The Fifth Type of Non-Contact Force (Пятый тип бесконтактной силы)

— Вы похоже сблизились, — сказал Не Хуайсан в понедельник, когда все они садились в автобус для поездки с классом. Лань Чжань шел впереди них и направился к сиденьям в самом конце автобуса. Вэй Ин почувствовал, что краснеет. Он попытался скрыть это, отвернувшись. — Я же говорил тебе, мы друзья. — Ну, ок, — засмеялся Не Хуайсан и повторил, — близкие друзья. Он всегда говорил в такой манере. Это звучало как пустяк, незначительно, но что-то было такое в его тоне, в оттенке, какой-то подтекст. Вэй Ин не всегда замечал такое, но на этот раз он услышал это громко и отчетливо. Слишком близкие — это то, что хотел сказать Не Хуайсан. Вэй Ин поймал взгляд Лань Чжаня поверх дюжины или около того голов, которые то появлялись, то исчезали между ними, в то время как другие ученики медленно шли по проходу автобуса. Воздух между ними шипел и искрил. Все волосы Вэй Ина встали дыбом. Это продолжалось с того дня, как Лань Чжань вернулся из больницы, и бесконечно пугало Вэй Ина. Пока нога Лань Чжаня заживала, Вэй Ин каждый вечер сидел с ним в его комнате и делал уроки. Лань Чжань пытался разобраться в неаккуратных конспектах Вэй Ина, а Вэй Ин — скопировать ответы из рабочих тетрадей Лань Чжаня. Это было симбиотическое, взаимовыгодное сотрудничество. Оно было умиротворённым. Слишком спокойным. Временами, когда дверь закрывалась, Лань Чжань ловил его руку и просто держал её, проводя большим пальцем по костяшкам пальцев Вэй Ина, поглаживая их. Ни один из них не говорил об этом — не чувствовали необходимости. Потом Лань Цижэнь входил в комнату, принося еду Лань Чжаню или проверяя его швы. Должно быть, он что-то видел, может быть, они слишком поздно расцепили руки, потому что через несколько дней он попросил, чтобы дверь всегда оставалась открытой. Сегодня был первый день после невыносимо долгой недели, когда они больше не находились под бдительным ястребиным взглядом. Вэй Ин был весь на нервах. Словно зуд расползался от шеи до кончиков пальцев рук и ног. Ему с трудом удалось усидеть на месте в течение трехчасовой поездки на автобусе. Их классная руководительница сорвала голос, крича Вэй Ину, чтобы он вернулся на свое место. Он не знал, как объяснить ей, что ему нельзя позволять сидеть так близко к Лань Чжаню, без присмотра, соприкасаясь бедрами, плечами, руками, потому что велика вероятность, что Вэй Ин растеряет весь самоконтроль, и их губы сольются вместе. Более того, он даже сел на свои ладони, чтобы они оставались неподвижными. В конце концов Лань Чжань схватил их; сильные пальцы сомкнулись вокруг запястий, удерживая Вэй Ин на месте. Должно быть, он почувствовал, как учащенный пульс Вэй Ина стучит под подушечками его пальцев, потому что на его губах мелькнула тень улыбки. Вэй Ин чувствовал себя магнитом, который притягивается в определенном направлении, не по его собственной воле, а потому, что есть невидимая сила, которая тянула его туда, сила слишком сильная, чтобы сопротивляться. Хуже всего было то, что остальные это видели. Он заметил Мянь-Мянь, открыто смотрящую на них через проход с понимающим выражением лица. Он увидел глаза Цзинь Цзысюаня в отражении в окнах, которые тот отвел слишком поздно. Он слышал, как Не Хуайсан кашляет, прикрывшись ладонью, но это звучало как хихиканье. Когда они наконец прибыли, у Вэй Ина было ощущение, как будто он не