The Fifth Type of Non-Contact Force (Пятый тип бесконтактной силы)

До Рождества оставалось ещё двенадцать дней, но время пребывания здесь Вэй Ина истекло. Лань Чжань предложил помочь ему собраться. Между ними возниклa напряжённость, из-за чего гостиничный номер казался душным, как воздух перед дождем. Вэй Ин предположил, что это было сочетание его нервного страха и того, что чувствовал Лань Чжань. Лань Чжань принёс забытые вещи, которые Вэй Ин оставил в их квартире, но Вэй Ин не знал, зачем Лань Чжань вообще беспокоился об этом. Он с неохотой отдавал их одну за другой. — Ты хочешь что-нибудь оставить? — спросил Вэй Ин. «На память, в качестве сувенира, что-то с чем можно засыпать рядом?» Ничего из этого он не сказал вслух. Он боялся, что признается, что поздравительная открытка от Лань Чжаня до сих пор лежит у него под подушкой. — Вот это, — Лань Чжань указал на небольшую стопку свитеров и футболок, которые он сложил идеально ровно и аккуратно. Это были дешёвые вещи, которые Вэй Ин купил в придорожных киосках. Вэй Ин поднял свитер, лежащий наверху кучи. — Этот колючий. Лань Чжань стоял, ожидая его решения. — Они твои, — сказал Вэй Ин. Лань Чжань сообщил, что ему разрешили прийти проводить его, хотя, судя по тому, как он это сказал, Вэй Ин подозревал, что у Лань Цижэня не было большого выбора. Он сожалел, что не смог стать свидетелем этой сцены в квартире. Он хотел бы хоть раз увидеть старика присмиревшим. Несмотря на то, что он клялся, что его не волнует, что думают другие, Вэй Ин очень заботился о том, что думает Цзян Фэнмянь. Он держал дверь своей комнаты открытой и отказывался целоваться, даже когда они были вне поля зрения. Вэй Ин смотрел, как Лань Чжань словно тетрис укладывает его вещи в чемодан Цзян Фэнмяня: согнувшись, брови прямые и опущенные. Он сел на край кровати, скрестив ноги, попытался подготовиться к чувствам, которые наверняка нахлынут. Он представил, что он как будто уже уехал, вот он сидит в самолёте. Он надеялся, что не будет плакать. Ему было бы плевать, если бы он летел один, но с Цзян Фэнмянем рядом с ним, последнее, что он хотел бы сделать, это раскваситься. Они не стали заказывать такси, потому что Лань Сичэнь предложил подвезти. Он всё равно должен был забрать Лань Чжаня. Лань Цижэнь по какой-то странной причине тоже пришел, и на заднем сиденье стало тесно. Вэй Ин выбрал место со стороны пассажира, планируя поскорее сбежать. Лань Чжань ничего не сказал, только телом прижал Вэй Ина к двери. Вэй Ин нашел его руку и крепко сжал, как будто ему было жизненно необходимо чувствовать кожу Лань Чжаня рядом со своей. Обычно он любил быстрые прощания, но сейчас хотел, чтобы эта поездка в аэропорт длилась вечность. Он лихорадочно надеялся, что каждый светофор загорится красным. Пусть шоссе разверзнется прямо перед ними. Пожалуйста. Он взглянул на Лань Чжаня один раз. Только раз. Это была огромная ошибка. Глаза Лань Чжаня покраснели. Глаза Вэй Ина тут же заблестели в ответ, и они оба быстро отвернулись. В горле Вэй Ина слегка першило. В аэропорту Лань Сичэнь проехал полосу высадки и следовал по указателям на парковку. Лань Цижэнь взглянул на него, но Лань Сичэнь сделал вид, что не видит. Вэй Ин поклялся себе, что всегда будет ему благодарен. Когда Лань Сичэнь проводил их к стойке регистрации, Вэй Ин пошутил: — Спасибо, фусюн. Лань Цижэнь выглядел так, словно задыхался, и Цзян Фэнмянь слегка смиренно покачал головой. Наступила многозначительная пауза, которая затянулась слишком надолго. Лань Сичэнь хлопнул Вэй Ина по плечу и сказал: — Ну, вот и всё. Нам было приятно принимать тебя у себя. Лань Чжань стоял на расстоянии вытянутой руки, снова выжидая. Вэй Ин вспомнил, как они впервые стояли здесь вместе. Он широко раскинул руки и попытался изобразить ухмылку. Ухмылка не получилась. Он почувствовал, как его губы дрогнули, когда его тело оказалось сжатым в объятиях Лань Чжаня. Когда руки Лань Чжаня сомкнулись вокруг него, не отпуская, его дыхание согрело мочку уха Вэй Ина. — На второй день, когда ты приехал, мой брат пытался убедить меня, что ты мне подходишь. Вэй Ин уткнулся в шею Лань Чжаня, оттого его сдавленный смех прозвучал глухо. — Он был прав? — честно сказать, сам он не был уверен. Лань Чжань смягчил объятья. Вэй Ин почувствовал, как будто он парит в воздухе, а затем их губы соприкоснулись. Вэй Ин подался вперёд к поцелую, застонав. В последний раз он собирался испортить идеальные волосы Лань Чжаня. Одна рука Лань Чжаня прижалась низко на его талии, когда он что-то промычал в губы Вэй Ина, лаская его. В последний раз Вэй Ин собирался полностью разрушить репутацию Лань Чжаня на глазах у его дяди и всех остальных. Вэй Ин лениво подумал, подойдет ли кто-нибудь растащить их в стороны. Иначе он никогда не доберётся до самолёта. Он бы умер здесь, если бы ему позволили. Лань Чжань покрывал невесомыми поцелуями уголок его рта. — С августа, — прошептал Вэй Ин. — Мы могли бы делать это с августа. Лань Чжань засосал нижнюю губу Вэй Ина. — Я тебе всё возмещу. Все тело Вэй Ина покалывало. — Это угроза? — Это обещание. Цзян Фэнмянь, наконец, должен был что-то сказать. — Нам пора, гм. Лань Чжань позволил Вэй Ину отходить очень медленно, пока только кончики его пальцев не остались на рукаве Вэй Ина. Когда Цзян Фэнмянь в очередной раз поблагодарил Ланей, Вэй Ин предусмотрительно в последний раз проверил свои карманы. — Лань Чжань, — сказал он. — Мой паспорт. Лань Чжань замер, как олень в свете фар. Это было новое выражение лица, которого Вэй Ин раньше не видел. Он почти рассмеялся. Ему вдруг представилось, как это выражение появляется на красивом лице Лань Чжаня, когда Вэй Ин прижимает его к земле и что-то нашептывает, пока тот весь не покраснеет. — Лань Чжань? — сказал Лань Сичэнь. Лань Чжань смирно вытащил из пальто паспорт Вэй Ина. Лань Цижэнь смотрел на своего племянника так, словно уже не узнавал его. Вэй Ин хотел подразнить Лань Чжаня, но слова так и не нашлись. Глаза Лань Чжаня были цвета османтуса, сладкие и светлые. Они смотрели на Вэй Ина и видели, каждую его часть: хорошее и плохое, триумфы и неудачи, недостатки и страхи, многие, многие страхи. Лань Чжань всё это видел и всё же решил остаться здесь. Он уже выполнил своё обещание. Он пришел к нему, и Вэй Ин не сомневался, что он сделает это снова. Вэй Ин давно не чувствовал себя так, со времён арбузов и звонкого смеха на террасе родного дома.