос. Слегка отвлекаясь, его рука проследовала вверх по животу Питера, от мышц пресса до соска, который он резко сжал. Питер издал красивейшее хныканье. — М-может быть? Я не... Да! Я думаю? — Это был Тони? Ты хотел, чтобы твой наставник использовал тебя как любовника? — его рука на груди Питера превратилась в захват, в который он впился ногтями. Пока он говорил, его вторая рука переместилась на ягодицу Питера. Он разминал её. — Ах... — Теперь, когда его здесь нет, я... Должен быть вместо него? — О-о-о, — глаза Питера открылись, и что-то изменилось, — Жёлтый. Прости, жёлтый. Тут же руки Стивена ослабли, а движения превратились в ласку. — Прости меня, дорогой. — Нет, это... — и Питер, его глаза мерцали, грустно улыбнулся Стивену, — Я не знаю, готов ли я... Говорить об этом. Пока. И сэр... Стивен, — он наклонился вперёд, быстро и грациозно, его губы захватили губы мужчины в поцелуе, — Я здесь не потому, что я хочу Тони. Я здесь... Потому что я хочу тебя. Ты мне очень нравишься. Необъяснимо, но Стрэндж почувствовал, как за рёбрами появилось что-то похожее на облегчение. Ох. Неужели он?.. Он не хотел... И всё же... Питер, казалось, почувствовал мысли, проносящиеся в голове Стивена, потому что он замедлил свой поцелуй, пока это не стало просто медленным скольжением языков. — Всё нормально? — спросил он тем же застенчивым, но не менее непоколебимым голосом. — Всё... — Стивен поднял глаза на Питера и обхватил мальчика руками, — Всё прекрасно, Питер. — Хм, — улыбнулся мальчишка в поцелуе. Руки мага скользнули вниз по позвоночнику Паркера, и очень скоро юноша снова лежал на спине; его колени были согнуты и прижаты к груди. На лбу у него выступили капельки пота, а под одной из рук Стивена, которая поддерживала его ногу, он почувствовал, как дрожат его же мышцы. — Ахх... — Питер застонал, когда Стивен ввёл в него третий палец. — Тебе хорошо, Питер? — Стивен говорил себе под нос. Может быть, маленький паучок услышал его, а может быть, и нет. Это не имело значения. Питер делал всё хорошо, он прекрасно растягивался вокруг него. Расслабленный, податливый, но такой отзывчивый. Он был совершенен, как картина. Когда Стивен, наконец, вошёл в Питера, в воздухе витал запах смазки. — С-сэр... — задыхался мальчик. Его позвоночник выгнулся на кровати, навстречу проникновению Стрэнджа. — Чёрт, — услышал маг свой собственный стон. Одна из его рук переместилась вверх, и снова его пальцы оказались во рту Паркера, — Посмотри на себя. Что бы Питер ни пытался сказать, его заглушали пальцы Стивена. Ну, это уж точно не поможет. Двумя пальцами Стивен зацепил язык Питера и потянул вниз, пока рот мальчика не открылся. Из уголка его губ потекла небольшая струйка слюны. — Я хочу услышать тебя, Питер. Выпусти это наружу. И он выпустил. Боже, мальчик был таким тугим, таким мягким, и по мере того, как Стивен увеличивал темп своих толчков, крики мальчика становились всё громче и громче. И хотя Питер чувствовал себя потрясающе — а он чувствовал, о боже, он чувствовал — он выглядел неземным. Его распущенные кудри, напряжённые идеальные мышцы, изгиб твердеющего члена; он был похож на воплощенного Адониса. И Стивен хотел его. Всего его. — О Боже, сэр! Стивен! — взмолился Питер. Рука Стивена переместилась со рта Питера на его горло, и он быстро спросил «Зелёный?» между толчками. Питер с энтузиазмом кивнул, и с каждым толчком в мальчика его рука всё крепче сжималась. Что-то тёмное и собственническое задавалось вопросом, как сильно он может зайти, как далеко он может продвинуть способности маленького паучка, но это... Это был эксперимент на другой день. — Стивен, — Паркер прошептал его имя в подушку влажными губами, — Пожалуйста, пожалуйста... — и его крики становились всё более умоляющими, когда мужчина наклонился