Fallout Equestria: Сталлионград.

И вот настал тысячный год. Многое успело произойти за это десятилетие. На политической карте Эквуса появилась новая сила, стремительно расширяющая свою сферу влияния, ее лидер - Генеральный Секретарь Виктор Хуфенко трудится над благополучием Сталлионграда не покладая копыт, а тем временем в мир возвращается давно забытое древнее зло... — Всем покинуть дирижабль! Быстрее! Может баллон с водородом взорваться! Это капитан, с разбитым носом, кричал у запасного люка и подгонял всех выживших к выходу. Матросы уже повыпрыгивали и, спотыкаясь о различный лесной мусор, со всех ног улепётывали куда подальше от пылающего дирижабля. Посадка вышла жёсткой. Воздушный гигант приземлился прямо в лесные заросли. Повезло, до полуразрушенного замка мы не долетели всего какой-то километр. Когда воздушное судно всей своей массой вломилось в чащу, ломая деревья и теряя фрагменты корпуса, задняя часть гондолы отломалась и разбилась, превратившись в груду обломков. Боюсь даже представить, что бы с нами случилось врежься мы в каменные стены замка. Нас тоже знатно тряхнуло, но в целом мы отделались только ушибами, да разбитым капитанским носом. Я пришел в себя, когда что-то твердое толкнуло меня в грудь. Это оказался отстёгивающий страховку охранник, случайно задевший меня копытом. — Ну, чего вы ждёте?! — Выдернул меня из воспоминаний окрик капитана. Не став больше искушать судьбу мы все быстро покинули дирижабль. Оказавшись на улице, я осмотрелся. Вокруг нас была ночная лесная чаща освещаемая пылающим корпусом погибшего «Питерсхуфа». — Туда! — Тыкнул капитан копытом в сторону замка. — Нужно укрыться, через полчаса тут будет половина всех лесных обитателей. Я, прожив в этом мире почти десять лет естественно слышал как о самом Вечнозелёном лесе, так и об его обитателях, но как-то не придавал ему внимания. Ну действительно, какое мне дело до каких-то там лесов когда на мне целая страна? Но теперь ситуация несколько иная, мы приземлились где-то в глубине самого опасного леса Эквестрии, нас всего шестеро, и мы нашумели так, что скоро сюда сбежится целая орда всяких тварей по типу мантикор и василисков. Мы успели отбежать метров на тридцать, когда я услышал голос своего второго охранника, до этого он хранил гробовое молчание. — Блядь… — Это было первое что я от него услышал. Чего это он там увидел? Когда я начал оборачиваться, по глазам больно резанула ослепительная вспышка. Закричав, я повалился на землю и теряя сознание от болевого шока услышал страшный грохот разрываемого железа пополам с треском деревьев. Снежная пелена, вечный холод, тьма, громко завывающий ветер. Северный полюс. Я был на полярной станции. Неподалёку стояли небольшие здания и пара вездеходов. А вокруг всего этого снежная пустыня. Почему я тут нахожусь? Не знаю, наверное всё произошедшее просто дурной сон и на самом деле я полярник-вахтовик которому приснился бред длинной в десяток лет? А где все? Может вон в том здании кто-то есть? Надо проверить. Я пошёл в направлении ближайшего здания, идти было тяжело, метель била в лицо, а ноги вязли в снегу, но спустя некоторое время я добрался до своей цели, дёрнул дверь — заперто. Хм, ладно. Направился к следующему зданию. На вид оно было больше предыдущего. Серые, бетонные стены занесённые снегом почти до окна первого этажа, невзрачная дверь, в целом — унылое зрелище. Дёрнул дверь. Открыто. Дверь шла с трудом и с диким скрипом, мне пришлось приложить немало сил чтобы открыть её хотя бы наполовину. Хоть бы смазали! Что это за станция такая? Двери скрипят и плохо открываются, здания занесены снегом почти по первый этаж, не удивлюсь если и снегоходы все заржавели и со слитым топливом. Сюда явно не помешает организовать инспекцию. Войдя внутрь я осмотрелся. В помещении было темно, свет шёл только от полуоткрытой двери. Так и сломать себе что-нибудь недолго, нужен фонарик. Развернувшись я пошёл обратно, уже на выходе мои уши уловили едва заметный звук. Звук шёл откуда-то сверху, как будто что-то деревянное упало. В голову сразу полезли мысли о всевозможных тварях скрывающихся в темноте. Наверное, такое бывает у каждого дома, когда глубокой ночью что-то падает в ванной, или на кухне и тебе сразу становится не по себе, хоть умом ты и понимаешь что это просто шампунь упал. Так, хватит! Мало ли что могло упасть? Сквозняк или ещё что? Причин для падения чего бы там не было предостаточно. Выйдя на улицу я поёжился, хоть на мне и была тёплая полярная одежда, но всё равно стало холоднее. Окинув взглядом территорию я увидел пару вездеходов, но рассмотреть их было трудновато из-за снега и темноты. Выбрав наиболее близко стоящий вездеход я двинулся к нему. Идти пришлось относительно долго, проклятый снег и метель били в лицо, норовя сбить с ног. И вот, потратив минут десять, я оказался у вездехода. Даааа, серьёзная машина, на такой хоть куда! Вездеход был большим, метров пять в ширину и метров пятнадцать — двадцать в длину. Высота тоже не подкачала — метра четыре. Угловатый, белого цвета, чем-то похожий на немецкий ганомаг времён великой отечественной. Особенно сильно это сходство было из-за гусеничного хода вездехода. В общем — машина для севера. И где тут дверь? Приглядевшись, я увидел незамеченную при первичном осмотре ручку. Подойдя к двери я дёрнул за неё, дверь нехотя, через силу открылась. Внутри была полутьма, в окна проникал свет то ли от луны, то ли от северного сияния. Залезая внутрь я прикрыл за собой дверь, теплее не стало, даже наоборот — холоднее, как так? Может железо накалилось от холода? Всё равно странно. Осмотрелся. Полупустое пассажирское отделение с откидными кроватями и куча мусора, и дверь к водителю. Наверное, жилой вездеход, иначе зачем дверь к водителю? Впрочем, неважно, нужно поискать фонарь. Фонаря, как и ещё чего-нибудь полезного я не нашёл, единственное что тут было, это пожарный багор валяющийся на столе, зачем он тут? А хер его знает. Попробовав открыть дверь к водителю. Та оказалась заперта. Ну что ж, мы лёгких путей не ищем, дверь капитальная, как будто с бомбоубежища сняли, такую только взрывчаткой вскрывать. Так что идём ко второму вездеходу. Идя на выход мне пришла в голову мысль. А что если я тут один и там, наверху, в здании было что-то страшное? Да не, бред какой-то, я ведь не в фильме ужасов! Однако багор я всё же взял. Выйдя наружу мне показалось что стало ещё холоднее. Да такими темпами я замёрзну насмерть. Осмотревшись, заметил второй вездеход и двинулся в его направлении. Пока шёл мне в голову пришла мысль: — А что я тут вообще делаю? Почему я так уверен что меня тут быть не должно? Хрень какая-то! А ещё страннее то что я тут, похоже, один. Судя по виду, станция то ли заброшена, то ли законсервирована. Несмотря на препятствия в виде снега по щиколотку, колючего снега в лицо и не менее сурового ветра, я минут через десять — двадцать добрался до вездехода. Вести счёт времени было довольно трудно. Вполне возможно что я тут уже час блуждаю. Вездеход оказался точно таким же что и первый. Быстро найдя ручку и открыв дверь, я залез внутрь. Внутри этой машины обстановка была уже интереснее. Во-первых: внутри пассажирского отделения был какой-то ящик. Никаких запахов или ещё чем-нибудь подозрительным от него не веяло. Поэтому я решил осмотреть его содержимое. Внутри, помимо какого-то тряпья, я нашёл целый коробок спичек с забавно улыбающийся лошадкой с гаечным ключом на картинке. «Сделано в СССР. Город Новосеверск. Завод — изготовитель: Новая Двина.» Интересно конечно, никогда таких спичек не видел. Забрав их с собой, я пошёл к двери, ведущей к водителю. На этот раз она поддалась. — Ёп. — Я отпрянул назад. Внутри было довольно тесно, но не это главное — на водительском сиденье лежал заледеневший труп. Судя по тому, что он успел мумифицироваться на таком морозе, это говорило о том, что лежит он тут лет сто, не меньше. Следующее открытие было не менее