The Fifth Type of Non-Contact Force (Пятый тип бесконтактной силы)

Последние три ночи Вэй Ин засыпал, прижимаясь одной ладонью к стене, отделявшей его комнату от комнаты Лань Чжаня, а другую засунув в трусы. Школа и подготовка к SAT, казалось, занимали всё время, оставляя им секунды. Они смотрели друг на друга одинаковыми темными глазами, выискивая моменты, которые можно было бы украсть, присвоить. От всех этих взглядов воздух между ними был тяжёлым, как за несколько минут до грозы. Вэй Ин чувствовал, что каждый дюйм его тела был оголённым проводом. Даже прикосновение собственной рубашки к коже заставляло желудок сжиматься, а по спине пробегали мурашки. Лань Чжань, должно быть, тоже чувствовал подобное, потому что в среду он затащил Вэй Ина на задний двор школы, а затем вцепился руками в воротник Вэй Ина и зацеловал его до безумия. Вэй Ин простонал имя Лань Чжаня в ответ, а затем запрокинул голову, позволяя этим нетерпеливым губам присосаться к его шее. — Чур не кусаться, — пробормотал он. Лань Чжань иногда был похож на собаку с костью. Руки Лань Чжаня скользнули под его свитер, под футболку и воспламенили его кожу. Когда Лань Чжань стал так себя вести, Вэй Ин немного испугался, но это был возбуждающий страх. Вэй Ин иногда хотел прикрыть эти янтарные луны, чтобы они не горели так ярко и честно, когда Лань Чжань так распутно давал волю рукам, которые жгли его заживо. Вэй Ин возился с молнией на школьной куртке Лань Чжаня, когда увидел растянувшуюся по земле тень. — Лань Чжань, — выдохнул он, затем подавил стон, когда Лань Чжань прижался к нему бедрами. — Лань Чжань. — В этот момент Вэй Ин увидел звёзды и чуть не потерял ход мыслей. — Кто-то идёт. Безжалостные губы Лань Чжаня покинули мягкие изгибы шеи Вэй Ина с неохотным «Мн». Потребовалась ещё секунда, чтобы его руки выскользнули из-под одежды Вэй Ина. Когда тепло другого мальчика сменилось холодным осенним воздухом, Вэй Ин на мгновение задумался, стоило ли оно того. «Вернись», почти сказал он. Не Хуайсан стоял в нескольких шагах и пялился на них. — О, — сказал Не Хуайсан. Вэй Ин не был уверен, сколько тот увидел, но уголки его губ изогнулись. — Я, э-э, я тут просто… — Он повернулся, чтобы уйти тем же путём, которым пришёл. Вэй Ин увидел пристыженное выражение лица Лань Чжаня. Он забыл, что Лань Чжань не такой толстокожий как он. — Ты-! — Вэй Ин побежал за Не Хуайсаном и практически приподнял его над землёй. Не Хуайсан начал яростно качать головой, прежде чем Вэй Ин сказал ещё хоть слово. — Ничего! Ничего! Я ничего не видел. Я ничего не знаю! — Хорошо. — Вэй Ин отпустил его, и мальчик исчез в школе. Лань Чжань последовал за ним, но остановился в нескольких шагах позади Вэй Ина, его плечи были немного опущены, а уши покраснели. — Не в школе, — сказал Вэй Ин, пытаясь его успокоить. — Не в школе, — повторил Лань Чжань. Он выглядел расстроенным. В классе Вэй Ин большую часть времени крутился на своём месте, внимательно наблюдая за Не Хуайсаном. Каждый раз, когда глаза Не Хуайсана встречались с глазами Вэй Ина, тот немного вздрагивал и сжимал губы в тонкую, тонкую линию. Вэй Ин неделями не обращал внимания ни на одного из своих старых друзей, так как его мысли были заняты Лань Чжанем. Сегодня он случайно заметил, что Мэн Яо ходит на цыпочках, избегая, Не Хуайсана. На перемене Мэн Яо первым вышел из класса, но Не Хуайсан остался за своим столом. Вэй Ин прошагал в конец класса. — Что с вами двумя? — Ничего, — сказал Не Хуайсан слишком быстро. Снаружи, из коридора, раздалось кудахтанье Цзинь Цзысюня. Вэй Ин нахмурился ещё