Проводник смерти
5 июня 2025 г., 16:45
В сухой траве лежал человеческий череп, на котором восседал черный ворон. Мох сминался под подошвой ботинок, а бледные руки были убраны в карманы длинного пальто. Утончённое белое лицо было напряжено и сердито. Юноша посмотрел на застрявшую в болотной тине большую машину с ковшом, а после — на серое угнетённое небо, которое царапали голые ветки сгоревших деревьев.
Он поднял череп, и ворон взметнулся на одну из веток, наблюдая теперь свысока.
— Все похоронены на своём болоте, — подошёл к нему Альберт, натянуто улыбаясь. Юноша знал, что за этой улыбкой скрывался страх, которым он так ненасытно питался.
— Меня не эти жалкие людишки интересуют, а ваш долгожданный гость, который прячется здесь, — ровным тоном сказал он, повертев череп в ладони и заглянув в пустые глазницы. — Говоришь, это был Эрен Йегер? Тот самый, который желал стереть этот мир ради свободы?
— Да, господин Аккерман. С ним был ещё светловолосый юноша, такого же роста, только в опьянённом состоянии.
Дамиан издевательски усмехнулся, а потом замахнулся и кинул череп в болото, развернувшись к нему.
— С ними была девушка с трусливым взглядом забитой овечки? — он коснулся шрама, оставленного ею на щеке.
— Нет, девушку я не видел. Но точно знаю, что Эрен Йегер побоялся продолжить начатое, так бы он познакомился с Мадиной для великих целей.
— В этом я сомневаюсь. Он враг госпожи Мадины, но, по моему мнению, обычный таракан под её подошвой.
— Вы правы, — склонил лысую голову монах. — Нам сложно поверить в то, что Эрен Йегер струсил, ведь он вложил в нас непоколебимую волю бороться за свободу и убрать с дороги всех наших врагов. Элдийцы переобулись, пожалев марлийцев.
— Я здесь, чтобы убить предателей и взять в плен Эрена Йегера. Госпожа возложила на меня эту обязанность, и я надеюсь, что вы засунете свой страх в одно место и прочешите это чертово болото, — его ровный голос сорвался, а темные глаза сверкнули в ярости.
Альберт приоткрыл рот, широко распахнув глаза, и побледнел в одну секунду, вспомнив, как мучили их призраки.
— Но…
— Не желаю вновь слышать бредни про мертвецов. Выполняйте приказ, или ваша вера в Великую Элдию — ничто, пока трясетесь здесь за стенами железной коробки.
Аккерман щелкнул пальцами, и ворон спустился с ветки на его плечо.
— Настоятель!
Альберт, прерывая зрительный контакт с юношей, посмотрел на прибежавшего йегериста.
— Они застали нас врасплох! — он в панике показал на возвышающийся столб дыма, исходящий от завода. — Подожгли завод, закинув бутылки с горючей жидкостью! Нам пришлось выйти на улицу, и на нас наставили ружья! Среди них был Эрен Йегер, и они требуют отпустить детей.
— Коктейль Молотова — как это на тебя похоже, Фадеев, — ненормально улыбнулся Дамиан, вдыхая полной грудью дым. Альберт готов был рухнуть на колени в растерянности — от того, что Эрен действительно был против них.
— Господин… — монах не мог найти слов, чтобы объяснить то, что так не вовремя подставило их перед этим человеком, которому минуту назад утверждал, что эти люди в ловушке и всё идёт по плану.
— Как они собираются увести отсюда детей? Есть на чем? — с отвратительной жалостью посмотрел на него Дамиан, когда Альберт упал на колени, намочив сутану. Юноша смотрел на него как на навозного жука, приподняв в омерзении верхнюю губу.
— Две грузовые машины… У одной рабочий аккумулятор, но спущены колеса этими мертвецами, когда мы пытались выбраться отсюда. У другой только проблема с аккумулятором, но на них не уехать… Они не заводятся — им некуда бежать, — закивал мужчина, сам себя успокоив и поднявшись на ноги.