ошеломляющим: труп не принадлежал человеку. Это была какая-то карликовая лошадь. И даю руку на отсечение, она была разумной. В пользу этой теории говорила серебристая куртка и меховая шапка в которые он был одет. Преодолев брезгливость, пошарил по карманам столетнего покойника и извлёк на свет небольшую чёрную книжку в твёрдом переплёте. «НИИ военно-магических технологий. Рабочее удостоверение.» — Гласила золотистая надпись на книжке. Хмыкнув, открыл удостоверение. На фото красовался настоящий, блядь, единорог! — Охренеть можно. — Выдавил я, продолжая рассматривать удостоверение, больше похожее на чью-то шутку. Имя — Карлин Хувз. Должность — Старший научный сотрудник. Специализация — микроэлектроника наведения ракетного вооружения. Трудовой стаж — с 1064 года по настоящее время. Удостоверение было заверено тремя печатями — НИИ ВМТ, МГБ СССР и отделом кадров. В графе «наличие/отсутствие секретности» значилось — имеет допуск второй степени. — Хрень какая. — Плюнул я, выбрасывая чью-то тупую шутку. Подпорченное настроение взлетело вверх, когда я увидел лежащую рядом с трупом сигнальную ракетницу. Какое-никакое оружие, жаль запасных ракет не было. Взгляд наткнулся на небольшой блокнот лежащий рядом с, ммм, копытом лошади. Надеясь найти хоть немного информации, я принялся листать заледеневшие страницы. Сначала попадались какие-то научные формулировки, непонятные схемы, просто ничего не значащие записки, но вот последние страницы заставили невольно вздрогнуть. «Не знаю зачем это пишу, не знаю для кого… Для себя, а зачем? Но если ты это читаешь знай — мы не хотели этого, мы просто защищались, за что нам это? День первый. Проклятые зебры решились на это! Наша станция им была не интересна, она не представляет никакой стратегической важности, да они вообще вряд ли о ней слышали. Мы бы ещё оставались несколько дней в счастливом неведении что миру пришёл конец. Но в сорока километрах от нашей станции был военный радар. Три часа назад с той стороны мы услышали страшный грохот, сама земля содрогнулась, а полярная ночь на целую минуту превратилась в день. Конечно, мы попытались связаться с нашими коллегами в Новосеверске и прояснить ситуацию, но в эфире только помехи. Тогда мы начали вызывать все окрестные радиостанции, пока никто не отвечает. Мне страшно за мою семью оставшуюся в Питерсхуфе. День второй. Никто так и не ответил. И я клянусь, сквозь радиопомехи я слышал чей-то зловещий смех. Часть сотрудников решила уйти, их никто не держал, всеми овладела апатия. День пятый. Пропал Доктор Санчериз, несколько младших сотрудников говорят что видели как кто-то ходит недалеко от станции. Психолог говорит, это от стресса. День шестой. Я их тоже видел! Не знаю кто это, но точно не пони. Лучше не выходить со станции. День десятый. Нас осталось всего пятеро. Остальные, прежде чем уйти, говорили что слышат, как их зовут. Больше их никто не видел. День четырнадцатый. Сегодня закончилось электричество. Остин повесился в своём кабинете, а остальные ушли на зов. Я остался один. День шестнадцатый. Так больше нельзя. Нужно уходить отсюда, здесь слишком опасно, я слышу как кто-то бродит по коридорам. Нужно постараться пробраться к вездеходу, надеюсь он ещё на ходу. » На этом записи обрывались. Не знаю, что случилось с этим беднягой, но до вездехода он добрался, а вот дальше как-то не срослось. Фонарика так и не нашлось, зато нашлось немного какой-то горючей и резко пахнущей дряни. У меня были багор, тряпки, спички и горючая смесь, вывод был очевиден. Ну что ж, придётся как пещерный человек, с факелом. Решив, что делать факел лучше уже внутри здания, так как метель на улице не даст его донести, а в вездеходе можно случайно что-нибудь поджечь, я двинулся обратно. Стало ещё холоднее и я поспешил как можно быстрее к тому самому зданию. Интересно, а почему я так хочу туда попасть? Страшилки из блокнота не хватило? Хрен его знает. Надо и всё тут. Где-то внутри себя я понимал что это всё странно и нереально. Но глаза говорили мне об обратном и в данный момент я верил им больше. Добравшись без происшествий до двери, я вошёл внутрь. Всё та же тьма едва разгоняемая светом из дверного проёма. Быстро намотав на тупую сторону багра промасленные тряпки, я выплеснул горючее на тряпки, и подождав когда ткань пропитается, зажёг спичку и аккуратно поднёс её к факелу. Вспыхнуло знатно, даже слишком. Мне едва не опалило руки. — Блядь! — Ещё только руки обжечь не хватает! Взяв факел в руку, я решил осмотреть первый этаж. Картина, увиденная мной была как будто списана с постапокалиптической кино. Везде разгром, кучи мусора и обломков. Старые, облезлые стены и жуткие тени от факела не способствовали спокойствие, а ещё страшнее стало когда я увидел пятно засохшей крови ведущей куда-то наверх. Вниз лестниц не было, а единственный проход был наверх. Поэтому, поколебавшись минут пять, я двинулся наверх. По пути я решил взять во вторую руку ракетницу. Чисто на всякий случай, да и спокойнее так. Стараясь ступать как можно тише, я поднялся наверх. Второй этаж представлял собой коридор с кучей дверей слева и справа. В конце коридора было окно. Первое что я услышал — это тихое урчание откуда-то из одной левых дверей. Урчание было довольно странным, как будто собака рычит опустив голову в колодец при этом стараясь гавкнуть. Решив туда не соваться, я как можно тише прошёл дальше, что-то вело меня в одну из дверей находящихся почти в самом конце коридора. Молясь чтобы дверь не скрипела, я аккуратно открыл её. Слава богам, не скрипнула. Так же тихо прикрыв дверь я начал осматривать комнату. Ни-че-го. Только голый стол и шкаф. И что я тут забыл? Вдруг под ногами хрустнуло. И хрустнуло довольно громко и смачно, на весь этаж, а может и здание. В ужасе замерев, я стал прислушиваться. Урчание стихло. А затем послышался звук открываемой двери и тихие шлепки по кафелю пола. Отмерев, я в панике начал думать что делать. Выпрыгнуть в окно не выйдет — решётки. Вниз спуститься не смогу, что-то из-за двери идёт как раз со стороны лестницы. Окно в конце коридора тоже с решётками. Зато есть шкаф! Не теряя больше не секунды я подбежал к окну и укрепив факел в решётке, побежал к шкафу. Взявшись за него я начал его двигать прямо к двери, благо он стоял недалеко. Шкаф был довольно лёгок — плохо! Проломить его будет нетрудно. Едва я закончил как шлепки остановились прямо у двери. А через пару секунд послышался клёкот и резкий мощный удар. А потом ещё и ещё. Шкаф и дверь заходили ходуном. Такими темпами, долго они не простоят. Надо что-то делать. А делать было нечего, отсюда я никуда не денусь. Не знаю что там ломится, но оно явно сюда хочет попасть не для того чтобы показать дорогу домой. Отбежав к столу я, недолго думая перевернул его. Получилась импровизированная баррикада, хоть и хлипкая, но так хоть какое-то чувство защищённости. Взяв в обе руки ракетницу я начал целиться в шкаф. Долго ждать не пришлось, спустя ударов десять всё затихло. Впрочем тишина продолжалась не долго. Спустя пару секунд послышался сильный удар и дикий треск. В образовавшийся проём начало лезть оно. Его было плохо видно, но даже тусклого света затухающего факела хватило чтобы рассмотреть существо в некоторых подробностях. Тварь была лысой, с дырами вместо глаз и сгнившим носом. Воняло от неё жутко, так как запашок сразу же оккупировал всё помещение. Ещё я сделал вывод, что когда-то оно было сородичем той мёртвой лошади. Длинная шея, одно копыто было гипертрофированно большим, в то время как второе даже не было копытом, а каким-то костяком с ржавым крюком на конце. Туловище было в какой-то мерзкой коросте. Ждать пока эта мерзость залезает внутрь я не стал. Выстрел в замкнутом помещении был довольно громким. Но визг твари был ещё громче, у меня даже уши заложило немного. Тварь задёргала своей башкой и пулей вылезла обратно, а я от страха и адреналина кинул ей в след ставшей бесполезной ракетницу. В коридоре