вперёд, зарываясь лицом в плечо мальчишки. Там он чувствовал запах геля для душа и кожи мальчика. — Чёрт, — и маг сильно прикусил мягкую плоть, заставив Питера вскрикнуть. Руки юноши переместились на спину Стрэнджа, а ногти впились и жестоко царапали. На утро обязательно проявятся следы, но Стивен не отстранился. Его удерживали лодыжки Питера, зафиксированные у основания позвоночника, и его бедра, которые скрепляли его на месте. — Питер... — он задыхался, вбиваясь в него, выбивая хныканье из своего мальчика, как будто оно было необходимо ему, чтобы дышать, — Я... — Д-да, — прошептал Питер, его губы и зубы прочертили дорожку синяков на шее Стивена, — Пожалуйста. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, я хочу чувствовать тебя. Хочу а-а! Хочу почувствовать, как ты заполняешь меня... И кто мог бы ответить «нет»? Ещё один, два, три толчка, и Стивен кончил в Питера под звуки криков и слов, потерянных в спальне. Рука мальчика пролетела между ними, и лишь несколько секунд спустя маг, потерявший счёт времени от нахлынувшего оргазма, почувствовал, как Питер кончил между их телами в третий раз. И затем, как и в случае с каждой встречей искр — каждым взрывом — наступила тишина. Их груди встретились, когда они втягивали воздух, но в остальном в комнате царила тишина. Где-то в стенах грохотала труба. Залаяла собака. Их сердца бились вместе. — С-Стивен? — тот поднял голову и посмотрел на мальчика, который убирал потную челку со лба мага. — Ммм? — это был самый красноречивый ответ. Питер, туманноглазый и розовощёкий, хихикнул. — Привет. — Сам привет, — и мальчик щёлкнул его по щеке. — Ты собираешься слезть с меня в ближайшее время? Стивен закатил глаза. — Такой требовательный, — маг перекатился на бок, шатко балансируя на краю двухместной кровати Питера, — Избалованный ребёнок. Питер наклонился и чмокнул мужчину в лоб. — Твой. Уборка заняла несколько минут. Презерватив был выброшен, а Питер отправился в ванную, где струя воды полилась совершенно тёплая, несмотря на то, что её нужно было ждать в этом доме пять минут. — О Боже, — задохнулся Питер, когда Стивен повернулся. Он почувствоал, как рука мальчика прошлась по его спине, — Мне... Очень, очень жаль. Боже мой, похоже, я тебя избил. Действительно, полосы на спине жалили. — Я бы не беспокоился об этом, — ответил маг. Питер бросил на него небольшой взгляд, прежде чем подняться с кровати и надеть рубашку Стивена. И, конечно, даже с растрепанными волосами и потным телом Питер выглядел просто потрясающе. Пока Стивен определённо не смотрел, Питер опустился на один из шатких обеденных стульев, придвинув к себе коробку с едой на вынос. — Я голоден. — Я думал, ты сказал, что не голоден? — но Стрэндж тоже сел и придвинул к себе свою коробку. Питер поднял бровь. — Я нагулял аппетит. — А, — если что и было характерно для Стивена Стрэнджа, так это то, что он никогда не краснел. — Итак, — сказал маг через мгновение, как только почувствовал, что его мозг снова работает. Питер уже съел половину своей упаковки лапши и тянулся к брокколи Стивена. — И что? — Итак, у нас очередной брифинг по поводу нападения Скруллов семью Старков. Тёмное облако, казалось, прошло над Питером. — Я так и думал. — Ты не... — мужчина вздохнул, — Я могу сделать так, чтобы тебе не пришлось идти. Я могу прикрыть тебя. — Нет, — покачал головой Питер, — Я хочу пойти. Стивен почувствовал, как протест поднимается в его горле. Он хотел уберечь мальчика, даже если это означало уберечь его от последствий их образа жизни. Но он... Питер не позволил ему. В конце концов, мальчишка был не таким. Паркер был упрямым, самоотверженным и таким, таким храбрым. Не существовало мира, в котором Питер не сделал бы правильный выбор. Поэтому, вместо того чтобы спорить, Стивен