дышал все три часа пути. Удивительно, как он вообще не взорвался. Он, одним из первых, вышел из автобуса и нахмурился, оглядываясь по сторонам. — Я думал, что это будет ферма? — Это она и есть, — сказал Лань Чжань, стоявший совсем рядом. Он взвалил на плечи обе сумки. Не Хуайсан рассмеялся. — Вот так фермы выглядят сейчас. Он попытался передать свою сумку Мэн Яо, который с глухим стуком уронил её на подъездную дорожку. Через раздвижные двойные стеклянные двери они вошли на огромный внутренний двор. Его окружали длинные узкие стеклянные здания с солнечными панелями на крышах и резервуарами для сбора дождевой воды под карнизами. Вывеска на двери сообщала, что здесь есть бассейн, кафетерий, три конференц-зала и даже поле для картинга. Все было сделано из стекла и металла и выглядело совершенно новым. Единственным сходством этого места с фермой были снопы сена, эстетически уложенные в одном углу, и безвкусные деревянные детали на стенах, которые выглядели так, словно их добавили в последний момент. — Это курорт! — настаивал Вэй Ин. Не Хуайсан прошел в комнату, которую они должны были разделить вчетвером. — Твоё представление о курортах… — он скривился, — расстраивает. — Избалованные маленькие богатеи, — пробормотал Вэй Ин, — не могут даже нормально в школьную поездку съездить. Когда они нашли свою комнату, Не Хуайсан долго возился в дверях, пытаясь втащить свой багаж, громко кряхтя. — Помогите кто-нибудь, пожалуйста. — Что там? — Лань Чжань с подозрением посмотрел на чемодан. Он был тяжёлым и звенел. Было очевидно, что там была не только одежда. — Ничего, — сказал Не Хуайсан. — Это на сегодня, — сказал Вэй Ин. Не Хуайсан спрятал нижнюю половину лица от Лань Чжаня, подняв руку, и сыпал проклятия в адрес Вэй Ина. Вэй Ин проигнорировал его. — Для вечеринки. Лань Чжань холодно посмотрел на Не Хуайсана. — В длительных поездках с ночёвкой действует комендантский час после десяти часов. Общение после отбоя запрещено. Посещение других комнат запрещено. — Его янтарные глаза сверкнули в сторону чемодана. — Алкоголь запрещен. — Ах, правда? — слабо сказал Не Хуайсан. Он взмахнул ресницами, глядя на Лань Чжаня. — Но в прошлый раз, когда ты пил, тебе было так весело. Вэй Ин замер. Краем глаза он заметил, что Лань Чжань тоже напрягся. Вэй Ин встал позади Лань Чжаня и пронзил Не Хуайсана острым взглядом, мысленно говоря тому, что он собирается сделать с ним, если тот не будет следить за тем, что говорит. — Запрещено. — Не Хуайсан прочистил горло. — Понял. Он даже не удосужился казаться искренним. — Они больше не боятся тебя, — пошутил впоследствии Вэй Ин. — Всё в порядке, — ответил Лань Чжань. Но это не так. Золотой мальчик сегодня выглядел чуть менее сверкающим, чуть менее безупречным и чуть менее неприкасаемым. Это была твоя глупая ошибка, подумал Вэй Ин. Ты хотел затащить его в грязь. Лань Чжаню следовало бы сильнее беспокоиться. Но сегодня он казался особенно умиротворённым. Обычно его спокойствие носило оттенок сдержанности, но с того момента, как они сели сегодня утром в автобус, оно стало непринуждённым. Он даже казался выше, как будто с его плеч исчезло какое-то тяжелое бремя. Он положил свою спортивную сумку на пол, а затем осторожно опустил рюкзак Вэй Ина на стул рядом с ним. Вэй Ин даже не взял с собой сменную одежду. Он планировал стащить у Лань Чжаня. В его сумке не было ничего важного. Тем не менее, Лань