Celebrate!

Отблески от пламени костра играли переливами на лице Наруто. Он выглядел угрюмым и несвойственно для себя подавленным, словно не то злился, не то обижался на что-то или на кого-то. Очередной шумный тоскливый вздох от сокомандника разрезал ночную тишину, на что Сакура лишь устало закатила глаза. Ей надоело пытаться взбодрить Наруто и вернуть в какое-то подобие привычного состояния, как она делала ранее, ведь Узумаки начал ныть чуть ли не на второй день дороги. Даже обычно работающий фирменный пендель не вправил его влюблённые мозги на место, и это бесило. На пятый день пути даже всегда спокойный Сай больше не отпускал едкие шутки и лишь молча раздраженно косился, стоило Наруто снова начать жаловаться. Команду номер семь отправили на миссию по сопровождению даймё в одну из дальних провинций на очередные дипломатические переговоры о взаимовыгодной торговле. Задание длилось около двух недель и было выполнено успешно; до возвращения домой осталось всего четверо суток, и Сакура мысленно молилась, чтобы они справились с дорогой быстрее. Потому что, как оказалось, влюблённый Наруто при долгом отсутствии Хинаты рядом становился просто невыносимым! Не получив должной ответной реакции на свои вздохи, Наруто решил начать страдальческую тираду без встречных вопросов и утешений: — Мы не видимся почти месяц, ~ттебайо! — Мы знаем, Наруто, — Сакура устало потёрла переносицу. — Какаши-сенсей будто специально ставит наши миссии так, что выходные не пересекаются, — продолжил ворчать Узумаки. — После Нового года ни одного нормального свидания… Пересекались бывало всего на часик, и то в компании — нельзя ни обнять, ни поцеловать, ведь все смотрят. Это несправедливо, даттебайо! — Кому-кому, а тебе вообще грех жаловаться! — фыркнула Сакура, больше не в силах терпеть: — Я с Саске не вижусь по несколько месяцев и ничего, жива как-то! Хината так вообще ждала, пока до тебя дойдёт, почти всю жизнь. Так что хватит ныть, Наруто. Потерпишь, с тебя не убудет. По окончанию речи Харуно отвесила джинчурики затрещину и облегченно выдохнула, тряхнув рукой. Скопившееся за все дни негодование вышло вместе с ударом и всплеском эмоций, Сакура высказала все, что думала, и теперь ей определённо полегчало. — У вас с Саске все не как у людей, — едва слышно пробормотал Наруто, потирая ноющую щеку, и добавил громче. — Вдруг к Хинате снова кто-то начнёт подкатывать? — Ты в ней не уверен? — Сай удивлённо вскинул бровь. — Я не доверяю парням, которые на неё засматриваются, — мрачно буркнул Узумаки, вспомнив инцидент с анбу и поход в храм после Нового года. Сай на мгновение задумался и улыбнулся: — Я бы так не переживал насчёт этого на твоём месте. — Почему? — Слышал, что Шино, Киба и Акамару следят за ситуацией. Да и Ханаби к сестре никого лишнего не подпустит, — художник пожал плечами, достал блокнот и кисть с чернилами и начал что-то рисовать. — Кто бы мог подумать, что влюблённый Наруто такой ранимый? — Ничего подобного, просто я сильно соскучился, — вновь вздохнул Узумаки и надул щеки. — Хината тебя разбаловала, — усмехнулась Сакура, отметив про себя, что на самом деле Наруто ведёт себя довольно мило, хоть и немного по-детски. — Хочу увидеться с Хинатой, — продолжал вредничать Наруто, нахмурив брови. Сай сделал последнее размашистое движение кистью и отложил художественные принадлежности: — Она, конечно, не живая, но лучше, чем ничего, верно? — он аккуратно вырвал листок из блокнота и передал Наруто портрет куноичи. Нарисованная Хьюга в своей форме для миссий смотрела на Наруто, заправив прядь волос за ушко, и тепло улыбалась; казалось, словно сейчас она оживет и выйдет из бумажного плена прямо в объятия любимого. — Хината-а-а-а, — расплывшись в глуповатой улыбке, протянул Наруто, рассматривая девичье личико с благоговейным трепетом. — Спасибо, Сай, я буду беречь ее как зеницу ока! — Рад помочь, — улыбнулся художник, скорее Сакуре, которая молча благодарно кивнула другу, спасшего их от страдальческого нытья влюблённого Узумаки на ближайший вечер так точно. Костёр потихоньку догорал, намекая, что всем троим пора немного поспать и восстановить силы перед завтрашним путешествием. Парни и Сакура залезли в свои палатки и потеплее укутались в дорожные плащи: ночи в феврале все ещё были немного морозными, хотя днём погода казалась по-весеннему тёплой. Сай погасил маленькую походную лампу, как только дочитал пару страниц очередной книги, повернулся на бок и быстро уснул. В отличии от Наруто. Узумаки крутился, пытался сомкнуть глаза, но то и дело доставал портрет Хинаты и смотрел на возлюбленную каждые десять минут. Он даже хотел поцеловать рисунок, но побоялся, что Сай может проснуться, увидеть, и потом Наруто не отделается от шуток и подколов про извращенца. Сакура его за такое точно поколотила бы. — Это они еще не знают про твои развратные сны с Хинатой в главной роли, — ехидно хихикнул Курама, и Наруто вмиг густо покраснел от воспоминаний. — Замолчи, даттебайо! И не лезь, куда не надо, — возмущённо фыркнул Узумаки, ещё раз взглянув на подаренный портрет. — Ладно-ладно, не кипятись. Случайно вышло, — Курама хитро усмехнулся и оставил джинчурики наедине с образом куноичи на листе бумаги. Наруто ещё раз посмотрел на Хинату, быстро убедился, что Сай спал, и все-таки невесомо поцеловал рисунок, чувствуя себя при этом довольно неловко, будто делал что-то странное. Но желание быть хоть как-то ближе и невыносимая тоска по Хинате быстро откинули все сомнения по поводу этого поступка. Ведь Сай дал ему рисунок для успокоения влюблённого сердца, тогда почему бы не позволить себе такую маленькую шалость? Наруто аккуратно сложил портрет в карман куртки и закрыл глаза в попытках уснуть — завтра долгий день, нужно набраться сил. После долгое ворочания дрёма взяла верх, но даже во сне Узумаки не смог расслабиться… — Ты ведь соскучился по мне, Наруто-кун? — томный голос Хинаты звучал прямо возле уха, и по коже прошла волна мурашек. Обнаженное девичье тело прижалось вплотную к Наруто, отчего член сразу набух от возбуждения. Они наедине, полностью нагие, в тесной походной палатке при тусклом свете лампы. Хината дразняще коснулась оголенного торса кончиками пальцев, опуская руку все ниже, пока словно случайно не задела открывшуюся головку с выступающими каплями смазки. Куноичи игриво улыбнулась, хотя щеки горели от смущения: — Я думала о тебе каждый вечер, — прошептала Хината и размазала предсемя по всей длине, плавно двигая рукой вверх-вниз. — Представляла, как ты касаешься меня… — Хината, — шумно выдохнул Наруто, ощущая, как нарастало возбуждение от ласк любимой. Узумаки инстинктивно толкнулся бёдрами вперёд в попытках ускорить темп этой сладостной пытки, но куноичи тихо рассмеялась и убрала ладонь с пульсирующего члена. — Пожалуйста, Хината, — хрипло прохныкал джинчурики. — Я хочу, чтобы Наруто-кун показал, как сильно соскучился по мне… Хината отстранилась, развернулась, встала на четвереньки и приподняла упругую попку. Наруто восторженно охнул от открывшегося вида: нежно-розовое влагалище блестело от влаги в тусклом свете, как подтверждение возбуждения Хинаты. Она робко кусала губы, краснея, и смотрела из-под полуопущенных ресниц туманным взглядом, изголодавшимся по близости с любимым. Наруто смотрел пристально, пытаясь запечатать в памяти каждое мгновение, очертил руками изгиб талии, властно сжал девичьи ягодицы, жадно наблюдая, как на светлой коже появляются легкие красные следы от его прикосновений. Длинные тёмные волосы Хинаты разметались по спине, Наруто боролся с желанием взять их в охапку и намотать на кулак. Ему хотелось войти в Хинату резко, жестко, сразу во всю длину, и она словно прочитала его мысли: — Не сдерживайся, Наруто-кун. Узумаки тихо зарычал, приставляя пульсирующий член к мокрому лону и… Неожиданный удар по лицу вырвал Наруто из сна, возвращая в холодную реальность. Сай что-то бормотал и метался в ночном кошмаре, отмахиваясь руками от невидимых врагов, и по неосторожности вновь задел соседа по палатке. Узумаки мысленно выругался от злости и негодования — ну, что за несправедливость, даже во сне им не дают побыть вместе! Свежие образы развратной Хинаты и ноющий возбужденный