Часть 23
11 февраля 2022 г., 17:16
Дом, покинутый им еще не так давно, встречает Джорджа протяжным скрипом входной двери. Воспоминания о произошедшем накрывают разум волной, больно ударяющей по осознанию того факта, что друга Фаунда, обыкновенно всегда готового его встретить, теперь здесь просто не может быть.
Но ничего. Он обязательно вызволит Сапнапа, по-другому и быть не может.
Джордж проходит внутрь, вслушиваясь в звуки. Изначально он пришел сюда лишь для того, чтобы забрать бедняжку Патчес, оставшуюся без хозяев, а потому голодную и холодную. Однако сейчас из глубины особняка определенно слышалось что-то еще. Парню понадобилось несколько долгих мгновений, чтобы понять, что звуки эти — ничто иное, как чьи-то торопливые шаги.
— Джордж? Это ты? — спрашивает знакомый голос. Спустя минуту Фаунд замечает его источник: женщину, появившуюся из правого коридора. — Слава Богу, ты пришел.
Мама Ника, миссис Джулия, выглядит ожидаемо уставшей и взволнованной. Джордж тут же вспоминает о том, что, по словам друга, его родители улетали в очередную командировку, как обычно оставив сына присматривать за домом. Теперь же они, как видно, вернулись, и Фаунду было до ужаса неловко смотреть в умоляющие без слов глаза напуганной родительницы.
Что он может ей сказать? «Извините, ваш сын в данный момент сидит в тюремной камере, но вы не пугайтесь, мы уже придумали план по его вызволению».
— Джордж, ты можешь объяснить мне, где сейчас Ник? — порывисто дотронувшись до его локтя, произносит Джулия.
— Я… — парень прекрасно понимает её волнение. Ему правда хочется ответить как можно осторожнее, так, чтобы успокоить её, сказать, что всё под контролем, однако слова непослушно застревают где-то в горле.
— Он не отвечает на мои звонки и сообщения вот уже второй день. И даже если бы он гостил у тебя дома… Понимаешь, Ник ведь никогда не игнорирует меня. Пожалуйста, Джордж, скажи мне, если знаешь, где он. — она смотрит на него с надеждой, но уже спустя секунду, не дав вставить и слова, начинает говорить ещё быстрее, — Я видела недавние новости о протесте на ежегодном фестивале. Там ведь стреляли по мирным… Господи, умоляю тебя, — она вдруг прерывается, словно давая себе немного времени на успокоение, — Скажи мне, что вы туда не ходили. Что с каждым из вас всё в порядке.
— Послушайте, миссис Джулия, — осторожно выдаёт Фаунд, улыбаясь трескающейся улыбкой, — Мне правда очень жаль, что всё так вышло. Как друг Ника, я очень сильно виноват перед вами. Потому что… — он сглатывает, однако честно не отрывает глаз от чужих, боясь разорвать зрительный контакт, — Потому что мы действительно находились там тогда. Мы и еще несколько наших друзей. Нас не ранили, не волнуйтесь, — быстро добавляет он, — Но Ник сейчас… В общем, он сейчас заперт под стражей. Временно.
Джулия, кажется, захлебывается невысказанными словами и собственным шоком, но в то же время в выражении её лица мелькает значительное облегчение.
— Ну и зачем же… — слабым голосом начинает женщина, устало опускаясь в ближайшее кресло. — Зачем вы вообще туда сунулись?
— Извините. — повторяет Джордж, виновато опуская голову. — Мне правда очень жаль. Однако я уверен, что нам удастся его вытащить, потому что уже есть люди, которые действительно смогут помочь.
Джулия медленно и задумчиво кивает головой. Затем вдруг резко поднимается с места, отчего Фаунд даже невольно вздрагивает.
— Мы тоже не останемся в стороне. Там мой сын, и пускай сейчас я зла на него за безрассудство, — она решительно обходит небольшой столик кругом, подхватывая пальцами оставленную на нем еще со вчерашнего дня налобную повязку Ника, — Не помочь нам нельзя. Так что не волнуйся, Джордж. Мы справимся.