Чжань обращался с ней так, словно она была сделана из хрупкого стекла и ценилась на вес золота. Вэй Ин подошел и нежно коснулся шеи Лань Чжаня одной рукой. Глаза Лань Чжаня потемнели. Вэй Ин быстро убрал руку. Ему хотелось взбежать вверх по стене, по потолку и обратно. Дважды он тянулся к рукаву Лань Чжаня трепещущими пальцами. Дважды останавливал себя в последнюю секунду. Недавно его повторяющийся сон вернулся с удвоенной силой. Лань Чжань стоял где-то на высоте, в темноте и обнажался. Но на этот раз у него были расширенные зрачки и распухшие губы, когда он провел ладонью по голой груди Вэй Ина. Единственное, что остановило Вэй Ина от попытки воплотить эту мечту в реальность прямо в эту секунду, был кряхтящий и пыхтящий Не Хуайсан, пытающийся засунуть свой чемодан под одну из двух двуспальных кроватей. Их было четверо и две кровати. Вэй Ин подумывал разделиться так, что он будет спать с Не Хуайсаном, а Мэн Яо с Лань Чжанем. Ради сохранения собственного рассудка. — Ничего не обещаю, — сказал ему ранее Не Хуайсан. — После вечеринки, которую я планирую устроить сегодня вечером, я могу вообще не добраться до постели. — Тогда не будем спать, — в отчаянии предложил Вэй Ин. — Ты прихватил с собой энергетиков? Давай не ложится до утра. — Посмотрим, — уклончиво сказал Не Хуайсан. Исследования в области сельского хозяйства были частью утвержденной правительством учебной программы. Они должны были заниматься настоящим земледелием. Но Первую Гусу, как и большинство школ для богатых, мало интересовали физический труд и запах навоза. Они оставили только самый минимум, чтобы показать выполнения требования на бумаге. Как только они заселились в свои комнаты, им сказали, что мероприятия необязательные. Естественно, все сразу разбежались. Большинство ребят устремились в бассейн. Он отапливался и размещался в стеклянном крыле главного здания. На тонких серебряных проводах с потолка свисали разноцветные карпы, носящиеся между гигантскими листьями лотоса. Вэй Ин сидел один снаружи, под полуголыми ветвями гинкго на краю двора. Отсюда бассейн выглядел как аквариум. Он не мог сейчас оставаться один в комнате с Лань Чжанем. Что угодно могло случиться, и кто-нибудь мог увидеть. Безопаснее было тут, на виду у стольких глаз. Мянь-Мянь заметила его изнутри и помахала. Он помахал в ответ, чуть менее восторженно. — Здесь холодно, — сказал сверху Лань Чжань. Вэй Ин посмотрел на него, и у него перехватило дыхание. Этот мальчик был поистине красив. Светлые глаза Лань Чжаня скользнули по его лицу, отражая часть восхищения, которое испытал Вэй Ин. — Давай зайдем внутрь. — Зачем? — Вэй Ин сказал это мягко, чтобы Лань Чжань не подумал, что он грубит. Лань Чжань посмотрел на людей за стеклом, смеющихся и плескавшихся вокруг, а затем сел рядом с Вэй Ином. Он был так близко, но они не соприкасались. Лань Чжань умел держать дистанцию. То были хорошие манеры. Он никогда не вторгался в личное пространство Вэй Ина, но прямо сейчас Вэй Ин был не против, чтобы он сделал наоборот. Он почти чувствовал его — слабый жар его тела. Но потом ветер усилился. Вэй Ин вздрогнул, натянул воротник и зарылся поглубже в куртку. Не Хуайсан жестом пригласил их присоединиться к ним в бассейне. Он, должно быть, уже выпил. Его лицо было немного красным. — Ты это имел в виду? — внезапно сказал Лань Чжань. — Хм? Лань Чжань сел впереди, так что Вэй Ин мог видеть его