член не давали снова уснуть. Наруто нужно получить разрядку. Наруто хотелось. Так сильно, что сейчас он волком взвоет. В голову закралась одна не совсем пристойная идея, от которой он обычно отмахнулся бы, но сейчас Узумаки плевать, даже если поймают с поличным: лишь бы высвободить пылающую внутри похоть. Он как можно тише достал из кармана дорожной сумки баночку с мазью, которую Хината успела подарить ему перед миссией, осторожно вышел из палатки и направился к ближайшим высоким кустам недалеко от их лагеря. Прохладный воздух должен был немного остудить разум Наруто, но гормоны и сексуальные видения слишком сильно его распалили. А предстоящая разрядка будоражила нервы ещё сильнее. Удостоверившись в том, что он остался незамеченным, Узумаки быстро открутил крышку с жестяной банки и поддел пальцами немного мази. Знакомый нежный аромат щекотал нос, отчего пожар внутри только усилился — так пахла Хината… Наруто расстегнул и приспустил штаны вместе с бельём, высвободил ноющий член и плавно размазал по всей длине смазку вперемешку с бальзамом. Рука потянулась в карман куртки и нашарила там бумажный лист; на мгновение Наруто замер, сомневаясь в своей идее, но всего лишь мгновение. Узумаки достал портрет Хинаты и пристально посмотрел на него, смущённо краснея и кусая губы. Одно дело дрочить на случайное порно дома, другое — на рисунок своей девушки. Стыдно, но отчего-то ещё более возбуждающе. Наруто тихо зарычал, начал ритмично двигать рукой, не открывая глаз от нежных черт лица любимой, и представлял её ладонь вместо своей — изящные пальчики Хинаты обхватили его член и мастурбировали, приятно массируя головку. «Да, так же, как это было во сне. Все именно так!» — фантазировал Наруто, накаляя градус возбуждения. Запах лаванды и мёда окутал Наруто, и, кажется, будто Хината действительно невесомо касалась его. Рука быстро скользила вверх-вниз, оттягивая крайнюю плоть, задевая уздечку, приближая к разрядке. — Хината… — сдавленно застонал Наруто на пике, импульсивно кончая в темноту. Пожар внутри плавно погас, и на Наруто словно цунами накатила волна стыда. Он только что впервые дрочил на свою девушку, и это было в тысячи раз приятней, чем у него бывало за просмотром похабных журнальчиков. Наруто осторожно, даже немного боязно, взглянул на портрет Хинаты, словно она была живая, а не нарисованная, и заметил пару мелких мокрых следов от спермы на углу бумажного листа. «В следующий раз хочу так испачкать настоящую Хинату…» Мысль пронеслась в голове Наруто быстрее, чем он успел осознать, что именно подумал. А когда понял, то тихо завыл, стиснув зубы. Как дошло до такого? Неужели у него совсем нет самоконтроля? Ками-сама, он законченный извращенец! С этим нужно что-то делать, иначе он в глаза Хинате смотреть не сможет без пошлых мыслишек в голове? — Это просто из-за долгой разлуки, ~ттебайо, — пытался убедить себя Наруто, отдалённо слыша, как ехидно хихикал Курама, но сейчас не до перепалки с лисом. — Больше такого не повторится. Узумаки беспрерывно шептал последнюю фразу, как мантру, и будто на автопилоте сложил портрет любимой обратно в карман, быстро привёл себя в порядок и вернулся в палатку. Заснуть удалось не сразу, но спустя недолгое время расслабленное после разрядки тело утянуло Наруто в сладкую дремоту. На этот раз ночные грёзы были наполнены приключениями на миссии и тёплым раменом из Ичираку. Наруто верил, что произошедшее ночью — это просто стечение обстоятельств, умноженное на гормональное буйство. Но он ещё не знал, как сильно ошибался, ведь следующим вечером повторил все снова. И через день ещё раз. И ещё. Пока в баночке не закончилась подаренная Хинатой мазь.

***

Развалившись на кровати, Ханаби увлечённо наблюдала за тем, как старшая сестра взволнованно металась по комнате туда-сюда, расчёсывая волосы и прихорашиваясь. Новость о том, что Наруто вернулся с миссии на день раньше и уже в Конохе, буквально подорвала куноичи с места: у неё появилась возможность успеть сделать подарок сегодня, и Хината не намерена упустить свой шанс. Их первый день Валентина, как пары — в этот раз она точно отдаст Наруто свой шоколад! Хината начала готовиться к празднику ещё за неделю до самой даты, потому как планировала сделать для Наруто нечто особенное. — Уже поздно. Уверена, что стоит идти к нему сегодня? — Ханаби заглянула в набитый доверху коробок с домашними сладостями. — А это что? Младшая потянулась за небольшим конвертом, который лежал поверх всех конфет, но Хината быстро выхватила его, и покраснев, прижала к груди, как что-то невероятно ценное. — Не важно, — объяснила она сестре, но лицо Ханаби выражало недовольство ответом; и Хината уточнила: — Это личное. — Любовное письмо? — Ханаби расплылась в хитрой ухмылке и не удержалась от возможности сострить: — Признаёшься Наруто в своих тайных страстных желаниях? — Ханаби! — вспыхнула от смущения Хината. — Да ладно-ладно, я просто пошутила, — рассмеялась младшая Хьюга. Но Хината нервно закусила губу, робея ещё сильнее, и крепче сжала письмо в руках: — Можешь… Можешь, пожалуйста, отвлечь отца, если я немного задержусь у Наруто-куна? Ханаби ошеломлённо посмотрела на сестру и тихо присвистнула, но тут же отдёрнула себя и серьезно кивнула: — Можешь на меня рассчитывать! Нервы Хинаты были натянуты словно струны, а в груди что-то приятно щекотало все сильнее с каждым шагом, приближающим ее к дому, где жил Узумаки. В голове то и дело возникали сомнения насчёт своей идеи-сюрприза: будто на плечах поселились маленькие Хина-ангелок и Хина-чертёнок, которые все время ссорились между собой в попытках то отговорить куноичи от своей затеи, то наоборот подбадривали не отступать от намеченного плана. По пути Хината несколько раз останавливалась, намереваясь вернуться домой, вытаскивала тот самый секретный конверт из подарочной коробочки, потом клала его обратно. Для неё это была настоящая внутрення борьба, так же как перед фестивалем Ринне, когда она хотела подарить Наруто шарф и признаться в чувствах, но так и не смогла… «Хватит дрейфить, Хината, вы встречаетесь! Подарить своему парню шоколад на день Валентина — это нормально. И все, что будет после — тоже!» — решительно кивнула Хьюга уже возле квартиры Наруто и робко постучала. Никто не ответил. Переступив через робость и сомнения, Хината набралась смелости и постучала вновь. Секунда, вторая, третья… Внутри чувства смешались в ядерную смесь: волнение, страх, предвкушение, любопытство, смущение и легкое возбуждение от неизведанного. Хината уже готова была развернуться и убежать, оставив бокс со сладостями на пороге, как двери открылись, и на пороге появился объект многолетних любовных воздыханий куноичи. Наруто стоял перед ней в одних домашних штанах, влажная кожа блестела в тусклом свете уличного фонаря, подчёркивая рельеф обнаженного торса, одинокие капли падали с коротких светлых волос на небольшое белое махровое полотенце, что лежало на плечах. Красивый, мужественный, манящий… Хината чувствовала, как предательски горело лицо и внутри стало жарко, но не могла заставить себя оторвать взгляд. — Хината? — Узумаки явно был удивлён таким поздним визитом. — Н-Наруто-кун… — тихо пискнула Хината, покраснев, и вмиг стушевалась. — П-прости, я, наверное, не вовремя… «Глупая, он устал после миссии и хотел бы отдохнуть. Надо было прийти завтра!» — мысленно корила себя Хьюга. — Нет-нет-нет! Я просто был в душе и уже не ожидал тебя встретить сегодня, — спохватился Наруто, заметив, как смутилась любимая. — Но я рад, что ты пришла, Хината. Очень рад, даттебайо! Он внезапно взял Хинату под руку и одним движением затянул внутрь квартиры, не дав даже мгновения на какие-то возражения. Стоило двери закрыться с тихим хлопком, и Наруто накрыл девичьи губы сладким поцелуем. Хината ощущала, как внутри разлилось приятное тепло и мурашки забегали по телу: они так давно не виделись… — Прости, не сдержался, — довольно усмехнулся Наруто, наблюдая, как заливалось румянцем милое личико. — Я очень сильно соскучился, ~теббайо! — Я тоже… — робко опустила глаза Хината и крепче сжала коробку в руках. — Это мне? — не в силах больше сдерживать любопытство, Наруто ткнул пальцем в подарочный бокс, смущая