Неделя Науки

       — Так на какое, говоришь, ты мероприятие? — Неодобрительно взглянув на Юлю, суровая, советского вида вахтерша склонилась над древним монитором компьютера, неумело тыкая мышкой в строки. — Межвузовская неделя науки, — Повторила Юля, нахально поправляя сине-голубые волосы и пододвигая сумку ближе, чтобы не мешать проходу. Движение на проходной нового общежития было очень интенсивное. Группы молодежи, в возрастном интервале от средних классов до старших курсов, периодически выскакивали наружу или забегали внутрь, оставляя на вахте ключи или требуя их, громко выкрикивая номера комнат. За Юлей уже выстроились несколько человек с рюкзаками и сумками. Жалобно звякнула струнами облепленная наклейками старая гитара. Несмотря на то, что вахтерш было двое, они обе выглядели до крайности вымотанными. — Ааа, — Протянула та, что разговаривала с Юлей, на миг отвлёкшись, чтобы принять ключи у очкастой девицы с бейджиком, на котором красовалась надпись «Юношеский Робототехнический Слет». — "Неделя науки" — это в пятый этаж левого крыла, да, Кать? — Отнеслась она к взмокшей коллеге. — Забито там все! — Отрезала та, выдавая очередной ключ. — Заселяй на третий, в центр! — Так там же эти, с областных соревнований?! — Вахтерша удивленно воззрилась было на напарницу, но её отвлекла компания подростков, кинувшая на стойку сразу несколько ключей. Юля терпеливо вздохнула, разглядывая сонную весеннюю муху, ползущую по застекленному плакату «ПРИ РАСЧЕТЕ ДЕНЬ ПРИБЫТИЯ И ДЕНЬ ОТЪЕЗДА СЧИТАЮТСЯ ЗА ОДИН ДЕНЬ». — Заселяй, говорю, я потом с Сергеем Петровичем сама разберусь! Господи, да когда же это кончится-то.... — Последняя фраза относилась скорее не к коллеге по ресепшену, а к высшим силам, но первая вахтерша, согласно покивав, объяснила нетерпеливо переминающейся очереди, ожидавшей заселения в общежитие: — Мэр наш, дай бог ему здоровья, решил новый спорткомплекс обновить, и со всей области молодежь свёз, а мы тут зашиваемся! В мэрии-то до наших койкомест дела нет, им бы перед губернатором отчитаться! Юля сочувственно покивала, думая о том, что до туалета осталось дотерпеть совсем немного. — Та-ак, ладно, куда ж тебя тогда... Ага, вот. В триста сорок восьмой пойдешь. Ключ уже выдан, там девочка заселилась. Так, стой, куда помчалась?! Паспорт давай, регистрировать будем! В паспорте ты тоже такая синяя?

***

Дверь в №348 была приоткрыта. Постучав для приличия, но не получив ответа, Юля вошла, и, оставив сумку на полу, ринулась в дверь совмещенного санузла. Когда спустя пару минут она оттуда со вздохом облегчения вышла, вытирая вымытые руки, то первое, что она увидела, было упругой и очень юной попой, обтянутой ярко-красными трусиками. —Ой! — Попа обернулась, оказавшись худенькой девушкой-подростком, копавшейся в большой спортивной сумке рядом с кроватью. На ее короткой майке вызывающе красовалась разноцветная надпись «The sweetest bitch in the city». Юля подумала, что ее мама явно не знает английского. — Я тебя и не услышала! — Извини, я постучала... — Оправдываясь, Юля оглядела соседку, с которой, очевидно, ей придется делить комнату несколько дней. Совсем юная, но очень красивая... Лишь бы не безмозглая дура, вроде её троюродной племяшки, недавно нагрянувшей с родителями в гости и чуть не сломавшей её компьютер. — Ааа, ну да, я ж по телефону разговаривала, и ухо заткнула, чтобы не мешали! — Девчонка кивнула куда-то в сторону окна, откуда действительно донесся грохот отбойного молотка: строительные работы кое-где ещё продолжались. — Вот и не услышала! Я Кристина! Классная прическа, кстати! — Девочка тряхнула темно-русыми волосами и приветственно протянула руку. — Спасибо, Я Юля, — Представилась Юля, пожимая тонкую теплую ладонь. — Ты давно здесь? — Да, полчаса уже. Только распаковалась. Ты одна? — В смыс.... Ааа, да, одна, — Ответила Юля, сообразив, что Кристина спрашивает про то, не будет ли с ней ещё один сосед. Судя по тому, что комната была трехместной, а общежитие переполненным, остаться вдвоем им не грозило. Почему-то это вызвало смутное неудовольствие где-то в глубине души. — Слушай... — Девчонка, усевшись на заваленную вещами кровать, принялась натягивать джинсы на стройные ноги, — Давай, как вещи разложишь, гулять пойдем?! А то стрёмно сидеть в комнате, глянь, парк какой!