— Поверьте, с вашим ненаглядным Эреном нужный человек — тот, даже если половины машины не будет, — заведёт её.
— Чёрт, — прошептал йегрист. — Мы так и не слили бензин с баков.
— Ничего, им действительно некуда бежать, — размял шею Аккерман, а потом кивнул всё это время молчаливому парню, который стоял у дерева и смотрел вдаль с безжизненным выражением лица. — Пора мстить за своего брата, Мортимер.
* * *
Завод горел неутомимым огнём, поглощая всё забытое когда-то марлийскими работниками. За блоками торфа Ваня подключал зажимы, от которых шли провода к другой машине. Маргарита вместе с Райнером, который к вечеру кое-как, но стоял на ногах, усаживали испуганных и со слезами на глазах детей в кузов. Неподалеку подавал свой голос Леви, приказывая йегеристам не двигаться, и в кого-то успел выстрелить за неповиновение. Лео заковывал руки преступникам, а Аккерман решил их вести на правосудие. — Все сели. Как дела? — Маргарита подошла к Ване, заглядывая под ржавый поднятый капот. — Получится завести машину? — Да, проблема в том, что у минусовой клеммы плохой контакт — она вся закисла. Придётся потянуть время, пока я снимаю окислы наждачной бумагой, — положив одну руку на край капота, тяжело вздохнул юноша. Вторая машина, к которой подключены провода, была заведена для разогрева, но разочаровывало то, что у неё испорчены шины и пробито дно машины, но аккумулятор работал, будто на ней уже ездили. — Понять бы, что ты мне сейчас наговорил, — закатила глаза девушка, кутаясь в тёплую кофту от ночной прохлады. В одной руке она держала арбалет, заряженный обычным сильным снотворным, который использовала против надзирателей Эрена. Усталость давила на неё морально: как только они к чему-то приближались, то их цель удалялась, ставя перед ними кучу препятствий. — Не переживай, я об стену расшибусь, но заведу это корыто, — обнадёживающе улыбнулся он ей, уверив своей широкой улыбкой успокоиться и положиться на него. — У меня плохое предчувствие, — она посмотрела на горевший завод, а потом в сторону деревни. Странно, что Эрен и Леви не вели сюда йегеристов. Ваня, разделяя схожее чувство, принялся очищать минусовую клемму, чтобы наконец-то подзарядить аккумулятор от другой машины и поскорее уехать отсюда. Огонь жаром касался их лиц, пробуждая ночных птиц и животных. Маргарита смотрела на огонь, а на её лице выражалось чистое беспокойство. Спала она от силы пару часов, беспокойная и вечно переживавшая, что всё пойдёт не так, как планировали. Ваня возложил на себя большую ответственность за неожиданный поджог йегеристов. Смерть Марка вновь заставила его задумываться: ту ли он сторону выбрал? Его преследовали кошмары: он забывает лицо матери и сестры и видит свою смерть за людей, которые были даже не его крови. Но единственный в этом мире его крови пока — Маргарита — отголосок его мира. В её глазах отражался пожар и страх. Вдруг она поймала его взгляд на себе, вопросительно изогнув бровь. — Мы прорвёмся, — кивнул юноша, поймав себя на мысли, что несмотря на ситуацию — она показалась ему очень красивой. — Вань… — Да? Он не услышал её ответа, а потом увидел, как она указала рукой на севшего на ветку крупного ворона, впритык смотрящего на них. Фадеев хотел пошутить насчет того, что она испугалась обычной птицы, как она стремительно полетела к ним, выставив острые когти как коршун. Деккер подняла арбалет, не моргая, и выстрелила. Птица свалилась на землю, громогласно каркнув. — Оказывается, из тебя хороший стрелок, Ритусик, — усмехнулся Ваня. — Не отвлекайся, я пойду проверю ребят, — она оставила арбалет