Всего лишь стечение обстоятельств

      – Это просто неприемлемо! Как можно назначить вот так просто, за неделю до, новую приму? Кто вообще принимает такие решения с бухты-барахты? Бэрроу – определённо самый безответственный балетмейстер за всю мою жизнь.       Айбике стояла у плиты, помешивая овощи на сковороде и по инерции вымещая на них часть своей бури эмоций, пока на другой выжидала своего часа куриная грудка в сливочном соусе. Берк невольно подумалось, что их ужин такими темпами приобретёт вкус негодования, поэтому на половине сказанного он полез в холодильник, доставая оттуда бутылочку белого полусладкого. Оно сейчас было как никогда кстати.       – Я выиграла этот глупый поединок только ради того, чтобы утереть нос Саманте. Принимать участие в новом спектакле же совершенно не входило в мои планы, – всё не унималась девушка. – К тому же, я совершенно не готова выступать на сцене снова.       – Сладкая, я, конечно, мало что пока понимаю в балете, но ещё никогда не видел человека более готового к выступлению, чем ты. Да ты была такой... Волшебной, грациозной и потрясающей, что там не только у меня челюсть отвисла, но и у всех находящихся. Уверен, что зал будет в восторге не меньше твоего альфа-вампира-парня, – сам того не замечая, Берк напомнил ей собственные утешения в тот вечер, когда возлюбленный не мог справиться с бездействием, и в душе разлилось до потрясения тёплое ощущение.       Однако её мысли по-прежнему были тревожными, хоть и приправленными долей возмущения.       – Но... Я ведь даже ни разу не тренировалась вместе с остальными.       – Малышка, ещё целая неделя впереди.       − И ещё не рассказывала своим, − взвывая от навалившейся на её плечи неожиданности, поникла кудряшка.       − Ты справишься! Не раскисать, − легонько встряхивая возлюбленную и заглядывая в её глаза, Берк деланно нахмурился. Однако Айбике, похоже, совсем не придала этому значения.       – Уф... Я наверняка всё испорчу, а люди в итоге останутся недовольны, это будет таким позорищем.       – Ну, на такой случай у меня припрятан запасной план. Ты спрыгнешь со сцены, я тебя поймаю, и мы сбежим оттуда. Как тебе? – его лицо было через чур серьёзным для подобного предложения, но когда в конце медная бровь дёрнулась вверх, Айбике стало ясно видно еле сдерживаемое озорство.       – Этот вариант мне нравится больше основного, – звонко хихакая, отвечает брюнетка. Она обвивает руками шею парня, когда тот укладывает свои ладони ей на талию. Вообще-то, почти на упругие ягодицы, от чего Айбике мысленно скулит, осознавая свою резкую смену настроения, а на деле же нежно улыбается, прижимаясь крепче к шатену.       Последние пару дней брюнетка ловит себя на мысли, что может захотеть Берка в любой момент жизни. Чем бы парень ни занимался, стоит ей засмотреться на его движения, наблюдая, как перекатываются крепкие мышцы, по телу тотчас расползается пламя, а разум заполоняет едкая похоть.       Особенно тяжко мыслить рационально, когда, вернувшись с тренировки, парень быстрее стягивает свою одежду, представляя обзору Айбике, которая ну не может не обратить внимание на возвращение возлюбленного, своё точёное, липкое от пота тело. Всё внутри девушки моментально вспыхивает, и потоки мыслей, приводящие к требовательному желанию проскользнуть пальцами под трусики, изнуряют с двойной силой. А взгляд шатена, как бы невзначай сощуривающийся в тот момент, когда он проходит мимо кудряшки по направлению в душ, заставляет щёки произвольно залиться багрянцем.       Она ещё ни разу не срывалась, лаская себя в одиночестве, ведь прекрасно знала, что терпение награждается сполна.       Так и сейчас, когда Берк наверняка не настроен на что-то большее, чем просто ужин, Айбике же чувствует дикое вожделение и ничего с собой не может сделать. А жгучий стыд от собственной распущенности пробирает насквозь. Даже тогда, ещё до их первой близости она не чувствовала столько желания, так с чего бы сейчас?..       − Кстати, я ещё не успел сообщить тебе кое о чём.       − Да, что такое? – отметая неподходящие мысли, Айбике сосредоточилась на фразе шатена.       − В общем… Вчера мне звонил адвокат отца, − он сделал глубокий вдох, − и попросил присутствовать на комиссии по рассмотрению нового главы корпорации Озкайя. Она будет в эту пятницу.       − В тот же день, что и моё выступление, получается, − уточнила Айбике.       − Именно. Но, предвещая твоё расстройство, по времени гораздо раньше. Так что моё место на первом ряду не достанется никому, − вскидывая бровь и выразительно опуская лицо вниз до взгляда исподлобья, Берк улыбнулся. На что Айбике не смогла не ответить чуть смущенной полуулыбкой.       − По-другому и быть не может, − опуская веки в качестве шутливого подтверждения своих слов, мимолётно ухмыльнулась кудряшка. – А в качестве главной кандидатуры на этот самый пост они будут рассматривать…       − Меня.       − Это… Было ожидаемо. Ведь ты его прямой наследник, сладкий.       Берк отводит взгляд в сторону, едва-едва покачивая головой в неком раздумии. Он всегда избегал серьезных решений, связанных с компанией. Стажироваться – одно дело, сесть в кресло и управлять – другое. Страх не справиться, оступиться и уронить труд жизни отца на самое дно – вот, что терзало Берка. Терзало сильнее, чем осознание, что он не сможет заниматься любимым делом по жизни. И это подсознательно блокировало любое вдохновение. Будто он уже заранее попрощался с этой частью себя, хоть и знал, что впереди ещё полтора года обучения.       Однако Айбике стала отрезвляющим светом, будоражащим и напоминающим − совсем не стоит сдаваться раньше времени. Кое-что он всё-таки может, кое-что благодаря очаровательно-бойкой музе.       Так и в ситуации с компанией. Айбике здесь, его кудряшка рядом и всем своим видом показывает, что никуда не собирается деваться. Её уверенный лучистый взгляд прогоняет все тучи в рыжей голове, заменяя смятение и неуверенность мягкой улыбкой. Берк готов часами описывать, как прекрасна Айбике не только внешне, но и внутренне. Его маленькое сияющее сокровище.       − Если мы и дальше продолжим вот так стоять, то рискуем лечь сегодня с урчащими голодными животами, пока Джанго будет бродить вокруг, ехидно помахивая хвостом, абсолютно сытый. Ты же не хочешь с голодухи накинуться на своего пушистого сожителя, сладкий?       − Ох, нет, это тогда придётся выкинуть, или, что ещё хуже, доедать за ним большой запас кошачьей еды… − Берк недовольно сморщился, искусно изображая неприятные ощущения, от чего Айбике очень сильно захотелось прыснуть со смеху, но она смогла сдержать свои порывы из последних сил. – Ну уж нет, давай-ка приступим. Тем более, я достал нам отменную бутылочку вина на сегодня.       Потянув кудряшку за руки на себя, Берк продолжил свою озорную манеру, наблюдая за тем, как она сдаётся под натиском своих эмоций и заливается звонким смехом.       − Эй! Что смешного?..