***

Парк вокруг нового спорткомплекса действительно был прекрасный. Было видно, что строители на удивление бережно отнеслись к старым деревьям, а на месте тех, которые всё же пришлось спилить, были высажены аллеи кустов и молодых саженцев. Удивительно, но они даже не засохли от обычной нерадивости ответственных за полив садовников. Было необыкновенно тепло для начала апреля, и Юля радовалась тому, что оставила спортивную куртку в номере. А также тому, что под обтягивающим свитером Кристины, тоже решившей не обременять себя верхней одеждой, хорошо просматриваются очертания девичьего тела. Для прогулки Юля и Кристина выбрали старую боковую аллею, так как на центральной было довольно людно. Там Кристина, успевшая уже ознакомиться с гостевыми брошюрами, рассказала Юле, что в спорткомплексе одновременно проводятся девять различных молодежных мероприятий: спортивных, культурных и образовательных. Все это гордо и помпезно называлось «Молодежный слет: Будущее — это мы!» Зачем нужно было устраивать все сразу, брошюра не объясняла, но, судя по слухам, нынешний мэр таким образом пытался реанимировать запущенную молодежную политику и одновременно угодить губернатору... Впрочем, обеим девушкам было гораздо более интересно узнать друг о друге, чем о проблемах мэра. Кристина была начинающей чирлидершей — той, кто поддерживает свою спортивную команду, размахивая разноцветными помпонами. Точнее, это Юля думала, что чирлидинг сводится к поддержке своей команды, но Кристина объяснила ей, что чирлидинг — отдельное направление то ли спорта, то ли танца. Во всяком случае, выезжали они и на спортивные, и на танцевальные конкурсы. Точнее, как — «они».... Выезжала чирлидинг — команда её новой школы, где Кристина училась с сентября. А саму Кристину взяли в команду лишь вместо выбывшей девочки, и полноценной чирлидершей её назвать было пока трудно. Она начала заниматься в школьном кружке ещё с осени, но, тем не менее, её все ещё держали запасной, не выпуская на сцену. Чудо, что её вообще взяли на выступление в спорткомплекс — до нормального уровня подготовки ей было еще расти и расти. А пока так, пятое колесо в телеге. Хотя и обещали дать выступить на одном из проходных мероприятий, на котором не должно быть высокого начальства — правда, только на подтанцовке, с самыми простыми движениями. В этом месте Кристина печально вздохнула, и Юля искренне высказала все, что в таких случаях полагалось: мол, у тебя обязательно все получится, все так начинали, ты наверняка станешь звездой, не расстраивайся, и т.д., и т.п. Несмотря на искренность, ободряющие фразы звучали казённо, но Кристина, тем не менее, заулыбалась и, пробормотав что-то типа «да фигня, я не парюсь», потянула Юлю куда-то на боковую тропинку, живописно засыпанную неубранной прошлогодней листвой. Под шелест прелых листьев под ногами Юля начала рассказ о себе. Для начала, она удивила Кристину тем, что уже студентка-третьекурсница: Кристина была уверенна, что Юля, максимум, в одиннадцатом классе. Затем пришлось рассказывать, что такое «Неделя науки»: обычно эти конференции ежегодных студенческих докладов проводятся в стенах родного ВУЗа, но в этот раз городская администрация решила собрать лучших представителей от каждого ВУЗа на общем слете в спорткомплексе, и ректор послушно взял их под козырек. Одной из таких «лучших» выбрали её. Затем Юля попыталась объяснить, что именно делает компьютерная программа, которую она на эту самую неделю науки привезла. Это у неё не слишком хорошо получилось, поскольку словосочетание «нелинейный функциональный анализ и его приложение к уравнениям частных производных» привело школьницу в столбняк. Когда Кристина поняла, что её соседка по комнате учится не где-нибудь, а на мехмате, то вначале даже не поверила. В понимании Кристины, красивые девушки (Юля слегка покраснела) и математика не совмещались друг с другом от слова «совсем». В её прошлой школе Кристине натянули годовой трояк с величайшим трудом, да и в новом учебном заведении ситуация не радовала. Одно лишь оглавление новенького учебника по алгебре приводило Кристину в уныние. Понятие «линейное уравнение» не укладывалось в русоволосой голове, «переменная Х» соблазняла пририсовать к ней еще пару русских букв, свойства степеней приводили в ужас («ну какой урод додумался писать сверху цифр ещё одни цифры?!»), зато «одночлены» и «многочлены» вызывали здоровое подростковое ржание. Добавившаяся в новом учебном году геометрия тоже не радовала, хотя там знаний хватало хотя бы на тройку. Юля сочувственно кивала, вспоминая себя в возрасте Кристины. В её школе, когда программа дошла до «системы двух линейных уравнений с двумя переменными» лично ей хотелось попасть под грузовик, лишь бы не ходить на очередную контрольную. Ободряюще обняв за плечи несчастную школьницу и заговорщицки понизив голос (хотя вокруг не было видно ни единого человека), Юля объяснила, что многие школьные учителя совсем не заинтересованы преподавать математику так, чтобы учащиеся её понимали. А заинтересованы совершенно в обратном: объяснять мудрёно и непонятно. Ну, разумеется, пока родители не пригласят их в качестве репетитора. Тогда сказочным образом «понимабельность» объяснений вдруг возрастает до того, что двоечник-троечник дотягивается до четверок и пятерок. — Конечно, таковы отнюдь не все учителя — Назидательно вещала Юля, продолжая обнимать за плечи Кристину, слегка обалдевшую от открывшейся перед ней изнанки образовательного