было слышно барахтанье и вопли, и это меня радовало, похоже ей там не до меня. Однако осознание того что теперь она ещё и злая быстро охладило радость и мне стало страшно. Надеюсь хоть мучать или жрать заживо не будет. А что если она… Додумать я не успел. Из коридора послышалось хлопанье дверей. А затем множество шлепков по полу. Всё, писец. Через минуту меня порвут. Ждать товарищей твари пришлось недолго. Точно такие же, прям как близнецы, твари начали, пихаясь и визжа, лезть внутрь. А ещё стало холоднее. Я не собирался просто так ждать своей смерти и решил продать свою жизнь подороже. Выбежав из-за своего укрытия, бросился к уже почти потухшему факелу. Схватив его и обернувшись я увидел что в помещении было уже несколько гостей. И они стали медленно, словно смакуя момент, приближаться ко мне. А позади них в комнату лезли всё новые существа. Я начал махать факелом. Одной твари мне удалось засадить горящими тряпками прямо в морду после чего она с визгом отпрянула. Вторую удалось ударить острой частью багра, однако она не обратила на это никакого внимания. Попробовав закрепить успех с горящей частью факела я ткнул в третью тварь, но не тут-то было. Я почувствовал что кто-то его схватил и с силой потянул на себя, увлекая меня вслед за ним прямо в толпу визжащих упырей. — Аааааа! — Это был последнее что я успел сделать перед тем как твари набросились на мою тушку. Я резко подскочил и запутавшись в ногах резко грохнулся обратно на холодный пол. Больно ударившись головой о камень, я стал приходить в себя. Так это был всего лишь кошмар? Вот сука, я так точно психом стану. Наверное именно так сценаристы ужастиков черпают вдохновение. А чего это так холодно? И где это я? Последнее что я помню — это взрыв дирижабля. Меня пробрал холодок, я был в какой-то просторной каменной комнате с большим количеством окон, часть из них была разбита, часть вообще отсутствовала. Из оконных проёмов дул сквозняк. Наверное поэтому во сне мне было так холодно. Передёрнув озябшими плечами я продолжил осмотр своего места пребывания. Скорее всего, когда отрубился от взрыва, меня перенесли в тот мрачный замок который я видел при падении. Решив, что с меня хватит валяться на полу, а то так и простудиться не долго, я решил вставать. Так, а где мои товарищи по несчастью? И действительно, в помещении я был совершенно один, на присутствие кого-то другого не было даже намёка. — Эй, капитан. — Робко позвал я. Ответа не было. — Кто-нибудь, эй! — Крикнул уже громче. — Ктонибудьэй, кобудьэй, бутьэй, эй, эй — Слова, отражённые от толстых стен, понеслись по коридорам. Подождав ещё пару минут, решил направился к дверям. Двери были высокие, когда-то их можно было назвать красивыми и величественными, а теперь жуткими и зловещими, особенно в свете луны. Между дверями была небольшая щель. И тут меня ждал первый сюрприз. Двери были заперты. Ну или просто слишком плотно закрыты, или их что-то держало с той стороны, а может быть и кто-то… Воображение мигом нарисовало тварей из сна которые стояли толпой у двери и держали её. Да не, те бы наоборот сюда ломились как полоумные. Проклятая Найтмер, уверен эти ужастики её копыт дело. Ну и что делать? Окна высоко, не вылезти. А что делать когда выберусь из замка? Лес за окнами не внушает доверия, есть что-то в нём зловещее, пускай я и не суеверный, но после воспоминаний и жутких рассказов про этот треклятый лес и пропажи всех выживших с дирижабля, душевного равновесия не добавлялось. Начав бродить по комнате и сканировать каждый метр пола и стен взглядом я, спустя минут десять нашёл какую-то палку. Серьёзно? На весь зал одна палка? Ну спасибо хоть на этом. А что это за палка-то хоть? Палка была вставлена в небольшое углубление в выпирающей части стены. Таких углублений было примерно с дюжину. Тут у меня зародилось подозрение. Я повнимательнее пригляделся к палке и да — это было древко копья, вот только самого наконечника там не было, древко обломано. Дааа, похоже эта была местная караулка, ну или тут жили солдаты. Только вот где тогда вся мебель? Хотя чему удивляться, сколько этот замок уже заброшен? Видимо тут уже успели побывать мародёры, а может быть и сами хозяева замка всё вынесли, или может быть тут и не было никогда ничего кроме вот этих вот копий или обломка копья? Ну да, я бы тоже всякий хлам с собой не стал тащить. Кстати, уже темнеть начинает. Хреново, в темноте шарахаться то ещё удовольствие. Привычно направив рог в сторону древка, я попытался захватить его телекинезом. Но ничего не случилось, а голову прострелила боль. В недоумении попробовал ещё раз — тот же результат. Решив больше не заниматься мазохизмом плюнул на это дело. — Дерьмо. Магия категорически не хотела вылетать из моего рога. Вообще ни хрена. Ещё раз выругавшись, я поплёлся к палке. Древко сидело в углублении довольно крепко, поэтому пришлось приложить немало усилий прежде чем оно вышло из дыры. Когда я в очередной раз со всей силы дёрнул, палка резко вышла из углубления и я в обнимку с древком со всего маху улетел на пол. Шипя и ругаясь встал на все четыре копыта и подобрав палку поплёлся к дверям. Дойдя до места назначения я крепко задумался. А как мне вставить палку в щель, и влезет ли она? Посмотрев на деревяшку и переведя взгляд на щель между дверями решил что влезет, даже с запасом. Интересно, а почему тут вообще такая щель? Сомневаюсь что это замысел проектировщика, скорее всего от времени, ну мне оно только на копыто. Осмотрев стену рядом с дверью заметил трещину идущую от пола до потолка. Да, так оно и есть, стены понемногу расходятся. Итак, что мы имеем? Палка — одна штука, щель между дверями — одна штука, генсек попавший в задницу также одна штука. Надеюсь, древко не сломается от напряжения. Перевернув древко перпендикулярно двери, я стал двигать его прямо в щель, после всех манипуляций, я просто воткнул её в щель, и приложив все свои силы, начал давить на палку. Створка открывалась туго, с натяжным скрипом. Наконец, проход был открыт. Открывшаяся картина одновременно впечатляла и угнетала. Высокие потолки, широкие коридоры и везде следы запустения. Когда-то это место должно было впечатлять гостей и возвышать своих хозяев. И что-то мне подсказывало, что тут жили явно не мелкие князьки. Моя фантазия мигом нарисовала грандиозные балы, статных стражников и галантных слуг, дорогую еду и напитки, в общем — место для сбора высшего общества где решались судьбы королевств и королей. Пробурчавший желудок вернул меня реальность. Да, ел я, если не ошибаюсь, больше суток назад, всё никак времени не было, государственные дела и всё такое. Тряхнув головой, пошёл по коридору, стараясь запомнить «свою» комнату, всё-таки там я хотя бы уже всё осмотрел. Идти по пустому и тёмному замку было жутковато. Моя богатая фантазия рисовала страшных призраков вылетающих из соседних стен и высасывающих мою душу, или какую-нибудь тварь вылезающую из древнего подземелья. Вот дерьмо, когда я успел стать таким впечатлительным? Или это моё понячье тело так влияет на сознание? Быстро отогнав глупые фантазии я продолжил осматриваться вокруг. Ничего интересного не было — куча пыли, гроздья паутины по углам, один раз попались проржавевшие до дыр доспехи. Вновь забурчал желудок. Нет, с этим надо что-то делать. Да и холодновато тут, сквозняк гулял по коридорам не слабый. А из замка высовываться не хотелось, неизвестно сколько прошло времени с момента падения, вполне возможно что лесные твари где-то недалеко на улице. Спустя пару минут мне улыбнулась удача. В небольшой комнатке валялась куча полусгнивших ящиков. Тащить это добро зубами решительно не хотелось. К счастью среди ящиков я заметил что-то вроде волокуш, такой же ящик, просто с треснутым дном, высокими бортами и выбитой крышкой, ну и менее гнилой. Спустя несколько минут, несколько заноз и пару матюков я всё же смог накидать внутрь волокуш кучу более-менее нормальных деревянных обломков. Теперь