до того, как добрался до двери. Он как раз вовремя увидел, как Мэн Яо прижимают к стене. Цзинь Цзысюнь искоса посмотрел на него и сказал: — Слышал, тебя выгнали из очередного дома. — Он наклонился ближе. — Куда ты собираешься податься теперь? Вэй Ин только что открыл рот, как Лань Чжань опередил его. — Посторонись. — Лань Чжань сказал это прямо возле уха Вэй Ина. Он стоял вплотную позади. Его голос был низким и хриплым. Вэй Ину пришлось поправить куртку и натянуть её ниже. Ему приходилось делать это часто в эти дни. Он не знал, как продержался неделю. Но сегодня была пятница, и дела пошли в гору. Он мог бы найти способ увести Лань Чжаня от его дяди в эти выходные. Он должен был найти способ. Он не смог бы пережить еще один день, не имея возможности ни прикоснуться к коже Лань Чжаня, ни отдаться его губам. Он никогда не думал, что у него могут возникнуть такие мысли, особенно о другом парне. Что это было за колдовство? Он не жаловался, напротив очень даже был счастлив быть околдованным. В пятницу утром Вэй Ин обнаружил, что у него снова закончились футболки, и попытался украсть одну из корзины. Лань Цижэнь подкараулил его. — Ты поздно встал, — прогремел он. Вэй Ин вежливо сложил руки перед собой, что выдавало, что он только что проснулся от очень, гм, возбуждающего сна. — Это вы рано, — возразил он, оглядывая старика с ног до головы. Лань Цижэнь был одет на выход. Это было необычно. Обычно ему не нужно было идти в офис до позднего утра, спустя несколько часов после того, как они уже ушли в школу. Лань Цижэнь нахмурился, обходя его и направляясь к двери. Он остановился на пороге, как будто что-то вспомнил, прищурил глаза на Вэй Ина, а затем позвал: — Сичэнь! — Да, хорошо, — ответил Лань Сичэнь с кухни. Это был ответ на вопрос, который Вэй Ин не услышал от Лань Цижэня. Когда входная дверь закрылась, Вэй Ин высунул голову из-за угла.  — Хорошо, что? Лань Сичэнь почти не отрывал взгляда от книги, раскрытой между тарелкой и чаем. — Ничего, — рассеянно сказал он. — Ты поздно встал. — Не мог уснуть, — загадочно сказал Вэй Ин. Он взглянул на пустые стулья вокруг стола для завтрака. — Лань Чжань встал? Внимание Лань Сичэня было приковано к его книге. Он кивнул немного запоздало. Вэй Ину показалось, что он услышал журчание воды. — Он в ванной? Лань Сичэнь перевернул страницу и нахмурил брови. — В ванной никого нет. Только вот… Вэй Ин едва только приоткрыл дверь, и само время замерло. Горячие брызги из душевой отражали утренний свет и затуманивали воздух вокруг. Пар поднимался от кафельной плитки, окутывая стройное тело эфемерным золотым облаком. Лань Чжань стоял спиной к двери, наклонив голову вперед. Вода струилась по гладкой бледной коже, по голым ягодицам с ямочками по бокам. Он провёл рукой по волосам, и капли разлетелись во все стороны. Другая его рука скользнула по задней части упругих, подтянутые бедер. Весь воздух вышел из легких Вэй Ина. Его лицо стало почти багровым. Затем Лань Чжань повернулся, вытирая воду с лица, не открывая глаз. Взгляд Вэй Ина опустился, следуя линиям его живота, вниз, вниз… Он захлопнул дверь. — Оох, — громко сказал Вэй Ин. Он целиком увидел это. И похоже, Лань Чжаню тоже приснился возбуждающий сон. Лань Сичэнь бросил на ходу. — Он был там? Вэй Ин почти не слышал его. Вэй Ину понадобилась секунда, чтобы осознать, что Лань Сичэнь уже надевает туфли. К тому моменту, когда он успел пробормотать «Ты куда?» — дверь квартиры закрылась со щелчком. Лань Чжань вышел в холл с торопливо обернутым вокруг талии полотенцем. Глаза Вэй Ина прилипли к