процесса. Розовые губы даже немного приоткрылись от удивления. — Мне вот, например, замечательный педагог в десятом классе попался, после которого я на мехмат и решила поступать. Ну, а тебе пока просто не повезло. Можешь поверить, математика это очень просто и интересно! — Нет! — Упрямо возразила Кристина, возмущенно пиная кучку прошлогодних листьев, разлетевшихся бурым облаком. Рука Юли, легко обнимавшая её за плечи, от резкого движения соскользнула. — Я тупая! Ну, в математике, по крайней мере... — Хочешь, я тебе все объясню просто и понятно, за полчаса? Вернешься домой — пятерку получишь! Вот математичка удивится, прикинь! — Чо, серьезно? — Школьница удивленно повернулась к ней, темно-русые волосы, мотнувшись, слегка задели лицо Юли, оставив легкий запах чего-то цветочного. — Да легко! — Усмехнулась студентка, глядя в радостные глаза совсем рядом с собой. Взгляд школьницы вдруг скользнул вниз и Юля внезапно поняла, что девочка смотрит на её губы. Почувствовав, что её собственные глаза сейчас тоже взглянут на чуть приоткрытый девичий рот, она быстро отвела взгляд в сторону, где между деревьев серебрилась водная гладь. — Кхм, нуу, у меня в ноуте все школьные учебники в PDF закачаны, на всякий случай — Слушая, как в груди теплится странное, но очень приятное чувство, Юля поспешно заполнила наметившуюся неловкую паузу. — Откроем, разберемся, сама удивишься как там все просто! — Слууушай... Мне отчим обещал, что если я на пятерку контрольную по матеше напишу, то он мне новый телефон купит! — В голосе Кристины звенела надежда. — Айфон? — Чуть насмешливо спросила Юля, вспоминая, не забыла ли она зарядку для её собственного, новенького iPhone предпоследней модели. Тоже отцовского подарка, кстати. — Да нет, какой айфон, фигня это яблочная, — В голосе Кристины послышались грустные нотки, и Юля подумала, что айфон лежит за пределами финансовых возможностей её отчима. — Вот у Самсунга и Хуавея сейчас классные модели есть... Ну, он думал, что я контрольную никогда на пять не напишу, отчим мой, типа прикололся.... А вот обломается, если я и впрямь напишу! На пять! И купит он, никуда не денется, мама свидетель! — Она радостно засмеялась, представив, видимо, лицо отчима в этот момент. Юля тоже улыбнулась. — Слушай, — Лицо Кристины снова стало озабоченным. —Так ты мне правда можешь помочь? С математикой? Она у меня одна такая проблемная, даже по физике нормально... — Вот сама увидишь! — Со всей уверенностью, с какой только могла, сказала Юля. Несколько дней у нас точно есть, всё успеем разобрать! — Это было несколько самонадеянное утверждение, но Юля пренебрегла сомнениями по этому поводу. Для убедительности она даже подняла руку, растопырив пальцы.       — Все просто, как эти пять пальцев. И пять точно также получишь! — Логика была странной, но Кристина, задумчиво глядя на пригласительно распахнутую ладонь, вдруг вложила в неё свою руку, как бы скрепляя договор. Сердце Юли почему-то сделало небольшую паузу, а потом забилось чаще. Скрывая неловкость, Юля повернулась вдоль тропы и потянула держащуюся за ее руку Кристину дальше, продолжая прогулку. Некоторое время обе молчали, ощущая тепло ладоней друг друга. — Юля... — В голосе Кристины было смущение. — Только у меня это... Денег нет. На репетиторство твое. —Ты о чем вообще, блин?! — Юля натурально возмутилась. Ладонь школьницы из руки, правда, не выпустила, только сильнее сжала. — Не нужны мне твои деньги! Я чисто ради науки! — Только науки? — Повернулась к ней Кристина с лукавой полуулыбкой. Юля чуть запнулась. — Нууу... Еще мне приятно по-братски помочь.... красивой девушке. «НЕУЖЕЛИ ЭТО Я СЕЙЧАС СКАЗАЛА?!» — Ужаснулся кто-то внутри нее. Юля ощутила, как у нее краснеют уши. —Тогда уж по-сестрински... — Хмыкнула Кристина, и Юля почувствовала, что школьница очень довольна. — Я просто себя в твои годы помню... — Несколько торопливо пустилась она в объяснения, что, мол, всего лишь вспоминает собственные трудности усвоения школьной программы, но обнаружила, что девочка её не слушает, а разглядывает что-то сбоку от них. Обернувшись, Юля обнаружила, что за деревьями открылась небольшая смотровая площадка, огражденная старинной, похоже, ещё дореволюционной балюстрадой. А за ней открывался замечательный вид: широкая речная гладь с несколькими островами переходила на другом берегу в лесостепь, в которой пролески сменялись заросшими ковылем пустошами. — Я и не знала, что тут так красиво.... — Протянула Кристина. Юля согласно кивнула, разочарованно чувствуя, как ладонь Кристины выскальзывает из её руки. Оказалось, что девочка полезла за телефоном, стареньким и недорогим Асусом, на который и сделала несколько снимков. Она потыкала пальцем в экран и, выводя получившиеся фотографии, скептически сморщилась. — А ну-ка, становись туда, к балюстраде, — Скомандовала Юля, вынимая айфон. — Я тебя сниму, у меня камера лучше. Школьница радостно согласилась и некоторое время увлеченно позировала на фоне речного пейзажа, потом на фоне кустов, живописно зеленеющих распускающимися листиками, потом в обнимку со стволом старой березы... Любуясь ее счастливым лицом, Юля поймала себя на мысли, что Кристина точно не напоминает её дуру-племянницу. И что им предстоит провести несколько дней вместе, да и потом знакомство можно будет продолжить, ведь помощь в изучении алгебры может и затянуться... А еще она подумала, что разница в возрасте, которая смутила её при первой встрече, теперь не волнует её совершенно.