бы ещё найти розжиг и вообще идеально. Стоп. Может таки попробовать ещё разок поколдовать? Сказано — сделано. Я напряг рог и к своей радости смог выдать небольшое свечение. Способность к магии медленно восстанавливалась. Но огня не случалось, зато случилась боль. Я со стоном свалился рядом с кучей досок, спасибо хоть не на них. Пролежав в позе эмбриона и простонав минут пять я собрался с силами и поднялся. В ноздри ударил лёгкий запах палёного. Приглядевшись туда, куда я направлял свой рог довольно ухмыльнулся — на одной из досок была небольшая чёрная подпалина. Значит, этим бледным светом я всё-таки могу поджигать вещи, нужно просто найти что-то более легковоспламеняющееся, единственное что я видел из такого — это занавеска с зеркала, которое стояло недалеко в коридоре. Я направился в сторону ответвления с зеркалом. В это время уже окончательно стемнело и видимость упала метров до десяти двадцати, дальше была кромешная тьма. Фантазия начала опять рисовать различные ужасы. Вот меня хватает когтистое нечто и утаскивает вооон в ту жутковатого вида дверь, вот на меня с потолка прыгает какое-нибудь паукообразное существо и забирает в своё логово, а вот из темноты на меня бежит та самая тварь из сна. Ну сука! Я тряхнул головой. Такие мысли точно меня ни к чему хорошему не приведут. Как бы там ни было, я успешно дошёл до зеркала. Мельком взглянув в отражающую поверхность и ничего не заметив я ухватил зубами пыльную занавеску. Так, кашляя и бредя по тёмному коридору я добрался до ящиков. Кинув ткань на дрова, я приступил к транспортировке моей импровизированной тележки. Продев одно копыто в импровизированную ручку из борта ящика и частично выломанного дна, я начал двигаться в сторону своего зала. В принципе, если не считать лёгкого скрипа и того что обломки досок так и норовили выскочить из ящика, всё прошло удачно. Успешно добравшись до зала я начал выгружать свой нехитрый груз. Волокуши я решил не выбрасывать — ещё могут пригодиться. Деревянные обломки решил распихать на три равные кучки, чтобы горели всю ночь, благо опыт в такого рода делах имеется. Днём довольно тепло, можно костёр не жечь. Взглянув в окно и не увидев ничего кроме чернильной тьмы, я решил наконец-то разжечь костёр. Жечь решил рядом с тем самым выступом под копья. На это было несколько причин. Во-первых — так я смогу контролировать выход в зал, во-вторых — достаточно далеко от окон, но недостаточно близко чтобы замёрзнуть от ветра идущего из выбитых оконных проёмов. Да и мало что ещё может из этих окон вылезти? В голову лезли деструктивные мысли — а вдруг не загорится, а вдруг наоборот загорится слишком сильно? Но, как говорится, кто не рискует — тот не спит в тепле. А в сон клонило уже порядочно. Приложив рог к тряпке и приготовившись к боли я начал концентрироваться. Слава святым яйцам, всё прошло удачно, тряпка начала разгораться. Вскоре огонь перекинулся и на деревяшку. Дыма почти не было, доски были сухими и горели хорошо. Уложившись на пол, предварительно постелив под себя остатки ткани и поёрзав в поисках удобной позы я быстро уснул. Проснулся рано утром. В целом, неплохо поспал, только пару раз просыпался от воя, наверное, волчьего, его я ни с чем не перепутаю и ещё один раз от какого-то довольно жуткого не-то кряхтенья, не-то бульканья. Как будто гигантская жаба жрала какую-нибудь дрянь. Встав и размяв затёкшие от неудобной позы ноги я стал осматриваться. Костёр уже почти потух, кострище едва тлело, зато не было дыма, он весь уходил в окна. Хоть какой-то плюс от этих генераторов сквозняка. Живот уже начинал побаливать, да и в горле пересохло. Придётся идти искать еду, если я подохнуть от голода не желаю конечно. Вот только для начала отсюда надо выбраться, а то я ведь дальше тех деревяшек не ходил. Теперь хотя бы светло, можно и выход поискать. Выход искать пришлось недолго, выйдя из зала и прихватив с собой древко копья (ещё пригодится), я пошёл в противоположную своему прошлому маршруту сторону. Шёл минут десять пока не заметил что коридор стал шире, а потом в него стали вливаться другие коридоры. И вот я стоял перед точно такой же дверью что и в моём зале. Естественно меня посетила мысль что возможно она тоже будет так же тяжело открываться. Но нет, двери открылись легко. Наверное всё же тогда была виновата трещина в стене. Наконец-то я оказался на улице. На дворе стоял ясный и безоблачный день, дул лёгкий ветерок. Пройдя чуть вперёд по заросшему травой тротуару, выложенному чёрно-золотистой плиткой я уткнулся в статую. Хоть она и была явно старой, может быть даже древней, но до сих пор поражала воображение. Ну по крайней мере мне она показалась весьма неплохой и искусной. Статуя представляла из себя изваяние метров десять в высоту и метра четыре в ширину. Сама статуя была, скорее всего, кобылкой. Черты лица, да и фигура были больно женственными. Про цвет ничего сказать не могу, время сделало своё дело. То ли чёрный, то ли синий, а может вообще серый цвет. В глаза сразу бросилось то, что у статуи был и рог, и крылья. Ещё один аликорн? Странно, на Селестию не похоже, а больше никаких рогато-крылатых кобылок я не знаю. Вдалеке заметил опасного вида хлипкий мостик построенный там, судя по его виду, ну очень давно. Слева довольно большая расщелина, справа высокие горы. А вдалеке, в лесных кронах зияла проплешина, туда и упал дирижабль. Пожав плечами я пошёл вперёд к мосту. Всё равно других вариантов направления движения нет. А вообще глупо получилось, трагически глупо. Молния, проклятая молния. Хотя тут стоит пенять и на саму конструкцию дирижаблей, ведь по сути это огромный взрывоопасный пузырь с висящей на нём гондолой для пассажиров. Нет, от этого типа транспорта стоит начать отказываться. До этого момента я как-то особо не горел желанием самостоятельно раздавать идеи для изобретений. И не потому что я такой жадина на идеи, а потому что знания мои по большей части поверхностны. Я не смогу в одно рыло изобрести автомат или реактивный самолёт, но я могу подкинуть кое-какие мысли нашим учёным. Не зря я вспомнил о самолёте и автомате. Лихвасто скоро доведёт свой двигатель до ума и я уж то найду ему применение. Конструкция того-же биплана несложная, подкинуть идейку в какое-нибудь НИИ и пускай инженеры-конструкторы реализуют её на практике. А дирижабли я буду выводить из оборота, дайте только добраться до Сталлионграда. Минут через десять я оказался рядом с мостиком. Потоптавшись ещё с минуту и набравшись смелости, я всё-таки решился ступить на мост. Доски опасно заскрипели, но всё-таки выдержали мой вес. Шаг за шагом я оказался на другой стороне. Представшая передо мной картина не внушала оптимизма. Лес начинался резко, света деревья почти не пропускали, так что в лесу царила полутьма. В добавок ко всему оттуда постоянно шли непонятные звуки. — Лес как лес, ничего страшного - пытался я себя убедить, но подсознание упорно не хотело со мной соглашаться. Покрепче сжав копытогинезом своё импровизированное копьё, я двинулся в лес. *** Древесный волк был голоден, очень голоден, а от того особенно зол и слаб. Чем вообще питались древесные волки? Мясом, грибами и некоторыми растениями, даже корой. Вот только нужных растений и коры не было. То ли всё уже съели, то ли ему просто не везло. А после падения с неба огромной непонятной пылающей махины и ужасного грохота, потенциальная добыча стала вдвойне осторожнее. Зачем древесные волки, по сути не органические, а магические существа едят мясо и растения? Всё очень просто — мясо-это белок, а белок-это энергия. Именно энергия нужна была древесным волкам для жизни. То же можно сказать и о растениях. Ведь что происходит в зелёной траве или листьях? Фотосинтез, то есть перерабатывание солнечного света в энергию, именно то что нужно древесным волкам. Кора была скорее полумерой, это как жвачка, вроде жуёшь, но насыщения никакого. Вдруг хищник почувствовал запах, сладкий запах добычи. Запах