краем глаза. — «Я не хочу быть твоим братом. Этого недостаточно». Вэй Ин знал, что сейчас он не в силах посмотреть на Лань Чжаня. Лицо другого мальчика сияло, как яркая луна в темную ночь, освещая все вкруг. Вэй Ин мог либо поцеловать его, либо начать рыдать, трудно сказать. Он был уверен, что не хочет делать ни то, ни другое перед публикой. Особенно перед этой. — Мы должны поговорить об этом, — сказал он. Он гордился собой. Наверное, это была первая адекватная вещь, которую он сказал за всю свою жизнь. — Да. — Лань Чжань согласился, а затем замолчал в ожидании. Вэй Ин хотел бросить на него раздраженный взгляд. Он всегда был так скуп на слова, даже когда они были важны. Хотя, подумал Вэй Ин, раз он сам заговорил об этом, то, возможно, ему стоит начать. Он сглотнул. — Я не могу позволить себе ошибиться. — Ты не. Он быстро взглянул на Лань Чжаня. Это было ошибкой. Он почувствовал, как его глаза внезапно наполнились слезами. — Я не хочу наделать ошибок, потому что… ну, знаешь, потому что я забочусь о тебе. — Его голос сорвался, и он вздохнул, раздосадованный самим собой. Рука Лань Чжаня прижалась к его, предлагая утешение, уверенность. Он продолжал подбирать слова. — Мне не всё равно, что ты чувствуешь. Дыхание Лань Чжаня было тихим. — Вэй Ин. — Всё это очень… — Вэй Ин изо всех сил старался подобрать подходящее слово, — новое. Он почувствовал, что сползает вниз, поэтому опустил правую руку на корень дерева, чтобы приподняться немного выше. Лань Чжань положил свою руку на его. Только прижавшись к уверенной руке Лань Чжаня, Вэй Ин понял, что его трясет. — Я боялся, что напугаю тебя, — хрипло сказал Лань Чжань, — или обижу тебя, или… или… — Он долго молчал, не мог найти слов, прежде чем громко вздохнуть и тут же остановиться. Вэй Ин почувствовал себя немного лучше, когда узнал, что Лань Чжаню тоже было трудно выразить всё это словами. Вэй Ин повернул руку, которая была под рукой Лань Чжаня, так, чтобы они могли переплести пальцы. Так. Достаточно хорошо. Он наблюдал за ребятами в бассейне, за своими одноклассниками, друзьями, которые за несколько коротких месяцев превратились из абсолютных незнакомцев в людей, которых он знал и которые знали его. А рядом с ним был ещё один человек, которого он знал лучше всех и кого, по-видимому, по-настоящему знал только он. Впервые его поразило, каким одиноким, должно быть был Лань Чжань, сидящий на этом пьедестале в полном одиночестве, со своей фамилией и всеобщими ожиданиями на своих плечах. Он увидел тихого замкнутого мальчика, который скрывал все свои шрамы под этой холодной маской и каждый день старался изо всех сил делать то, что ему говорили, потому что это было всё, что он знал. Вэй Ин встал слишком быстро, и ему пришлось ухватиться за дерево гинкго, пока чёрные пятна не исчезли из его поля зрения. Лань Чжань легонько положил руку ему под локоть. Вэй Ин знал, что если он просто отпустит и упадет, то никогда не коснется земли. Это была вдохновляющая мысль. Он схватил Лань Чжаня за рукав и потащил его со двора. Он не помнил, как они вернулись в свою комнату. Он услышал, как дверь захлопнулась и задрожала за его спиной, а затем его руки обвились вокруг шеи Лань Чжаня, и эти губы обрушились на него, как волны океана. — Полегче, — пробормотал Вэй Ин, когда Лань Чжань просунул руки внутрь куртки Вэй Ина и вцепился в его свитер. Вэй Ин провел пальцами по линии челюсти Лань