***

Потом они стояли, рассматривая получившиеся фотографии (а еще Юля немножечко хвасталась новым айфоном, а Кристина немножечко завидовала, но обе сделали вид, что не заметили этого), потом Кристина фотографировала Юлю, а потом они сфотографировались вместе и всё это было очень весело. Когда они вертели телефон в руках, их руки все время соприкасались, а когда они, улыбаясь, смотрели на друг друга, их раскрасневшиеся лица были совсем близко. — Ладно... — С неохотой прервала волшебство момента Юля. — Давай потихоньку двигаться обратно. Дело к вечеру, я уже есть хочу. — Я тоже... — Протянула Кристина, с некоторым сожалением наблюдая, как айфон исчезает в кармане Юлиных джинсов. — А давай вот так дальше пройдем, — показала она вдоль берега — и тогда на южную аллею выйдем, там и пожрать можно! — А не заблудимся? — С сомнением произнесла Юля, разглядывая весеннюю чащу. —Да нет! — Со свойственной молодости самоуверенностью ответила Кристина, хватая Юлю за руку. — Пошли! Сдавшись, Юля двинулась за упрямым подростком, чувствуя, как от тепла узкой ладошки школьницы в её руке, в груди снова поселяется приятное чувство. Смотровая площадка и речная гладь скрылись за спиной, вокруг снова шумел ещё юной листвой весенний лес. Казалось невероятным, что совсем рядом расположен огромный спорткомплекс, набитый множеством людей. Узкая тропинка, плавно устремляясь в гору, вилась между кустами, а поднявшийся ветер шумел кронами деревьев. Юля, искоса поглядывая на притихшую девочку, думала о том, что надо угостить её чем-нибудь вкусным. А еще было бы неплохо узнать, как школьница относится к алкоголю... Она сосредоточенно размышляла на эту тему и поэтому не сразу поняла, отчего вдруг Кристина, присев на корточки, прошептала — Тише! Глянь, вон! — и движением руки заставила её обернуться в нужную сторону. Немного покрутив головой, она, наконец, обнаружила то, что Кристина хотела ей показать. За обветшалым кирпичным остовом какого-то давно заброшенного строения – то ли трансформаторной будки, то ли насосной подстанции — в густеющих тенях весеннего леса происходило некое ритмичное движение. Вначале Юля не поняла, что там происходит, но потом, вглядевшись, рассмотрела в вечернем лесном полумраке две фигуры. Стоя вполоборота к притаившимся девушкам, эти фигуры прижимались друг к другу, делая странные движения. И лишь спустя пару секунд до Юли дошло, что это две целующихся девушки. Точнее, даже не целующихся... Прижав партнершу к толстому стволу старого ясеня, старшая девушка, ласкала губами шею своей более юной подруги, одновременно ритмично двигая рукой под её задранной юбкой. Та, цепляясь за шею старшей девушки, запрокидывала светловолосую голову с закрытыми глазами, явно получала удовольствие, цепляясь пальцами в плечи подруги. Похоже, ноги её не держали. Заплетенные в две косы черные волосы старшей девушки покачивались в такт движениям любовниц. Приглядевшись, Юля заметила на ветке соседнего куста белые трусики и облизнула внезапно пересохшие губы. — «Блин...» — Мысль билась в висках синхронно с ударами сердца. «Они ж как мы с Кристиной... Старшая трахает младшую.... Это знак?» Суеверной она не была, но соблазн выдать желаемое за действительное был очень силён. В голове пронзительной вспышкой представилась фантазия, что это она прижимает закрывшую глаза Кристину к стволу дерева... — Во прикол... — Хихикнула рядом с ней Кристина. Хихиканье получилось неубедительным, чуть хрипловатым. Скосив глаза на малолетнюю подругу, Юля с некоторым удивлением обнаружила горящие глаза и тяжелое дыхание сквозь приоткрывшиеся губы. — «А ведь она тоже...» — мысль закончить Юля не успела, поскольку Кристина толкнула её локтем в бок и прошептала: — Сфоткай их, сфоткай! — Возможно, в иных условиях просьба показалась бы Юле странной и неуместной, но сейчас она покорно вынула телефон, навела на двух любовниц, и, включив камеру, нажала нарисованную на экране кнопку. ЩЕЛК! Звук фотографического затвора — тем более обидный, что это был никакой не затвор, а просто звуковой эффект — на фоне внезапно стихшего шума листвы показался оглушительным. Старшая девушка, вздрогнув, обернулась. — Бежим! — Пискнула Кристина, и они кинулись бежать, хохоча, как безумные.