полотенцу. — Ты…? — Лань Чжань указал на дверь ванной. Вэй Ин не ответил. Лань Чжань прошел в гостиную. — Где мой дядя? — Чт…у-у-уф, — пробормотал Вэй Ин. Лань Чжань обернулся вокруг своей оси. Как будто потерялся. В собственной квартире. — Где мой брат? — сказал он снова, более настойчиво. Вэй Ин попытался сосредоточиться на его вопросах, но это было очень трудно. — Кто?.. Впервые за долгое время вся квартира была в их полном распоряжении. Лань Сичэнь может вернуться в любой момент, пытался убедить себя Вэй Ин. Лучше не делать ничего рискованного. Но по какой-то причине они оба оказались у Лань Чжаня в комнате. Они сели лицом друг к другу, один на кровать, другой на стул. Они сидели в полной тишине. И были очень близки к тому, чтобы опоздать в школу. Лань Чжань надел футболку, но оставил полотенце на бедрах. Может быть, ему просто было неудобно одеваться, когда кто-то смотрит. Тем не менее, Вэй Ин не мог заставить себя уйти. Он изо всех сил старался проглотить каждую неуместную шутку, которая рвалась у него из горла, хотя каждая клеточка его существа кричала, чтобы он сказал что-нибудь и развеял неловкость. Скажи что-нибудь. Он открыл рот: — Я… На столе завибрировал телефон Лань Чжаня. Ответив на звонок, стало заметно, что его щеки слегка порозовели. Уже не от горячей воды. Лань Чжань покраснел. — Он у Не, — сказал Лань Чжань, щелкая телефоном. — Какая-то чрезвычайная ситуация. Вэй Ину потребовалась секунда, чтобы понять, что он говорит о Лань Сичэне. Вэй Ин вздохнул. — Гимн скоро начнется, — сказал он. Лань Чжань выдержал его взгляд. — Уже начался. Ни один из них не пошевелился. Вэй Ин ждал такого момента, но теперь, когда он настал, он внезапно растерялся. В конце концов, они наедине в комнате, он получил в своё распоряжение этого красивого мальчика, но понятия не имел, что с ним делать. Он позволял этим драгоценным секундам утекать, как идиот. Лань Чжань сидел на самом краю стула и непрерывно барабанил пальцами по коленям. Вэй Ин никогда раньше не видел, чтобы он делал это. Он тоже волновался? Вэй Ин увидел знакомый гладкий футляр для инструментов, прислоненный к одной из стен. Он рефлекторно указал на него. — Это… — Да, — сказал Лань Чжань внезапно хриплым голосом. Вэй Ин сплел пальцы на коленях, чтобы они не ринулись к Лань Чжаню. Иначе они никогда не доберутся до школы. — Сыграй нашу песню, — сказал Вэй Ин. Лань Чжань с трудом расстегнул замки. Он уронил канифоль на пол и чуть не порвал струну, повернув колки не в ту сторону. В прошлый раз он управился со всеми этими приготовлениями так, что это выглядело очень легко. Лань Чжань играл стоя, словно отдавал дань уважения песне. Тем временем Вэй Ин бегал глазами вверх и вниз по всему его телу. Песня звучала грустно. В первый раз она тоже была грустной? Вэй Ин думал, что у неё более яркий оттенок. Лань Чжань выглядел грустным, играя. Вэй Ин понял, что он чувствует. Ноты рассказали ему. Каждый удар его сердца резонировал с мелодией. Вэй Ин улыбнулся про себя. Это было нелепо — сидеть вместе в комнате Лань Чжаня на расстоянии вытянутой руки и пропустить первый звонок, чтобы послушать, как он играет на альте. Эта сцена наверняка ошеломила бы Лань Цижэня не меньше, чем если бы он обнаружил их катающимися по полу без единого клочка одежды. Лань Чжань слегка пошатнулся. Его пальцы и руки были безупречно натренированы. Вэй Ин едва мог связать две мысли вместе, но Лань Чжань смог сыграть идеальное музыкальное произведение, которое он написал… …Для Вэй Ина. Он сказал, что написал её для него. Вэй Ин подвинулся на край кровати. Смычок