протянул руку вперёд и наковырял долю лапши Питера. — Я думаю... — и он приготовился к следующей части своего предложения. Когда он встретился с глазами юноши, они, как всегда, были проницательными. Боже, мальчик мог это почувствовать, не так ли? — Я думаю, что, возможно, нашёл способ восстановить память твоих друзей. Питер замер выжидая. — Это будет сложно, и потребуется согласие с их стороны, прежде чем восстанавливать их память... Но... — он пожевал губу, — Я думаю, мы могли бы это сделать. — Мы? — Стивен услышал в его голосе надежду? — Да. Конечно, ты мне понадобишься. — Что если они... — Питер осторожно положил палочки на стол; он не был так далёк, как обычно, когда упоминались его друзья — в последнее время он не был таким — мальчик был сильным, сильнее, чем он сам себе приписывал, — Что, если они не хотят меня помнить? — Питер, — Стивен протянул руку за палочками для еды, — Они захотят. В ту первую ночь, когда ты оказался в моей постели? — Питер кивнул, и Стивен надеялся, что это воспоминание было таким же тёплым для Питера, как и для него. — Даже когда я не помнил тебя, я всё равно... Я всё равно видел тебя. Я всё ещё мог сказать, что ты был хорошим человеком, таким, который... — маг крепче сжал руку, — Такой, которого любой, особенно твои друзья, имел бы счастье знать. — Я не... — Паркер посмотрел в сторону, в угол своей маленькой квартиры, — Я не знаю... Готов ли я. Но... — он посмотрел назад, прямо в глаза Стивена, — Я не знаю, буду ли я когда-нибудь готов. Стивен кивнул. — Это очень справедливо. — Я думаю, хотя... Думаю, пока ты рядом, я готов попробовать, — маленькая улыбка, как первые лучи солнца, расцвела на лице Питера, — Я скучаю по ним и... Я действительно люблю их. Очень сильно. Посыл был понятен. Только тогда Стрэндж сказал мальчику через шаткий стол, что любит его. Это произойдет ещё не скоро — потому что Паркеру нужен был отдых. Его сердце нуждалось в отдыхе. Но Стивен подумал, пока они доедали еду, а Питер готовился ко сну, что своими поступками он уже сказал мальчишке, что любит его. И когда он наконец произнесёт эти слова, то будет казаться, что Пит слышит их в сотый раз. Ведь что такое любовь? Это были не столько слова, сколько чувство; чувство, разделённое между двумя людьми. Линия, которая связывала, даже когда жизнь была более пугающей, чем чёрный океан с сердитыми волнами. Любовь не была кораблем, она была буйком. Спасательной шлюпкой. Любовь — это всегда, всегда возвращаться за теми, кто вернётся за тобой. Любовь была призраками. Любовь была горем. Любовь была памятью. — Останешься на ночь? — спросил Питер, теперь уже в своей рубашке и шортах. От него пахло мятной зубной пастой и гелем для душа; а ещё запахом чистой постели. Он стоял перед Стивеном и смотрел на него такими большими карими глазами, что маг не мог надеяться сказать «Нет». — Я не знаю, как мы оба поместимся на этой твоей кровати, — Стивен кивнул на кровать, и Питер усмехнулся. — Тогда отвези меня к себе. Или тебе придется ждать, пока твой плащ заберёт нас? Стивен позволил усмешке покинуть его губы, когда прилив нежности к своему милому, умному мальчику омыл его. — Конечно, нет, — и ему потребовалась всего секунда, чтобы вызвать портал. Запах озона, а также старых книг, кожи и пыли наполнил квартиру Паркера. Мужчина наклонился и впился в губы мальчика поцелуем, на который тот ответил пылкостью. — После тебя, — прошептал он в поцелуе. Питер схватил Стивена за запястье и попятился назад. Он упал спиной вперёд сквозь потрескивающие искры портала и вернулся туда, где ему и место; туда, откуда всё это началось. Он приземлился на кровать Стрэнджа с тихим хлюпаньем, и Стивен последовал за ним. — Спасибо, — сказал Питер, и Стивен снова поцеловал его, — Спасибо. Конец.