Хинату ещё сильнее. Его глаза горели от нетерпения, как у маленького ребёнка, который знал, что вот-вот получит желаемый презент, но ждать больше нет мочи. Сегодня ведь четырнадцатое февраля — день Валентина, праздник влюблённых; тот самый день, который каждый парень в тайне ждал больше всего в году, ведь это шанс получить особенный шоколад и узнать, кому ты нравишься. В предыдущие года Наруто в основном получал дружеские сладкие подачки или вообще ничего, что, как ни крути, расстраивало. Особенно было обидно, когда Саске собирал целую гору вкусностей от девочек и специальный шоколад от Сакуры, а Наруто обходили стороной. Сейчас все кардинально изменилось, но в глубине души Узумаки все же немного боялся, что Хината не решится подарить ему сладости и в этом году… — Сейчас день Валентина, — Хьюга нервно кусала губы, стараясь подобрать нужные слова, будто снова признавалась в любви впервые. — Я могла отдать тебе его позже, но очень хотела успеть сегодня. Надеюсь, что ты примешь этот шоколад и мои чувства, Наруто-кун. Хината протянула коробок в подарочной упаковке и замерла в ожидании. Сердце колотилось в груди, как птица в клетке, и волнение накрывало все новыми приливами сомнений в правильности своей идеи. А Наруто, кажется, светился от счастья, забрав бокс дрожащими руками. — Я тебя тоже очень сильно люблю, даттебайо! — Он за секунду взглянул на покрасневшую Хинату, потом на презент со сладостями, снова на Хинату и неловко улыбнулся, потирая шею: — Может… останешься на чай? Хьюга на мгновение замялась, но согласно кивнула, и Наруто жестом пригласил девушку пройти вглубь квартиры. В доме Узумаки Хината была впервые, и от этого внутри было ещё более волнительно. Пока Наруто кинулся за футболкой, а потом на кухню, заверив, что справится сам, Хината рассматривала комнату: низкий стол посреди спальни с пустым стаканом из-под рамена из соседнего магазина и её сладкий подарок рядом, незаправленная постель возле окна и легкий беспорядок вокруг — все так или иначе отражало суть слегка хаотичного характера Узумаки. На прикроватной тумбочке лежал лист бумаги с рисунком, а возле — стоял большой разноцветный пакет. Хината с нескрываемым любопытством взглянула на картинку и удивлённо вскинула брови. — Прости, у меня немного не прибрано, — нервно хихикнул Наруто, зайдя в комнату с чашками чая. — Это я? — Хината в недоумении взяла портрет в руки и посмотрела более внимательно. — А-а-а… Это… — Наруто вмиг замялся, глаза предательски забегали туда-сюда, а на щеках проступил румянец. — Сай нарисовал, чтобы я не грустил, пока мы были на миссии. «Ага, не грустил и дрочил!» — язвительно захохотал Курама в голове, отчего Узумаки покраснел сильнее. Он вроде и не соврал Хинате, но видеть, как она держала рисунок с собой, на который он рьяно мастурбировал последние несколько ночей — дико смущало и немного возбуждало одновременно. Да что там скрывать? Наруто и сегодня планировал передернуть, глядя на нарисованный образ своей девушки, как раз когда выйдет из душа. Благо Хината пришла до, а не во время самого процесса, иначе было бы слишком неловко. — Надо будет попросить, чтобы Сай нарисовал твой портрет для меня тоже, — Хината отложила блокнотный лист на тумбочку, слегка печально вздохнула и нахмурила бровки. — Я привыкла ждать, но в этот раз почему-то было особенно тоскливо не видеть Наруто-куна так долго. «Слишком милая! Она слишком милая!» — Узумаки пытался держаться из последних сил, чтобы вновь не кинуться на любимую с поцелуями и объятиями. Ему нужно учиться сдерживать свой напор. — Я попрошу Какаши-сенсея, чтобы он давал нам совместные миссии, даттебайо, — смущённо пробурчал Наруто. — Или хотя бы совпадающие выходные подольше… — Не думаю, что Шестой-сама согласится, но стоит попробовать, — выронила смешок Хината, наблюдая, как забавно надул щеки Наруто. Кружки с чаем опустились на столик с глухим стуком, и парочка села напротив друг друга. Повисло неуклюжее молчание: Наруто гипнотически смотрел то на Хинату, то на коробку с шоколадом, куноичи краснела и нервно теребила прядь волос, не зная, как рассказать о скрытом послании в подарке. Первым тишину нарушил Наруто: — Ты не против, если я открою? Он уже протянул руку к боксу со сладостями и, стоило Хинате кивнуть, как сразу открыл крышку, расплываясь в широкой улыбке. Это первый специальный шоколад на день Валентина, который он официально получил от своей девушки — как ни крути, но сладость, получается, вдвойне особенная. Но первое, что попало Наруто на глаза посреди разнообразия конфет — небольшой конверт с его именем на нём. Узумаки удивлённо вскинул бровь, осторожно взял его и повертел в руке, рассматривая со всех сторон с нескрываемым интересом. В этот момент Хината поняла, что дороги назад нет; сердце пустилось в бешеный ритм, кончики ушей покраснели, дышать стало труднее… Ей придётся всё объяснить Наруто! — Любовное письмо? — джинчурики, кажется, слишком взволнован, чтобы заметить переживания Хинаты. — Не совсем, — куноичи перебирала прядь волос, в попытках успокоиться. — Это… купоны на желания. Наруто слышал о подобном от Сая совсем недавно, но никак не ожидал, что получит такой приятный бонус к сладостям. По словам художника девушки записывали в такие купоны всякие милые штучки, например: поцелуй, домашний ужин, массаж или даже особенное свидание. Парень потом может воспользоваться выбранным желанием в любое время. Это просто лучший подарок на день Валентина, который только мог себе вообразить Наруто. — О-о-о… — глаза Узумаки горели восхищением. — Можно посмотреть? — Угу… Наруто быстро распечатал конверт, попутно закидывая в рот одну из шести конфет, которые почему-то лежали в отдельном центральном отсеке подарочной коробки, и при виде этого у Хинаты сердце упало в пятки, вмиг стало жарко, и пересохло во рту. Пока джинчурики вытаскивал стопку вдвое сложённых листков, Хьюга нервно облизнула губы и вытерла об одежду вспотевшие ладошки — она уже знала, что за желание сегодня исполнит для Наруто. — А почему они пронумерованы? — Узумаки внимательно рассматривал содержимое конверта, расставляя все по порядку. — О, под конфетой цифра пять. Это мне типа пятую надо открыть? — Я думала, что ты начнёшь с первой… — голос Хинаты немного дрожал, да и вся она выглядела слегка напряжённой. — Но была готова к любому порядку. — О чем ты? Наруто искренне не понимал, что происходит, он хмурил брови и быстро перебирал пальцами листы в поисках нужного номера. Найдя тот самый, Узумаки раскрыл его и без задней мысли громко зачитал выведенное аккуратным почерком слово: — Минет… Прошла доля секунды, прежде чем до Наруто дошёл смысл произнесённого. Его глаза шокировано расширились от осознания. Он пялился на небольшую бумажку в своей руке и раз за разом повторял в уме надпись из неё. Наруто смотрел на краснеющую Хинату и не мог поверить в происходящее. Тело начало реагировать быстрее, чем хотелось бы, не поспевая за здравым рассудком, который, по-хорошему, должен был держать все под контролем. По спине пробежала волна мурашек, словно пробираясь под кожу, и закрутилась горячим вихрем внизу в районе паха. Он в растерянности: может, это снова сон или плод его разгулявшейся фантазии? А возможно кто-то захватил его в гензюцу? Или это чья-то вышедшая из-под контроля шутка? «Нет, Наруто, все происходит на самом деле! Наслаждайся!» — хитро проурчал Курама и скрылся в подсознании, оставив парочку наедине. — Наруто-кун, сядь на кровать, пожалуйста, — голос Хинаты звучал тихо, но решительно. — Х-Хината… ты не должна, ты не обязана, — джинчурики охватила лёгкая паника: внутри боролись предвкушение получить желаемое и остатки стремления быть доблестным сказочным принцем для своей девушки. — Мне будет удобней, если ты сядешь на кровать, Наруто-кун, — уже более уверенно повторила Хьюга и поднялась с места, чтобы подойти ближе. Узумаки шумно сглотнул. Здравый рассудок кричал ему возразить Хинате, отговорить, попытаться переубедить, но стремительно нарастающее возбуждение и долгая разлука полностью заглушили голос разума. Наруто послушно присел на край кровати и завороженно смотрел на любимую. Он хотел запомнить каждую деталь: малейшее