Safe/Под защитой

Карлайл

      Мы с Джаспером унесли тело в укромное место, затерянное среди скал, там сожгли его проверенным способом, а потом, завершив начатое огнём и химикатами, развеяли прах над океаном с высокого утёса. Сомнительно, чтобы кто-нибудь смог найти какие-то следы.       Но когда мы вернулись, Эдварду было всё так же плохо и изнемогающая от тревоги Эсме не отходила от него.       Мне никогда ещё не приходилось видеть сына настолько сломленным. Более того, я ни разу не видел в подобном состоянии никого из нашей семьи. Он сидел на диване в объятиях Эсме и буквально трясся, не в состоянии отвечать на наши вопросы. Вначале я стоял перед ним на коленях, взяв его за плечи, и просил поговорить со мной, меня ужасало то, что он, возможно, мучается от физической боли. У меня не было опыта лечения чего-то похожего у представителей нашего вида. При этой мысли я вспомнил о ране Джаспера, всё ещё прикрывавшего ладонью шею, и чуть снова не закричал на Розали. Посмотрев на Эсме, безнадёжный взгляд которой отражал мои собственные чувства, я глубоко вздохнул и опустился на пол.       Эдвард даже не взглянул на меня, когда я мысленно позвал его: «Сынок, пожалуйста! — молча умолял я его. — Пожалуйста, ты нас пугаешь. Просто дай знать, что с тобой всё в порядке… пожалуйста!»       Стиснув зубы, я обхватил голову руками, а Джаспер подошёл и присел рядом со мной. Я провёл пальцами по его шее — он не шевельнулся и не поморщился, хотя, будь человеком, уже истекал бы кровью. При взгляде на его смертельные для человека повреждения, я почувствовал, как меня снова захлёстывает волна гнева. Это тоже мой сын… я считаю его своим младшим сыном, хотя он второй по старшинству в нашей семье.       — Ничего страшного, — Джаспер слегка улыбнулся, но все еще излучал тревогу. — С Эдвардом тоже всё будет в порядке — он просто расстроен, — это было явным преуменьшением, но я заставил свои губы изогнуться в улыбке.       — Уверен, что с тобой всё хорошо? — тихо спросил я, опуская руку ему на плечо, и он усмехнулся.       — Совершенно уверен, отец. Это уже довольно быстро заживает, — пробормотал он, и меня затопило тепло пришедших от него эмоций. — Подумаешь, ещё один шрам. — Я закрыл глаза при этих словах, его лёгкий тон делал их только ещё более горькими. — Пойдём, — он встал и потянул меня за руку, чтобы я тоже поднялся, а я уступил ему. — Ему нужно немного времени… мы всё равно почти ничем не можем помочь.       — Ты не можешь его успокоить? — спросил я, порядком удивившись. Он покачал головой:       — Не стоит делать это насильно… он расстроен, и для этого есть все основания. Он увидел… в мыслях Джейкоба… — Джаспер замолчал, и, несмотря на то, что я уже догадывался об этом, его слова снова разбили мне сердце. Несправедливо — не только то, что Джейкоб поступил так с Беллой, но и то, что Эдварду пришлось увидеть во всех подробностях, что именно оборотень сделал с ней. Я не уверен, что смог бы вынести подобное… Это буквально раздавило Эдварда. Эсме отстранилась от него, и я притянул её в объятия, поцеловал в висок. Она прижала ладонь ко рту, но не смогла сдержать хриплого рыдания, и Джаспер положил руку ей на спину, успокаивая. Она повернула к нему голову и слабо улыбнулась, но он потянулся к ней и обхватил за плечи. Я отступил, позволяя Эсме обнять сына… или позволяя ему обнять её.       — Я люблю тебя, — прошептала она, с жаром прижав его на мгновение к груди, а потом дотронулась до его шеи: — И так горжусь тобой. — Он покачал головой, смущённо хохотнув и осторожно обнял её. — Да, — тихо сказала она, положив ладонь ему на щеку. — Люблю и горжусь.       — Я знаю, — ответил он, засмеявшись, а потом поцеловал Эсме в лоб. — И горжусь тем, что у меня такая мать.       И это были не просто слова… не только. Выражение лица, эмоции, хотя… он знал. Джаспер знал то, что было известно только нам с Эдвардом. Или, по крайней мере, догадывался. Глаза Эсме на мгновение расширились, она пристально посмотрела на него. Я молча ждал, не зная, что может произойти, но она только тихо улыбнулась и погладила его по щеке, а потом отступила в мои объятия. Мы смотрели, как он уходит на кухню, к Розали, на ходу доставая из кармана мобильный телефон — видимо, собираясь ещё раз позвонить Эммету.       Я крепко обнимал жену, пытаясь не вспоминать испуганное лицо Джейкоба… то, как его тело быстро остывало у меня на руках. Трудно убить шейпшифтера, особенно имея в руках только пистолет, но Чарли дважды попал оборотню в сердце, а третья пуля угодила в лёгкое. Всё-таки он офицер полиции, обученный убивать, если этого требуют обстоятельства. Я не мог осуждать его. Мы планировали сделать то же самое… ну, во всяком случае, с тем же результатом, и если бы Белла не запротестовала, то Джейкоба не было бы в живых уже накануне.       