ему и поспешила к переднему двору, чтобы поторопить остальных. Сердце сжималось, готовое упасть на дно желудка от одной мысли об этом Аккермане. У входа в завод Эрен и Леви вместе с Лео наставили ружья на кого-то. Связанные йегеристы были посажены на колени и смотрели в сторону болота. Маргарита с замиранием сердца бежала, огибая горящее здание, и замерла за спинами парней. Тот самый страх схватил её за горло, не позволяя издать ни одного звука и выворачивая её внутренности на ночной холодный воздух. Напротив них стоял, вложив руки в карманы пальто, Дамиан, а за его спиной прятался монах и ещё один йегерист. Они успели о чём-то поговорить, и теперь Аккерман выжидающе ждал ответа от островных элдийцев. Когда он увидел её, то его лицо переменилось: хладнокровное спокойствие пропало в одну же секунду, позволяя ярости заострить его зубы и напрячь челюсть. Дамиан сдерживался, но был на грани. — Одна из крыс прибежала, — бросил он в её сторону, вновь касаясь шрама на щеке, придававшего ему только отпугивающую, гневную красоту. На языке девушки вертелся один вопрос: чего ждут элдийцы, ведь Дамиан один и, по всей видимости, безоружен? Но они были чем-то смущены и не отпускали прицелов. — Это кто? — спросил её Леви. От его вопроса Дамиан разразился ненормальным хохотом. — Аккерман из Мансе. Он служит Мадине, — посмотрела на него девушка, желая увидеть хоть какую-то реакцию, но Леви, в отличие от Дамиана, сохранял здоровое хладнокровие. — Мелкий сосунок, — всё что он сказал, и спустил курок. Пуля стремительно пролетела, но Дамиан ловко увернулся и достал из внутреннего кармана длинный коготь. — Пора платить по счетам, дьяволы. Земля внезапно затряслась, и все обратили внимание на торфяное поле, затаив дыхание. Стоящий там человек взял коготь из рук Дамиана и резанул себе по руке с некой ненавистью, смотря на остолбеневшую четвёрку.* * *
— Что происходит? — Ваня ощутил дрожь, а потом за горевшим заводом возникла вспышка, на секунду ослепившая глаза. Райнер в панике, придерживаясь за кузов машины, спустился на землю. — Титан, — прошептал он бледными иссохшими губами. — Чёрт… — Фадеев, ни разу не видевший титана, ощутил внезапную дрожь в руках: они не слушались, а мысли путались от страха. Браун заметил это и твёрдо кивнул ему. — С ними Леви — они справятся, а нам нужно подальше увезти детей, — он тоже переживал, ведь УПМ без газа был оставлен Леви как опознавательный знак, чтобы не заблудиться в лесу, а ружья были бесполезны. Райнер заметил, как холодный пот выступил на лице этого юноши, догадываясь, что тот ещё не сталкивался с титанами в отличие от него. — А как же… — в горле застряли слова. — Мы вернемся за ними, как только дети окажутся в безопасности, — уверил Ивана Браун. Аккумулятор от чужой машины дал некий приток энергии спящему аккумулятору старой машины. Ваня смог завести её, стараясь держать себя в руках, что с трудом получалось. — Поехали, — шепнул он себе, выворачивая руль и сдавая назад. Грузовик выехал на плохо проходимую дорогу, а фары освещали ночной путь. Его руки так и прилипли к рулю, и Ваня успокаивал себя тем, что всё будет хорошо с ними, с тяжёлым сердцем уезжая всё дальше.* * *