***

      − Итак, что у нас с планом действий? − Эмир, склоняющийся к своему кофе, чтобы сделать глоток, сегодня выглядит гораздо воодушевлённее, чем в их прошлую встречу.       − Для начала, нам нужна любая полезная информация о товарище Озкайя. В школе парнишка был тем ещё рыжим дьяволом. А сейчас, насколько мне известно, вы учитесь в одном универе. Джуллиард, кажется? – видя ответный положительный кивок, брюнет продолжил, − Значит, пересекаться приходилось. Отлично, а теперь дело за малым, поднапрячь мозги и вспомнить людей, крутившихся вокруг чертёнка.       − Не сказал бы, что это так просто. Рыжий не из тех, кто любит трепаться о себе, знаешь ли. Во время учебы его можно заметить в компании каких-то заурядных личностей, больше походящих на массовку. А вне стен он обычно в комплекте с Доруком. В общем-то, не смотря на количество тусовок вместе с этими двумя, кроме того, что они оба из Стамбула и учились в «Атамане», мне ничего не известно.       − Да уж, а кое-кто не меняет привычек, − Толга хмыкнул, сужая глаза и задумчиво обводя лакированную деревянную столешницу.       В этот раз он пригласил Эмира в собственную квартиру, обосновывая это тем, что на своей территории обсуждение дел складывается лучшим образом, чем в каких-то третьесортных забегаловках. На что Эмир лишь закатил глаза, а на следующий день заявился ни свет, ни заря. Его нетерпение по части мести было сложно не заметить.       − Хм… Ну что-то явно должно быть. Кстати, чем же ты ему так насолил, что обычно пользующийся неплохим словарным запасом парень взорвался?       − Я должен был преподать урок мелкому гадёнышу Огулджану, и, на всякий, попросил Берка с Доруком быть поблизости. Когда бешенный бета накинулся, вмешалась его сестричка. Погоди-ка… Айбике Эрен, да. Я помню, как Берк ринулся её спасать. Никогда не видел его таким. Быть может?..       − А вот это уже интересно, − губы Толги изогнулись в предвкушающей улыбке. В этом деле у него был собственный резон.       − Я, правда, не гарантирую, что это окажется зацепкой, но можно попробовать посмотреть информацию в университетском архиве и на неё.       − Отлично, мой друг. Вот видишь, можешь же, когда хочешь. Ну что, если ты в своём расписании по приёму лекарств и прогулок на свежем воздухе найдёшь время, приглашаю покорять просторы архива.       Эмир закатил глаза на ехидную вставку брюнета по поводу его продолжающегося лечения, однако не придал этому сильного значения. Перспектива быстрого выполнения цели привлекала его, как никогда раньше.       − Сейчас в учебное время слишком много лишних глаз.       − Это наоборот будет нам на руку. Представимся студентами, посланными от ректората. Поверь мне, навряд ли кто будет заморачиваться.       − Хм, а ты прав. Тогда поехали, не будем терять времени, − светловолосый быстро поднялся со стула, воодушевлённо поправляя повязку на руке.       − Хей, чемпион! Дай хотя бы кофе допить. И не думаю, что студенту в пижаме везде открыты двери.