неуверенности и настороженности, а что ещё лучше-это был пони. Запах пони волк знал, ему уже доводилось съесть одну кобылку неосторожно забредшей в его охотничьи владения. Хищник принюхался, запах шёл со стороны непонятной и пугающей груды камней. Однако пони был достаточно далеко от них, можно начать охоту. Волк бесшумно побежал в сторону своей добычи, пускай он и был ослаблен, но всё равно бежал довольно быстро. Вот до такой манящей добычи оставалось всего-то несколько десятков метров. Волк был достаточно умён чтобы понять что его добыча идёт по тропинке. Хищник решил затаиться в засаде. Вот до добычи оставалось всего с десяток метров, пони был уже в прямой видимости древесного волка. Ещё немного подождать… Пора! *** Я шёл по лесу со всеми возможными мерами предосторожности. Выставив копьё чуть вперёд и постоянно вслушивался в звуки леса, я решил идти по тропинке. А лес жил своей жизнью. Из-за деревьев то и дело доносилось какое-то копошение, пели птицы, на вершинах деревьев бегала то ли белка, то ли ещё какой-то представитель местной фауны. Я решил специально не искать добычу, если кто попадётся — убью, а так сойдут и ягоды с грибами. Волк атаковал внезапно и, чего уж там таить, неожиданно. Видимо он уже ждал меня и сидел в засаде. Спасло меня только то, что я от неожиданности и испуга, по старой памяти, попытался встать на две ноги и заслониться руками. Но вместо этого нелепо привстал на задние и приподнял передние копыта. Волк вместо моего горла влетел в мою ногу и сжав челюсти начал трясти ими из стороны в сторону. Заорав что-то нецензурное я со всей дури ударил волка копытом по голове. Хватка стала немного слабее, а движения более вялыми. Приободрённый этим я начал молотить его по голове как можно сильнее. Но волк, хоть и перестал трепать мою переднюю ногу, начал всё сильнее её сжимать своими острыми зубами. Потекла кровь. Я почувствовал что сейчас отключусь от боли, а значит буду разорванным на части, начал лихорадочно искать выход из сложившийся ситуации. И тут я вспомнил о копье. Точно! Копьё! Увы, оно лежало в метре от меня. И я, заорав что-то неразборчивое, резко навалился на волка. Волк этого не ожидал и я в полёте начал заваливать нас обоих в сторону моего импровизированного копья. Упав, волк оказался сверху и отпустив мою руку, попытался вцепиться в моё горло. Но не тут-то было. Вместо податливой плоти и тёплой крови волк почувствовал дерево копья. Не теряя времени и призывая на помощь весь свой армейский опыт, я ударил волка куда-то в живот задней ногой. Было больно, как минимум ушиб гарантирован. Но волку было ещё больнее. Хищник выплюнув копьё попытался снова вцепиться в горло. В этот момент волка резко с меня сшибло. Уже обрадовавшись, что это кто-то из выживших членов экипажа пришёл на помощь, я быстро вскочил на ноги. — Ну бляя… — Разочарованию моему не было предела. На тропе рвали на части друг друга два древесных волка. А позади них рычала стая ещё из пяти особей. Решив, что момент пока они заняты друг другом нельзя упускать, рванул в лес. Я не знаю сколько бежал, но на улице уже было пасмурно, из свинцовых туч накрапывал мелкий противный дождик. Стало холодно, да и прокушенное копыто болело, хорошо рана была не глубокая и кровь остановилась сама. Поёжившись, решил идти только прямо, всё равно уже заблудился. Шёл долго, часа три, а может и четыре, в лесу было тихо. Видимо всё зверьё из-за дождя попряталось. А что если я не смогу найти выход? Что тогда? Не хотелось бы закончить свои дни в этом проклятом лесу. Эх, а Молиенко жалко, полезный был пони. Проклятые дирижабли. За такими мыслями я вышел к большой лесной поляне. Моему удивлению не было предела когда я увидел что в её центре стоит какой-то дом. Обрадовавшись, я поспешил к нему. Если есть дом, значит там кто-то живёт, у этого кого-то можно будет и дорогу из леса узнать. Подходя к избе, я обратил внимание на то что на поляне ничего не росло, вообще ничего. Только голая земля. Меня это конечно насторожило, но я всё же продолжил свой путь. Подойдя к дому, я решил его осмотреть, осторожность не помешает. И не зря решил. Весь дом был покрыт каким-то чёрным мхом, изначально принятым мной за тёмную породу древесины. Запах от этого дома шёл какой-то подозрительно знакомый — запах сырого железа. А приглядевшись в небольшое полутёмное окошко, я понял — надо валить. Уж лучше волки чем обитатель этой хижины! Увидел я немного, но и этого мне хватило чтобы понять — живёт в этом доме кто-то нехороший. На стене, прибитая гвоздями за ноги, висела шкура — шкура пони! И клянусь, она принадлежала одному из членов экипажа дирижабля. А ещё на небольшом участке стола увиденного мной лежала какая-то требуха с воткнутым рядом тесаком внушительных размеров. Сглотнув, я попятился назад. БУМ. В следующую секунду я получил удар дубиной по голове. Свет померк. С трудом разлепив глаза, я тихо простонал, жутко болела голова. Судя по тошноте и лёгкому головокружению, я получил сотрясение мозга. Попытавшись потрогать свою голову сделал неприятное открытие — я связан. Оглядевшись и ничего не увидев, подёргал копытами. Привязан был на совесть, с помощью хорошей верёвки, верёвка плотно облегала моё тело и связывала его с толстым деревянным шестом, стоящем у стены. В доме было темно и разглядеть что-либо дальше метра не представлялось возможным. Вот дерьмо, что же мне так не везёт-то? Я связан в каком-то жутком доме который стоит в центре лысой поляны. А учитывая увиденную мной прибитую к стене понячью шкуру, перспективы у меня были не радужные. Вдруг я услышал шаги, шаги доносились с наружи дома и приближались к двери. Были они неторопливыми, тяжёлыми и грузными. Ну правильно, а куда их обладателю спешить? Без сомнений, именно он оглушил и связал меня. В это время шаги приблизились вплотную ко входу. Дверь начала медленно отворяться, а в следующее мгновение порог переступила высокая фигура. В руках она держала факел, поэтому прищурившись, я смог разглядеть своего пленителя. Метра два ростом, широкий, покрытый бурой свалявшейся шерстью. Голову существа венчал рог, второй рог был обломан почти по корень. Это был минотавр. Только этот индивид был заросшим и диковатым. Длинные руки оканчивались тремя пальцами с длинными грязными когтями. Всхрапнув, он поставил факел в специальную выбоину в стене. После этого он повернулся ко мне и стал разглядывать мою тушу. Как будто он до этого на меня не насмотрелся. — Чего палишь, урод? Меня он не пугал, скорее раздражал. Ну сколько можно? Мне как будто волка не хватило, тут этот ещё меня связал и запер в своей лачуге. Ну что ж, посмотрим что меня ждёт дальше. А дальше меня ждала увлекательная беседа. Закончив сверлить меня взглядом, он начал то ли говорить, то ли рычать. — Ппонии, йедаа. — Неее, я не еда. — Завертел я головой, стараясь придать в свой голос уверенности. Ещё лучше, ушёл от древесного волка чтобы стать обедом этого пониеда. — Дааа, пони йедаа — Продолжал гнуть свою линию минотавр. — Почему ты решил что я еда и что меня обязательно надо есть? И за что ты меня связал? Ещё в той жизни, в армии меня научили как вести себя если ты попадёшь в плен. Конечно, подобная линия поведения вряд ли предусматривала нахождение в плену у безумного и, похоже, тупого минотавра, но рискнуть стоило. Да и делать-то было всё равно нечего. Или смириться и ждать своей участи, или бороться до конца. Первый вариант для меня был неприемлем, так что ответ очевиден. Вспомнив, что я не только пони, но ещё и единорог, у меня появился план действий. Думаю, если бы у этого гоблина было бы побольше интеллекта, то он бы меня раскусил на раз-два, но в данном случае можно и попробовать. — Глупыыый пони защёл на охотничий угодья умный Рыга. Умный Рыга взял законный добыча, Рыга хощет есссть. Ага, значит он считает себя умным, а меня глупым? От этого можно сыграть. Может что-нибудь про моё амбре ему сказать? Хотя нет, вряд ли эту обезьяну