дернулся, и Лань Чжань пропустил ноту. — Продолжай, — сказал Вэй Ин и упал на колени. Он также отдавал дань уважения песне. У Вэй Ина не было недостатка в справочных материалах за всё время, проведенное в интернете, но в тот момент, когда полотенце Лань Чжаня упало на пол, Вэй Ин полагался на инстинкт. В аромате сандалового мыла Лань Чжаня было что-то ещё темное, головокружительное и пьянящее. Его янтарные глаза смотрели на Вэй Ина из-под тяжелых век. Вэй Ин мог назвать всё, что промелькнуло в этих совершенных чертах лица: страх, волнение, чувство вины и желание, желание, желание, желание. Уголки губ Вэй Ин немного побаливали от напряжения. Альт упал с глухим стуком, а затем длинные пальцы зарылись в волосы Вэй Ина. Он мог видеть, как дрожат бедра Лань Чжаня. Пряди тонких белых волос смычка упали прямо на глаза Вэй Ину. Лань Чжань издал сдавленный грудной звук. Вэй Ин подумал, что он причинил ему боль, и начал отстраняться, но тут Лань Чжань содрогнулся и кончил на губы Вэй Ина. Вэй Ин чуть не рассмеялся, смущенный тем, что сделал. Но Лань Чжань поднял его, обхватил руками, а затем накрыл рот своим. Он так яростно обнял Вэй Ина, что от его импульса они оба упали обратно на кровать. Поцелуи Лань Чжаня были грубыми, а руки настойчивыми. Через секунду он раздвинул колени Вэй Ина и устроился между ними, как будто ему там было самое место. Футболка Вэй Ина задралась до подмышек, а трусы свисали с одной лодыжки. Ему хотелось что-нибудь сострить, но он едва мог дышать. Он нашел рай в ладонях Лань Чжаня. Он чувствовал это от макушки до кончиков пальцев ног. Он никогда не чувствовал ничего подобного, когда делал это сам. Лицо Лань Чжаня никогда не было таким открытым. Он снова обнажил своё сердце. Он был подобен тайфуну, срывающему окна и двери Вэй Ина с петель, чтобы с рёвом объявить о своём присутствии. Пальцы Вэй Ина впивались в кожу, в простыни, и когда он кончил, то почувствовал, что всё встало на свои места. Когда Лань Чжань разорвал поцелуй, их губы распухли, а Вэй Ин глотнул воздуха. У Лань Чжаня было выражение лица, которого Вэй Ин никогда раньше не видел. Он был похож на нераспустившийся бутон цветка, всё ещё спрятанный в своей луковице, слишком робкий, чтобы смотреть на него, и слишком мягкий, чтобы его трогать. Вэй Ин не мог поднять ни рук, ни ног, поэтому высунул язык, и лизнул кончик носа Лань Чжаня. Лань Чжань убрал растрепавшиеся волосы с его лба. Прикосновение было настолько нежным, что вся душа Вэй Ина заныла. Этот момент стал слишком тяжёлым для него, поэтому Вэй Ин отвернулся и пошутил: — Ты смотрел порно, скажешь нет? Лань Чжань промычал ему в шею. — Я так и знал. Вот вам и Золотой Мальчик. Их животы были прижаты друг к другу, скользкие и липкие. — Я берёг себя, — пожаловался Вэй Ин. — Моя бедная добродетель. — Добродетель? — сказал Лань Чжань. — Твои футболки всегда болтаются на тебе. Я всё время вижу твою ключицу. Вэй Ин хихикнул в стену, всё ещё не в силах смотреть на него. Лань Чжань научился шутить? — Которую из? — Вэй Ин приложил палец к груди и указал. — Эту или эту? Рука Лань Чжаня сжала челюсть Вэй Ина и повернула его так, что они оказались нос к носу. — Обе. Другая рука Лань Чжаня скользила по телу Вэй Ина, касаясь везде, где ему хотелось. Вэй Ин обвил руками поясницу Лань Чжаня и прижал его к себе. Вэй Ин как раз думал, стоит ли ему предложить сделать это снова, когда Лань Чжань начал посасывать мочку его уха, а бедра пришли в движение. Вэй Ин провёл руками по спине Лань Чжаня и вдруг вспомнил. — О! Первый урок… — Не пойдём. — Л-Лань Чжань!