Джордж улыбается уже куда искренней, замечая в чужих глазах долгожданную целеустремленность и решительность. Мама Ника всегда очень нравилась ему именно за эти качества. Еще, конечно, за чувство юмора, доброту и заботливость, причина последней из которых, заключавшаяся в договоре между ней и его матерью, правда, совсем недавно стала для него известной.
Но дело сейчас заключалось совсем не в этом. Джулия твердо решилась в очередной раз вытащить своего сына из передряги, и от одного лишь осознания того, что на их стороне находится человек, готовый бороться до последнего, на душе Фаунда становилось спокойнее.
— Кстати, — неожиданно добавляет женщина, с интересом на него глядя, — Ты пришел, чтобы сказать мне про Ника? Или хотел что-то ещё?
Джордж тут же вспоминает о первоначальной причине своего приезда сюда. Патчес.
— Оу, ну, на самом деле, — он неловко трогает пальцами щеку, — Я вернулся сюда за своим котёнком. Просто… По некоторым причинам мой дом стал небезопасным, и пришлось…
— Ничего-ничего, я понимаю. — мягко прерывает его бормотание Джулия. — Хорошо, что ты пришел. Иначе я бы точно начала сходить с ума… Не хочешь выпить чаю?
Последнее предложение на секунду сбивает с толку, но Фаунд вовремя вспоминает, что всё же является здесь гостем. Что ж, это значит, что сейчас можно просто-напросто вежливо отказаться.
— Нет, спасибо вам. — он благодарно улыбается. — Могу я забрать свою кошку?..
— Да, разумеется! — тут же отвечает значительно успокоившаяся женщина, а после пропускает его в нужную комнату. — Удачи тебе и до свидания, Джордж. — До свидания! — откликается он, уже преодолевая нужный коридор. Хочется поскорее найти Патчес и успокоить свое обливающееся кровью сердце, потому он ускоряет шаг. Интересно, как она там?..
Кошка находится сразу, стоит ему только отворить дверь в нужную комнату. Она мяучет приветливо-жалобно, с порога напоминая своему хозяину о том, что, вообще-то, давным-давно не кормлена; Фаунд радостно улыбается, поднимая её на руки. Мягкая шерстка приятно щекочет щеку, когда парень, осторожно устроив на руках, выносит Патчес на улицу. Нужно купить корм, да поскорее, иначе Джордж, похоже, вполне рискует быть съеденным.
Уже спустя несколько минут после того, как парень преодолевает путь до выхода из дома семейства Сапнапа, он понимает, что зря не взял с собой кошачью переноску. Патчес возится на руках, не желая сидеть на одном месте, и искренне негодует, почему хозяин не кормит её. Джордж пытается успокоить кошку, поглаживая по мордочке, и это, на удивление, срабатывает. Воодушевившись, молодой человек принимает решение ускориться, чтобы побыстрее добраться до первого попавшегося супермаркета.
Таковой находится уже спустя пять минут. Фаунд, по-прежнему с котенком на руках, заходит внутрь и по пути молится на то, чтобы туда можно было заходить с домашними животными. Он сразу же направляется к нужным стендам. Картонная коробка с кошачьим кормом ложится в свободную руку, и парень разворачивается по направлению к кассе, мечтая поскорее расплатиться и утолить голод бедной Патчес.
Однако кто-то неожиданно его окликает.
— Джордж!
Знакомый голос низкий и слегка хриплый, словно у его обладателя уже пару дней болит горло. Но развернувшемуся на оклик Фаунду всё же удается узнать в по-прежнему высоком, каком-то неестественно похудевшем мужчине Техноблейда. Розовые волосы того обрамляют точеные скулы, однако, даже несмотря на очевидно нездоровый вид, друг детства выглядит отдохнувшим. Джордж понимает, что именно является тому причиной, потому закономерные вопросы сами собой оседают на кончике языка.