движение, выражение лица, взгляд, эмоции, ощущения… Все это впервые, как у него, так и у Хинаты. И признаться честно, о таком повороте событий в день Валентина Наруто мечтать не мог даже в своих эротических снах. Хината присела на колени между его ног и осторожно положила ладони на бёдра Наруто, слегка надавливая пальцами. Он ощутил, как дрожали ее руки, смотрел сверху вниз на милое покрасневшее от смущения личико — оно так близко к его паху, слишком близко… И это распаляло ещё больше. Хината подняла взгляд, и в ее глазах не было ни капли сомнения: — Я ещё никогда… — запнулась она, сделала глубокий вдох, чтобы собрать всю смелость, и продолжила: — Никогда не делала этого раньше. Поэтому, пожалуйста, направляй меня, Наруто-кун… Хината поддела тонкими пальчиками резинку его домашних штанов с бельём и робко потянула вниз, освобождая уже возбужденный член. «Большой…» — нервно сглотнула куноичи. Хината мысленно собралась с духом и вспомнила всё, что ей рассказала Курэнай-сенсей за довольно неловким разговором несколько дней назад. Детально и доходчиво. Потому что Хината сама настояла и расспрашивала, переступая через смущение и стеснительность. Она хотела сделать Наруто приятно; хотела, чтобы он тоже стонал её имя; хотела стать ближе, сделать шаг дальше в их отношениях; хотела открыться и воплотить в жизнь и свои развратные желания… Хината аккуратно заправила волосы за ушко, в котором сверкала небольшая сережка — подарок Наруто на её день рождения. Узумаки наблюдал не мигающим взглядом и быстро облизал губы. Ему это казалось чем-то особенно интимным: ведь во влажных тайных мечтаниях он хотел увидеть эти серьги на Хинате именно в такой ситуации. Наруто приподнял край футболки, открывая ещё больше доступа к вздымающемуся члену. Хината аккуратно обхватила у основания одной рукой и слегка оттянула крайнюю плоть, полностью открывая головку. Сердце колотилось, как бешеное от волнения и предвкушения: Наруто все ещё не до конца верил в происходящее. Хината — его любимая скромная и стеснительная Хината — собиралась сейчас… — Хах… Наруто рвано выдохнул, не успевая закончить мысль. Тело пробила волна приятной дрожи от ощущения, когда влажный язык Хинаты прошёлся вдоль всей длины его члена. Она провела так несколько раз, обвела языком головку и дразняще коснулась кончиком уздечки, наблюдая за реакцией Наруто. Узумаки кусал губы и смотрел на куноичи потемневшими от возбуждения глазами. Внутри горело желание поскорее вставить член в девичий ротик, и Наруто из последних сил боролся с ним, сжимая простынь до побелевших костяшек на пальцах. Но Хината не намерена долго испытывать его терпение: она тоже чувствовала это будоражащее возбуждение внутри, которое давало силы переступить через смущение и выпустить таящуюся в глубине души страсть. Смотря Наруто прямо в глаза, Хината облизала губы и взяла в рот, плотно обхватывая головку губами. Она почувствовала, как мелко вздрогнул Наруто и инстинктивно дёрнулся, подаваясь бёдрами вперёд. Узумаки нахмурился и буквально умолял взглядом продолжить эту приятную пытку, ему хотелось больше; и Хината начала медленно двигать головой, заглатывая немного глубже с каждым разом. — Черт, да… — сдавленно зарычал Наруто, теряясь в сладких ощущениях. Хьюга прикрыла глаза и продолжила старательно отсасывать, одной рукой немного надрачивая у основания, а другой — постоянно поправляя постоянно ниспадающие на лицо пряди. Они мешали сосредоточиться и насладиться лицом сгорающего от удовольствия Наруто, и Хината начала жалеть о том, что не подумала завязать волосы. Но возникшая проблема решилась сама собой… Наруто на мгновение колебался в своих действиях, но страстная жажда воплотить в жизнь ещё одну свою развратную мечту смела все сомнения. — Сейчас, моя сладкая… Он протянул руку, бережно убрал тёмные длинные локоны, собирая их в охапку, и осторожно намотал на ладонь, опустив ее на затылок Хинаты. Теперь у Наруто была власть контролировать процесс, и это возбуждало ещё больше. Хината смотрела на него снизу вверх туманным взглядом и поддалась едва ощутимому нажиму, заглатывая практически полностью. Узумаки в ответ хрипло застонал, растворяясь в блаженных чувствах. Если все-таки это сон, то пусть он не заканчивается! Наруто сейчас готов отдать все, лишь бы продолжать смотреть на смущённую и сексуальную Хинату, которая прилежно делала ему минет. Он непроизвольно толкнулся внутрь ротика куноичи и задохнулся от наслаждения, когда Хината начала понемногу ускорять темп, подстраиваясь под его движения. Головка члена упиралась в нёбо, и от каждого прикосновения начало сносить крышу. Наруто на пределе, внизу все стянуто горячим узлом, который вот-вот разорвётся, высвобождая накопившееся возбуждение. — Хината, я сейчас… Наруто зарычал и попытался отстраниться, но Хината взяла глубже, и он не выдержал… С протяжным стоном Узумаки излился в рот любимой, и его глаза шокировано расширились, когда она проглотила сперму. Это взорвало сознание Наруто. Ками-сама, он не достоин такого подарка! Хината плавно выпустила член изо рта, и от головки к ее губам потянулась тонкая нить слюны вперемешку с остатками семени. У Наруто непривычный, слегка сладкий вкус, напоминающий орехи. От непривычки некоторые мышцы на лице слегка покалывало из-за напряжения, сердце стучало быстро-быстро, и понимание того, что она все-таки решилась и сделала это, накрыло Хинату новой волной смущения. Она робко посмотрела на джинчурики из-под пушистых ресниц и рефлекторно облизала губы, собирая с них капли спермы. Глядя на такую Хинату, Узумаки почувствовал новый прилив сил для следующего раунда. Он сорвался с места, роняя все, что лежало на прикроватной тумбочке на пол, и крепко обнял куноичи, уткнувшись лицом в пышную грудь: — Лучший подарок! Самый классный день Валентина, даттебайо! Хината, люблю тебя! Спасибо! Спасибо-спасибо-спасибо! Хьюга ойкнула от неожиданности, залилась краской, ощущая, как Наруто начал тереться об ее бюст, и мягко улыбнулась, запуская пальчики в короткие светлые волосы. Ей удалось совершить задуманное — удивить и заставить стонать Наруто так, как он сделал с ней в ночь нового года. Но эмоции радости быстро ушли, стоило Хинате на глаза попасться содержимое выпавшее из пакета, который стоял на тумбочке. Шоколад… Множество разнообразных ярких коробочек и плиток с особенным шоколадом рассыпались по полу рядом с кроватью. И все — для Наруто… «Конечно… У него много фанаток…» Хината сглотнула подступивший к горлу ком. Внутри вмиг стало горько и обидно, сердце больно сжалось, наполняясь сомнениями. Почему Наруто принял все эти подарки? Как долго ей ещё соревноваться с толпой других девушек, которым он нравится? Будет ли она когда-то для него той самой единственной? Не только на словах, но на самом деле. Может, это все просто фарс? Действительно ли он любит ее? Хьюга чувствовала, как ревность и замешательство разъедали ее изнутри, и противный сиплый голос неуверенности зашептал о том, что она скоро надоест Наруто, и он ее бросит, наигравшись. — Хи-на-та, — Наруто посмотрел на неё с хитрым прищуром, все ещё уткнувшись носом в грудь, и не заметил смены настроения любимой. — Может ещё немного пошалим? — Уже поздно, мне пора домой, прости, — голос Хинаты звучал холодно и отстранено. Куноичи мягко высвободилась из объятий, встала и направилась к выходу, оставив Узумаки в недоумении. Наруто растерянно почесал затылок: он слишком поторопился или был чересчур напористым, а, может, дело в том, что Хината сегодня не готова? Череда догадок оборвалась, когда Наруто заметил, что Хьюга и в самом деле собралась уйти. Он спохватился и догнал ее уже возле порога: — Хината… — Отец будет волноваться, извини, правда, — перебила его любимая, не поднимая глаз; голос её ощутимо дрожал. — Ещё раз с днём Валентина, Наруто-кун. — П-подожди, я проведу, — Наруто наспех обулся, стараясь поспеть за уже скрывшейся за дверью Хинатой, но она его не слышала, или, может, не желала слышать? — Да что ж такое, даттебайо! — злобно фыркнул Узумаки не то на заевшую на обуви застежку, не то на быстро удаляющуюся девичью фигуру, не то на свою нерасторопность. Он снова не сумел вовремя понять и заметить чувства Хинаты. На