***

      − Ну, есть что-то интересное?       Как Толга и предполагал, им не составило труда вторгнуться на территорию архивной комнатушки. И это не могло не забавлять, ведь если Эмир, как-никак, учился в этом университете, то Барчин уже два года не числится в рядах студентов, преспокойненько занимаясь своими торговыми делишками. Здесь же никто даже не стал спрашивать подробностей, как будто моля двух парней преподнести некий жизненный урок одному выскочке.       − Девчонка как девчонка. В этом году поступила к нам по обмену на второй курс факультета сценаристики. Двадцать лет, бета. Наша землячка, до этого всю жизнь прожила в Стамбуле. Тут ещё есть рекомендации с её места работы, надо же. Не знал, что такое тоже может храниться в личном деле.       − С места работы? Интересненько, и где же работает загадочная беточка? – отрываясь от бестолкового созерцания полок с многочисленными папками личных дел учеников, Толга обернулся к Эмиру, настраивая слух для откладывания особо важной информации, которая могла бы им пригодиться больше, чем остальная.       − Балетная школа, относящаяся к театру «Ладэнс».       − Балерина, значит, − Тогла хмыкнул, криво ухмыляясь. − Там есть адрес?       В ответ Эмир нарочито медленно повернулся в его сторону, вскидывая бровь. Положительный ответ засчитывается.       − Что ж, нужная информация у нас есть, а это значит, что теперь дело переходит в новый этап – выжидание. Я напишу тебе день, в который мы отправимся на так называемую разведку.       Закрывая дверь архива, Толга заметил, как в нервозном ритме постукивает ботинок его покалеченного приятеля.       − Успокойся, ходячий психоз. Никто тебя не тронет и не заметит, чего ты кипятишься попусту?       Эмир ничего не ответил, продолжая внимательно сверлить взглядом проходящих мимо студентов, которым действительно не было никакого дела до двух молодых людей у двери, открывающей все их личные данные. Однако его всё равно не покидало ощущение, что сейчас откуда ни возьмись появится Озкайя.       Вся его прежняя уверенность по отношению к этому человеку испарилась вместе с потерянной кровью. И, несмотря на то, как Эмир старался теперь не попадаться на глаза рыжему дьяволу, его всё равно насквозь прожигало желание отомстить. Тихо, без громких слов и показушности, но метко и в сто раз больнее, чем было светловолосому.       С силой отводя взгляд в сторону, Эмир со своим сообщником двинулись в сторону лестничного крыла на первый этаж. Толга начал рассказывать парню что-то о собственном бизнесе, а тот, приняв это, как некую возможность избавиться от сильной напряженности, постарался вслушаться в его речь.       Шатен резко обернулся, останавливаясь почти посередине коридора. Подозрительно знакомая копна светлых волос мелькнула где-то в толпе, заставляя парня переключить внимание. Но стоило ему только начать всматриваться вглубь людей, как эта самая макушка испарилась, словно и не было.       − Берк, что такое? – Айбике, заметившая перемену возлюбленного, так же прекратила движения, стараясь уловить его настороженно-внимательный взгляд. Сначала молодой человек проигнорировал её вопрос, но стоило девушке легонько сжать его запястье, как Берк словно отмер.       − Нет, ничего. Показалось, − он вновь окинул взглядом проходящих людей, а затем обвил ладонь возлюбленной своей, как бы возвращаясь к ней.       «Как странно… Эмира сейчас не может быть на занятиях, ведь, как сказал Дорук, официально его курс лечения ещё не закончился. Наверное, это был кто-то другой».

***

      Берк сделал глубокий вдох, вскидывая голову к верхним окнам немаленького здания офиса. Противная, пробирающая своей серостью и влагой погода, не внушала уверенности, которой в парне и так было ниже положенного. Несмотря на его недельную моральную подготовку, страх всё равно сковал конечности, не давая ступить дальше.       Да это даже было смешно. Такая глупость. Всего-навсего движение в сторону входа. Моя сладкая, 2:59 PM Скорее всего, ты сейчас стоишь у офиса и не можешь преступить порог входной двери. Поэтому просто знай, что мысленно я совершаю этот шаг вместе с тобой, и это не так сложно, как кажется 👀❤️       Дело было в их связи, или это высшие силы послали Берку подмогу, он не знал, но прямо сейчас внутри разливалось поистине невероятное тепло. Моя сладкая, 2:59 PM Однако Моя сладкая, 3:00 PM Выступление через два часа. И если кое-кого не будет, его альфа-достоинство покинет тело предпочтительно долго и мучительно, как только он перешагнёт порог дома.       Берк хмыкает, опираясь на стеклянную офисную дверь, и на его лице стремительно разрастается улыбка. Наверняка мимо проходящие люди, переполненные серьёзностью и усталостью, в своих серых костюмах с удивлением осматривают единственного на ближайшие километры бизнес-района парня, у которого есть повод улыбнуться. А Берку откровенно плевать, кудрявый садист в другой части города волнует его гораздо больше.       Он цепляет нижнюю губу зубами, печатая ответное сообщение, пока в голове пробегают отнюдь не церковные мысли.

Берк, 3:01 PM Ммм, и настолько изощрённым будет репертуар ваших пыток, надзиратель?)

Моя сладкая, 3:03 PM Зависит от поведения заключенного

Берк, 3:04 PM Интригующе 😏 Берк, 3:05 PM Страсть как жажду узнать, но, боюсь, это будет нечестно по отношению к твоему выступлению, которое я просто обязан посмотреть от начала до конца

Моя сладкая, 3:06 PM Именно поэтому ты будешь в назначенное время в назначенном месте. А репертуар пыток, так уж и быть, оставим на потом 😌

Берк, 3:07 PM Эх, а так хотелосьь 😢 Но чтож, приходится чему-то уступать

      С выжидающей улыбкой смотря на то, как высвечиваются две галочки на отправленном сообщении, Берк стукнул пару раз носком своих лакированных туфлей о мокрый асфальт. Ему понадобилось несколько секунд, чтобы собрать свои мысли для ещё одного сообщения, вот только оно должно звучать собственным голосом. Прочищая горло и набирая в лёгкие побольше воздуха, шатен нажал кнопку записи голосового сообщения.       «− В общем-то, я не знаю, успеешь ли ты прослушать это до начала выступления, но, тем не менее… Сладкая, у тебя всё получится, и совсем скоро мы оба будем свидетелями целого зала бурных аплодисментов, потому что мир нуждается в Айбике Эрен. Я люблю тебя»…       Айбике отключает телефон, уже в который раз за последние пятнадцать минут прокручивая в голове слова самого лучшего человека в мире.       Она потратила около получаса на разговоры с близкими, которые передавали ей свои искренние пожелания удачи и тысячные сожаления, что у них не будет возможности побывать на её первом за долгое время выступлении. И пускай почти то же самое она слышала ещё в выходные, когда в первый раз сообщала о новости, сейчас фразы звучали в более волнительной интонации, от которой поневоле Айбике становилось приятно.       И вот когда кудряшка смогла дойти до сообщения, что ей отправил Берк, она почувствовала, как щеки сами собой покрываются румянцем, а губы расползаются в счастливой улыбке. Душа ликовала, и девушке очень хотелось ответить, однако, посмотрев на то, когда он был в сети, Айбике опешила. Горячо любимый шатен сейчас со стопроцентной вероятностью находился на том самом совещании, и отвлекать его было совсем не к месту. Поэтому балерина выровняла дыхание, ещё раз мысленно желая ему самого лучшего исхода событий, а затем не сдержалась и снова улыбнулась, поджимая губы в мечтательном жесте.

