Энжел III

      Они двигались по коридору, ломаные искажённые тени среди теней. Им пришлось пробиваться сюда с боем — все трое оказались с ног до головы забрызганы чем-то тёмным, полушубок Валентино, кажется, тлел, и уж точно распространял запах палёной шерсти. Босс нёс Вельвет на сгибе нижнего локтя, она рассеянно улыбалась и выглядела дезориентированной; Башка шёл сам и недовольно бухтел вполголоса, огоньки на антеннах жалобно мигали, а смазавшаяся роспись на тёмном экране едва заметно фосфоресцировала зеленоватым болотным свечением.       Я нахмурился, оглядев их, и пошире распахнул дверь. Не знаю, как Вокс, но остальные из тройки определённо ещё не оправились после нашей стычки. Не стоило и надеяться, что босс бросит их там и явится ко мне один.       Хаск увидел троицу и, зло рыкнув, шарахнулся в глубину помещения.       Валентино походя снёс ручку с внешней стороны двери и пропустил Вокса вперёд. Входя, тот неловко зацепился за наличник краем экрана и пошатнулся. Да он пьян в стельку! Босс, даже не глянув, протянул руку, чуть его подправив.       — Ах ты, переросток, каланча — достань воробушка! — Взвился, едва ворочая языком, Башка, чиркнув-таки экраном по косяку, и почти упал на меня.       — Соберись, Кувалда. — Буркнул я, поймав его, и с укором добавил, когда босс захлопнул дверь. — Папочка, тебе стоило взять меня с собой.       Тот досадливо отмахнулся:       — Плазму пригласили, не меня. Я лишь сопровождающий.       — Ты ж грёбаная дылда! Обзываешься! — Пьяно и замедленно оскорбился Телик.       Валентино проигнорировал его, оглядываясь по сторонам. Вельвет, никого не замечая, хихикала и разговаривала с воображаемыми друзьями, в несвязном щебете чётко прозвучало «applejack». Она в мире розовых пони, или это о выпивке? Не похоже, что она вообще отдаёт себе отчёт, где находится.       — Ты понял, что сообщение от меня?       — Когда мне не то пишут о поломке холодильника, не то приглашают потрахаться в задницу.… я почему-то сразу же думаю о тебе. — Обезоруживающе оскалился босс. Усадив Вельвет на ящики, он встряхнулся, и полушубок расправился в обычное длинное пальто с меховой оторочкой, скрыв фигуру. Вель уселась, чинно одёрнув подол нарядного платья, настолько пропитанного алкоголем, что стоило поднести спичку — и полыхнёт. Я запоздало заметил окровавленную «розочку» из ромовой бутылки в её руке.       — С каких пор тобой крутит какая-то девица? — С отставанием возмутился Башка.       — «Девица» спасла твою жопку орешком. И если я попрошу, прочистит тебе её по гланды не хуже меня. А я посмотрю.       Вэл был недоволен им, это сразу чувствовалось. Пока Вокс хлопал глазами, я с готовностью кивнул:       — Для тебя я использую что-нибудь повнушительнее калибром, детка. — И на пальцах поясняя каждое слово, ядовито уточнил: — Твой дымоход, мой шомпол — труба шатал!       Пока Вокс в полном оцепенении пытался сфокусироваться на мне, вернее милой кошечке со знакомо язвительным язычком, босс прищурился и пошло причмокнул:       — Можешь цеплять его, сколько хочешь на свой страх и риск. Это добавляет мне удовольствия!       — Ебанутые сластолюбцы! — Рявкнул, не сдержавшись, из своего угла Хаск. Валентино кинул на него быстрый взгляд и польщённо хмыкнул — такие оскорбления ему льстили и были милыми сердцу комплиментами.       — Я слышу голоса тех, кого здесь нет! — Параноидально завертел башкой Вокс. Вельвет, вторя ему, засмеялась громче. Башка вскинул руку характерным жестом, желая потереть глаза, и уперся в гладь экрана. Потрясённо помедлив, он бессмысленно поводил по нему, отнял руку и принялся рассматривать мазки краски на подушечках пальцев. Смех Вельвет захлебнулся, сменившись икотой.       — Что с ними? Только что на приёме вы были в порядке.       Вэл рассеянно пожал плечами. Он стал с виду более дружелюбным и разговорчивым, но вовсе не менее опасным:       — Что-то в выпивке? Газ? Я же не психопат-ученый.       — Башку-то почему торкнуло?       — Он минимум наполовину из плоти, да ещё девяносто процентов мозгов осталось в облаке, когда связь прервалась. Что бы там ни было, на меня тоже действует. Так же, как и обычно.       Я понял, о чём он, и недоверчиво округлил глаза. Он разговаривал медленнее и с оглядкой, но сохранял чёткость и ясность мысли, а вот кожа и правда была покрыта плёнкой пота.       Валентино со значением кивнул мне и отмахнулся. Яды, как и транквилизаторы, его не брали, быстро покидая тело с потом и прочими жидкостями, но реакция на них у него была… специфическая — и в других условиях я бы этим непременно воспользовался. Сейчас он и сам предпочёл бы трахаться до умопомрачения и кровавых мозолей, не стесняясь пускать в ход когти и зубы, чтобы пот застилал глаза, кровь текла рекой и каждая мышца просила пощады. Его аппетиты были мне прекрасно известны, но сложившаяся ситуация определённо не располагала к утехам.       — Тут вопрос в том, почему вы в порядке, детки.       Я вспомнил чёрный провал, глянувший на меня из зрачка официанта, поёжился и выдавил:       — Это связано с духами, я почти уверен. Ты и я повязаны с ними, и кто-то о нас позаботился. Тебе приносили бокал шампанского?       — Приносили. — Отрешённо согласился Валентино. Речь становилась всё более меланхоличной и сонно-задумчивой. Так он держал себя в кулаке. — Я не стал пить.       Да, стоило сообразить, это было его больным местом. Он всё ещё пристально смотрел на меня:       — Почему ты заподозрил неладное, но решился взять бокал у того официанта?       Я ответил на взгляд и беспомощно пожал плечами. Не существовало логичного объяснения.       — Кто-то смотрел на меня через его глаз.       Валентино кивнул. В таких вещах он во мне не сомневался, давно научившись доверять моей интуиции. Разговоры отвлекали его, а я был рад, что он говорит со мной, и не хотел молчать:       — Что там было? Мы ушли до начала шоу.       — Я двинулся на выход, как только получил сообщение, так что пропустил поднятие занавеса. Потом было много света и воплей, нас слегка снесло паникующей толпой. И кто-то большой и тёмный сошёл со сцены и гнал эту толпу перед собой.       Валентино должен был возвышаться над всеми, и наверняка оглянулся. Я сглотнул:       — Копьё?       Он отрицательно качнул головой. Хаск тем временем подошёл чуть ближе и уточнил с безопасного расстояния:       — Ты хочешь сказать, что там действительно разгуливает настоящий ангел?       — Откуда я могу знать, настоящий он или нет. — Не попытался скрыть раздражение Валентино. — Кексик, ты их видел. Узнал бы одного?       — Не знаю. — Смутился я. Как в таком можно было быть уверенным?       — Ты, блядь, видел ангелов?! — Поразился Хаск.       — Мне нечего было терять. И я подумал — гляну, вдруг они… красивые.       Бармен молча ударил себя пятерней по лбу. Я раздосадовано продолжил:       — …подумал, вдруг они так прекрасны, что я с радостью умру от их рук. Но они не прекрасны — по большей части. Вы чувствовали вселенский ужас?       Вокс, стоявший до этого в полузабытьи, выдал нечто похожее на синий экран смерти. Вельвет тихонечко навзрыд заплакала. Валентино подхватил её на руки, втянул под манто и нехотя кивнул. Мельком позавидовав девчонке, я пожал плечами:       — Похоже на ангела.       — Проверь, что там наверху. Только не вздумай ни к кому… прикасаться.       Я кивнул и, прикрыв глаза, раскинул тончайшую из своих сетей. В помещениях рядом не было никаких признаков жизни, а выше…       — Оно как чёрная дыра. Оно движется над нами и ищет.       — Почувствовало тебя?       — Не знаю. — Меня испугало то, как мало искорок осталось наверху, а ведь залы только что полнились народом. Но не стал об этом говорить — каждая жизнь давала нам время, увеличивая шансы на спасение.       Валентино огляделся и, явно недовольный отсутствием мягкой мебели, остался на месте.       — Леденчик, зря ты заявился сюда, не спросив разрешения. Не следовало сейчас отрываться от охраны и вообще выходить.       Я склонил голову и приподнял брови. Без убедительных обоснований никогда бы не послушался, и он это знал.       — Двухголовый. — Неохотно продолжил Валентино. — Он всё ещё хочет тебя. И меня. Вся эта шумиха снова привлекла его внимание.       Новости одна другой интереснее, но обдумывать эту информацию было некогда.       — Помнишь фильмец с двухглавой певичкой, которую ты выебал во все дыры, а она плакала и умоляла позволить полизать твою мороженку ещё немного? — Я коротко изобразил предупреждающий знак, напоминая о лишних ушах, но Валентино отмахнулся и продолжил, как ни в чём не бывало, — он воспринял это на свой счет.       Я пожал плечами — разве упомнишь каждую дурацкую сессию — но театрально поразился:       — Кто бы мог подумать! И с чего бы это!       — Это его очень уязвило. Он же такая чувствительная натура! Ты обхаживаешь этих кретинов по полной, и некоторые начинают думать, что на них свет клином сошёлся. — Валентино выдержал паузу, сверля меня взглядом мрачно светящихся глаз. — Даже забыв про сложившуюся здесь ситуацию… тебе следует быть осмотрительнее. Или хочешь снова угодить в его шапито?       Застонав, Вокс выдал на экран таблицу настройки, заморгал светодиодами и противно с переливами занудел разом на всех частотах.       — Ша! Там ангел разгуливает!       — Он нас выдаст!       — Если ты не вырубишь коннект, я вырублю тебя. — Предупреждающе прошипел мгновенно сориентировавшийся Валентино.       Башка, бессвязно матерясь, полез драться. Вэл упёр вытянутую руку в его экран и пару секунд снисходительно наблюдал, как тот размахивает конечностями. Когда карикатурная пантомима наскучила, он ловким движением запустил нижнюю руку под пиджак Телика и извлёк из внутреннего кармашка маленький лакированный пульт. Смешливо прищурился и нажал на кнопку. Значки окрасились красным и погасли, экран вырубился, а сам Вокс осел на землю. Приглушённо и визгливо засмеялась сквозь слёзы Вельвет. Я не поверил своим глазам и недоверчиво воскликнул:       — Божечки, у него всегда был выключатель?! Тебе стоило вырубать его хоть иногда!       Вельвет истерически всхлипнула из-за пазухи, Хаск оскалился и недоумённо покрутил когтем у виска.       — Я в чёртовой психлечебнице! — Не скрывая удовольствия, возвёл очи горе Валентино. Беззастенчиво отираясь вокруг него, я подхватил:       — Санитаром!       Обожал работать с ним в паре. Времена, когда мы вместе выходили на дело, были лучшими! Знание, что он возбуждён, лишало соображения, хотелось попробовать на вкус пот на его коже, и я нежно промурыкал, совсем позабыв о зрителях:       — Нет никого сексуальнее тебя!       Хаск привёл меня в сознание, яростно зарычав:       — Вы тут совсем ебанулись? Ты чистый стокгольмский синдром!       Валентино, потянувшийся было ко мне, отвлёкся и переключил внимание на него, сказав миролюбиво, но едко:       — Позволь нам решить эти дела между собой. Понимаю, что обломал тебе хороший трах, не злись, котёночек.       — Цирк уродов! — Зло выплюнул Хаск, проигнорировав мой предостерегающий взгляд.       — Ты так не думаешь! — Оскорбился я.       — И как же я думаю? Зачем ты помогаешь этому садисту?       — Ты про крыло, котик? Я бы не стал трогать тебя, если бы ты ко мне не полез. — Не без высокомерности прервал перепалку Валентино.       — Ты шлялся по Отелю, как у себя дома! — Хаск весь вздыбился и практически опустился на четыре ноги, по-кошачьи выгибая спину и дёргая хвостом. Крылья веером распахнулись за спиной, и стало очевидно, насколько они отличаются по размерам и богатству оперения. Валентино с пробудившимся интересом чуть повёл плечами:       — Не заставляй меня желать…       — Желать, блять, че… — Утробно взыл Хаск, и я торопливо сделал красноречивый поясняющий жест. Он увидел, и, на глазах разъяряясь, начал набирать в грудь новую порцию воздуха. Выдернув палец из крепко сжатого кулачка, я поднёс его к губам, оскалился и резко клацнул зубами.       