я похож на человека, который шутит?

Дима бежал со всех ног. Падал, поскальзываясь на льду, вставал и продолжал свой путь. Он надеялся успеть, вот уже виднеется знакомый дом. Он спешно вводит код и буквально летит по лестнице. Раздаётся истошный крик, который пробуждает в парне второе дыхание. В кармане Димы всегда был запасной ключ Тошиной квартиры. Он распахиевает дверь и видит ужасающую картину. Парень лежит на полу, кажется без сознания. Над ним нависает полуголый Отчим, который пытается стянуть с Антона штаны. Дима со звериным криком бросается к нему, и собрав все свои силы скидывает с полуживого мальчика. Мужчине не нравится таковой исход событий, и он кидается на парня с кулаками. Первый удар пришёлся Диме в живот. Мальчик согнулся от боли, кинув взгляд на живой шкаф. Мужчина был под два метра ростом, раздутый от пива живот вытекал из-под футболки, которая была испачкана в чем-то не самом приятном. Мерзотное зрелище. А если он….Нет, нет, нет …Он же не мог убить Тошу? У него кажется был пульс… Пока парень разглядывал отчима Антона, тот снова замахнулся, но на этот раз у него кажется что-то блеснуло в руке. Секундное осознание и острая боль в районе плеча. Эта мразь, кажется целилась в грудную клетку. Парень глухо стоне и опускается на колени. Кровь струится по руке, вся куртка кажется пропиталась ею. Слава богу у него была куртка, смягчившая удар. В глубоких и по детски светящихся глазах скапливаются слезы, все сильнее разгорается огонёк ненависти и гнева. -Я убью тебя, сука! — Взвыл Дима и снова бросился на эту тварь. Тот лишь, пьяно загоготав отразил удар, но из-за высокого содержания алкоголя, а может и не только в крови, упал. Прямо как в дешёвом сериальчике на РОССИИ1 упал, ударившись головой о полуразбитую тумбу посреди пустого коридора. Дима, мужественно игнорируя боль в плече, приблизился к бухой в слюне тушке, развалившейся рядом с выходом из злосчастной квартирки. Брезгливо дотронувшись до его шеи, парень бросился к неподвижному другу, который кажется превращался в бумагу. Цвет лица Антона, кажется был недалёк от неё. Пульс присутствовал, но кажется он сильно принижал норму. Дима без раздумий вытащил из заднего кармана полуразбитый айфончик шестой модельки, на который они с Антоном работали добрую половину прошлого лета. Набрав экстренную 112, парень перетащил друга на диван, максимально игнорируя распластавшегося на половину коридорного пола мужика. Главной целью был Антон, и Дима был обязан помочь своему мальчику. Он неимоверно винил себя за то, что не среагировал сразу. Не врезал тому со всей силы. Не разбил нос в конце концов. Нет… Нельзя отчаиваться, нужно идти с Антоном до конца, каковым бы он не оказался и точка. Спустя минут 20 приехала экстренная служба. Дима уехал вместе с Антоном в больницу, отчима тоже забрали, но пришлось вызвать полицейский наряд. Дожидаться его скорая не стала, так-как парень находился в очень тяжелом состоянии, требовалась срочная госпитализация. Спустя 10 минут Антона завезли в больницу на носилках. Диме врач сказал, что требуется срочное обследование, а возможно и хирургическое вмешательство. Позов на ватных ногах стоял около ресепшена, перед глазами плыла картина, где его Тоша лежит в луже собственной крови, а над ним нависает эта мразота, его мальчик такой беззащитный и совсем один. Один. Ох, если бы он пришёл на каких-то 5 минут раньше, если бы он его остановил, или запер где-нибудь. Нет, это он виноват в том, что опоздал, в том, что не смог защитить. Дима, и только он. Он. Он. Парень схватился за голову и осел около стойки, руки начали дрожать, а глаза наполняться ненавистными слезами — у парня началась истерика. В памяти начали всплывать моменты из его жизни, где они с Антоном счастливы, всё хорошо, он цел. Цел. Нет, надо найти его и убедиться в том, что с ним все хорошо. На ватных ногах он пошел искать друга, всё было как в тумане. От слëз дороги не было видно, и кареглазый шёл на ощупь. Медсестра, до этого сидевшая за стойкой и перебиравшая какие-то бумаги, заметила Позова, и быстро найдя у себя успокоительное, подбежала к парню, усаживая на скамейку, дала воду и лекарство. После того, как парень более-менее пришёл в себя, девушка заговорила. — Вы с Антоном Шастуном? -Получив короткий кивок девушка продолжила. — С вашим другом всё будет хорошо, правда. Сейчас вам нужно успокоиться, ведь вашему другу нужна поддержка и забота. — Д-да, мне нужно успокоиться, всё хорошо, всё хо-ро-шо — Парень допил содержимое стакана. — Спасибо. — Подросток протянул его медсестре, но тут, руки предательски затряслись и стакан полетел вниз с грохотом. Дима вскочил и попробовал всё убрать, но у него закружилась голова и тот упал рядом с осколками, благо не на них. Темнота. Ничего не видно, крики, шум, но всё это где-то там. Далеко. Парень протер глаза, всё равно темно. Попробовал закрыть и резко открыть их — тоже тщетно. Ладно, хорошо. Дима решил двигаться на ощупь. Кареглазый не знал, сколько он шел и куда, но через некоторое время вдали показался свет. Позов обрадовался и начал ускорил шаг. Дойдя Позов в нерешительности немного помявшись на месте вошёл. Внутри он снова увидел, как хрупкое тело парня лежит на холодном полу, а над ним нависает его отчим. Парень осверепел. Глаза налидись кровью. Он с криками: «Я убью тебя» набросился на мужчину. Удар, ещё удар, кровь, кряхтение, боль, и всё, эта мразота лежит без сознания на полу, а Дима, опомнившись, летит к другу. Подбежав, кареглазый измерил пульс парню — нет. Ещё раз — опять нет -Это конец, ты виноват в том, что он умер.