Рев, наполненный болью и ненавистью, спугнул наблюдавших сов. Человеческое тело росло на глазах, раскидывая брызги болотной воды; лицо покрылось чешуёй, а жёлтые глаза уставились прямо на цель. Рядом с грохотом и дрожью земли упал молот, обвитый соцветием из крупных фиолетовых колокольчиков. Титан в ярости раскрыл пасть, показывая тонкие, как иглы, клыки, и ударил молотом по погрязшему в болоте экскаватору. — Что будем делать? — громко спросила Деккер, прикрывая уши от резкого крика. Они в ловушке — один шаг, и их легко сметут одним ударом молота. Титан выжидал, зациклив свой умалишённый взгляд на Леви. Аккерман ощущал его желание быть первым растерзанным, но стойко смотрел ему в глаза. — У тебя ограниченное количество вакцины, и её нужно сохранить, — сказал он и посмотрел на Маргариту, а после на чёрную сумку, которая висела через её плечо. — Капитан, — Эрен ждал его приказа, палец на курке оружия так и желал выстрелить. Он знал, что не промажет и попадет по одному из глаз. — Подожди, я думаю. — Быстрее, — не выдержал он, и в этот момент титан поднял молот, сделав два шага к ним, и замахнулся, рассекая воздух. Маргарита приросла к земле, но кто-то смог её оттолкнуть в сторону. Она отлетела прямо к деревьям, терпя неприятную боль от удара. Рядом лежал Эрен, откинувший её в сторону. Грохот прошёл по земле, что ощутимо было сносящей волной от удара. В другой стороне лежал Леви, своим телом он прикрыл Лео и, не теряя времени, поднялся на ноги. Титан заревел голосом боли, и Лео смог очнуться и схватиться за ружьё, выстреливая в лицо титану, чем только сильнее разозлив его. — Ваня увёз детей, — Маргарита заметила удаляющуюся машину и облегчённо выдохнула, но ненадолго. Она подползла к лежащему Эрену. — Нам не справиться с титаном без УПМ и без другой силы титана, — он схватился за вывихнутое плечо, терпя ноющую боль. Маргарита искала взглядом Дамиана, но тот словно растворился в ночном воздухе, а монаха и остальных революционеров уже не было. А после обратила внимание на брекеты с торфом, сложенные стопками у гаража, и сунула руку в свою сумку, доставая оставшуюся бутылку с горючим. Эрен понял её ход мыслей и забрал из её рук бутылку, не давая ей ничего предпринять. Побежал к Леви, который то и дело отвлекал титана на себя, приказывая Лео бежать, но тот упрямо мотал головой и в нужную секунду переманивал внимание титана на себя, но попал под удар молота, который откинул его в торфяное болото. — Капитан, — Эрен остановился в паре метров от него и поднял бутылку с горючей жидкостью, указывая рукой в сторону торфяных брекетов. Леви без замедлений содрал своё тело с земли и побежал туда, уворачиваясь от атак титана. — Уж, слишком ты медленный в отличие от первого, — Леви поймал себя на мысли, будто титан был поглощен не целью убить их, а своими эмоциями: его лицо вечно искажалось в приступе горя, отчего он был уязвим и слаб. Эрен поджег бутылку и замахнулся, когда титан, преследующий Леви, оказался рядом со складом брекетов. Бутылка, пролетев расстояние, разбилась о бетонную плиту, выпуская из плена огонь, охвативший первый ряд брекетов, среди которых спрятался Леви. Титан стал сносить их на своём пути, тем самым загнал себя в огненную ловушку. Обработанный торф разгорался быстро и перекинулся на титана, заставив его завопить от боли. Тело стало судорожно сопротивляться, и молотобоец пополз к болоту, окунаясь в него с головой. — Капитан! — крикнул Эрен, пытаясь рассмотреть сквозь огненное пламя Аккермана, но тот не отвлекался. Маргарита тем временем достала из воды бессознательного Лео и стала делать ему сердечно-легочную реанимацию. Титан вновь вырвался из воды, и девушка медленно подняла на него взгляд, увидев своё отражение в его зрачках; не прерываясь, делала массаж сердца и умоляла мальчишку очнуться. Позади кричал Эрен, а после сорвался к ней, переходя на бег, но было поздно. Молотобоец занёс над головой молот. — Мортимер… — её губы еле слышимо прошептали его