***

      Брюнетка топталась за кулисами, то и дело заламывая пальцы от охватившего волнения. Мысли в её голове крутились по замкнутому кругу: правильность движений, возможность неудачи и когда же, чёрт подери, придёт Берк. Она уже раз пятьсот выглянула за бархатные тяжёлые шторы глубокого винного цвета, посматривая на место, которое сама же ему и выбрала. Многочисленные ряды уже начинали потихоньку заполняться людьми.       Он пообещал не опаздывать, и Айбике ужас как нужен был взгляд, наполненный уверенностью и поддержкой. Она не справится без него.       Не справится... Как странно, ведь девушка никогда раньше не сказала бы, что не сможет выступить, или просто сделать что-то без моральной подмоги предполагаемой второй половинки. Раньше все её действия и решения напрямую зависели только от самой Айбике, и даже родители при сильном стремлении не могли повлиять на кудряшку. Теперь же... Теперь у неё есть Берк.       А это чертовски многое меняет.       Если бы не Берк, никакие силы не заставили бы Айбике подставить своё лицо для макияжа, включающего накладные ресницы. А что уж говорить о целой неделе тренировок с группой, которая, мягко говоря, не считала брюнетку своей соратницей. Совмещать репетиции, занятия и учебу оказалось той ещё задачкой, но каждый вечер, почти что падая в веснушчатые объятия любимого рыжего вампира, вся усталость и раздражительность испарялись, улетая сквозь приоткрытые окна во тьму города. В один день они даже умудрились уснуть на диване в полулежащем положении с мурчащим под боком Джанго, а на утро Айбике долго любовалась лицом спящего шатена и не могла перестать улыбаться, как только поняла, что этой ночью молодые люди спали без одеяла.       − Учитель Айбике! – резкие объятия заставили девушку вынырнуть из собственных размышлений, почти сбивая её с ног. Она удивлённо обернулась назад, замечая одну из своих маленьких подопечных. Васильковые глаза светятся радостью, а ручки девочки не спешат отрываться от талии любимого учителя.       − Майя! Откуда ты здесь? У вас же должно быть занятие сейчас с госпожой Элен.       − Учитель Элен разрешила нам сходить на ваше выступление, а мы очень хотели посмотреть, как только узнали, − на последнем слове ещё глаза сверкнули, а губки вытянулись. На что Айбике слегка нахмурилась.       − «Мы»?..       − Мы тоже здесь! – выбегая из-за ближайшего поворота, всей гурьбой прокричали маленькие танцовщицы, облепляя брюнетку со всех сторон.       Айбике охнула, пораженно улыбаясь и осматривая всех присутствующих. Ни одна не пропустила сегодняшнее занятие.       − Девочки, хах, полегче, − пытаясь удержаться на ровном месте, сквозь улыбку проговорила молодая прима.       − Ох, проказницы! Айбике, я очень прошу прощения, не смогла их удержать. Как только узнали, так рвались сюда, − делая глубокие вздохи, пролепетала подбегающая девушка. Элен была старше Айбике всего на пять лет и обладала мягким характером, поэтому, когда её назначили на замену, брюнетке не составило труда объяснить то, какие упражнения она включает в тренировку и некоторые детали касательно самих девочек. Найти общий язык со своей заменой не составило труда, и, кажется, не только Айбике смогла это быстро вычислить. Маленькие хитрюги воспользовались мягкостью преподавателя в один момент.       − Не переживайте, вы сделали всё правильно. Эти несносные малышарики сведут с ума любого, − Айбике перевела глаза на учениц, обводя их всех нарочито укоризненным взглядом. Для пущего эффекта она подняла одну бровь и сощурилась, вызывая у девочек чувство стыда перед старшим преподавателем.       Однако на их милые стыдливо-погрустневшие личика нельзя было долго злиться, тем более в такой день, когда они так стремились поддержать кудряшку.       − Но… Если учитель Элен не против посидеть с вами, и вы будете вести себя тихо и осторожно, − на последнем условии девушка сделала особый акцент. – Я договорюсь о местах на балконе, − она кивнула в сторону стоявшей поодаль Элен, получая ответный мягкий кивок.       − Мы обещаем! – в разнобой залепетали девочки, подпрыгивая на месте и улыбаясь.       − Вы такая красивая сегодня, − восхищенно оглядывая учителя с ног до головы, подметила Майя.       − Спасибо, − одновременно смущаясь и умиляясь с поведения своей подопечной, Айбике наклонила голову вбок. На лице проступили ямочки, добавляя её грациозности капельку собственного шарма.       − А Берк не придет посмотреть на ваше выступление? – девочка с пшеничными волосами вновь обратилась к своему учителю, очень надеясь узнать у неё подробности о том рыжем парне, что с таким энтузиазмом отвечал на её вопросы.       Глаза Айбике округлились.       − Конечно придёт, ты что, не заметила, как он смотрел на мисс Айбике в прошлый раз? – уверенно вмешалась другая ученица. В ответ Майя быстро показала маленькой брюнетке язычок, забавно хмурясь.       Айбике же застали врасплох уже во второй раз. От чего она сначала вытянулась в лице, приоткрывая губы, а затем испустила тихий смешок, опуская голову вниз и думая, как ей быть с вновь поднимающей планку обескураживания группой балерин.       − Я очень надеюсь, что сегодня мы увидим господина Озкайя. По крайней мере, он обещал быть, − чуть краснея, всё же ответила Айбике, наблюдая за тем, как девочки начинают тихонько хихикать, прикрывая ротики ладошкой.       − Так, проказницы! Ну-ка отлипаем от меня и становимся за мисс Элен. Пора рассаживать дорогих гостей на их места, − сменяя свой тон на приказной, Айбике указала группе на проход, ведущий к подъему в балконную зону. Сейчас она благодарила свою предусмотрительность за то, что заранее забронировала эти места, ведь судьба всё-таки отправила к ней целый отряд маленьких зрителей.       Берк перепрыгивает ступеньки три за раз, стараясь как можно быстрее попасть в здание театра. Черт бы побрал этих людей из комиссии, которые уже после вынесения решения так и не хотели отпускать парня, задавая один вопрос за другим. Шатен еле унёс ноги оттуда, а ведь планировал прийти пораньше, чтобы обнять свою кудряшку перед тем, как она выйдет на сцену.       Перед тем, как его проводят к ожидающему парня месту, он почти задыхается, ища в карманах пальто злосчастную бумажку, именуемую билетом. Однако какого же его удивление, когда девушка-проводник отводит шатена не к выходу в основной зал, а по лестничному крылу, ведущему наверх, в балконную зону. Подходя уже ближе к своему месту, Берк поднимает уголки губ, замечая такую знакомую ему компанию маленьких учениц.       − Я не сильно опоздал? – опускаясь на своё сидение, полушепотом спрашивает парень у малышки с пронзительными голубыми глазами. Он вспомнил её, эта та особо любознательная девчушка, забавляющая молодого альфу своими вопросами в прошлый раз.       − Мистер Берк! – Майя почти срывается на громкий радостный возглас, но вовремя себя останавливает, улыбаясь во все тридцать, не считая выпавших, зубика. – Учитель Айбике говорила про ваше обещание прийти, а я чувствовала, что вы его сдержите, − в её словах слышалась гордость, и как бы подтверждая их, девочка кивнула, − И вы не как раз вовремя, сейчас начнётся.       − Отлично, благодарю за веру в вашего покорного слугу, миледи, − подавая малышке свою большую ладонь, в полуулыбке проговорил Берк. Майя чуть смутилась, однако так же в ответ протянула ручку для рукопожатия.       Берк взглянул на часы, фиксируя в уме масштаб трагедии и уже представляя возможное наказание. В следующий момент огромные занавесочные шторы начали разъезжаться в разные стороны, и парень задержал дыхание, едва сдерживаясь, чтобы подойти к краю балкона в попытках ещё лучше запечатлеть в памяти то, насколько она была прекрасна.       Свет прожектора озарил площадь сцены, и когда их взгляды встретились, Берк почувствовал, как Айбике выдохнула.       Да, теперь она готова.