***

— Блиииин... Давно так не угорала! — Смеющаяся Кристина оперлась о плечо Юли, обдав её цветочным запахом волос и теплом учащённого дыхания. — Ага... — Протянула Юля, думая, можно ли обнять школьницу за талию. Осторожно предпринятая попытка это проделать показала положительный результат: Кристина не заметила ничего предосудительного, сама вцепившись в Юлю и задыхаясь от хохота, бега и возбуждения. — Девки жгут нереально! — Поддержала студентка, позволив своей ладони на талии Кристины сползти чуть ниже. — А мы им кончить помешали, прикинь! — Эти слова спровоцировали новый приступ хохота у обеих. Они стояли, полуобнявшись, и смеялись до слез, пока их глаза не встретились. Повисла неловкая пауза, в течении которой Юля слышала, как стук её сердца разносится по всему лесу. — Покажи фотку, — Тихо произнесла Кристина, отводя глаза в сторону. Вздохнув со смешанным ощущением облегчения и разочарования, Юля включила телефон, который так до сих пор и сжимала в руке. Навороченная камера не подвела: изображение, несмотря на сгущающиеся весенние сумерки, выглядело вполне чётко и узнаваемо. Две увлечённые друг другом девушки — одна из которых была ещё совсем подростком — выглядели на ней весьма фотогенично, как будто происходящее было результатом срежиссированной и отрепетированной фотосессии, а не по-шпионски подсмотренным мигом жизни. — Знаешь... мне нравится, — Кристина, закусив губу, искоса взглянула на слегка растерявшуюся Юлю. — Ну.... Мне тоже... — Ответила та с волнением, чувствуя, что их откровенность переходит на какой-то новый уровень. — Эротическая фотосессия в весеннем лесу. — Нет, — Слегка поморщилась Кристина, освобождаясь от руки Юли, приприобнявшей её за талию, и поворачиваясь к уже видневшимся сквозь деревья огням спорткомплекса. — Просто они свободные и смелые. И не ограничены навязанными условностями. — Но в лесу им прятаться все же приходится, — Возразила Юля, шагая рядом с ней. — Они, наверное, в разных комнатах заселились. А соседи — кретины, ханжи и гомофобы. — Было непонятно, говорит Кристина всерьез, или просто прикалывается. — И чтобы насладиться любовью друг друга, им приходится прятаться. Чтобы никакой лицемерный мудак их не осудил. — Да, — Согласилась Юля, стремясь доказать, что «лицемерный мудак» – это определенно не про неё. — К сожалению, нашей стране ещё далеко до цивилизованных стран в этом плане. — И не говори... — Печально согласилась Кристина, нашаривая руку Юли и крепко сжимая её озябшими пальцами. И всю обратную дорогу до спорткомплекса у Юли было очень тепло в груди.