смутит мой плохой запах, так что нужно что-то другое. — Я больной пони, во мне страшная болезнь, за это меня изгнали из моего племени. — Начал я доказывать что несъедобен. — Рыга не боидцаа страшшный хворь, Рыга сйест больной пони и Рыга станет недосягаем для болезнь. — Возразил волосатый гигант. — Ну конечно! Только… — Начал было я говорить. Но резко сорвавшийся минотавр и сунувшаяся в мой рот волосатая, когтистая, трёхпалая рука помешала мне продолжить фразу. Мне резко стало не хватать воздуха, а и без того большие глаза, казалось, готовились перекачивать из черепа на пол. Пошарив у меня во рту секунд десять-двадцать и зачем-то пощупав мои зубы и язык, минотавр вытащил руку из моего рта. И пока я отплёвывался кровью и кашлял, попутно пытаясь вдохнуть воздуха, гигант заговорил. — Язык хорошшший, зуба крепкий, пони врать, пони не болееен! Распаляясь, минотавр ударил своей когтистой лапой по стене рядом со мной. С потолка пошла пыль. — Рыга не любить обмансщиков! Рыга вырвать лжживый ясык пони!!! Мозг заработал с утроенной силой. Дерьмо, если что-то не сделать, то умирать я буду долго и очень мучительно. Надо как-то успокоить этого верзилу, пока он меня не проглотил целиком со столбом. Да уж, не таким он тупым оказался как я думал, даром что заросший мхом дикарь. — Стой! Ты не так всё понял! Дай объяснить! Пожалуйста! — Взмолился я. Надеюсь, получилось убедительно. — Шшто хощеет ссказать лжживый пооони? — Минотавр так же внезапно успокоился, как и взбесился. — У меня не телесная болезнь! У меня это, шизофрения! Очень плохая и страшная болезнь! — Пони раззкажжет подробнее. — То ли спрашивал, то ли утверждал Рыга. — Да-да, конечно. Шизофрения или деменция прекокс — это эндогенное полиморфное психическое расстройство, характеризующееся распадом процессов мышления и эмоциональных чувств. — Начал я перегружать и без того небольшой мозг минотавра заумными словами, спасибо подруге из моего прошлого которая любила рассказывать мне всякую психологическую хрень перед тем как её начинал любить уже я. — Поэтому, если ты хочешь меня съесть, то тебе необходимо взять мёртвой земли и обмазать ей мою голову, сила смерти будет защищать поедающего и убивать поедаемого, а так как ты меня и так собрался есть, то это не принципиально. Боже, что я несу? — Вокруг твоего дома, такой много! Тебя защищает сама смерть! — Закончил я торжественный голосом. А Рыга, польщённый тем что его защищает «сама смерть» и ещё не до конца отошедший от моего бреда и видимо забывший что я пытался обмануть его пару минут назад гордо выпятил бочкообразную грудь. — Дааа, Рыга великий сшаман ссмеррти! Шалкий лживый пони шдать ссдесь! — Взревел минотавр и зачем-то прихватив с собой здоровенный тесак и факел отправился наружу. Всё-таки не забыл. Мысленно усмехнулся я. Дождавшись пока грузная туша «умного» Рыги удалится из дома, я начал действовать. На всё про всё у меня всего пара минут. Освободится мне предстояло довольно болезненным способом, но лучше уж так, чем быть сожранным вот этой вот тупиковой ветвью эволюции. Итак. Единорог я или хрен с горы горбатой? Сконцентрировавшись на одной точке верёвки, я начал её жечь. Сначала я ничего не чувствовал, но постепенно становилось всё теплее и теплее, в какой-то момент стало горячо, слишком горячо. Я вцепился зубами в верёвку чтобы не закричать от боли на всю избу и не привлечь внимание Рыги. Держать концентрацию на одной точке и сжимать зубами верёвку, попутно стараясь не отключится от болевых ощущений было трудно, но я держался. Всё-таки это ничтожная цена за мою жизнь. И вот, наконец, последняя верёвка перегорела и я с грохотом полетел вниз, хорошо хоть внизу тряпьё какое-то было, а то бы я точно себе что-то расшиб. Боли от самого применения магии не было, чтобы это не было, но я теперь снова могу спокойно магичить. Вытирая передней ногой невольно выступившие слёзы и поднимаясь на ноги я осмотрелся на предмет чем можно было бы отвлечь эту макаку. И судя по приближающимся тяжёлым шагам, такой предмет мне надо было найти как можно быстрее. У меня секунд десять — двадцать. Такой предмет нашёлся довольно быстро: масляной фонарь с которым похоже сюда и пришёл тот бедолага-матрос лежал на столе. Быстро доскакав до стола я приподнялся на задние ноги, схватил фонарь и лежавший рядом с ним, под тряпками, нож. Потряс фонарём, внутри к моему облегчению плескалось масло. Как только я отвернулся от стола, дверь начала отварятся, а в её проёме появилась фигура Рыги. Не дожидаясь когда он заметит меня, я бросил в него фонарь, целясь в факел, которым чудище освещало себе дорогу. Да, жестоко, но если вспомнить что этот комок вонючего меха хочет мной отобедать, то моральные принципы можно и отбросить. Всё прошло как по маслу. Врезавшись в инстинктивно выставленный минотавром вперёд факел, фонарь пролил топливо прямо на Рыгу, а подставленный факел его поджёг. Такой себе импровизированный огнемёт получился. Шерсть минотавра вспыхнула как спичка. «Великий сшаман ссмеррти», дико заревев, начал метаться из стороны в сторону попутно сбивая всё что попадалось ему на пути. Я решил не дожидаться окончания этого фаер-шоу и улучив момент прошмыгнул в так и не закрывшуюся дверь. Но подумав что этого будет маловато, поджёг магией ещё и масло на стене, не попавшее на минотавра. Дерево хоть и не так охотно, как шерсть Рыги всё же загорелось. Закрыв дверь и заблокировав её подвернувшейся под копыта палкой, побежал подальше от разгорающейся избы. В спину мне доносился отчаянный, полный боли и ярости рёв. На улице стоял пасмурный вечер, ещё час — два и будет темно. Бежал я не долго, минут пять, даже если Рыга и выжил, то ему сейчас явно не до меня. До места, где на меня напал волк я дошёл на удивление быстро, буквально за полчаса. — Видимо кругами бегал. Остатки неудавшегося охотника в виде кучки деревяшек валялись там же, где магический зверь принял свой последний бой. Не останавливаясь со злобой плюнул на остатки волка и прошёл мимо. Через десяток минут я дошёл до поляны. Значит, скоро будет мост до замка. Переться на ночь глядя через тёмный лес мне совсем не хотелось, тут днём-то от желающих тебя сожрать отбоя нет. На границе поляны приметил кусты с ягодами. Только я собрался идти туда, как моё внимание привлекло журчание. Ручей! Без раздумий я рванул туда, жажда была сильнее голода. Спугнув каких-то то ли змей, то ли хрен знает кого, я плюнув на предосторожности припал к живительной влаге. Напившись, оторвался от ручья и направился к ближайшему кусту с ягодами. — Ну, надеюсь не помру. Перекусив, я довольно икнул и решив, что пора бы и честь знать, направился к мосту. Прозвучавшие как гром среди ясного неба отчаянные крики где-то слева, в глуби леса заставили меня остановиться как вкопанного. Кто это мог там так орать? Идти туда как-то не очень хотелось. Я ведь не герой какой-нибудь, я жить хочу, а своя шкура, она как-то ближе. С другой стороны там наверняка был кто-то с дирижабля. Судьба решала этот вопрос за меня. Судя по резко оборвавшимся крикам теперь помощь там если и требуется, то только на похоронах. Нет, я не клишированный персонаж фильмов ужасов и идти в место, в котором происходит явно что-то нехорошее я не собираюсь. Прибавив шагу, я поспешил уйти подальше от того места. — Стоять! Резко замерев, я обернулся на крик. Позади меня с двух сторон, ломая кусты и хрустя ветками на всю округу вышли двое пони. Я уже было приготовился к очередным неприятностям, но приглядевшись обрадованно ухмыльнулся. Это был один из моих молчаливых охранников строгий костюм которого, впрочем как и мой, был сейчас больше похож на лохмотья, и совсем ещё молодой матрос. — Конские яблоки… Товарищ генеральный секретарь! — Обалдевшим голосом воскликнули оба жеребца. — Угу, я тоже рад вас видеть. Матрос смутившись, пробубнил извиняющимся тоном. — А мы думали что вы тоже погибли. — В смысле? Я же с вами из дирижабля выбрался. Да и взрыв был