А ещё… Неведомое чувство, сравнимое разве что с их встречей после долгой разлуки в тот день, будто незримой стеной встает между ними. Чувство чего-то пережитого, прошедшего, но, тем не менее, несоизмеримо важного — того, что когда-то связывало две сущности, одной из них сохраняя жизнь. Теперь же этой нити, связи, о которой сам Джордж узнал так поздно, просто не существует. Они оба привязаны к разным людям, и отныне, должно быть, навсегда.
Это ли чувство заставляет его ощущать себя так странно сейчас? Переминаться с ноги на ногу, в одной руке держа Патчес, а в другой цветастую коробку, и, наверное, выглядеть весьма неуклюже? Впрочем, быть может, это из-за того глупого обещания-согласия, которое Джордж имел неосторожность дать при прошлой их встрече?
— Привет. — выдавливает он, всё ещё не зная, что говорить дальше. Вроде как вопросов в голове крутится великое множество, но ответов… На их получение не хватает сил. Разве он не должен сейчас поинтересоваться, всё ли у Техно в порядке? Тот ведь, как-никак, находился в самом настоящем плену, а такого кому угодно не пожелаешь.
Техноблейд, словно почувствовав неловкость, пронизывающую воздух между ними, начинает говорить первым:
— Как ты? Честно говоря, я боялся, что мы больше не встретимся. — он коротко усмехается, — Однако сейчас оба здесь.
Джордж, наверное, должен чувствовать неприязнь к человеку, который, как многие другие, лгал ему, более того — пользовался связью без
предоставленного на то согласия. Однако в данный момент думать об этом не хочется. Да, Техно использовал его, но разве это не было сделано из-за безвыходности положения? Конечно, таким образом можно было найти оправдание практически каждому из его окружения, но только этим парень и спасался. Да и хранить старые обиды, когда только-только собираешься начать жизнь с чистого листа, как минимум, глупо.
— Ты прав. — прочистив горло, отвечает Джордж. Улыбка трогает уголки губ, Патчес утыкается мордочкой в его шею, и на душе моментально становится куда легче. — Многое изменилось, но главное, что мы в порядке.
Техно кивает, а затем, похоже, впервые обращает внимание на животное в руках Фаунда.
— Оу, это твоя кошка? Милая.
— Да, — безропотно соглашается тот, — Я везу её домой. — последняя фраза отдается чем-то теплым в груди. А следом воображение, будто по команде, както незаметно начинает рисовать Клэя. Джордж, сам того не замечая, удивленно приподнимает брови.
Разве дом не должен ассоциироваться у него со знакомым уже особняком, который, между прочим, им еще предстоит отвоевать? Почему первым, о чем он подумал, стал именно Дрим?
Фаунд делает вдох поглубже, стараясь унять эмоции, но улыбка всё равно просачивается сквозь губы, счастьем отливает в глазах. Парень просто не может этого не чувствовать.
Быть может, его дом — уже давно не что-то материальное.
Техно испускает добродушный и понимающий смешок. Только после этого Джордж приходит в себя, осознав, что всё это время витал в облаках.
— Ох, извини. Задумался. — неловко говорит он. А затем, немного подумав, добавляет, — Техно, на самом деле, у меня есть к тебе вопросы. Клэй рассказал почти всё о том, что с тобой произошло, — Джордж специально говорит чуть мягче, стараясь как можно бережнее ступать по болезненной для собеседника почве, — Но не о том, как именно тебе удалось спастись. Скажи, тебя не ранили? Ну, вернее, твою сущность?