улице слегка морозно, свет фонарей отражался мелкими блестками в одиноких островках снега, и это почему-то напомнило Наруто тот вечер, когда Хината впервые пыталась подарить ему шарф; вечер, когда украли Ханаби и впервые появился Тонери. От таких воспоминаний стало не по себе: подобное не повторится, но липкий холодок страха за любимую прошёлся по спине Наруто. Узумаки стремительно ускорил шаг и догнал куноичи уже на повороте в переулок, цепко схватил за руку, развернул к себе и замер. Сердце больно сжалось и камнем ухнуло в пятки, стоило ему взглянуть Хинате в лицо — она плакала. Из-за него. Слезинки одна за другой стекали солеными дорожками из прекрасных фиалковых глаз, оставляя на покрасневших щеках мокрый след. Наруто только собирался что-то сказать, как словно неоткуда возникла очередная выскочка-фанатка с ярким подарочным пакетом в руках. — Ох, Наруто-семпай, я как раз вас искала, — без какого-либо стеснения она подступила ближе, будто не замечая Хинату. — Хотела успеть подарить вам мой шоколад на день Валентина, думала уже домой к вам идти… — Ты не вовремя, ~ттебайо, — нахмурился Наруто, обращаясь к девушке, и тут же понял, что это было ошибкой: Хьюга высвободила руку из его хватки и убежала прочь. — Хината, постой… Узумаки кинулся следом, оставив фанатку стоять одну с недовольным лицом. Вот надо было ей вклиниться именно сейчас? Наруто вновь настиг Хинату уже рядом с поместьем Хьюга, на том же месте, где не так давно самозабвенно целовал любимую, словно они переместились во времени в вечер ее дня рождения. Только теперь, кажется, она его и видеть не хочет, и где-то в глубине сознания Наруто начал догадываться почему, или это Курама вновь старался помочь своему непутевому джинчурики разобраться в делах сердечных. — Хината, пожалуйста, — Узумаки преградил путь для куноичи. — Давай поговорим, умоляю! — Извини, я хочу побыть одна… — Я никуда тебя не отпущу! — Наруто схватил девичьи плечики и пристально посмотрел в заплаканные глаза. — Не в этот раз… Хината мелко дрожала и тихо всхлипывала, отчего сердце Наруто разбилось на сотни маленьких осколков. Он вновь заставил ее плакать. Узумаки бережно прижал любимую к себе и ласково погладил по волосам, сглатывая собственный ком в горле: — Прости меня! Я не могу понять, что сделал не так, но точно знаю, что не хотел причинять тебе боль. — Я такая эгоистка, — Хината хаотично вытерла слёзы, размазывая их по щекам холодными ладонями. — Я увидела, что тебе подарили столько шоколада и… А ещё та девушка… Медленными толчками в голове Наруто будто начал складываться пазл, вырисовывая полную картину, и он осознал, как сильно облажался. Доверху забитый сладостями пакет возле прикроватной тумбочке у него дома; шумные малолетки, что постоянно вились рядом и абсолютно не замечали того, что у него уже есть девушка. Его глупое желание наконец-то получить больше шоколада на день Валентина, чем когда-то было у Саске, обернулось тем, что он ранил единственную девушку, от которой действительно мечтал получить подарок больше всего на свете. Еще и после всего, что она для него сделала! — Я знаю, что Наруто-кун очень популярен, и многим нравится, — тихо продолжала Хината: эмоции и сомнения, которые так долго сдерживались, словно прорвали плотину, и теперь она готова рассказать Узумаки все, что тревожило ее сердце: — Я вижу, как тебя обступают фанатки, и мне больно. Я боюсь, что в один день кто-то из них отнимет тебя у меня. Я злюсь и ревную. Это очень эгоистично, но я хочу, чтобы Наруто-кун принадлежал только мне! «Хината ревнует? Меня?» — в душе Узумаки разлилось мягкое тепло. Кто бы мог подумать, что они оба будут похожи именно в этой черте характера? Наруто нежно обхватил девичье личико ладонями, приподнял так, чтобы их взгляды, наконец, встретились и заботливо сцеловывал застывшие на щеках слёзы. Хината так долго ждала его, несколько раз рисковала жизнью и спасала, он недостойно поступил по отношению к ней в угоду своей детской прихоти. Наруто понимал, что все ещё не заслуживал такой подарок в своей жизни, как Хината, но не намерен отступать. Он дал слово сделать её счастливой и стать лучшим парнем! А Наруто Узумаки от своих слов не отказывается! Отныне для неё больше не будет никакого повода для ревности или подобных переживаний. Узумаки не позволит Хинате плакать из-за каких-то взбаламученных девчонок обступающих его — никаких фанаток и никакого шоколада на день Валентина, кроме того, что подарила любимая. — Прости меня, — тихо прошептал Наруто, ласково заглянув в сияющие глаза куноичи. Он должен объясниться перед Хинатой: — В детстве мне никто не дарил сладости в этот день, и я так завидовал Саске с его горой вкусностей, что когда сегодня ко мне подошли с шоколадом, я не удержался, даттебайо. Они задаривали меня, а я не задумывался ни о чем, кроме того, что, возможно, смогу побороть рекорд Саске многолетней давности. Для меня это просто сладости, не более, кроме одного подарка — твоего, Хината. Только ты для меня важна, поверь, прошу! — Я каждый год делала для тебя шоколад, но никак не осмеивалась подарить… — куноичи виновато прикусила губу и отвела взгляд. — Я знаю, ~ттебайо. Сакура мне недавно рассказала. Ты простишь меня, Хината? — глаза Наруто светились надеждой, и после короткого кивка любимой он облегчено выдохнул. Узумаки аккуратно заправил темную прядь волос за девичье ушко и усмехнулся. — Оказывается, ты у меня тоже собственница, Хината? Не ревнуй, пожалуйста. Они тебе в подмётки не годятся! Особенно после сегодня… Наруто сразу смутился, стоило ему вспомнить как буквально полчаса назад Хината сладко отсасывала ему. Кончики ушей покраснели, во рту пересохло, и морозный воздух уже не спасал от жара внутри. Если бы не эти злосчастные шоколадки, возможно, они с Хинатой зашли ещё дальше сегодня. Хьюга вмиг тоже залилась краской до корней волос, и робко заламывала тонкие пальчики на руках, поглядывая на любимого из-под ресниц. — Тебе… Тебе понравилось, Наруто-кун? — Это было что-то фантастическое, даттебайо! — искренне восхитился Наруто, отчего Хината наконец-то застенчиво улыбнулась. — Как ты… Где… — Куренай-сенсей мне очень помогла, — объяснила Хината, слегка поморщившись, словно от дискомфорта, а после и вовсе кашлянув пару раз. — Ты не заболела? — в голосе Наруто слышно волнение. Все же на улице довольно прохладно. — Все в порядке, так бывает… — отмахнулась Хината, но Узумаки вопросительно вскинул бровь, явно недоволен ответом. Хината вновь густо покраснела и тихо добавила: — Сенсей предупреждала, что если переусердствую, то с непривычки может немного болеть горло. Но с практикой все потом адаптируется, — заверила Наруто куноичи. — Т-то есть в будущем мы… Ты мне… С-снова, ~ттебайо? — не в силах поверить в своё счастье, Узумаки, заикаясь, старался связать слова в какое-то подобие предложения, а из ушей сейчас вот-вот пар пойдёт от перевозбуждения. — Угу, — смущённо ответила Хьюга, и Наруто про себя отметил, что надо будет как-то отблагодарить наставницу команды номер восемь за такой огромный вклад в его сексуальную жизнь, как обучение Хинаты подобным вещам. Джинчурики в порыве чувств подхватил любимую на руки и закружил в свете уличного фонаря, не обращая внимание на протест куноичи. — Ты идеальная, Хината! Лучшая! Люблю тебя, обожаю, сильно-сильно! Моя самая-самая! Моя и только моя! — А ты? — Хината робко заглянула в голубые глаза. — Твой, и только твой, — широко улыбнулся Наруто и накрыл девичьи губы нежным поцелуем. — Опять вы за своё, — послышался знакомый голос совсем рядом. — Однажды я не успею отвлечь отца, и вы точно спалитесь! Нехотя Узумаки отпустил Хинату на землю и неловко почесал затылок, улыбаясь: — Спасибо, что помогаешь нам, Ханаби! С меня причитается. — Ловлю на слове, — усмехнулась Хьюга и посмотрела на смущённую сестру. — Хината, уже пора… — Сейчас иду, — куноичи проследила, как младшая скрылась за углом переулка и снова повернулась к Узумаки, робко перетирая пальчиками прядь волос. — Прости, если испортила праздник, Наруто-кун. — Даже не думай о таком говорить, все было замечательно, даттебайо! — улыбнулся Наруто и ещё раз невесомо поцеловал любимую. — С днём Валентина, Хината!