имя, и титан замер с оружием в руках, с которого сорвались колокольчики наперстянки, опадая на поверхность мутной воды. — Мне так жаль… В горле трудно непроходимый ком, а в душе ощущение чужой боли, глаза стали мокрыми, а губы задрожали от того, что она видела на дне зрачков молотобойца. Всё произошло так быстро, и Маргарита, прижав к себе Лео, зажмурила глаза. Но не ощутила боли, услышав голос Айгуль. — Я не позволю тебе причинить вред моему ребёнку, — заявила она, переманив титана на себя. Молотобоец раскрыл пасть, собираясь разорвать на части женщину, не подозревая о том, что она уже была мертва. — Маргарита, — Эрен упал рядом с девушкой, бегая глазами по ней и убеждаясь, что она не ранена. Лео выплюнул лишнюю воду из лёгких и рассеянным взглядом смотрел то на девушку, то на титана, который отвлёкся на его мать. — Ну давай же! — прокричала женщина, выставив перед собой найденное лезвие от УПМ. — Я прекрасно знакома с твоими слабостями. Потому что меня зовут Айгуль Тайбер, и нашей семье принадлежит титан молотобоец! Она вынула из болота отросток и разрезала его. Титан потерял равновесие и упал назад, начиная испаряться. — Это моё болото, и от меня ничего не скроешь! — она, предприняв последние силы, дернула на себя отросток, вынимая из глубин воды кристалл, в котором сидел носитель. Но внезапная вспышка и кристаллизованный шип вонзился в её тело. — Мхмх! — промычал истощённый Лео и, собрав волю в кулак, всё равно на подкосившихся ногах побежал к матери. Маргарита и Эрен последовали за ним. Тело женщины лежало на поверхности воды и блекло, принимая призрачную оболочку. Лео хотел коснуться её лица, давясь слезами и вырывающими всхлипами, но рука проходила сквозь неё. Айгуль приоткрыла веки и с улыбкой на устал смотрела на сына, поднимая свою руку к его заплаканному лицу, а после опустила на грудь. — Ты очень храбрый мальчик… Весь в меня. Я горжусь тобой и тем, что могу видеть тебя таким сильным, — а после она посмотрела на Маргариту. — Вы правы. Мы должны отпустить своих детей, больше не переживая об их жизни. Лео вновь замычал, желая позвать её, но только мог издавать давящие звуки. Неподалёку выстроились наблюдавшие селяне; отец вышел вперед, сохраняя улыбку на лице. Айгуль постучала двумя пальцами по подвеске Лео. — Там лежит то, что ты ищешь, Маргарита. Наш секрет, доверенный марлийскими потомками великого героя, почти убившего Имир… — она в последний раз посмотрела на Лео и растворилась в пепле, возвышаясь к неполной луне; вслед за ней рассыпались и селяне. Пепел покрыл болото, в котором были упокоены их сгоревшие тела. Лео отдался рыданиям, пряча лицо в объятиях Маргариты. Она поглаживала его по плечам, ощущая всю его боль от потери, и посмотрела на молчавшего Эрена. У него была разбита скула, сажа покрывала часть лица, и было вывихнуто плечо, но он смотрел только на неё: в его глазах читалось, что они справились — положили конец кошмару этого болоту. Его глаза впервые показались такими живыми. — Мне очень жаль твоего капитана… — Не хороните раньше времени, — вдруг раздался голос. Они синхронно повернули головы, и Маргарита широко распахнула глаза, а Йегер слабо улыбнулся: Леви просто так не убить. Мужчина стоял, выпачканный в саже, а за ним сгорал склад, чёрным огнём возвышаясь вверх, и показался свет фар от грузовика, осветившего изнурённые, но победивших их. Леви с некой предусмотрительностью покосился на кристалл, который треснул посередине и был окутан осевшим пеплом. Лицо Мортимера ничего не выражало, кроме поражения. — Кажется, у нас есть в кармане один титан.