***

— А подруги мои в старом районе остались, откуда мы переехали... — Делая вид, что это её нисколько не волнует, рассказывала Кристина. Они сидели в небольшом кафе, с некоторым трудом найдя незанятый и очень уютный столик в дальнем уголке, за которым можно было сидеть рядом. Вокруг шумели сразу несколько молодежных компаний и навязчиво играла музыка, поэтому, чтобы нормально слышать друг друга, приходилось наклоняться довольно близко. Юлю это совершенно не смущало, Кристину, похоже, тоже, даже когда их пальцы, как бы невзначай, касались друг друга. Юле давно не было так хорошо. Даже явно задранные цены — за пиццу, салат и два кофе с пирожными пришлось переплатить чуть ли не вдвое! — не могли испортить ей настроения. Особенно, когда она видела с каким аппетитом лопает проголодавшаяся Кристина. Потом Кристина попросила скопировать её свежеотснятые фотки с Юлиного айфона на свой телефон, и, пока они перекачивались, девушки успели обсудить любимые фильмы и музыку, последние прочитанные книги и даже компьютерные игры. В этом месте выяснилось, что обеим очень нравится «Бесконечное лето», только Кристине нравилась Ульяна, а Юле — Лена. Собственно, именно под неё она себе цвет волос и выбрала.       — И даже косплеила! — Призналась Юля, тряхнув синими волосами, на что Кристина понимающе покивала и сказала, что она ей сразу кого-то знакомого напомнила. Но Ульянка все равно круче! Затем разговор перешел на учебу, и Юля поймала себя на том, что ей и вправду интересен рассказ Кристины, как на уроке биологии они пугали друг друга заспиртованной жабой, и как учитель истории чуть не подрался со школьным хулиганом, и как сразу две старшеклассницы влюбились в молодого физрука... Учиться — если забыть о беде с математикой — Кристине было легко, особых проблем в школе не возникало, однако ей до сих так и не довелось найти настоящих подруг... Давно сложившиеся компании школьниц не спешили принимать новенькую. Вот и сейчас, члены её чирлидер-команды расселились в комнаты друг с другом, а ей досталось место на отшибе от коллектива... — Но знаешь, я не жалею! Зато с тобой познакомилась, а ты классная! — Уже почти весело закончила Кристина, искоса поглядывая на Юлю. Та, покраснев от теплых доверительных слов, опустила глаза и пробормотала, что ей тоже часто бывает одиноко и что она тоже очень рада их встрече. На миг повисло неловкое молчание, а потом как-то само собой получилось, что Кристина, смущенно хихикнув, уткнулась носом ей в плечо, щекотнув лицо волосами. У Юли перехватило дыхание, но момент она не упустила, обняла прижавшуюся к ней школьницу за талию, чувствуя как под её ладонью живёт горячее девичье тело. — О, ты эту фотку, с девушками в лесу тоже залила? — Кристина, оторвавшись от Юли, взяла со стола свой телефон и вывела на экран ту фотографию с двумя юными любовницами. — Угу... — Юля думала главным образом о том, что Кристина делает вид, будто не замечает Юлиной руки на своей талии. И что можно попробовать спустить эту руку на её бедро, благо никто в их сторону не смотрит. — Надеюсь, у них все хорошо будет... — Кристина приблизила изображение, разглядывая задранную юбку младшей девочки и засунутую туда руку старшей, прикусывая губу. Юля почувствовала, как учащается её дыхание. На языке вертелись слова «Мы тоже так можем!», но студентка заставила себя их проглотить. Не место и не время. — Ну, я тоже надеюсь, что они найдут... — Юля помедлила, и решительно закончила: — Где заняться любовью! Кристина искоса взглянула на неё. Юля, чьё сердце билось так, что слышно было на все кафе, встретила её взгляд, выдержала, и потом чуть облизнула губы. Кристина задержала взгляд на её губах, улыбнулась, и у Юли в животе взлетело несколько бабочек. За соседний столик с шумом и смехом примостилась веселая студенческая компания, и Кристина отвела глаза. — Слушай, пошли уже домой... — Ага. — Согласно кивнула Юля, досадливо думая о том, что вокруг слишком много народа. Снаружи уже почти совсем стемнело, и подул влажный пронизывающий ветер, обдающий холодом после теплого кафе. После теплого, почти летнего солнышка днём, это было неприятным контрастом. Юля даже пожалела, что оставила куртку в номере. Кристина, похоже, тоже. На волосы девочки приземлился пожухлый лист, невесть как сохранившийся с прошлой осени. Юля протянула руку к голове новой подруги и сняла его. Кристина благодарно улыбнулась, студентка улыбнулась в ответ, и возникшее взаимное чувство сделало совершенно естественным, что Юля покровительственно обняла невысокую школьницу за плечи. Кристина совершенно не возражала, и сама прижалась к Юле — так действительно было теплее. По дороге в общежитие, Юля выяснила, что Кристина не возражает против небольшой порции алкоголя. Более того, как не без гордости призналась школьница, у нее в этом деле даже есть опыт. Смущенно улыбнувшись, школьница поведала по секрету, как зимой они с подружками «славно погудели» на даче одной из них. Сколько было выпито оставленными без присмотра малолетками, и что они в пьяном виде проделывали, Кристина описала довольно скупо, зато подробно поведала, что и как орали не вовремя вернувшиеся родители хозяйки дачи. Потом еще добавила историю про то, как на прошлых выездных соревнованиях руководительница чирлидерш поутру искала, от кого пахнет спиртным, но так и не нашла, потому что пахло ото всех, включая саму руководительницу. — В общем, выпить можно, главное, — Кристина воровато огляделась — не спалиться! Юля качала головой, слушая о нравах нынешних школьниц, но сама прикидывала, на сколько хватит бутылки припасенного на всякий случай коньяка. Разогревшееся воображение подсовывало соблазнительные картинки будущего совместного проживания, и даже холодный пронизывающий ветер не мог его остудить. Уже окончательно стемнело, а с неба начало мелко и противно накрапывать, поэтому обе были рады, когда наконец добрались до здания, которое ещё несколько дней будет их домом. Смеясь над очередной шуткой, они вошли в ярко освещенный холл общежития, предвкушая возвращение в уют теплой комнаты. Народу уже было значительно меньше, аврал с заселением кончился, и за стойкой сидела только одна вахтерша. Неохотно оторвавшись от иллюстрированного журнала, она смерила недовольным взглядом обеих девушек, и на просьбу выдать ключи от №348, раздраженно сморщилась и сообщила тоном, каким обычно отвечают кому-то очень надоедливому: — А в номере ключ давно, у соседки вашей! Сами, что ли, не знаете, кто из вас где ходит?!

***

Весь подъем на третий этаж Юля корила себя за забывчивость — тот факт, что их номер трехместный, совершенно вылетел у нее из головы. Кристина тоже помалкивала. Стучать в приоткрытую дверь не стали: в конце-концов, они первыми заселились в №348, и он был «их» куда больше, чем новоприбывшей. В номер Юля храбро вошла первой. На третьей кровати, в одной майке и трусиках, закинув ногу за ногу, лежала темноволосая девушка, уткнувшись в планшет. Увидев вошедших, она подняла глаза от экрана и, ухмыльнувшись, приветствовала обеих. — Здорово, соседи! Как погодка? — Голос у новозаселившиеся был чуточку низкий и хрипловатый. Солидный голос для такой юной девушки, как почему-то показалось Юле. — Привет. Похолодало как-то резко, дождь собирается, — Довольно прохладно ответила студентка, разглядывая ноги новой соседки. Длинные и стройные, но весьма мускулистые, будто выточенные скульптором-классицистом из чего-то твердого, они скорей напоминали ноги юноши-спортсмена, чем нижние конечности прекрасного пола. Впрочем, все остальное, включая проступающую под майкой грудь, было вполне себе женским. Поколебавшись долю секунды, девушка, отложив планшет, поднялась и представилась: — Инга. Со Школьного Танцевального Марафона. Пластическая акробатика. — Юлия. — Представилась Юля, пожимая крепкую теплую ладонь. — Межвузовская неделя науки. — Студентка? — Спросила Инга, беззастенчиво ее разглядывая. — Угу. Третий курс мехмата. — Юля взглянула ей в глаза, и некоторое время они смотрели друг на друга. Глаза у Инги были зелёные, с веселым огоньком, а в облике угадывалось что-то неуловимо-азиатское. — Хорошо сохранилась. — Одобрительно кивнула Инга, заставив Юлю сложить руки на груди от внезапно нахлынувшего раздражения. — Так и не скажешь. Юля уже совсем было собралась сказать что-то едко-симметричное в ответ (Инга выглядела явно взрослее школьного возраста), но в этот момент её прервали. — А я Кристина! — Девочка втиснулась с боку и, улыбаясь, протянула руку для приветствия. — Можно просто Крись! «Крись?» — Юля с неприятным удивлением покосилась на школьницу. За несколько часов их знакомства девчонка не удостоила её такой привилегией. А тут... — Привет, Крись! — Инга искренне улыбнулась, пожимая девочке руку. — Будешь чай с пирожными?