далеко… — Там, в замке… — Неопределённо махнул копытом матрос. Охранник, поймав мой вопросительный взгляд, хлопнул того копытом по плечу. Вздохнув, матрос начал рассказ. — В общем, после взрыва… *** Отброшенный взрывом на пару метров вперёд генеральный секретарь кулем повалился на землю, напоследок врезавшись рогом в дерево. — Гнилое сено, хватаем его, нужно уходить! — Крикнул капитан, поднимаясь с земли. Впрочем, оба охранника уже и так синхронно рванули к телу генсека. Помогая друг-другу, они быстро взвалили его на спину более крупного из пары жеребцов. И уже через секунду пятёрка беглецов продолжила на всей скорости скакать к замку. — Осторожно! — Крикнул один из матросов, ступая на опасно скрипящий мост. Хрустнула доска под весом здоровяка-охранника, но тот не обратил на это внимания, просто перескочив провал. Вскоре все пятеро оказались на территории замка. — Ну и что, что дальше? — Разглядывая полуразрушенные статуи и замковые постройки спросил более разговорчивый телохранитель. — В замок, на улице оставаться опасно. — Спасибо, капитан очевидность. — Саркастично пробормотал охранник. — Что мы будем делать когда окажемся в замке? — Нужно будет вернуться к обломкам дирижабля и активировать аварийный маяк. — Это что за хрень? — Если не вдаваться в подробности, то это устройство генерирующее короткие, но мощные магические импульсы определённого характера. Активируем его и все аэропорты в радиусе пары тысяч километров будут знать что мы нуждаемся в помощи. — Тогда ждём сутки, пока зверьё не уберётся от места падения и активируем маяк. Порешав на этом, пятёрка двинулась в замок. Расположиться решили в одной из дворцовых комнат. Раньше это были роскошные апартаменты, но ныне от былого богатства остались груды обломков, да бесформенное тряпьё по углам, зато окна были целыми. На всякий случай было решено по очереди дежурить у двери, саму дверь заперли на импровизированный засов, просунув доску через мощную ручку. — Что с генсеком? — Спросил капитан. — Дышит, но слабо, боюсь он может не выкарабкаться. — Гадство, нужно срочно в больницу. — Слишком опасно идти прямо сейчас, и сами умрём и генсека не спасём. В итоге все решили подождать хотя бы до утра. Когда начало смеркаться, в предварительно очищенной от хлама центре комнаты разожгли костёр, благо вокруг было куча деревяшек. Вскоре все, за исключением дежурившего у двери матроса, провалились в сон. Неразговорчивому охраннику снился всякий бред, вот он верхом на статуе какого-то аликорна скачет по всему замку, а вот его рвёт на части мантикоры. Но пожалуй самым странным, даже пугающим был последний сон. Он был в каком-то коридоре, вокруг была тьма и единственным источником света был зловещий лунный свет. Ничего не понимая охранник пошёл прямо по коридору, шёл долго, даже слишком. По его прикидам прошло уже около часа. А коридор всё не кончался. Здоровяка стало пробирать беспокойство. Даже с учётом того что замок большой, он бы уже давно упёрся в поворот или тупик, но нет. Он шёл и шёл, а конца коридору не было. Пройдя ещё метров двести охранник понял что дело явно не чисто. Решив пойти в противоположную сторону он развернулся и тут же застыл на месте. На него смотрело ЧТО-ТО. Это что-то не было видно, но лейтенанта МГБ СССР никогда трусливостью не страдавшего пробрало основательно. Простояв так с минуту он понял что оно не планирует нападать, да оно вообще ничего не делало. Лейтенант постарался разглядеть его поосновательней. Не получилось. Возможно, пойди он поближе, то можно было бы увидеть больше деталей. Но подходить хотя бы ещё на шаг ближе пони не собирался. Единственное что он увидел — это пара жёлтых светящихся глаз. Охранник сделал шаг назад, существо не стало его преследовать. Так, спиной вперёд, он решил уйти от этой сущности подальше. Когда уже казалось бы что тот скрылся от этих глаз они резко начали лететь за ним, а их полёт сопровождался каким-то непонятным шёпотом который казалось, пытался забраться прямо в душу. Лейтенант не стал ждать что же оно сделает с ним когда подлетит вплотную. Что-то он сомневался что его ждёт светская беседа за чашечкой ароматного чая. Здоровяк побежал, побежал как мог, а мог он быстро, всё-таки подготовка в МГБ СССР была серьёзной, особенно в отделе охраны первых лиц государства. Он не знал сколько бежал, по ощущениям — пару часов, хотя на самом деле минут пять. Неизвестно, преследовало ли оно телохранителя. Но в итоге он увидел поворот и обрадовавшись, без колебаний повернул туда. Поворот вёл в какую-то комнату, дверь была открыта. Влетев туда он застыл на месте. Лейтенант был в том же зале где они все заночевали и что самое странное он наблюдал за собой, спящим у полупотухшего костра. Продолжить любоваться собой со стороны ему не дало шипение со стороны входа в комнату. Подскочив на месте, он развернулся на сто восемьдесят градусов. Прямо за полуоткрытой дверью было то самое существо, единственное что он видел — всё те же глаза. Оно начало медленно приближаться к лейтенанту и он понял что сейчас увидит что-то ужасное. Что-то, от чего сойдёт с ума. Раздался мерзкий смех, и непонятное нечто попыталось влететь в тело генерального секретаря, но в тот же миг с визгом отлетело обратно. Не отчаиваясь, оно метнулось прямо в напарника лейтенанта. На этот раз успешно. А в следующий миг охранник проснулся. Оглядевшись, лейтенант испуганно чертыхнулся. Его напарник с хрипом вставал на ноги, из полностью чёрных глаз текла кровь. — Тревога! Пока ничего не понимающие разбуженные пони подымались, то что вселилось в напарника лейтенанта начало действовать. Неуклюже вытащив копытом спрятанный под полами пиджака кинжал, оно шатаясь пошло в сторону ближайшего пони. Им оказался матрос. Не тормозя, бывший напарник воткнул кинжал в шею уже почти вставшего матроса. Провернув для верности оружие, расширяя смертельную рану, оно двинулись дальше. Упавший матрос упал, забившись в агонии, копытами пытаясь зажать рану из которой мощным ручьём текла тёмно-вишнёвая кровь. «Артериальное кровотечение — не жилец.» — Констатировало подсознание лейтенанта. — Капитан! Хватай генсека и прячь его куда-нибудь, а я задержку эту тварь! — Проорал телохранитель, выхватывая точно такой же кинжал. — Фто ф ним?! Факого фена он тфофит?! — Орал в ответ уже проснувшийся капитан, зубами и копытами закидывая тело единорога на спину. — Не знаю, но он уже не пони! Просто беги. Тело бывшего напарника, словно желая подтвердить слова телохранителя начало с мерзким хрустом деформироваться. Из спины с чавканьем вырвалась пара мерзких розоватых щупалец с острыми иглами на конце. Капитан резко остановился в дверях. — Скажи хоть напоследок как тебя зовут! — Генри Хотлот. Всё, беги! Тварь, поняв что капитан убегает, метнула к нему одно из своих щупалец. Перехватив зубами кинжал, лейтенант ругаясь выхватил из-под, казалось бы бездонной, полы пиджака маленький трёхзарядный арбалет. Два щелчка прозвучали почти одновременно. Первая стрела прошла мимо, выбив искры из каменной стены, зато вторая попала точно в щупальце, практически перерубил то напополам. Взревев, тварь метнула второе щупальце, но лишь царапнула самым кончиком иглы улепётывавшего капитана. Лейтенант не стал терять времени даром и пока чудище было отвлечено, выпустил последнюю стрелу прямо в глаз твари. Комнату вновь сотряс вопль. Подскочив вплотную к вопящей уродине Генри рубанул второе щупальце и добавил удар по тому месту, где у пони по идее должен быть кадык. Но смертельный для пони удар, на тварь не оказал никакого воздействия. Неожиданно проворно она, словно тараном, с размаху влепила начавшим изменятся копытом в грудь лейтенанта. Послышался металлический скрежет. И если бы не лёгкий металлический нагрудник, надетый под пиджак, то переломов было бы не миновать. Правда от ушиба это всё-равно не спасло. Ломая остатки мебели, Генри отлетел к стене и выронив кинжал зашипел от боли. Тварь победно заурчала, двинувшись