Техноблейд меняется в лице постепенно, по мере слов Фаунда, которые малопомалу попадают во что-то, наверное, сугубо личное. Осознав, что зря вообще начал этот разговор, парень пытается было исправиться:
— Впрочем, если тебе не хочется или сложно говорить, то не нужно. Я обязательно пойму, тем более, вам с тем парнем наверняка многое пришлось пережить…
— Спасибо за твою заботу, Джордж. — мягко прерывает его Блейд, останавливая поток слов жестом руки. — С моей сущностью всё в полном порядке. Видишь ли, в нужный момент выяснилось, что спасение находилось совсем рядом, — мужчина отводит взгляд, почему-то с особой внимательностью изучая ценники под коробками молока, — Так что всё, что я хочу сказать тебе теперь — спасибо. И прости. За то, что поступал с тобой таким образом, я был полным эгоистом.
Взгляд Блейда, тяжелый и сожалеющий, устремляется на Джорджа вновь. Фаунд чудом удерживается от того, чтобы сглотнуть; ощущения неуютно обволакивают внутренности. Он не хочет, чтобы Техноблейд чувствовал себя виноватым.
— Техно, я ни в чём тебя не виню. Теперь я понимаю, что сокрытие правды являлось необходимостью, так что не злюсь, это было бы глупо. — парень делает шаг к кассе, уже сейчас ощущая, как постепенно рушится тот барьер напряженности и недоговоренности между ними, — Я лишь надеюсь, что у тебя и дальше всё будет хорошо.
Техно облегченно кивает головой, следуя за ним. Только сейчас Джордж замечает в его руке небольшую корзину для продуктов. Должно быть, закупался для дома.
— Говорят, ты сейчас живешь у Фила? — меняет тему он. — Как обстоят дела с конфиденциальностью?
— Да, Фил помогает мне. Впрочем, как всегда. — охотно поддерживает его Блейд. — Что касается скрытности, мне, по-хорошему, не следует лишний раз высовываться. Однако, как видишь, вынуждают обстоятельства.
Джордж издаёт понимающее «Мгм» в ответ. Кассирша пробивает товары, потому разговор утихает, но, когда они покидают здание супермаркета, парень продолжает беседу на прежней ноте.
— Нам с Клэем тоже запретили выходить лишний раз из дома. Но всё-таки в нашем случае куда проще, вряд ли будут соваться, зная о том, кем являются родители.
— Кстати, как здоровье у Дрима? — так, словно это самое большое из того, что его волнует, спрашивает Техно, — Надеюсь, что он не лежит на кровати, умирая от слабости, когда это так не вовремя. Слышал, что большую часть протестующих в тот день закрыли за решеткой.
— Так и есть. — вздохнув, признает Джордж. — Там и мои друзья тоже. Делать нечего, будем бороться…
— Я могу помочь. — вдруг заявляет Блейд. Фаунд от столь резкой перемены тона даже вздрагивает, с удивлением глядя на собеседника. — Ну, то есть, я и Томми ведь фактически были пленниками. Это довольно большая помощь на суде, не находишь?
— Да, конечно… — неуверенно соглашается Джордж, однако спустя мгновение до него доходит, что помощь-то из этого действительно может быть большая. Радость от увеличения шансов на победу заполняет его нутро очень быстро, не собираясь спрашивать разрешения.
— Тем более, я до сих пор ощущаю себя виноватым за то, что не смог находиться там, рядом с вами. Быть может, так можно было бы предотвратить смерти невинных…
Фаунд хмурится. Виноватым? И этот человек еще чувствует себя виноватым?
— Ты вообще знаешь, что без тебя всего этого могло не получиться?
— приподняв брови, интересуется Джордж. — Ты спас Томми, не считая того, какую огромную работу проделал, так неужели этого недостаточно?
Техноблейд лишь задумчиво улыбается в ответ, устремляя взгляд вдаль, на дорогу. На душе Фаунда чудесным образом снова становится спокойно.
«Отныне всё будет хорошо, не правда ли?»
— Спасибо тебе, Джордж-нот-Фаунд. — снова повернувшись к нему, склоняет голову в шутливом поклоне Техно. Джордж удивленно хлопает глазами.
— Откуда ты?..