***

Пока заваривался чай, Юля успела переодеться, вынуть из сумки заранее купленный в супермаркете бисквит и вымыть руки. Выйдя из ванной, она обнаружила, что Кристина и Инга уже расставили на тумбочке, выполнявшей роль стола, кружки, блюдца и разложили сладости. Дуя на горячий чай, Юля рассказала про себя и свою компьютерную программу, нарочито злоупотребляя сложными математическими терминами, в надежде, что это произведёт впечатление на соседок. Особого эффекта, однако, добиться не удалось: Кристина, которая это уже слышала, молча пила чай, а Инга лишь иронически улыбалась при каждой попытке Юли сойти за умную, разглядывая их с Кристиной весёлыми зелеными глазами. Кое-как скомкав рассказ о себе, студентка выжидательно посмотрела на Ингу. Та, запивая чаем пирожное, поведала, что учится она в одиннадцатом классе, однако, куда больше внимания уделяет пластической акробатике, чем надоевшей учебе. Танцевальным искусством она занималась с восьми лет, причем в её послужном списке еще были акробатический рок-н-ролл, кизомба и тверкинг. Результаты грядущего ЕГЭ не интересовали её абсолютно, так как свою дальнейшую карьеру она связывала с акробатикой, танцами и шоу-бизнесом. А портить глаза за учебниками ей всегда было стрёмно. В этом месте повествования она кинула насмешливый взгляд на Юлю, совсем недавно оживленно объяснявшую про «частные производные». Впрочем, «за защиту спортивной чести школы», ей исправно натягивали все оценки, как с легкой улыбкой объяснила она под завидующим взором Кристины. Перечисление наград и достижений, которыми могла похвастать Инга — точнее, не «могла», а именно хвастала — мало что сказало далекой от мира танцев Юле, но привело в восхищение Кристину. Впрочем, названия польских, норвежских и даже китайских танцевальных конкурсов, на которых Инга брала призы, не могли оставить равнодушными даже Юлю. Судя по всему, новая соседка произвела на девочку немалое впечатление — мрачно заключила Юля, косясь на Кристину, не сводившую восторженного взгляда с Инги. В груди что-то неприятно кольнуло: на неё таким взглядом девчонка не смотрела. Похоже, происходило что-то нехорошее. — Ну а ты, с Чир-данса, да? — Инга кивнула на пару оранжевых помпонов, лежавших на кровати Кристины. — Ага! Семнадцатая школа, команда «Скай-Чирлики»! — Радостно согласилась девочка, доливая кипяток по кружкам. — «Скай-Чирлики»? Что-то знакомое... У вас Кержицкая что-нибудь преподавала? — Да! — Довольно кивнула школьница, — Мастер-класс давала, по индивидуальному чирлидингу! Мы обалдели все! — Дык! — Инга хмыкнула с таким самодовольством, как будто это она самолично ответственна за столь высокий уровень неведомой Кержицкой. — У нас она тоже хореографию ставила. Знаешь, как гоняла? А ты как, чисто по чир-дансу, или чиру тоже? — Да я и по чир-дансу то не очень... — Опечалилась Кристина, пересказывая Инге свою грустную историю скамейки запасных. Та, в отличии от Юли, не стала расплываться в сочувствиях, а деловито поинтересовалась, в чем именно проблема. Ответ Кристины Юля поняла лишь частично: что-то про переход панча в диагональ и отлаженность лоу-ви. А также махи. Вот за махи ее чаще всего и критиковала Галина Сергеевна, строгий руководитель танцевального кружка. — Ну так это в растяжке дело скорее всего, — Предположила Инга, оглядывая бедра и ноги Кристины. Ее взгляд при этом Юле почему-то совсем не понравился. — Иногда бывает так, что преподаватели сами не очень хотят учить... — Предприняла Юля отчаянную попытку перетянуть внимание на себя. Кристина кинула на неё короткий равнодушный взгляд, и снова уставилась на Ингу. Та чуть поморщилась. — Фигня. Тут правильная практика просто нужна. Смотри, что растяжка делает! — Инга чуть отступила к стене, слегка прогнулась и стремительно задрала ногу так, что едва не стукнула сама себя по носу. Но все же не стукнула. А потом сделал мах другой ногой, энергично отмахивая руками. И еще раз. И снова. Босые пятки мелькали совсем близко от Юли, и она сочла за благо отодвинуться подальше. С каждым махом Юля ощущала, как бездарно провалилась её попытка напомнить Кристине о своем существовании. — Вау!... — Потрясенно выдохнула Кристина. Скрепя сердце, Юля с ней мысленно согласилась: растяжка этой чертовой Инги, действительно, впечатление производила. — А теперь ты! — Скомандовала девушка, поворачиваясь к Кристине, обалдело рассматривающей её с открытым ртом. Кристина с готовностью встала, приняв исходную позицию, но, чуть приподняв ногу, поморщилась: — Джинсы узкие, мешают! Надо в форму переодеваться! — Да сними их просто, — Равнодушно бросила Инга, откусывая пирожное. — Я в трусах хожу и не парюсь. Жарко ж ведь. Действительно, несмотря на относительно теплый апрель за окном, на отоплении номеров явно не экономили — батареи были налиты жаром и в номере... ну, не то, чтобы стояла совсем уж жара, но, определенно, было очень тепло. Взглянув сначала на Ингу, а потом на Юлю, и секунду поколебавшись, Кристина расстегнула молнию и, повалившись спиной на кровать, принялась стаскивать обтягивающие джинсы, выставив напоказ уже знакомые Юле красные трусики. Под тонкой тканью отчетливо вырисовались мягкие подростковые округлости. Девушка смущенно отвела глаза, посмотрев на Ингу. Та рассматривала открывшуюся картину с явным интересом, и её взгляд снова очень не понравился Юле. Победив джинсы, Кристина встала в исходную позицию, и, взглянув на Ингу, принялась выполнять махи ногами. Даже далекая от всего этого Юля отчетливо видела, что техника девочки явно проигрывает отточенным движениям Инги. Хотя Кристина, несомненно, старалась. — Ну, ясно. — С видом профессионала остановила ее Инга. — С растяжкой надо поработать, однозначно. Вас парному стретчингу учат? — Чего? — Похоже, этот термин был для Кристины также незнаком, как для Юли. — О госсподи, неужели вам даже основы растяжки не показывают? — Немного демонстративно, как показалось Юле, ужаснулась Инга. — Ну, как... Мы там разминаемся перед тренировкой, тянемся там... — Смутилась Кристина, явно опасаясь упасть в глазах профессионала. — Узнаю родные школы... — Пробормотала Инга, тяжело вздыхая. — У тебя все завязано, и в плечах и в бедрах, а ругают тебя за деревянность махов, да? — Ну, как бы да... — Кристина окончательно смутилась. — Ясно... — С видом врача, поставившего верный диагноз, кивнула головой Инга. — Значит, запоминай: самый оптимальный результат по растяжке достигается вдвоем с партнером. В одиночку так растянуться не получится, можешь мне поверить. — Она чуть отступила, и вдруг стремительно прогнулась назад, сворачиваясь в тугую дугу, вышла в стойку на руках, так, что свободная майка сползла вниз, обнажив упругий живот и край груди. Это совершенно не помешало Инге развернуться на руках, раскрыв ноги в невообразимо-широком угле, крутануть ими так, что едва не сбила посуду с импровизированного стола, и одним плавным движением вернуться обратно. Как у неё это получилось в небольшом номере общежития, для Юли осталось загадкой. Кристина, не выдержав, зааплодировала. Юля тоже вяло хлопнула несколько раз, скрывая под напускной иронией невольное восхищение и зависть. Восстанавливая почти не сбившееся дыхание, Инга кинула в её сторону снисходительно-презрительный взгляд: мол, могут так твои «частные производные»? Юля отвела глаза. — Вот это все стоит на хорошей растяжке! — Назидательно поведала Инга, обращаясь к Кристине, восторженно на нее взирающей. — Ну, не только на ней, конечно, но растяжка — это база. Сейчас уже поздно, конечно, но пару приемов парного стретчинга показать могу.