- Прохрипел мужчина и засмеялся- Ты. Ты виноват в том, что он пришёл сюда. Ты не защитил его. Ты виноват, ТЫ И ТОЛЬКО ТЫ. Его слова разносились эхом по разуму парня. Казалось, будто всё кричит о том, что виноват Дима, насмехается над ним. Было настолько громко, что парень закрыл уши руками и изо всех сил закричал -Дмитрий, просыпайтесь, Дмитрий. — Чей-то обеспокоенный голос будил его. Позов распахнул глаза. Перед ним была та самая медсестра, которая принесла ему успокоительное. Тот выдохнул, но тут же вспомнил про Антона. -Где он? Антон? Что с ним? Я должен его увидеть. — Парень попытался встать, но резкая боль в плече не дала ему это сделать. — Вам нельзя двигаться, у вас растянутая плечевая мышца. -А Антон, что с ним? — Позов еще пытался встать. — Я же сказала, вам надо лежать, если вы не успокоитесь, мне придется вызвать санитаров. — Хорошо-хорошо, только скажите, что с Тошей. — Антон Андреевич в коме, но прогнозы хорошие. — Понял, спасибо. — Парень перевернулся на бок — Можете оставить меня одного? Пожалуйста. — Хорошо, Дмитрий Темурович, если что-нибудь будет надо, кнопка вызова медсестры справа от кровати — сказала девушка и вышла из палаты. — Спасибо — произнёс Дима уже в пустоту и зевнув, закрыл глаза. Через несколько минут он уже был в царстве Морфея. В этот раз обошлось без кошмаров. С того момента прошло два злоебучих года. его мальчику завтра исполняется восемнадцать .Сколько Дима боролся с этими врачами, собирал деньги, голодал, устроился на работу. И собрал, он спас его, он подарил Антону шанс, но тот видимо не собирался его использовать. Аппараты не отключили, что действительно очень сложно далось Диме и, увы не столь физически, как морально. Позов прошёл в палату и сел на уже свой излюбленный стул. Взгляд упал на побледневшее лицо парня, он весь был истыкан трубочками, какими-то проводками и иголочками. Тогда — два года назад, когда Вадим пробил парню голову, задев жизненноважную деталь, Дима был достаточно упитанный пареньком, с детским лицом и несползающей улыбкой. Теперь же все иначе, парень похудел, глаза стали впалыми, а веки тяжёлыми, глубокие синяки, обволакивали их, а волосы давно начали выпадать от жуткого стресса и, парень не нашёл ничего разумнее, чем сбрить их. Дима привычным жестом вложил руку Антона в свою, нежно поглаживая. — Ну вот и всё, неделя, Антош, неделя. Я. Прости меня, мне не хватает, я делал все, что мог. Они. Они не хотят идти на встречу, а ведь завтра твой день рождения. Прости меня, ты не представляешь насколько мне сложно без тебя. Я бы никогда не занялся этим, но обстоятельства. Антон-ты лучшее, что случилось со мной в этой жизни и, я совершенно ни о чем не жалею. У нас есть неделя, уже глупо наверное на что-то надеяться, но. Ты ведь попробуешь? Постараешься ради меня? — Глупо, как же глупо. Дима прекрасно понимал, что ничего из этого не выйдет. Глаза вновь заполонили слезы, он терял его. Терял. Это последние дни Антона, последние его вздози, хоть и искусственные. Парень просидел там порядка двух часов. — Ну, что же, Антош. Пойду я. Ты держись, я рядом, я всегда останусь рядом с тобой. Пожалуйста, не оппускай руки. Борись, борись до конца. Ты у меня такой сильный, я в тебя верю. — Солоноватые дорожки, простилавшиеся по впалым щекам, превратилась в гулкие рыдания. — Пожалуйста, не оставляй меня, Антон, пожалуйста. — Дима упал на колени, хватаясь за руку парня, как за спасательный круг. — Пожалуйста, пожалуйста, Антон. — Голос начал срываться, а воздуха не хватало. — Я же загнусь без тебя, слышишь? Загнусь. — Позов перешёл, на хриплый крик-полустон. В глазах резко темнеет и перед глазами рассыпаются миллионы звёздочек. Писк аппаратов и последняя мысль. «Неужели он умер. Неужели это конец. Конец. " Антон кажется проснулся, неужели все то было сном? Арсений, Серёжа и все, что было помимо. Он лежал и вглядывался в пустоту, глаза открыть не получалось, а тело совершенно не слушалось. Голос. Он услышал голос, но чей. Неужели. Дима. Боже, это Дима, его Дима. Он рядом, но почему же Шастун не может до него докричаться, почему тело не слушается. Голос звучит приглушенно, но парень разбирает несколько фраз и этого ему хватает, он всеми силами пытается сделать хоть что-то. Стук. Резкий стук в весках и писк. Парень буквально тонул в этом риске и вот оно. Неужели. У него получилось пошевелить пальцем. Писк стал более отчетливым, звуковая пелена будто спала. Парень попытался открыть глаза, но снова не вышло. Пальцы. О да, получается, он может шевелить ими! Парню хотелось плясать, внутри он громко ликовал. Тишина и этот противный писк напрягали, но дверь кажется распахнулась и кто-то вошёл. Шаги, Антон услышал шаги и громкий женский крик. — Он жив. Он дышит. Самостоятельно. Вадик, тут парню плохо, неси нашатырь, быстро. — Последнюю фразу Шастун услышал отстраненно. Кажется он уснул. Снова.