***

По приходу домой Наруто зашёл в комнату и наконец-то заметил рассыпанные по полу десятки шоколадок и других сладостей, подаренных ему фанатками. Стоило только зайти в деревню, вернувшись с миссии — его тут же обступила толпа малолеток. Он знал, что сегодня день Валентина, и сначала желал лишь одного — подарок от Хинаты. Но воспоминания из детства и эфемерная возможность вновь хоть в чём-то посоревноваться с Саске словно затуманила рассудок чувством азарта. И он без задней мысли согласно принимал каждый цветной коробок из девичьих рук. — Себя на место Хинаты сначала поставил бы, оболтус, а потом думал, брать ли шоколад у каждой встречной-поперечной или нет! — недовольно бурчал Курама, отчитывая джинчурики. — Нам несказано повезло, что Хината такая терпеливая, понимающая и отходчивая. Но испытывать судьбу лишний раз — себе дороже. — Нам? — удивлённо вскинул брови Наруто, попутно собирая сладости с пола обратно в пакет. — Да, а что? Мы одно целое, как-никак. Или ты её и ко мне ревнуешь? — хитро усмехнулся лис, смущая Наруто. Узумаки недовольно пробурчал что-то невнятное, краснея до кончиков ушей. Он не хотел делить Хинату ни с кем, даже с кьюби, хоть и звучало это совершенно абсурдно. Положив последний бокс со сладостями к остальным, Наруто оценил масштаб «проблемы» и тяжело вздохнул: есть он это точно не собирался, особенно после всего произошедшего, но и выбрасывать как-то не совсем правильно. Раздать обратно — он не вспомнит в лицо тех девиц, если быть до конца честным, да и желания так запариваться совершенно нет. Что же делать в таком случае? Наруто пристально осмотрел комнату, будто искал ответ на свой вопрос; на столике остались стоять коробок от Хинаты и две кружки с давно остывшим чаем, так и не тронутые. Взгляд зацепился за стопку листов с желаниями, и любопытство словно голодный пёс поедало и так крохотные остатки выдержки Наруто. Какие ещё пикантные интересности там написала Хината? Он несколько раз протягивал руку, чтобы взять и перечитать все варианты, но силой одергивал себя. Узумаки ходил туда-сюда, как тигр в клетке, гипнотизируя сложённые вдвое листы, хмурился и в очередной раз пожалел, что не владеет бьякуганом. В животе громко заурчало не то от голода, не то от нервов — Наруто воспринимает это, как возможность отвлечься, хотя на ночь есть не особо полезно. — Надо перекусить, — он зашёл на кухню, на автомате поставил нагреваться чайник на плиту, чтобы запарить новый стаканчик с раменом, и вдруг его осенило: — Точно! И как я раньше не додумался? Узумаки выключил газ, бегло взглянул на часы — немного поздно, но не критично — и вернулся в комнату за пакетом, доверху заполненным шоколадками на день Валентина. Наруто необходимо сделать это сегодня, хоть немного исправить ситуацию и очистить совесть. До полуночи ещё есть время — он успеет. Входная дверь тихо скрипнула, вновь выпуская хозяина наружу, и Наруто, сломя голову, побежал на другой конец Конохи с охапкой сладостей в руках. «Надеюсь, что ты ещё не спишь, а то у меня для тебя огромный сюрприз, ~ттебайо!» — самодовольно хихикнул Узумаки, радуясь собственной находчивости. В паре кварталов от своего пункта назначения джинчурики заметил знакомую фигуру: Сай словно шпионил за кем-то, осторожно выглядывая из-за угла, но получалось у него плохо — тень от фонаря растянулась на половину улицы, — что довольно странно, учитывая его опыт работы в Корне. Наруто подошёл сзади и положил руку на плечо художнику, отчего тот испуганно дёрнулся от неожиданности. — Ты чего это? — вопросительно слегка наклонил голову в бок Наруто. — Следишь за кем-то? — Нет, просто решил пройтись перед сном, — Сай фальшиво улыбнулся и быстро перевёл тему, чтобы не разоблачить свою ложь. — Что это у тебя? Шоколад? — Ага, надарили, — сконфужено сморщил нос Наруто и демонстративно приоткрыл пакет со сладостями. Сай удивлённо рассмотрел содержимое, нахмурился и перевёл на Узумаки укоризненный взгляд: — Я думал, что ты отказывался, когда они к тебе подходили. У тебя ведь есть девушка, Наруто. Хинате будет обидно… — Да знаю я, знаю, даттебайо! — нервно перебил друга Наруто, оправдываясь. — Я идиот и облажался — в курсе. Поэтому теперь и пытаюсь все как-то исправить. — Ты вообще открывал книгу, которую я подарил на Новый год? — Сай пристально посмотрел на Наруто чёрными глазами, но в ответ получил лишь тишину и недовольное хлебало друга. Художник тяжело вздохнул и по-приятельски похлопал Узумаки по плечу. — Понятно. Ты почитай, полезно будет. Наруто неохотно кивнул и внимательно осмотрел сокомандника: — Меня учишь, а сам-то чего без шоколада сегодня? — У меня немного другая ситуация, — слегка печально улыбнулся Сай и отвёл взгляд. Узумаки ещё раз окинул художника взглядом и заглянул ему за спину, отметив, что стояли они совсем рядом с цветочным магазином; мозг пыхтел, вращая шестерёнки в голове, и до Наруто дошло: — Да ладно? Ино, что ли? Сай изумлённо посмотрел в ответ и мгновенно стушевался: раз уж Наруто обо всем догадался, то все ещё хуже, чем предполагалось изначально. Выражать чувства — слабое место Сая, а когда этих чувств слишком много, то скрывать их становится очень сложно и признаться не хватает духа. Тем более, что, скорее всего, это не взаимно… — Думаю, ей нравятся немного другие парни, — голос Сая звучал обречено, — Но в глубине души я до последнего надеялся получить шоколад. Наруто сочувственно похлопал друга по плечу. Порой ему было неловко за своё счастье с Хинатой, ведь многие из друзей ещё не нашли своего особенного человека. Но любовь — дело тонкое, и каждый проходит свой путь, чтобы её обрести. — Это, конечно, не сравнится с тем, что ты хотел, но держи сладенькое, чтобы не отчаиваться. Не отступай и все получится, ~ттебайо, — Наруто протянул одну из подарочных коробочек Саю. Художник сначала взглянул на друга в недоумении, а потом начал тихо смеяться: — Ты просто неисправим, Наруто Узумаки. Спасибо за поддержку… — Для этого ведь нужны друзья, да? — широко улыбнулся джинчурики. — Да, — Сай благодарно взял шоколад и проводил удаляющегося Наруто взглядом. Он обязательно признается Ино в своих чувствах, он не намерен отступать. Справившись с задачей по утилизации остального содержимого пакета, Наруто вернулся домой слегка уставшим, но весьма довольным собой. Он глянул на часы и плюхнулся на постель, шумно выдохнув: без пяти полночь — успел. Кое-как, но Узумаки исправил свою ошибку в день Валентина и усвоил впредь ее не повторять. Наруто повернулся на бок, и на глаза вновь попался конверт с желаниями рядом с коробочкой со сладостями от Хинаты. Руки так и чесались открыть все записки сразу, и Наруто был готов вот-вот поддаться соблазну, как его остановил громкий голос внутри: — Не смей! — зарычал Курама. — Зря, что ли, Хината старалась? Имей терпение и растягивай удовольствие, Наруто. Всему тебя учить надо… — Бли-и-и-н… Ну чего ты? Я всего лишь одним глазком гляну, интересно же, даттебайо, — по-детски заныл Наруто, сверля бумагу взглядом. — По одной в день! Они не просто так пронумерованы, балбес, — не унимался лис. — Надо было начинать с первого листа, и дальше по нарастающей, а ты сразу схомячил случайную конфету! После упоминания сладостей Наруто более внимательно рассмотрел содержимое подарка: разнообразное печенье в глазури, мягкие бисквитные пирожные в форме сердечек, драже с разной начинкой и те самые особенные шоколадные конфеты в центре бокса в отдельной ячейке. Все приготовлено специально для него заботливыми ручками Хинаты. Узумаки ещё раз в уме пересчитал количество конфет — одна, две, три, четыре… Всего было шесть, и одну он уже съел, вытащив тем самым счастливый билетик с желанием номер пять. В воспоминаниях вновь всплыли свежие образы развратно сосущей его член Хинаты, и вмиг стало жарко. — Черт! Черт-черт-черт-черт! — Наруто закрыл покрасневшее лицо руками, не в силах справится со смущением. — Отличный был «подарок», да? Не сравнить с тем, как ты сам себе помогаешь пар выпустить, — издевательски захохотал Курама, наблюдая, как не находил себе места джинчурики. — Не то слово, ~ттебайо! Это было нереально приятно, — Наруто прикусил губу в попытках сдержать глупую довольную улыбку, но получилось плохо. Часы едва слышно пробили полночь, оповещая о начале нового дня, и Узумаки сорвался с места, хватаясь за лист с желанием под номером один. Дрожащими от предвкушения руками Наруто открыл записку и прочитал вслух: — Поцелуи, — он выдержал паузу, пытаясь понять, есть ли в этом слове какой-то скрытый смысл, но не нашёл его. — Поцелуи? И все? — А тебе мало? — возмущённо фыркнул лис. — Хината