***

Юля с нехорошим предчувствием смотрела, как Кристина с готовностью кивает, соглашаясь. Предчувствие не обмануло: Инга, кинув на пол сложенное пополам одеяло, велела Кристине стать на нём на колени, что и было проделано девочкой с большой охотой. — Значит, нужно сзади подойти к растягиваемому и прижаться ногами к спине. Спину прямее, вот так! — Менторским тоном скомандовала Инга, подходя к Кристине и прижимаясь голыми бедрами к лопаткам девочки. — Теперь руки назад, и меня за ноги обними, — Инга завела руки Кристины за ей спину, так, что они обхватили и её собственные голые ноги. — Сильней обними! Вот так! — Кристина, нисколько не смущаясь званием «растягиваемого», повиновалась. — Так, теперь одну ножку вперед выставляй! Не-не, с колен не вставай! Так, стоя на одном колене и вытягивай! — Неудобно! — Пискнула Кристина, переваливаясь с колена на колено. — Знаю, неудобно. Так в этом и смысл! Так, хорошо, выше, выше! — Инга, наклонившись вперёд, поймала неловко выставленную ногу Кристины. Девочка, стоя при этом на одном колене, неловко покачнулась, но Инга успокоила её: — Держу-держу, не волнуйся! — Другой рукой она держала школьницу за плечо. — А теперь, партнёр подтягивает ногу растягиваемого как можно ближе к голове! — с этими словами Инга наклонилась, тесно прижавшись к Кристине, и слегка потянула ее ногу выше. — Осторожно, плавно! Чувствуешь, как связки работают? — Ага.. — Пробормотала Кристина, морщась. Руки Инги скользили по её плечам и груди, сминая майку с надписью «The sweetest bitch in the city». — Чувствую, да... Ай, осторожней только! — Давай другую ногу! — Скомандовала Инга. Кристина, немного наигранно кряхтя, повиновалась. Юля смотрела, как две школьницы, одетые только в майки и трусики, выполняют упражнения на растяжку, и испытывала очень сложные чувства. С одной стороны, ей очень не нравилось, что её Кристину кто-то трогает руками, а та совершенно не возражает. А с другой... Юля поймала себя на мысли, что ей НРАВИТСЯ происходящая перед ней сцена. Ей НРАВИТСЯ смотреть, как Инга держит Кристину за голую ногу, как тянет ладонь по колену, как другой рукой сжимает плечи, почти касаясь острой подростковой груди....Мелькнула даже мысль достать телефон и заснять видео, но она отогнала её как несвоевременную. Черт, эта улыбка на лице Инги, поднимающей ногу Кристины все выше, уже касаясь бедра... — Она же мышцы не разогрела! — Юля решила, что пора подать голос. — Ты ей связки потянуть можешь! Обе девушки удивленно повернулись к ней. Кристина, похоже, вообще забыла, что в комнате ещё кто-то есть, а во взгляде Инги удивление смешалось с раздражением. — Да фигня... — Пробормотала Кристина, морщась от усилий Инги по её растягиванию. — Да нет, она права на самом деле — Инга неохотно отпустила ногу девочки и высвободилась от её объятий. — Хотя я так, слегка, без фанатизма. — Ой, кайф! — Кристина встала, подвигала бедрами, прислушиваясь к ощущениям. — Связки все прям по другому ощущаются! — Короче, вот так парный стретчинг и делается! — Инга вернулась к импровизированному столу и подлила себе ещё чая. — Завтра ты разогреешься получше, и я тебе другие упражнения покажу. За несколько дней можно будет тебе хоть базовое понимание привить. Не переживай, вернешься домой, твоя Галина Сергеевна удивится прогрессу! Юля почувствовала, как в горле встал комок, когда Кристина закивала с радостным согласием. Как несколько часов назад она так же кивала в лесу, когда Юля предложила ей помочь с математикой... — Классно! Слушай, спасибо огромное! — Казалось, девочка готова броситься самодовольно ухмыляющейся девице на шею. Ишь ты, благодетельница! Показывать, как ноги правильно выламывать! — Крись... — Вышло как-то сдавлено, поэтому Юле пришлось откашляться и повторить: — Крись... тина. А мы ведь с тобой собирались в эти дни математику подтянуть, помнишь? Повисло молчание. Обе девушки смотрели на Юлю, чувствующую, как пламя стыда перекидывается с ушей на щеки. Потом Инга выжидающе посмотрела на Кристину, которая, покраснев не хуже Юли, опустила глаза. — Эээ... Слушай, давай потом как-нибудь? Ну, там, типа, если время останется или там по дискорду, да? Просто это реально важнее как бы, ну, я думаю... Ну, типа, как бы, реально показать, ну, руками... — Я думаю, Крися имеет ввиду, что занятия по математике не требуют личной демонстрации и вполне могут быть проведены дистанционно, по-интернету. — Вмешалась Инга. Кристина благодарно на неё посмотрела. — А вот то, чему могу научить я, по интернету не покажешь. И вообще, тут, в конце-концов спорткомплекс, а не университет, разве нет? — Последний довод просто убивал своей железобетонной логикой. Юля заставила себя улыбнуться, искренне надеясь, что улыбка выглядит достаточно натуральной. — А, ну, да... Ну, можно и по интернету, да... — Она искоса взглянула на Кристину, но та упрямо смотрела в тарелку, ковыряя ложкой остатки бисквита. — Без проблем! — Голос предательски дрогнул, но обе соседки сделали вид, что не заметили этого. А может, и вправду не заметили: Кристина что-то спросила у Инги, и та весело принялась рассказывать нечто танцевальное. Похоже, обнаружили общих знакомых. «Что ж, это всё. Пора признать очевидное.» — Мысль была какой-то отстраненной, как бы чужой. — «Если ты еще питала какие-то иллюзии и надежды, то с ними самое время расстаться». Юля потянулась за кружкой остывшего чая, очень подходящей для того, чтобы прикрыть лицо. Комок в горле, однако, застыл на прежнем месте. Привычное одиночество, слегка разжавшее зубы после знакомства с Кристиной, вновь сдавило что-то важное в душе. Похоже, зубов у него прибавилось. Сейчас она немного посидит и пойдет в ванную. Примет контрастный душ и пойдет спать. В конечном счёте, она на научную конференцию приехала, а не на… Просто ещё немного посидит, для приличия, и пойдет. Ах да, еще надо включить в наушниках музыку. Что-нибудь тяжёлое и мрачное — отличный антидепрессант в таких случаях, проверено. — Юля, а ты правда коньяком затарилась? — С некотором запозданием студентка сообразила, что Инга обращается именно к ней. — Эээ... да. — Не слишком уверенно согласилась девушка, подозревая подвох. — Предлагаешь открыть? — Нет, сейчас не стоит. — Инга предпочла не заметить горькой иронии в её голосе. — С утра у всех вводное собрание, а потом у меня планерка. Да и у вас, студентов, как я слышала, тоже. А вот вечером, завтрашним, можно будет и отметить! Юля подумала, что Инга совершенно не поинтересовалась, в настроении ли она, Юля, что-либо отмечать, да ещё своим собственным коньяком. Похоже, решение приняли без неё. Но в вступать в споры не хотелось, тем более, что это и впрямь показалось не самой плохой идеей. — Вот и отлично! — Одобрительно кивнув, Инга собрала грязные блюдца и кружки с остатками чая. — Тогда убирайте пока, а я посуду сполосну. Когда они остались остались одни, Юля, несмотря на овладевшую ей тоску, не смогла сдержать усмешки, когда увидела, как Кристина опасливо на неё косится. Девочка боится сцены ревности? Как же глупо, господи... Глупее было бы только объяснять нелепость этих подозрений. Если из-за одной прогулки и нескольких невинных прикосновений у неё возникли какие-то иллюзии, то это исключительно её, Юлины, проблемы. Никаких прав на Кристину у неё нет, непонятно, что вообще взбрело ей в голову, когда она думала, что они, две девушки с заметной разницей в возрасте, могли бы... Она даже внимание не обратит на такую фигню, как капризы малолетки. Ерунда, на самом деле, это все даже к лучшему. Она еще посмотрит на них с Ингой. Это будет очень забавно, когда выяснится, что... Что именно выяснится, она придумать не успела, потому как до неё дошло, что Кристина уже несколько раз её окликнула. — Эй, Юль, ты что? — Лицо школьницы выражало тревожное недоумение. — Очнись! — А, чего? — Внутри что-то озарилось глупой, смешной и нелепой надеждой. — Я говорю, за свой край бери, я одна её на место не поставлю! — Кристина указала на тумбочку, на которой они пили чай. А, ну да, тумбочка. Действительно, тяжелая, зараза... — А Инга её в одиночку сдвинула, прикинь?! — В голосе девочки явно слышалось восхищение. — Ага, потрясающе... — Равнодушно согласилась Юля, чувствуя, с каким мерзким шипением внутри гаснет вспыхнувший было огонек надежды. Они поставили злополучную тумбочку на место, и Юля слегка пнула её ногой, а потом ещё раз прошла по комнате, механически убирая мусор. Кристина возилась возле своей кровати, похоже, переодеваясь. Юле не хотелось туда смотреть. Или все же хотелось? — Так, девки, давайте уже отбой. Завтра всем рано вставать. — Из санузла появилась ещё влажная после водных процедур Инга. В руках она несла помытую посуду. Кристина, вдруг вспомнив что-то, по её мнению, важное, принялась показывать ей какие-то картинки в телефоне, и Инге пришлось их рассматривать, причем руки и волосы девушек соприкасались. Юля устало прикрыла глаза. Сейчас она наденет наушники и сделает музыку погромче. Это поможет. А под душем слёз не видно.