В гнетущей тишине щелчок клавиши быстрого набора показался мне похожим на выстрел.       — Где она? — приглушённо спросил Джаспер после того, как соединение было установлено.       — Осматривает очередной книжный магазин, — услышал я, хотя Эммет старался говорить тихо, явно стараясь не привлекать внимания Беллы. — Я с неё глаз не спускаю… всё хорошо. Элис сказала, что у вас там уже чисто. А что?       — Дело в том, что Блэк подошёл слишком близко. И Эдвард прочитал его…       — О Боже… — Эммет на мгновение замолчал. — И?..       — Не реагирует ни на кого из нас… мы можем только надеяться, что он всё-таки способен воспринимать окружающее. Эммет выругался, использовав несколько новых цветистых фраз, которых я никогда ещё не слышал, потом снова вздохнул:       — Привезти Беллу домой? Джаспер помедлил несколько мгновений.       — Пусть спокойно осматривает магазин. Может быть, стоит попробовать убедить её присоединиться к Элис. Белле нужно отдохнуть от всей этой боли, — казалось, Джасперу было трудно говорить это — я знал, что он хочет помочь и своему брату. — Сейчас я ничего не могу сделать для Эдварда… такое ощущение, что эмоционально он… в шоке? Нет… не совсем… он почти в истерике. Думаю, эти эмоции причиняют ему физическую боль… и только Белла, возможно, сумеет облегчить её. Но едва ли ей это сейчас по силам — ей нужна эта смена обстановки. Привезите её домой, когда закончите… не торопитесь. Постарайтесь, чтобы она хорошо провела это время… Ладно… позвони мне, если что.       Глубоко вздохнув, Джаспер закончил разговор, и мы с Эсме вошли на кухню, где увидели Розали, которая, опасливо глядя на Джаспера, стояла в дальнем углу.       — Если бы я собирался напасть на тебя, то сделал бы это уже несколько часов назад, — тон Джаспера не соответствовал словам, он говорил удивительно добродушно, и Розали явно расслабилась. Она закрыла глаза и пристыженно опустила голову. — Я знаю, ты не нарочно.       — Я ранила тебя, — виновато сказала она.       — Ну да, но ты не первый вампир, пытающийся откусить у меня что-нибудь. — От этой фразы смущение Розали только усилилось, потому что она закрыла лицо руками. Джаспер подошёл к ней и медленно положил руку ей на плечо: — Эй, я же знаю, что ты нечаянно, — пробормотал он, а она на секунду прижалась лбом к его груди.       — Я хотела убить его, — прошептала она. — Это несправедливо… что он остался бы жить после того, что сделал. Никто из них не должен… — она замолчала, и Джаспер осторожно обнял её за плечи.       — Знаю. Блэк был чудовищем. И заслуживал смерти, так же, как те, другие. Но не от руки вампира на глазах у человека, — теперь он говорил чуть насмешливо, и Розали неохотно улыбнулась.       — Я не собиралась ранить тебя. Прости.       — Всё хорошо, — заверил он, взъерошив ей волосы. — А ты в порядке? — никто из них, казалось, не замечал, что мы стоим в дверях, потому что она едва заметно покачала головой, а я открыл рот от изумления. Розали до сих пор не признавалась в этом никому… кроме Эммета. — Мы никогда и никому не позволим обидеть тебя, Роуз, и защитим, если понадобится, — пробормотал он, медленно поглаживая её по спине. — Всё хорошо… тебе нечего бояться.       — Белла… она напугана… и он… теперь Эдвард… — она говорила бессвязно, но он понимающе кивал, продолжая обнимать её.       — Мы позаботимся о Белле… и никому не позволим причинить ей боль снова, ты это знаешь. Джейкоб мёртв… независимо от того, как это произошло, его больше нет. Белла наладит отношения со своим отцом, а потом присоединится к нашей семье… всё будет в порядке. Элис присмотрит за ней. С Эдвардом тоже всё будет хорошо… как и со всеми нами.       — А другие волки?       — Что они могут сделать? Мы его не убивали, — напомнил ей Джаспер, и она со вздохом потёрла лицо ладонями. Потом подняла глаза и отпрянула, увидев его шею.       — Джаспер, мне очень…       — Перестань, — весело распорядился он, отступая и вставая так, чтобы его волосы затеняли свежий рубец. — Ты начинаешь говорить прямо как Белла. Всё в порядке. Уже заживает… никто даже не заметит. — Она скептически изогнула бровь, мгновенно переходя от извинений к иронии.       — Элис убьёт меня.       — Не-а. Эммет ни за что ей не позволит, — насмешливо возразил Джаспер. Розали, казалось, не была в этом так уверена.