тебя разбаловала. Наруто неловко почесал затылок, усмехаясь: — Может, немного… Просто одного поцелуя мне будет мало. — Думаю, что речь идёт не об одном, число-то множественное, — предположил кьюби. Наруто ещё раз перечитал желание и согласно кивнул: — Но о каком количестве идёт речь? Нужно будет уточнить завтра у Хинаты. — Если она пожелает тебя видеть, — Курама вновь посеял сомнения в сознании Наруто. — То, что ты извинился — это, конечно, хорошо, но осадок все равно остался… Наруто озадачено нахмурился: лис может оказаться прав; Хината невероятно добрая и терпеливая, но сегодня он знатно напортачил, и даже несмотря на прощение, ситуацию нужно как-то исправлять. Узумаки задумчиво наморщил нос в попытках сообразить что-то дельное, но в голову толком ничего не лезло. Эро-сенин обычно рассказывал только как очаровать девушку, а не как загладить перед ней свою вину. Ирука-сенсей только ещё больше отчитает Наруто, если узнаёт, что он обидел Хинату. И весьма заслужено — не отрицает Узумаки — но это не поможет решить проблему. Идти за советом к кому-то из девушек себе дороже: одна за подругу побьет, другая — зарежет, а третья ещё чего и похуже сделает со своей техникой переноса разума. Курама — вообще не вариант, они явно с ним поругаются в процессе дискуссии, и станет еще хуже. Где же Наруто теперь искать выход из своей дилеммы? Из всех ему известных друзей больше всего про отношения знает Сай со своими книгам на все случаи жизни. — Точно! — вспомнил наставления друга Наруто и принялся быстро рыться в прикроватной тумбе. — Полезно почитать, говоришь? Ну посмотрим… Узумаки с вызовом посмотрел на ещё даже не распечатанную с нового года подарочную упаковку и расправился с ней в два счета. Новенькая обложка блестела гладкой поверхностью твёрдого переплёта, странички пахли свежей печатью и манили приятной шероховатостью бумаги: «Любовь на всю жизнь. Руководство для чайников» — интриговало название. Наруто обречено вздохнул и начал читать — это книга для него как спасательный круг надежды в океане неопытности в отношениях с девушкой. И кто бы мог подумать, что написанное действительно даст ответ некоторые вопросы! — Надо будет потом как-то отблагодарить Сая, — решительно кивнул Наруто спустя час изучения книги. Он уже имел примерный план действий, и это не могло не радовать, осталось только воплотить все в жизнь, а для этого надо хорошенько выспаться. Наруто отложил «Руководство» и завёл будильник на раннее время: завтра утром необходимо успеть много важных дел…

***

Ино проснулась от назойливого стука в двери: её мама уже который раз пыталась разбудить и заставить подняться дочь с постели. Вчера был самый горячий день по продажам в их цветочной лавке, Ино даже не помнит, когда в последний раз обслуживала так много посетителей. Яманака сонно потёрла глаза и посмотрела на немного потрескавшиеся и исколотые от колючек ладони. Сколько букетов она собрала за вчера? После третьего десятка Ино уже перестала считать. Она даже не помнила, как добрела до постели и уснула. Весь день с раннего утра и почти до полуночи куноичи безвылазно провела за различной работой в цветочном, помогая другим признаться в своих чувствах в праздник влюблённых. Послышался очередной требовательный стук в дверь. — Ино, поторопись! Магазин открывается через двадцать минут, а ты ещё даже не завтракала. — Да иду я, иду, мам, — слегка раздраженно отозвалась Яманака и устало вздохнула, поднимаясь с постели. Она бросила тоскливый взгляд на стол около окна: среди различных баночек с кремами, цветных заколок и украшений лежали цветная упаковка с шоколадом и небольшая открытка. Из-за всей вчерашней суеты и загруженности у Ино даже не было шанса вырваться из магазина, чтобы подарить его и наконец-то признаться в своих чувствах. Яманака раздраженно сморщила нос, взяла подарок и злобно швырнула в пустую мусорную корзину для бумаги рядом со столом. — Долбанный день Валентина, будь он неладен! — недовольно фыркнула Ино. — Всем влюблённым вчера помогла, кроме себя… И вообще, почему это я первая должна признаваться? Что за дурацкая традиция со сладостями? Ино нервно покосилась на выброшенный шоколад. Секунда, вторая, третья… Она не выдержала. Яманака достала из корзины открытку и перечитала в очередной раз — это любовное письмо она написала, наверное, с десятой попытки, стараясь подобрать нужные слова, но все равно осталась недовольна результатом. Может, просто подсунуть подарок под двери, позвонить и убежать? А поймёт ли он все правильно? — Ками-сама, Сай, ну, почему с тобой так сложно? — мягко усмехнулась Ино и все же вернула сладость обратно на стол. — Неужели так трудно заметить и понять все мои намеки? Яманака быстро привела себя в порядок, спустилась вниз на кухню, захватив онигири в качестве перекуса, и направилась прямо к цветочный магазин, который находился в другой части их дома. Не успела Ино доесть свой рисовый колобок и завязать рабочий фартук, как входная дверь звякнула колокольчиком, оповещая о раннем посетителе. — Мы ещё закрыты, — монотонно отчеканила выученную фразу Ино, даже не повернувшись к гостю. Она слишком устала за вчера, чтобы сегодня излучать вежливость с утра пораньше. — Я знаю, но мне прям очень-очень нужна твоя помощь, даттебайо! Яманака удивлённо обернулась, не веря своим ушам. Неужто это действительно Наруто? Не то, чтобы она не ожидала, что он когда-то додумается о том, что своей девушке хоть иногда хорошо было бы дарить цветы, но прямо после дня Валентина, ещё и с самого утра — слишком подозрительно. Либо вчера между ним и Хинатой произошло что-то интересное, либо Узумаки конкретно в чём-то облажался; а зная Наруто — одно другое не исключает. — Тебе цветы нужны? — не отвлекаясь от приготовлений к работе, уточнила Ино, пока Наруто рассматривал свежие розы в вазе. — Ага, два букета, — улыбнулся Узумаки, протягиваю руку к бутону, за что тут же получил по пальцам. — Не трогай тут ничего! — пригрозила Ино и с нескрываемым любопытством окинула взглядом друга. С каждой минутой детали ситуации становились все интересней: — Один для Хинаты — это понятно, а второй? — Неважно, — обижено надул щеки Наруто и демонстративно подул на ударенную ладонь. Ино такой ответ не устраивал, и она грозно нахмурилась: — Или говори, или не рассчитывай на помощь. Кто тебя знает, вдруг ты к кому-то на стороне подкатываешь, а? Я Хинату обижать не дам и участвовать в твоей измене не собираюсь даже косвенно! — Хватит глупости говорить! Хината для меня единственная, ~ттебайо! — вспыхнул Наруто не то от негодования в необоснованном обвинении, не то от смущения, что придётся как-то объяснять Ино всю ситуацию. Хотя бы в общих чертах, без упоминания определённых деталей. — Для кого тогда второй букет? — не унималась Яманака. Она встала в позу руки в боки и сверлила Наруто пристальным взглядом. Узумаки не свойственно для себя замялся, отвёл глаза и пробубнил: — Для Куренай-сенсей, — Ино скептически вскинула бровь и Наруто продолжил: — Она типа… Помогла очень, что ли. Хинате, ну и мне тоже получается. Хочу отблагодарить. Куноичи вмиг сменила гнев на милость и удивлённо захлопала ресницами. Это что там у них с Хинатой вчера такое произошло, что он аж до таких благородных поступков додумался? А может его надоумил кто? В любом случае, в таком деле Яманака просто обязана поддержать друзей, тем более, что выражение чувств на языке цветов — её конёк. — Так-так-так… Это у нас признательность за заботу получается, но сенсею, — Ино задумчиво почесала кончик носа, прикидывая какие именно цветы выбрать для букета. — Тут подойдут жёлтые хризантемы. Да, точно! Яманака довольно кивнула повеселевшему Наруто и отправилась к дальней вазе, чтобы выбрать самые пышные бутоны и завернуть их в нежную крафтовую бумагу, аккуратно перевязав лентой для завершения композиции. Наставнице Хинаты непременно понравится — моно-букеты нынче в моде, это просто, стильно и красиво. Самое то для подобного повода. — Этот готов, — Ино отложила охапку цветов в сторону и с нескрываемым любопытством уставилась на Наруто. Сейчас она и узнаёт самое интересное: — А что ты хотел бы сказать Хинате? Узумаки медлил — размышлял, как выразить чувства и описать ситуацию, которую нужно исправить, старался правильно подобрать слова, чтобы не дать Ино лишнего повода для домыслов, но это оказалось не так просто. Курама внутри предложил обойтись стандартными фразами, чтобы не спалиться, но Наруто шестым чувством ощутил, что нужно идти по другому пути и быть искренним. Хината достойна чего-то более особенного, чем банальный букет роз, который, скорее