Чжаня, а затем взял подбородок между большим и указательным пальцами. — На этот раз не толкайся. Ты поставил мне синяк. Он не думал, что бледные щеки Лань Чжаня могут стать такими розовыми, но они стали такими. — Ч-когда? — Хэллоуин. — Вэй Ин увидел, как потрясение отразилось на лице Лань Чжаня, и едва не рассмеялся. — Да, я знал, что это был ты. — В-всё это время? — Лань Чжань запнулся. — Всё это время. Вэй Ин наблюдал, как он пытается это осмыслить, вероятно, пролистывая свою идеальную память, пытаясь понять, что он мог ещё натворить. Вэй Ин потерял терпение и нежно поцеловал его в уголки губ. — Лань-гэгэ. — Он опустил руку на пояс джинсов Лань Чжаня и потянул на себя, прижимаясь всем телом. — Полегче со мной. Лань Чжань не послушался. Он целовал Вэй Ина так, будто это была его последняя минута на этой земле, пожирал его, будто умирающий с голоду. До этого момента Вэй Ин никогда бы не подумал, что рука, скользящая везде по его свитеру, может ощущаться так приятно. Обе его руки вцепились в талию Лань Чжаня, притягивая его ближе. Лань Чжань прижал его к двери, одно бедро между его ног, заставляя его колени судорожно дрожать, а всё нутро сотрясаться. Это была та сторона Лань Чжаня, которую никто никогда не видел. Она была только для Вэй Ина. Вэй Ин задрожал, отдавая весь воздух этим губам, всасывающим его. Он покраснел при мысли, что вполне может кончить только от этого. Щелчок. Замок открылся. Вэй Ин поспешно оттолкнул Лань Чжаня и зашаркал вдоль стены. Дверь содрогнулась, а затем распахнулась, и показался Мэн Яо, тыкающий в телефоне. Вэй Ин открыл шкаф и притворился, что копается в нём. Лань Чжань неподвижно сидел в кресле и смотрел в стену. Господи. Он ужасно импровизировал. Мэн Яо уже был в середине комнаты, прежде чем он поднял взгляд и подпрыгнул при виде их. — О! Я не думал, что здесь кто-то есть. Вэй Ину понадобилась секунда, чтобы найти свой голос. — Т-ты, э-э, ты не плаваешь? Мэн Яо вернулся к своему телефону, очень озабоченный. — Нет, уже поздно. Я думаю, Хуайсан-гэ что-то запланировал для нас. — Верно, — Вэй Ин изобразил фальшивую улыбку. — Я думаю, что это так. Наступило неловкое молчание, которое прервалось только тогда, когда из холла донесся хор смеха. — Должно быть, это он, — весело сказал Вэй Ин. Он хотел украдкой взглянуть на Лань Чжаня, который до сих пор не шевельнул ни одним мускулом. Он вообще в порядке? Мэн Яо тоже посмотрел на Лань Чжаня. — Я думаю, может быть, тебе стоит закрыть на это глаза, президент класса. Вэй Ин тоже повернулся к Лань Чжаню и обнаружил на его, обычно похожем на маску лице, выражение крайнего раздражения. Вэй Ин такого не ожидал и чуть не расхохотался. Вэй Ин стоял возле двери, когда их одноклассники хлынули в комнату, и смотрел, как Лань Чжань сердито смотрит на них всех. Но когда он встретил взгляд Вэй Ина, его глаза потеплели. Вэй Ин не мог не улыбнуться. Они были настолько похожи. Он не замечал этого до сих пор, но он тоже был одинок. Он был таким всю свою жизнь и никогда не знал, что есть другой путь. Он был удивлён, что ребята, толпящиеся в этой комнате, не ослепли от золотого сияния, исходившего из его груди. Он был наполнен им, оно лилось уже через край. Такое же свечение лучилось на него через всю комнату. — Вэй Ин, — прошептал Лань Чжань над головами всех людей, стоявших между ними, разделяющих их друг от друга. — Лань Чжань, — ответил Вэй Ин.