Белла

      Эдвард цеплялся за меня. Он никогда ещё так не делал… он держался за меня так, словно боялся умереть, если отпустит. Разумеется, он и раньше обнимал меня — и крепко, как будто я могла в любой момент исчезнуть, однако это были защищающие объятия, а зачастую ему просто нужно было знать, что со мной всё в порядке. Но сейчас всё было по-другому. Он уткнулся лицом в мои волосы и всхлипывал. Даже рыдал. Я никогда не видела Эдварда плачущим. И таким расстроенным — никогда. Я даже не была уверена, хочу ли, чтобы он сказал мне, что случилось… и ругала себя за эту мысль. Он всегда выслушивал меня, когда я была огорчена или просто нуждалась в нём. Я должна была сделать то же самое для него. Но он, казалось, не мог даже говорить, поэтому я положила голову ему на плечо, чувствуя, как мои глаза наполняются слезами. В чём дело? Чем же он до такой степени расстроен, что не в состоянии произнести хоть слово?       Почему-то рядом не было никого из членов семьи. Эммет и Элис исчезли сразу же, как только я подошла к Эдварду, в его комнату никто не входил, а снаружи не доносилось ни звука. Прошло много времени — хотя я точно не знаю, сколько — и рыдания Эдварда начали понемногу стихать, а потом я почувствовала, что тоже невольно успокаиваюсь. Не находя в себе сил сопротивляться влиянию Джаспера, я просто попыталась расслабиться, закрыла глаза и свернулась калачиком рядом с Эдвардом.       А потом он объяснил, что случилось. Джейкоб мёртв. Джейкоб… Джейкоб… это имя звучало на все лады у меня в сознании, тяжело пульсировало, отдаваясь в голове. Парень с нелепо длинными волосами и наивной улыбкой, который стал моим лучшим другом… который собрал меня из осколков, когда я была разбита… который швырнул меня на землю и…       — Белла? — моей щеки коснулись прохладные пальцы, и это рывком вернуло меня в настоящее, а Эдвард отдёрнул руку раньше, чем я её увидела. Он пристально смотрел на меня, плотно сжав губы. Его руки, судорожно стиснутые в кулаки, лежали на коленях. Он молча ждал, пока я переведу дыхание… но я почти ничего не чувствовала… ничего, кроме холода. Мне было холодно. Так холодно… Взглянув мне в лицо, Эдвард вздрогнул, и я подумала, что, наверное, выгляжу такой же мёртвой, какой сейчас себя чувствую. Я не ощущала ничего при мысли о том, что Джейкоба больше нет… меня не волновало, сказал ли он что-нибудь обо мне. На мгновение меня встревожила мысль о неприятностях, которые могли ожидать моего отца, но, зная Калленов, я почти не сомневалась, что всё обойдётся. Вероятно, они имеют подобный опыт и сумели уничтожить все следы, к тому же Карлайл собирается поговорить с Чарли… нет, его не смогут уличить в убийстве. Волки не посмеют ничего сделать… вообще-то, это хорошая новость. Так почему же я не радуюсь?       — Хорошо… — мне пришлось заставить себя выговорить это слово, и Эдвард посмотрел на меня странно, почти с недоумением.       — Хорошо? — нерешительно переспросил он, и я кивнула. — Просто… хорошо? — Я кивнула ещё раз, и он на несколько мгновений опустил глаза, разглядывая свои руки. — Ты… То есть… не хочешь ли ты поговорить об этом? — Я молча покачала головой, и он со вздохом прикоснулся к моей руке. Я не собиралась замирать… или отдёргивать руку, но сделала это, и, хотя выражение лица Эдварда буквально разбило мне сердце, я ничего не могла с собой поделать. Просто не могла. Мой отец увидел Джейкоба и тут же застрелил его. Джейкоб мёртв. Я не думала, что это возможно… и теперь даже не знала, как реагировать. Эта информация словно медленно, капля по капле просачивалась в мой мозг… желудок свело спазмом, и я прикусила губу, чтобы подавить приступ тошноты, потом с трудом сглотнула. «Меня не тошнит, — мысленно повторяла я снова и снова, убеждая себя, что со мной всё в порядке. — Не тошнит… Мне нельзя…»       — Белла?       — Не надо, — умоляюще прошептала я. — Пожалуйста. Его лицо снова страдальчески исказилось, но он кивнул, оставаясь на месте.       — Ты хочешь… хочешь, чтобы я ушёл? — Я заставила себя отрицательно покачать головой. Он и так уже достаточно натерпелся от меня… нельзя ещё раз ранить его. — Хочешь лечь? Или… поесть? — Я снова покачала головой, сама не зная, чего я хочу… мне ничего не хотелось. Только… только закрыть глаза и забыть обо всём.       Эдвард сгорбился, крепко сжав руки вместе, и ждал. Я понятия не имела, почему он так расстроен… и вдруг у меня в голове словно что-то щёлкнуло. Джейкоб был здесь… подходил близко к дому. Эдвард мог прочитать его мысли. Я вскочила и кинулась в ванную, даже не закрыв за собой дверь. Содержимое желудка с болезненными спазмами изверглось из меня, кислая горечь обожгла горло. В тот же миг Эдвард был позади меня, он придерживал меня за спину, приговаривая:       — Всё в порядке… успокойся, Белла. Просто расслабься, не сопротивляйся этому. Уже почти всё… просто успокойся.       Потом я, слабо всхлипывая, привалилась к нему боком.       — Шшш, дорогая, всё хорошо. С тобой всё в порядке. Хочешь, позову Карлайла?       — Ты… ты видел… — выдавила я, пока он осторожно вытирал мне лицо мокрым полотенцем, и его рука на мгновение замерла возле моего рта, но потом он поднёс к моим губам стакан воды, который словно извлёк из воздуха, как фокусник, и молча подождал, пока я попью.       — Успокойся, Белла. Не беспокойся об этом. Не нужно беспокоиться.       — Ты видел! — почти закричала я, сгибаясь от боли. Кто-то тихо постучал в дверь комнаты, но Эдвард не ответил на стук. — О Господи… ты…       — Шшш, — снова прошептал он, целуя меня в висок и сажая к себе на колени. Обнял меня и начал покачиваться, словно убаюкивая.       — Прости меня… мне так жаль… о Боже, прости! — Он продолжал укачивать меня, больше не пытаясь успокоить, а я всё просила у него прощения. Даже не зная, почему говорю это… за что извиняюсь. Я понимала, что не виновата в том, что Джейкоб пришёл к дому. Не было моей вины и в том, что Эдвард умеет читать мысли… или в том, что он… что он… Моё тело снова взбунтовалось, и Эдвард помог мне справиться с ещё одним приступом рвоты.       — Эдвард, можно мне войти? — вероятно, Карлайл довольно долго пытался молча позвать Эдварда, но всё же вынужден был заговорить.       — Нет. — Меня удивил тихий ответ Эдварда, а он снова взял меня на руки и отнёс на кровать. Дверь в спальню не открылась — видимо, Карлайл с пониманием отнёсся к желанию сына.       Эдвард уложил меня в постель, как следует укутал, потом сам лёг рядом со мной и обнял, притянув к себе вместе с одеялом. Время от времени он подавал мне стакан воды и просил попить, иногда прижимался губами к моим волосам, покачивая меня взад-вперёд и напевая без слов. Мы лежали так довольно долго, и, хотя казалось, что заснуть будет невозможно, в конце концов мои веки отяжелели и я провалилась в сон.