***

      Она не любит цветы, они оба знают это, однако среди остальных подаренных его букет всё равно самый большой. И только его букет может вызвать улыбку на лице кудряшки, когда она рассматривает многочисленные бутоны тёмных герберов у себя в гримёрке. Но вот самого вампира нигде нет, а ведь вся толпа зрителей уже рассосалась по выходам из театра. Айбике же, переодевшись в лосины и лёгкую тренировочную юбку сверху, вновь вышла на сцену, где буквально двадцать минут назад рассказывала историю в своём танце. Она думала, что знает, какого это – выступать на сцене, однако даже не представляла, насколько могла ошибаться. Ведь это намного, намного превосходящее ожидания ощущение. Конечности до сих пор покалывало от волнения и азарта. А в конце, как и уверял её Берк, зал взорвался громкими овациями.       И под эти звуки, вновь встречаясь с родными кофейными очами, сияющими неизмеримым восхищением, Айбике пыталась перевести дух, не до конца веря в то, что это действительно происходит с ней.       − А я говорил, что кое-кто сегодня покажет этой сцене свои потрясающие способности. Стоит ли мне оглашать, что я уже хочу снова увидеть тебя в том потрясающем одеянии?       Проходя по закулисью, Берк уже отчаялся в своих поисках кудрявой пропажи, как заметил на площади сцены объект, вызывающий в парне самую сильную бурю эмоций, которую он когда-либо испытывал.       Любознательная Майя, имя которой он в итоге узнал в ходе их некоего сложившегося общения на протяжении всей постановки, так и норовила ускользнуть от группы и своего присматривающего учителя вместе с Берком к Айбике. Поэтому ему пришлось убедиться, что она таки дошла с остальными до своего класса, после чего парень незамедлительно отправился искать гримёрку девушки. К большому сожалению, шатен обнаружил там только собственно заказанный букет, который доставили сюда сразу после выступления, самой же виновницы торжества нигде не было.       Мысль посмотреть здесь несла за собой самый лучший исход.       – Ты опоздал.       – На три минуты, – одна из бровей парня дёргается вверх, а губы едва трогает ухмылка.       – И я чуть не умерла от волнения за эти три минуты, – резко оборачиваясь, Айбике с прищуром обводит стоящего в тени мужчину. Огонь, казалось бы, вспыхивает в его глазах чуть больше обычного, но брюнетка не может его увидеть.       Отрываясь от стены, он делает шаг в её сторону. Тусклый свет прожектора освещает высокую фигуру, и у Айбике невольно перехватывает дыхание, когда искусственный луч скользит по оголённой шее. Сегодня она впервые видит его в костюме, а оторвать взгляд, признаться, – крайне непосильная задача.       Все элементы гардероба сидят на парне так правильно, так идеально, что теперь представление Берка на месте главы президента корпорации отчётливо может всплыть абсолютно в любой голове.       – Я готов был поймать тебя в любой удобный момент времени.       − За эти три минуты? – она не знает, зачем хочет играть эту напускную обиду, ведь в душе ни капля горечи, но ничего не может с собой поделать.       − За три минуты, полтора часа и всю оставшуюся жизнь после, − слова, заставляющие сердце Айбике забиться в два, а то и три раза быстрее, словно зависают в пространстве. А блеск карих глаз проникает под кожу, пока расстояние между ними стремительно уменьшается, оставляя между двумя молодыми людьми какие-то жалкие пару шажков.       И брюнетка делает то, что не осмелилась бы сделать больше ни с кем другим – шагает вперёд. Вот только, кажется, они совершают этот шаг вместе. И губы шатена уже не могут удержаться на законном месте.       Когда тонкие пальцы касаются пуговиц кипельно-белой рубашки, уголки губ Берка скользят ещё выше, а одна из бровей дёргается в предвкушении. Темнеющие глаза отслеживают каждое движение, а его интерес к игре хитрой омеги растекается по телу острыми импульсами.       Одна. Вторая. Третья. Девушка расстёгивает каждую пуговичку нарочито медленно, пока её пальцы не проскальзывают под ткань, ощущая ритм дикого сердцебиения альфы. Чертовски невероятное ощущение, как сердце другого человека бьётся в унисон с твоим. И Айбике прерывисто выдыхает, когда поднимает свои глаза к лицу, что уже так умопомрачительно близко. Настолько близко, что стоит только чуть двинуться в его сторону, и их губы… Вот-вот…       Открывая глаза, шатен мысленно опускается в негодования, ведь то, что он отчаянно желает, сейчас отскакивает на несколько шагов, загадочно прикусывая нижнюю губу. Маленькая чертовка оборачивается к нему спиной и, соблазнительно покачивая бёдрами, движется в сторону противоположного закулисья. Она оборачивается со своим «я знаю, что ты хочешь меня» взглядом, и Берк шлет свои остатки самообладания в тартарары.       Отмирая от деревянных половиц сцены, парень в мгновение ока оказывается рядом и приживает свою пару к ближайшей стене, опаляя её лицо горячим дыханием. Айбике восхищенно замирает, чувствуя огненную крепость возлюбленного в районе живота. Девушку отнюдь не смущает резкая смена эмоций с трепета на жгучее пламя. Ведь ей нравится играть с шатеном, как и ощущать их общую победу по окончании.       − Ты маленькая садистка, знаешь?       От хриплого шепота над ухом по телу кудряшки нещадно проносятся мурашки, а на лице так и норовит растянуться улыбка.       − И не умеешь играть по правилам, − добавляет он.       Легкий поцелуй под краснеющим ушком заставляет девушку выгнуться навстречу. Её руки ложатся поверх напряженных мышц плеч, невесомо проводя по ним и ощущая натянутый белый хлопок. Внезапно желание разорвать ни в чем не повинный материал становится таким явным, но она успевает лишь бегло пробежать по плечам ноготками. Потому что когда Берк всасывает пульсирующую венку на бархатистой коже шеи, Айбике уже не может думать ни о чем, кроме этого ощущения. Тихо мыча, охватываемая губами возлюбленного, брюнетка всё же находит в себе силы придумать ответ.       − Без правил гораздо интереснее, − парирует брюнетка. Однако фраза звучит совсем не в той дерзкой интонации, которая изначально планировалась.       Его тихий смех невообразимо щекочет кожу, и Айбике проникает пальчиками под воротник рубашки, стараясь хоть самую малость унять неизмеримое вожделение. Пальцы Берка подрагивают, когда он обхватывает ими подбородок возлюбленной, чтобы вновь встретиться с её желанием, плещущимся в ореховой роще глаз. Совсем тёмные от переполняемых ощущений очи шатена очерчивают каждую частичку её лица, выделяя особое внимание пухлым губкам, сводящим его каждый раз с ума. Мысленно ухмыляясь с того, что единственная оставшаяся часть от сценического макияжа – её всё ещё накрашенные губы, Берк ловким движением скользнул ладонями к упругим бёдрам, отрывая брюнетку от пола прижимая изящное тело к стене ещё плотнее.       Опьянённая присутствием любимого, Айбике не сразу осознаёт, что ей нужно сделать, но когда она всё же обвивает ногами торс парня, его нос уже сладко трётся о кончик носа кудряшки, поддразнивая на пути к долгожданному слиянию уст.       Молодые люди почти касаются губами друг друга, как где-то относительно неподалёку раздается подозрительное шуршание. Берк моментально напрягается, слыша отдалённые голоса с противоположного выхода из зала, и мягко отпускает Айбике на ноги, стараясь при этом окружить девушку собой настолько, насколько это возможно. От настороженности возлюбленного Айбике сводит брови на переносице, пока её ладони, скорее инстинктивно, поглаживают грудные мышцы шатена.       Его напряженность тревожит брюнетку в любом проявлении, благодаря чему в голове возникают варианты, как успокоить вмиг переменившегося парня.       И как только разум подкидывает новый вариант, толком не успев обдумать всё, Айбике спешит к исполнению. Она притягивает лицо Берка к своему как раз в тот момент, когда его челюсть напрягается от усилившихся голосов, кажется, двух сторожей. Глаза парня широко распахиваются, всматриваясь в зажмуренные веки напротив. Напряжение сходит на нет, а единственным важным ощущением остаётся только одно: мягкость нежных уст.       Голоса, вызвавшие беспокойство Берка, затихают, стоит шатену блаженно прикрыть веки. И когда он обвивает одной рукой хрупкий стан брюнетки, всё вокруг становится абсолютно безразличным.       Безобидное касание губ в момент обретает оттенок безудержности и жадности. Берк пылко отвечает на невесомые прикосновения Айбике, подчиняя её мягкие уста своей власти. В конце концов, он − альфа, и просто не может не показывать этого своей второй половинке каждый раз. Однако Айбике была бы не Айбике, если бы так просто сдавалась под натиском чьего-либо напора.       Приподнимаясь на носочках, кудряшка скользит язычком по раскрасневшимся губам шатена, стараясь быть убедительной в своих действиях. В то время как ладонь Берка, насколько это возможно, крепко прижимает к себе тело возлюбленной и плавно опускается вниз, невесомо сдвигая ткань черной тренировочной юбки вверх и двигаясь по мягкой округлой плоти. Айбике чувствует, как это действие вот-вот отвлечёт её от намеченной цели, поэтому, оттягивая его нижнюю губу, она в одно движение совершает укус.       Опешивший от такой инициативы со стороны кудряшки, Берк отстраняется. Маленькая алая капелька выступает на чувствительной поверхности, а в распахнутых глазах шатена пляшут чёртики.       − А с вами опасно иметь дело, госпожа Эрен, − веснушчатое лицо озаряет нахальная улыбка, и он нарочито медленно слизывает проступившую жидкость.       − Опасно, но действенно, − с вызовом двигая бровями, Айбике отводит взгляд в сторону. Берк же слегка хмурится, осматриваясь и вспоминая о том, что ещё несколько минут назад инстинкты охватывали парня с головой.       Альфа готов был защитить свою половину от кого угодно, будто потревожившие могли почувствовать её и запах покуситься на право владения омегой. Он ни за что не отдаст свою маленькую бойкую кудряшку. Все её звуки нетерпения, каждая улыбка и слезинка – только он будет их главным свидетелем. Только он будет оберегать и любить Айбике до последнего своего вздоха. И только он будет её личным собственником, отвязаться от которого уже не получится.       Подмечая задумчивость Берка, Айбике касается своей ладонью щеки, на которой в тусклом свете едва можно различить хаотичные крапинки меди. Мысленно девушка задаётся вопросами: «Что происходит с рыжим вампиром? И почему он ни с того, ни с сего от малейшего звука решается её охранять?». Но брюнетка решительно откладывает их на другой момент, потому что сейчас её всё ещё волнуют губы Берка и то, где они могут оказаться. Большой пальчик проходится по месту микроповреждения, заставляя шатена вернуть своё внимание к ней.       − Похоже, пора прекращать играть в заботливого альфу и показать сладкой, кто же всё-таки здесь главный, − он вскидывает брови, ухмыляясь. Лицо Айбике же вытягивается от такого заявления.       − Главный, значит? Я с этим категорически не согласна!       − Мм, правда? Тогда как насчёт поединка на звание главенствующего? – последний вопрос проносится горячим дыханием по бархату молочной кожи перед тем, как Берк целует чувствительную ключицу любимой упрямицы.       − Мне нравится перспектива надрать тебе задницу, но только в более спокойном месте.       Берк смеётся, отрываясь от возлюбленной и вновь заглядывая в её глаза, а Айбике, широко улыбаясь, не может не подхватить эту заряжающую энергию.