— Мы все были зарегистрированы в той сети. Да и, думаешь, мне не удавалось иногда подглядеть, с кем там переписывается ненаглядный братец?
Фаунд еще пару секунд сверлит собеседника изумленным взором, а затем заливается искренним смехом. Ему действительно становится легче, словно встреча с Блейдом стала глотком воздуха, да еще и совершенным сразу после первого такого же — встречи с матерью Ника. Теперь шансов на успех значительно больше, а это ли не счастье?..
— И тебе спасибо. — успокоившись, тихо произносит он. — Надеюсь, что в следующий раз мы встретимся при совсем других условиях.
Техно отвечает с ласковой улыбкой, пожимая на прощание свободную руку Джорджа.
— Я тоже.
Спустя мгновение мужчина уже разворачивается, напоследок махнув ладонью, и уходит в противоположную от Фаунда сторону. Парень же, со всё еще будто приклеенной к губам улыбкой, берет направление влево, туда, откуда пришел — а когда поднимает взгляд, с удивлением замечает знакомый автомобиль.
Дрим? Ну и зачем он приехал, когда им ясным языком сказали: «Не высовывайтесь»?
Однако, вопреки логичным мыслям, сердце предательски сладко учащает удары, потому что Джордж понимает: Клэй приехал за ним. И такой простой, казалось бы, факт удивительным образом согревает душу изнутри.
Фаунд спешит к нужной машине, про себя радуясь, что теперь ему не придется идти через множество улиц с руками, занятыми кошкой и кормом. Открыв дверцу автомобиля, он первым делом сажает в салон Патчес, а после этого садится и сам, кивнув Дриму головой в знак приветствия.
Однако Клэй смотрит строго вперед, почему-то даже не удостаивая его вниманием.
Джордж непонимающе хмурится. Что это с ним такое? Неужели случилось что-то плохое? Он уже собирается задать вопрос, когда Тэйкен разрывает молчание первым:
— О чём говорили?
Фаунду хочется рассмеяться. Робкая, пока еще боязливая нежность растекается по его венам, пробуждая желание успокаивающе погладить Клэя по голове.
— Что, даже с Патчес не поздороваешься?
Дрим ворчит себе под нос нечто невнятное, однако всё-таки послушно поднимает кошку на руки. В глазах его моментально начинает плескаться такая знакомая Фаунду нежность, с которой, возможно, всё и началось: Джордж в который раз замирает, любуясь умиротвореннностью этого зрелища.
— Техно предложил нам помощь на суде. — придя в себя, машинально отвечает на заданный вопрос Фаунд. — Ещё я встретил Джулию, маму Сапнапа. Его родители тоже на нашей стороне.
Клэй поворачивается к нему, изучая. Фаунд невольно сжимается, потому что это вынуждает его чувствовать себя, как минимум, на приёме у психолога, сканирующего на любые намеки странных мыслей.
— Джордж. — не подходящим к собственному взгляду тоном, теплым и вкрадчивым, обращается Дрим, — Джордж, скажи мне, я ведь идиот, да?
Ожидавший совсем по-другому поставленного вопроса, парень изумленно глядит на супруга. С какой это стати?..
— Ты…
— Вы с Техно всего лишь шли вместе и улыбались, а я, кажется, с минуты на минуту был готов выскочить и силой затолкнуть тебя в машину. — признается он, по-прежнему не отводя глаз. Джордж невольно сглатывает.
«Ну, знаешь ли, до этого мне и самому не сложно было догадаться».
— Ты ревнуешь? — коротко прочистив горло и не дав себе времени на то, чтобы передумать, задает вопрос он.
Клэй кусает губу, а после зачем-то прикрывает веки, вздыхая. Но отвечает практически сразу, не задумываясь:
— Да.
Дышать становится труднее. Фаунд пытается напомнить самому себе, что это, вообще-то, было вполне ожидаемо — он ведь и так догадывался. Но всё-таки… Догадываться и слышать точное подтверждение из чужих уст — совершенно разные вещи.