Элис

      Подбирая в магазине подходящую одежду для Беллы, я увидела, что моя семья внезапно пропала из поля зрения, но не успела я, заволновавшись, достать мобильный телефон, как они снова появились… вместе с Чарли… который отдал Карлайлу пистолет и поспешно уехал домой. Он вернётся завтра и будет задаваться вопросом, почему мы выглядим такими спокойными. Заподозрит ли он нас в том, что мы хотели сделать то же, что и он? Я сразу же разыскала Эммета, чтобы сообщить ему о случившемся. Посовещавшись, мы решили повременить с возвращением. Разумеется, нам пришлось скрыть всё от Беллы и дать Карлайлу время спрятать тело, поэтому мы заглянули ещё в пару магазинов и убедили Беллу прогуляться по ним, пообещав, что Эммет будет носить за ней пакеты с покупками.       Я уже знала, в каком состоянии будет Эдвард, когда мы приедем, но понятия не имела, как можно подготовить к этому Беллу, и поэтому просто всеми силами старалась не дать ей заметить моё упавшее настроение. Когда мы вошли в дом, я поняла, что никакие видения не давали полного представления о действительном положении дел. Вид Эдварда просто ошеломил меня, а услышав его рыдание, я не выдержала и, пробормотав что-то о покупках, выбежала из гостиной обратно в гараж.       Справившись с собой, я решила присоединиться к остальным и, поднявшись по лестнице, увидела в коридоре Карлайла, который сидел на полу, привалившись спиной к двери. Его глаза были закрыты, он сжимал пальцами переносицу. Эсме обнимала Розали и тихо её в чём-то убеждала…       Белла уснула… Эдвард не разрешал никому из нас приближаться к ней, даже Карлайлу, и это очень огорчало нашего отца, но я считала, что у Эдварда есть причины так поступать, только пока не понимала, какие.       Ко мне подошёл Джаспер — в первый раз после моего возвращения, но я не искала его, полагая, что он просто расстроен или занят. Оторвавшись от своих размышлений, я посмотрела на него и заметила свежий шрам на его шее. Потянувшись к мужу, я потрогала рубец и готова была уже спросить, что случилось, когда увидела ответ.       Я тут же бросилась к Розали, яростно рыча. Она напала на моего возлюбленного! Белла так страдает от последствий изнасилования, Эдвард невольно прочитал мысли Джейкоба и увидел всё, что тот сделал с ней, вся наша семья как будто распадается на части, а тут ещё Розали ранила Джаспера. Эсме встала между мной и Розали, закрывая её собой, и я уже была буквально в сантиметре от горла нашей матери, когда Джаспер перехватил меня, пытаясь успокоить, а Эммет оттащил Розали и, оскалив зубы, крепко обнял, весь его вид говорил о том, что он не даст её в обиду. Возможно, всему виной был чрезмерный стресс или сопереживание Белле — я не остановилась, чтобы обдумать причины своей слишком острой реакции. Я продолжала рычать на свою сестру, почти довольная тем, что имею возможность выплеснуть свои эмоции, но раньше, чем я попыталась добраться до неё, Карлайл преградил мне дорогу, раскинув руки в стороны.       — Элис, прекрати! — воскликнул Джаспер, осторожно прижимая меня к себе и стараясь не причинять боли. Он явно не хотел подпускать меня к Розали… и к отцу, который, похоже, терял терпение.       — Ты, стерва! — я кричала на сестру, но уже чувствовала, что теряю желание драться. Не знаю, что было причиной — дар Джаспера или моя усталость, но я развернулась в объятиях мужа и перестала вырываться, едва не упав на него, а он с лёгкостью поймал меня. — Стерва, — бессильно прошептала я, качая головой и ощупывая новый шрам. — Господи, ну и стерва! — Все явно расслабились, когда Джаспер увёл меня в гостиную и усадил рядом с собой на диван. Через некоторое время остальные присоединились к нам. Розали села неподалёку, за ней пристроился Эммет, а родители заняли кресла напротив.       — Извини… у него я уже попросила прощения… — первой нарушила молчание Розали. Я смерила её злым взглядом, без слов говоря ей, куда она может засунуть свои извинения, а Эммет неохотно усмехнулся. Карлайл вздохнул, и я отчётливо ощутила его неодобрение.       — Всё в порядке, Элис. Ты ведь знаешь, что со мной всё хорошо. И не так уж сердишься на неё, — пробормотал Джаспер, и я со вздохом положила голову ему на плечо, закрывая глаза и жалея, что не в состоянии забыться сном. — Хочешь, пойдём наверх? — Я покачала головой. Находиться наверху, не имея возможности пойти к Белле, было бы ещё хуже.       — Она знает, что он видел, — прошептала я.       — Да, — печально кивнул Карлайл. — Джаспер?       — Не могу даже описать это, — просто ответил мой муж. — Мне жаль… но она просто… это боль. Боль, и снова боль, и страх, и унижение… у меня нет названий для всего этого, — он коротко поцеловал меня в макушку. — Я немного вмешался… и она смогла уснуть. Мне показалось, что так будет лучше. Видно было, что Карлайл с трудом сдерживает свои чувства. Наконец он сумел разжать стиснутые зубы и заговорил:       — Да, ты прав — ей это необходимо, — потом помолчал немного и спросил: — А как Эдвард?       Я понимала его беспокойство — брат не сказал нам ни слова, если не считать отрывистого отказа разрешить отцу войти в его комнату. Отказа, так расстроившего Карлайла.       — Он тоже нуждается в отдыхе, — лаконично ответил Джаспер, поглаживая меня по спине, и я снова закрыла глаза.       — Мне правда очень жаль, — снова прошептала Розали, и я посмотрела на неё. Она сидела, прикусив губу и пристально уставившись на свои переплетённые пальцы. Эммет, по-прежнему обнимая её за плечи, укоризненно взглянул на меня, и я вздохнула:       — Знаю. Мы некоторое время молчали, пока в кармане у Карлайла не завибрировал мобильный телефон. Отец даже не встал, чтобы поговорить с Чарли — я мгновенно увидела, что это он и рядом с ним никого нет.       — Привет, Чарли, — негромко поздоровался Карлайл.       — Господи… Карлайл, я не могу… вы не можете… — Карлайл тихо вздохнул, услышав этот громкий отчаянный голос.       — Вы дома, Чарли?       — Да…       — Хорошо. Оставайтесь там, пока не успокоитесь. Несколько мгновений в трубке слышалось только прерывистое дыхание.       — Я не могу… не могу позволить вам сделать это. Я должен поговорить с Билли… я обязан… явиться с повинной.       — Чарли, вам нельзя сделать это — по многим причинам, — Карлайл почти рычал. — Вероятно, вам лучше не знать их. Но помните, если вы признаетесь в убийстве Джейкоба, вам придётся рассказать, почему вы это сделали. Вы и правда собираетесь поступить так с Беллой? — Чарли молчал. — Приезжайте завтра, и мы всё обсудим. Это не телефонный разговор.       — Как она? — наконец спросил он сдавленным голосом.              — Спит. Сегодня она ездила на прогулку с Элис и Эмметом, но я не думаю, что сейчас она чувствует себя хорошо, хотя поездка была удачной и Белла хорошо провела время. Всё станет ясно, когда она проснётся.       — Она знает? — Чарли практически шептал.       — Да… Эдвард сообщил ей.       — И как она восприняла это? Карлайл помедлил, потом, похоже, решил сказать правду:       — Плохо… Когда он рассказал, состояние Беллы резко ухудшилось, пришлось уложить её в постель. — Кажется, Чарли всхлипнул, и Карлайл заметно смягчился: — Она расстроилась не из-за вас, Чарли. Не думаю, что она винит вас в чём-то. Её, как и Эдварда, мучает ситуация в целом. Сейчас он с ней.       — Думаете, она захочет поговорить со мной завтра?       — Не уверен, — признался Карлайл. — И вы должны понять, что мы, с учётом всех обстоятельств, не будем убеждать её побеседовать с вами.       — Понимаю.       — Но я посоветую ей спуститься вниз, чтобы повидаться с вами. И попросил бы вас не задавать ей вопросов о случившемся и не пытаться заставить её говорить… будьте предельно осторожны даже с прикосновениями. Но вы, по крайней мере, сможете увидеть её. Хотя решать ей, разумеется.       — Спасибо! — Чарли гулко сглотнул. — Огромное вам спасибо… за всё. Я никогда не смогу достойно отблагодарить вас… а теперь, после всего, что…       — Не стоит благодарности. Поверьте, мы действуем исключительно в интересах Беллы. И… я не сожалею о смерти Джейкоба. Чарли вздохнул — похоже, чтобы взять себя в руки:       — Я тоже.