на приходящего в себя охранника. — На сука огня пролетарской ярости! — Внезапно появившийся матрос, пропавший ещё до начала драки с размаху швырнул в чудище бутылку с воткнутой в неё горящей тряпкой. «Коктейль Молотенко.» — Отметил про себя лейтенант. Бутылка попала точно в цель. Завизжав, тварь начала неистово дёргаться и через десяток секунд неожиданно резко свалилась грудой горящей плоти. Генри успел мельком заметить едва видимую чёрную дымку, на всех порах летящую куда подальше. — Спасибо. — Прохрипел поднявшийся на ноги лейтенант. — Ты где раньше был? Ответом ему был характерный звук. От зрелища мёртвого жеребца с перерезанным горлом и сгоревшего нечто, лишь отдалённо напоминающего пони, молодого матроса нещадно рвало. Решив не терять времени даром, Генри скинул покорёженную кирасу и подобрал кинжал, сунув его на место. С сожалением посмотрев на арбалет, решил оставить его тут. Увы, но специальное крепление порвалось при падении, а таскать его постоянно в зубах, нет уж, увольте. Да и боеприпасов запасных всё равно нет, потерялись при падении дирижабля. — Очухался? Дождавшись кивка, скомандовал: — Тогда бежим отсюда и молимся чтобы эта хреновина не вернулась за нами. В коридорах ничего нового не было — всё то же уныние и остатки былого величия, даже паутина та же. Лейтенант решил бежать в направлении, с которого они пришли в это проклятое место. По пути попалось зеркало. Когда-то, когда Генри был ещё совсем жеребёнком, его бабушка рассказывала, что магические зеркала очень чувствительны к злым силам. Тогда он не обратил на это внимания, но сейчас это воспоминание всплыло из глубины памяти, когда они пробегали мимо разбитого зеркала. Очередным жутким сюрпризом стал странный проход в, судя по идущему от туда холода, какое-то подземелье. Вход в него был едва перекрыт покосившейся железной дверью с остатками непонятного рисунка на ней. Из тьмы доносился какой-то потусторонний шёпот. От этого места оба пони удалились как можно быстрее. Через минут десять обоим наконец-то улыбнулась удача. Они резко и совершенно неожиданно наткнулись на выход, правда не тот через который они сюда попали. Отойдя ещё метров на пятьдесят, беглецы рухнули на землю, жадно хватая ртами воздух. — Ты так и не ответил, куда ты подевался? — Отдышавшись, спросил Генри. — Я не знаю, помню только что стоял у двери и тут раз — я уже в каком-то погребе посреди кучи бутылок. А неподалёку звуки драки звучат, да такие страшные, как будто там совсем не пони дерутся. — А коктейль Молотенко тоже от страха сделал? — На всякий случай. — Буркнул матрос. — Не каждый день, знаешь ли я оказываюсь в таких местах. — И то верно. — Скажи, а что это было за существо? — Мой напарник. — Вздохнув, ответил Генри. — А… — Поднятое копыто Генри и предупреждающее выражение лица заставило замолчать матроса. Не то чтобы ему было очень жалко своего товарища, но подобной смерти никто не заслуживает. Повисло молчание. — А что нам теперь-то делать? — Капитана нужно найти. Но поиски были тщетны, на территории замка никого не было, а соваться внутрь не хотелось ни под каким предлогом. Тогда, лейтенант решил идти в сторону дирижабля, может быть что капитан там. И действительно, со стороны обломков им навстречу вышел пони в изорванной одежде. Приглядевшись, Генри признал в нём капитана. Вид у того был неважный. Помимо многочисленных ссадин и порезов, у жеребца была сломанная нога, но того это, казалось ничуть не смущало. И оно понятно почему. Бок у капитана натурально гнил и кусочки омертвевшей плоти вместе с обрывками одежды падали на землю. — Фу, блять. — Не выдержал лейтенант. — Не подходи к нему! — Я видел её! Я видел её! — Бормотал обезумевший пони. Что же за дрянь была в шипах той твари, если даже после того лёгкого укола хватило для таких последствий? — Где генеральный секретарь?! — Всё тлен! Всё неважно! Весь мир прах! — Не обращая внимания на окрики продолжал бормотать капитан. Генри уже хотел было гаркнуть чтобы тот не подходил, потому что вид заживо разваливающегося на куски пони, чего уж скрывать, пугал. Но безумец сам остановился и вопя всякий бред рванул в куст. — Отлично. — Злобно буркнул лейтенант. — Что… Что это было? — Выдавил из себя поражённый матрос. — Мне откуда знать? Потоптавшись ещё пару минут, было решено проверить аварийный маяк на дирижабле и если он рабочий, включить его. До дирижабля добрались без приключений, многочисленные звериные следы красочно свидетельствовали о том что недавно тут было довольно оживлённое место. И только тут до Генри дошло, что возможно матрос может и не знать не то что как включить маяк, а даже как он выглядит. — Так, как тебя зовут? — Макфорт. — Вот что Макфорт, а ты знаешь вообще как выглядит маяк и как его включать? Матрос задумался. — Да, знаю. — Проверяй и включай его, я снаружи покараулю. Матрос кивнул и шустро полез внутрь развороченного дирижабля. Макфорта не было долго. Спустя час ожидания, когда Генри уже собрался было лезть внутрь, из недр дирижабля показался довольный матрос. — Пришлось повозиться, при падении он немного повредился, но я всё починил, теперь он работает. — Ответил Макфорт на невысказанный вопрос. Генри удовлетворённо кивнул. — Сколько нам ждать помощи? — Нууу… Я не знаю, если честно. Никогда не пользовался маяками, и не слышал чтобы ими пользовались. — Ладно, нам теперь главное найти генерального секретаря и дождаться этой самой помощи и при этом не стать чьим-нибудь обедом. В глазах у матроса читался скепсис, да и сам охранник уже сомневался что с генсеком всё в порядке. Заночевали в остатках дирижабля, костёр решили не жечь во избежание пожара и чтобы не привлекать внимание. Ночь прошла спокойно, если не считать того что кто-то постоянно страшно вопил в глуби леса. А на следующий день двоица наткнулась на генерального секретаря. *** — Вот оно как. — Задумчиво пробормотал я. Готов поклясться, что капитана нашего чудного и так не вовремя упавшего дирижабля мы больше не увидим, вполне возможно что там в лесу орал именно он. — Так, ждём в дирижабле прихода помощи. Повеселевшие матрос и телохранитель последовали за мной. Под конец дороги я уже был готов придушить болтливого матроса то и дело донимавшего меня тупыми вопросами. — А правду говорят, что вы не нуждаетесь во сне? — Нет. Врут. －Шипел я сквозь зубы. — А правда, что в Эквестрии живут пони с глазами, хвостом, ушами и крыльями как у летучих мышей? — Не знаю. «Спокойствие, спокойствие» — А правда… — Пришли. — Резко прозвучавший голос телохранителя я воспринял как манну небесную. — Отлично! Внутрь все. Карабкаться внутрь разбившегося дирижабля с болящим после укуса копытом было непросто, но с матом-перематом и помощью моих спутников я это сделал. Внутри царил хаос. Битое стекло, жирные чёрные следы копоти и обломки всего того, что не было приколочено к стенам и полу устилали хрустящим ковром потолок гондолы, превратившейся в пол. В одной из кают, в которой прошлой ночью ночевали мои спутники я решили устроить ночлег и в этот раз. Хотел было организовать на ночь дежурство по очереди, но мой телохранитель был категорически против. — Я не могу подвергать вас риску. — Спокойным, но твёрдым голосом говорил перегородивший дверной проём здоровяк. — Какой тут риск? У двери постоять пару часов? — Потихоньку закипал я. В итоге, поругавшись ещё пару минут, я плюнул на это дело и примостившись на остатках кровати, лёг спать. Из сна меня вырвал голос телохранителя. — Товарищ генеральный секретарь. — Ммм, чего? Странно, вроде ночь на дворе, а выспался так, словно сутки продрых. — У нас гости. — Кто? — Тут же подобрался я, от расслабленности не осталось и следа. — Спасатели? — Нет, шестеро пони, все кобылки — две земных пони, две пегаски и две единорожки. Но это ещё не всё. — Что ещё? — Хмуро буркнул я, мне тут только каких-то кобылок вместо подмоги не хватало. — День. — Пискнул перепуганный матрос. — Что день? — Он так и не настал.