***

      − И что ты предлагаешь, тупо сидеть и пялиться в ожидании, когда они появятся? А вдруг эти двое вообще не вместе? Мало ли что я там мог надумать?       − Терпение, мой друг, терпение.       Откуда-то у Толги было предчувствие, что именно в этот вечер пятницы предполагаемо сладкая парочка должна появиться здесь и сейчас. Правда, это «сейчас» стоило им длительного ожидания, и если Эмира уже покинула надежда, то Барчин не собирался никуда уезжать без исполнения задуманного. Всем своим прогнившим нутром он чувствовал, что вот-вот всё подтвердится.       И подтвердилось.       На пустом, освещенном светом фонаря крыльце театра появилась сначала одна фигура, а затем и вторая, гораздо выше и габаритнее. Толга торжествующе улыбнулся.       − Тот, кто умеет ждать – добивается своих целей, Эмир, − он указал взглядом на двух людей, не спеша спускающихся по ступенькам, от чего светловолосый вмиг оживился.       − Так доволен собой, что даже вдохновение на цитаты появилось? – оголяя зубы, съехидничал Эмир.       − Ещё бы, уже готов сборник составлять, − ухмыльнулся брюнет и потянулся за своей курткой на заднем сидении.       − И куда ты собрался? Мы вроде как уже добились поставленной цели на сегодня, − обводя взглядом выскальзывающего из автомобиля приятеля, поинтересовался Эмир. Идея того, чтобы Толга пускал в ход свою самодеятельность, не особо вдохновляла.       − Не переживай, малыш Эмир, тебя никто и не заметит. Однако, имея такую возможность, грех не поздороваться со старым другом, не так ли?       Эмир втянул носом воздух, он терпеть не мог, когда что-то выходило не по плану, однако и не имел сейчас никакой возможности предотвратить это. Поэтому всё, что оставалось – нервно потрясывать ногой и наблюдать.       − Надо же, Берк Озкайя собственной персоной! Какая неожиданная встреча, − на лице брюнета нарочито медленно растянулась улыбка, вызывающая скорее желание ретироваться подальше от этого человека, нежели приятное расположение.       Берк опешил. Перед глазами четко виднелся силуэт парня, с которым бы он предпочел не иметь дел больше никогда, и шатен интуитивно сделал шаг вперёд, незаметно загораживая собой Айбике. Они не виделись уже три года, что его весьма устраивало после осознания собственной школьной глупости. Когда-то он считал, что общение с этим человеком имело особую степень крутости, и они с Доруком часто зависали в компании брюнета. Глупые и наивные. Тогда ещё некое подобие альф, которыми было легко манипулировать такому острому уму, как Толга Барчин. Будучи старше на два года, молодой студент уже обладал способностью разрушать чужие судьбы, и Берк сам нередко был не только свидетелем, но и соучастником. Однако любому сумасшествию есть предел, и как же хорошо, что до зелёного ума вовремя дошло оборвать все связи с Барчином.       И вот сейчас инстинктивная настороженность в защиту своей омеги была, как никогда, оправдана, потому что неизвестно какие намерения преследует брюнет и почему вновь появился в его жизни.       − Аналогично, Толга, − суше, чем предполагает вежливый тон, ответил Берк.       − Как погляжу, твои дела идут неплохо, − Толга выразительно оглядел парня с ног до головы, тихонько хмыкая на его деловитый вид. – Смокингом обзавёлся, пальто… И новой подружкой, − он резко перевёл взгляд на рядом стоящую девушку, стараясь принюхаться так, чтобы его не заподозрили. – Не познакомишь?       − Быть может, в другой раз. Мы очень спешим, − чуть сжимая зубы, ответил Берк, и его рука скользнула по талии Айбике, озирающуюся на шатена непонимающим взглядом. Он аккуратно подтолкнул девушку к пути обхода Барчина. К счастью, брюнетка совершенно не возражала. Или, по крайней мере, не показывала своих возражений в эту минуту.       − И куда же так торопится господин Озкайя со своей спутницей? − поворачиваясь к обходящей его паре, со смехом сказал кареглазый.       − Знаешь, специально для большей части населения придумали такое понятие, как «личная жизнь». Почитай определение в словаре, вдруг понадобится.       − Не переживай, рыжий дьявол. Скоро и ты перестанешь относиться к этой большей части. Я тебе это гарантирую... − провожая взглядом рыжую и тёмную макушки, в пустоту прошептал Толга.       − Ну что, как твоя разведывательная операция? Есть успехи? – цепляясь взглядом за усаживающегося на водительское сидение парня, поспешил узнать подробности Эмир.       Однако Толга, кажется, совсем не спешил раскрывать подробностей, задумчиво проводя ладонями по рулю и что-то анализируя в своей голове.       − Уж не знаю, что там написано в её личном деле, однако эта бета, как минимум, подозрительная.       − Что? С чего ты взял?       − Беты не сохраняют на себе так много запаха альфы. Нет, тут дело не в том, что они трахаются двадцать четыре на семь. Это что-то другое…       Эмир нахмурил брови, уже собираясь задать новый вопрос, но собственные мысли, складывающиеся в некую пока неполную картинку, не дали ему произнести и звука.       − Поехали в центральную больницу, − спустя ещё один промежуток, решительно проговорил Барчин. Это не было предложением, так он скорее поставил Эмира перед фактом, заводя двигатель автомобиля.       − Сейчас? Ты серьёзно? – не смотря на долю возмущения в голосе, Эмир поспешил пристегнуть ремень, чувствуя, как выезжая со стоянки, брюнет стремительно набирает скорость.

***

      Айбике наблюдала за тем, как мирно подрагивают медные ресницы провалившегося в сон шатена. Его неприкрытая одеялом грудь размеренно вздымалась, давая понять, как безмятежно было то самое царство грёз, в котором он находился. Легонько, чтобы не потревожить возлюбленного, молодая балерина отодвинула рыжую прядь, спадающую тому на лоб, и мягко улыбнулась, думая о том, как же ей нравиться видеть его в таком расслабленном состоянии. Брюнетке было всё равно на то, что сейчас уже далеко за полночь, и что утром Берк наверняка будет ворчать, застав её заспанной в раннее время субботы. Рой мыслей в голове просто не давал сомкнуть глаз, даже не смотря на то, как тело в расслабленном и утомлённом выступлением, а затем и жгучими похождениями, состоянии располагало кудряшку ко сну. Разум просто не хотел пока отключаться.       Мысли вновь невольно метнулись к событиям прошедшего дня. Берк два раза проявил режим «альфа-защиты», вот только во второй раз Айбике было гораздо не по себе, нежели в первый. Тот парень, Толга, кажется, своим видом почему-то вселял некую опасность и настороженность к его действиям. От того брюнетка даже не сопротивлялась мотивам Берка поскорее ретироваться к машине, чтобы наконец вернуться домой. Однако было ещё кое-что, не дающее девушке покоя.       Не мог ли Толга специально попасться им на пути в каких-то собственных целях? Айбике, конечно, не знала подробностей их знакомства, но отчего-то подозревала, что от этого человека можно ожидать чего угодно. И, в таком случае, какую цель он преследовал?..       Этими вопросами Айбике планировала поделиться с Берком уже утром, а сейчас, когда организм в очередной раз напомнил девушке о необходимом после насыщенного дня отдыхе зевком, девушка вновь оглядела усеянного веснушками шатена, перед тем, как выключить свет и улечься у него под боком.       На мышцах груди, торсе и плечах в свете блёклого режима ночника виднелись разной степени насыщенности красные отпечатки её губ. Невесомо дотрагиваясь пальцами до тех, что были на широкой грудной мышце, Айбике растянулась в улыбке. Отчего-то видеть, как он принимает отметины возлюбленной, даря ей в ответ не менее зрелищные, но гораздо действенные, доставляло ей недюжинную долю удовольствия. Эти места, на которых она была, заставляли сердце трепетать. И даже не смотря на то, что уже утром следы помады исчезнут бесследно, Айбике всё равно гордилась проделанной работой.       Всё-таки, не зря она ставила на губах косметическое средство, даже подкрашиваясь после окончания выступления. Следы её губ сочетались с телом мужчины, словно печенье с теплым молоком.