Кот подавился и заткнулся. Повезло, что до него наконец дошло. А заниматься сурдопереводом мне даже понравилось!       — Не подыгрывай ему, леденчик, пусть понарывается. — Сладко улыбнулся Валентино, не сводя глаз с возможной жертвы. Клыков в его пасти определенно прибавилось с прошлой улыбки. — Если твой ручной котик хочет ещё раз развлечься со мной, разве я смогу отказать?       — Вернёмся к делу. — Резко сказал я и встал между ними. — После позапрошлого истребления ходили слухи, что в городе разбился ангел. Ты оправлял ребят на разведку; они не нашли копья, я бы знал. Но что-то они нашли? — Мысль заставила нервно сглотнуть. — Доспехи, части тела?       После долгого оценивающего взгляда Валентино неохотно снизошёл до ответа:       — Скорее, это были кое-какие детали, кексик.       Шерсть встала дыбом на моём загривке.       — Кто-нибудь видел, как это случилось? Они подрались между собой, и один расправился с другим над городом?       — Скажи еще, что Люцифер пролетал мимо и разобрался с одним из них.       Я пожал плечами и продолжил:       — Если бы они были неуязвимы, мы бы даже представления не имели о копьях. А у Вэгги есть одно.       — Как она его заполучила? — Спросил Хаск из-за моего плеча.       Я возмутился, разведя разом четырьмя руками — пусть вторую пару сейчас никто не мог бы увидеть:       — Так она и рассказала! Два раза пытался споить её и чуть не трахнул — фигушки!       — Может, стоило трахнуть?        — И проснуться с этим самым копьём в заднице? Нет уж, спасибо.       — С Вагаттой очень тёмная история. — Степенно признал Валентино. — Посоветовал бы держаться от неё подальше, но ты ведь не послушаешь.       — Я и так держусь на расстоянии в полтора удара копья. — Коротко блеснул золочёным клыком я. — И всё же, как можно было заполучить ангела, пусть даже сломанного?       — А это уже попахивает двинутыми учёными, как и газ, или чем там всех одурманили. Собрать чудовище Франкенштейна из кусков ангела? Сумасшедший ученый и дух в сговоре работают вместе — это даже не кажется невозможным.       — Слишком похоже на сюжет дешёвого фантастического фильма. — Отозвался Хаск.       Я снова развёл руками, уже с сарказмом:        — Ну, значит, ангел просто спустился с небес перекинуться в картишки!       Босс в своей голове повертел эту головоломку и так, и сяк, потом нахмурился и прошипел:       — Если твой ненаглядный сладкоголосый Столас виноват в происходящем… Кто бы ещё решил позаботиться о нас с тобой?       Валентино всегда ревновал к совиному принцу. Это было бы даже мило, если бы не было так опасно.       — Ты, конечно, не расскажешь, зачем он приезжал в ваш отель.       Я мог только оскалиться — был бы рад время от времени возвращаться к зачарованному двору, но Валентино больше не отпускал меня, и о планах любых обитающих здесь духов, а особенно Столаса, я не имел ни малейшего представления. О чём, интересно, принц толковал с Аластором, уединившись тогда в баре?       Мы помолчали, сиюминутно недовольные друг другом. Потом, пока босс не додумался пристать с расспросами к бармену, я выдавил, указав наверх:       — И что мы можем сделать?       Валентино ткнул пальцами разом на Хаска, бесчувственного Вокса и свою гротескно раздутую пазуху:       — В любом случае, кексик, в таком виде у нас нет и шанса против даже калечного ангела. Мы можем тянуть время или поиграть с ним в прятки в поисках выхода.       Хаск встряхнулся, распушив мех и завернувшись в крылья.       — Это старое казино. Его несколько раз перестраивали, но всё же… — Он отставил пирамиду ящиков и со скрежетом отодвинул от стены стеллаж, принявшись изучать обитую экранирующим тепло материалом стену и балки на потолке.       — Убежище? Или ход в катакомбы? — С интересом уточнил Валентино.       — Что-нибудь. — Неохотно проворчал кот сквозь зубы.