А если подумать, никто из них ещё не признавался в чувствах так открыто.
Джорджу казалось, что для этого всё ещё рано. Да, теперь они были крепконакрепко связаны, но собственные чувства по-прежнему являлись для него неопределенной субстанцией, чем-то понятным и в то же время совершено неизученным. Копаться в себе было сложно, пожалуй, даже слишком. И хотя парень прекрасно осознавал, что сделать это следовало бы, на само действие, как ни странно, сил не хватало.
Но теперь, признав такую очевидную вещь, как ревность, Клэй фактически… Признался ему в любви? Да, не прямым текстом, но всё же…
Мысли вдруг прерываются прикосновением чужих пальцев к руке. Сердце Джорджа, и без того успевшее ускорить свой темп, норовит вот-вот пробить грудную клетку. Знакомые до боли бабочки хороводом кружат в животе, и парень не без наслаждения смакует это вновь пробудившееся внутри чувство. До чего же приятно осознавать, что кто-то так в тебе нуждается.
Дрим переплетает их пальцы, и Фаунд, словно сквозь пелену сна, слышит его шепот:
— Да, Джордж. Я люблю тебя. Не помню даже, когда это началось, честное слово.
Табун мурашек бежит по спине, когда Тэйкен бережно поглаживает кожу его ладони большим пальцем.
— Но мне очень хочется защищать тебя. И теперь я слишком отчетливо понимаю, что просто не смогу… делиться тобой с кем-то.
Слова Клэя не кажутся больше ни миражом, ни бредом воспаленного сознания, ни даже умелым враньем. Каждое из них насквозь пропитано горящим огнем искренности, терпеливо доведенным до своего максимума, полностью обдуманным и оттого таким по-простому чудесным. Джордж, пожалуй, признает, что плавится, прямо здесь и сейчас, под взором этих теплых зеленых глаз, будто молчаливо ожидающих его реакции.
Но на реакцию его просто не хватает. Парень пытается вдохнуть поглубже, чувствуя, как трепещут ресницы: воздух обрывками попадает в легкие, ибо дыхание сбито вдребезги. Наверное, Клэй ждет от него ответа. Или же… Он ждёт другого. Ждёт, когда Джордж поднимет взгляд, чтобы…
Фаунд забывает, как дышать, когда чужие теплые губы касаются его собственных. В салоне тут же становится жарко, почти душно; парень, не выдержав, тихо выдыхает в поцелуй.
Клэй не торопится, дает время подумать, при желании, возможно даже, оттолкнуть. Поцелуй остается невинным, но уже сейчас — чертовски правильным, а оттого таким дурманяще нежным и горячим одновременно. Сердце птицей бьется о грудную клетку, когда Дрим протягивает руку, чтобы осторожным, ненавязчивым движением нажать на его подбородок. Джордж и не думает сопротивляться. Горячий язык тут же проникает в его рот, исследует ряд зубов и нёбо, а после сплетается в причудливом, полном медленного огня танце с его собственным. Фаунд уже почти задыхается, когда они наконец отрываются друг от друга, чтобы перевести дыхание.
Дрим зарывается носом в его висок, поглаживая по щеке. Джордж в ответ сжимает ткань его куртки на рукавах, приблизив голову к чужой шее и с наслаждением вдыхая родной запах. Импровизированные объятия успокаивают, согревают без слов, и ни одному из них не нужны никакие разъяснения. Клэй, в любом случае, уже получил свой ответ, так ведь?
Откуда-то из глубины между сидениями вдруг доносится возмущенное мяуканье. Парни одновременно поворачиваются к его источнику, только сейчас вспоминая о Патчес, всё это время, видимо, терпеливо ожидавшей, когда же хозяева наконец прекратят свои странные дела и удосужатся её накормить.
Они вновь смотрят друг на друга, а после не выдерживают и смеются, шутливо извиняясь перед бедной кошкой.
Спустя минуту Патчес уже с наслаждением хрустит своим кормом.