всего, предложит Ино в случае шаблонного признания. Да и, по правде говоря, Наруто хотел бы символично донести цветами намного больше, чем дежурные слова о любви. — Что хотел сказать? Наверное… — джинчурики смущённо покраснел и глупо улыбнулся, рассматривая слегка потёртый пол цветочной лавки. — «Прости, что я такой балбес, и спасибо, что все равно любишь меня. Как-то так… И ещё: я тебя очень люблю, обожаю и обещаю больше не делать глупостей!» Вот. — И как сильно ты накосячил? — хмуро посмотрела в ответ Ино, размышляя как бы доходчивей донести в ветреную головешку Наруто, что обижать Хинату ему себе дороже будет. Она как чувствовала, что без происшествий не обошлось. — Я уже извинился, — быстро спохватился Наруто, заметив взгляд Яманака. — И Хината меня простила, честно-честно, ~ттебайо. Куноичи недоверчиво смерила Узумаки взглядом напоследок и вновь вернулась к вазам с цветами. Первая мысль была предложить взять в букет розы, как нестареющую классику, только вот не подходили они для Хинаты. Слишком пафосно будет, искусственно, наигранно. Ино хотелось найти достойную альтернативу, которая более тонко и нежно описывает тот пылкий и всепоглощающий трепет, что творится в сердце Наруто. Он, может, и не мастак правильно выражать эмоции, но на лице все и так написано, хоть как из книжки читай. Взгляд Ино зацепился за пушистые белые астры — символ изящества, красоты, самой нежной и пламенной большой любви. Эти цветы великолепно подходят для парочки Наруто и Хината! — Значит, это будет у нас отвечать за обожание и благодарность… — вслух размышляла Ино, прикидывая, чем бы дополнить композицию: — О, а ветки орешника — это «прости, что я балбес». Идеально! Второй букет вышел интересным, очень нежным с лёгкой ноткой необычности. Яманака бережно завернула цветы и передала сверкающему от счастья Наруто. Он быстро отсчитал сумму за букеты и уже собирался уходить, как неожиданно в голову пришла одна хитрая идея: — Слушай, Ино, а тебе кто-то из парней нравится? — лицо Наруто сверкало наивностью, а вот Яманака напротив внезапно засмущалась и дёргано начала отмахиваться, наиграно хохоча. — Ой, чего это ты вдруг такое спрашиваешь? — Просто подумал, — Узумаки пожал плечами без тени притворства. — Ты многим помогаешь выражать чувства цветами, значит, хорошо разбираешься в отношениях. Вы в этом похожи с Саем. При упоминании имени художника Ино ещё больше покраснела и нервно улыбнулась, не зная, куда деть взгляд: — Разве? Ты так думаешь? — Ага, — продолжал гнуть своё Наруто, хитро ликуя внутри. — Сай мне тоже вчера помог разобраться кое в чем. Хотя выглядел расстроенным: он так и не получил шоколад от того, кто ему нравится. Узумаки театрально печально вздохнул и уже направился к двери, украдкой подсматривая за тем, как паника и любопытство попеременно отражались на лице Ино. Куноичи едва сдерживалась, чтобы задать мучающий её вопрос; кто бы мог подумать, что она будет обсуждать дела сердечные с Наруто Узумаки! Но это такой шанс узнать правду о том, кто нравится Саю — будет глупо его упускать. — Наруто, — Ино не в силах больше сдерживать свой интерес: — А ты случайно не знаешь, от кого именно Сай ждал шоколад? Вы же в одной команде, вроде как, вдруг он рассказывал тебе что-то… Джинчурики расплылся в самодовольной ухмылке, но быстро сменил ее на задумчивое выражение лица, поворачиваясь обратно к Ино: — Хм-м-м… Не припоминаю, чтобы Сай говорил мне имя. Но вчера, кстати, я видел его именно здесь рядом, он будто караулил кого-то. Наверное, до последнего надеялся, что она осмелится вручить ему сладости. Яманака взвыла внутри, вновь укоряя себя за то, что проработала весь день Валентина и не смогла признаться Саю. Или, может, она просто-напросто струсила, и поэтому даже не попыталась вырваться, чтобы подарить ему свой шоколад? По правде говоря, Ино боялась получить отказ — поэтому специально нашла вчера тысячу и одну причину, чтобы не столкнуться с Саем в день влюблённых. Но, может, она зря избегала его? Вдруг Сай тоже питает к ней хотя бы небольшую симпатию? — Ладно, я пошёл! Спасибо ещё раз за помощь. Наруто помахал на прощание рукой и ушёл из цветочной лавки ещё до того, как Ино успела у него что-то спросить. Его дело сделано: Ино получила свой намёк на взаимность от Сая, а дальше пусть они сами разбираются. Узумаки хитро хихикнул, направляясь быстрым шагом к дому Куренай-сенсей — нужно поторопиться, ведь после этого нужно успеть заглянуть ещё в парочку мест перед тем, как навестить Хинату. Наставница восьмой команды как раз выходила во двор на детскую площадку на утреннюю прогулку с маленькой Мирай, когда Наруто встретил их. — Куренай-сенсей! Мирай-чан! — джинчурики окликнул маму с дочерью и бодрым шагом подошёл ближе. — Это вам! Наруто вручил охапку жёлтых цветов и довольно усмехнулся, заметив удивление на лице Куренай — она точно не ожидала такого подарка. Мирай восхищённо смотрела на букет сверкающими глазами и тянулась маленькими ручками, чтобы потрогать яркие лепестки. Она выпросила у мамы одну хризантему и счастливая убежала к другим детям на карусель. — Спасибо, Наруто, — мягко улыбнулась Куренай, давно ей никто не дарил букетов. — Позволь узнать, в честь чего это? — Ну… Это типа благодарность, даттебайо, — смутился Узумаки, он немного не подумал о том, что придётся объяснять свои действия. — Я знаю, что Хината обращалась к вам за помощью и советом в некоторых… — Наруто глубоко вздохнул и, слегка наклонившись, прошептал, краснея: — вопросах интимного характера… — Оу, — Куренай слегка засмущалась на мгновение и усмехнулась. — Вот оно значит, в чем дело. Раз ты пришел ко мне с подарком, могу предположить, что все задуманное Хинатой на день Валентина прошло успешно, да? Наруто закрыл горящее румянцем лицо ладонями и быстро закивал, чем ещё больше рассмешил Куренай. Он не мог предположить, что общаться на подобного рода темы с сенсеем своей девушки будет так неловко. Но это не казалось чём-то неправильным, даже наоборот. — Все было просто потрясно, ~ттебайо, — робко выдавил из себя Узумаки и низко поклонился женщине: — Спасибо вам за то, что заботитесь о Хинате. Прошу, присматривайте за нами и дальше! — Ладно тебе, — Куренай по-матерински погладила светлые волосы Наруто. — Я вижу, ты собираешься навестить Хинату с цветами, она хорошо себя чувствует? — У неё вчера начало болеть горло после… — Наруто запнулся, не став договаривать окончание фразы, и стыдливо отвёл глаза. Куренай выронила тихий смешок: думала ли она когда-то, что будет объяснять такие вещи этим двоим? Она же их помнит ещё детьми, а теперь год-два и, глядишь, у них будут свои малыши. Неужели Мирай тоже так быстро вырастет? — Так бывает с непривычки, купи ей мятных леденцов, а лучше мороженое, чтобы успокоить раздражённые связки, — посоветовала Куренай. — Понял! Спасибо, даттебайо! — Наруто задорно улыбнулся в ответ и ещё раз поклонился перед тем, как убежать дальше: — Хорошего дня вам. Пока, Мирай-чан! — Братишка Наруто-о-о-о, пока-а-а-а! — помахала жёлтым цветком малышка, съезжая с горки. — Удачи, Наруто. Береги Хинату, она очень долго тебя ждала, — мягко улыбнулась Куренай, провожая взглядом удаляющуюся фигуру Узумаки. В отличии от Наруто, утро в поместье Хьюга началось непривычно поздно. Хината проснулась в странном настроении: горло неприятно саднило так, что глотать больно, причины подобного дискомфорта со вчерашнего вечера заставляли краснеть, но воспоминаний об особенном шоколаде от других девушек у Наруто оставили неприятный осадок. Он извинился, клялся в любви, обещал, что больше такого не повторится, и Хината верила, знала, что за свои слова Узумаки отвечает. Только вот горькое послевкусие нагоняло на сердце легкую пелену печали. Возможно, куноичи стоило быть более решительной по отношению к преследующим ее парня девушкам, а не молча наблюдать со стороны, сгорая внутри от ревности? Будь Хината немного уверенней в себе, то уже давно бы разобралась с толпой фанаток. Хьюга устало вздохнула. Ей хотелось весь день проваляться в кровати: никуда не выходить и никого не видеть; она должна подумать, как разобраться с поклонницами Наруто, да и горло заодно подлечить. «Куренай-сенсей советовала выпить холодного, если будет болеть… — вспомнила Хината и, сладко потягавшись, нехотя встала с постели. — На кухне должно быть что-то, что поможет». Куноичи немного привела себя в порядок, спустилась вниз и начала рыскать в холодильнике, стараясь делать все как можно тише, чтобы не выдать своё присутствие. Лишние разговоры с отцом или Ханаби сейчас совершенно некстати — при каждом слове связки отдавали неприятными ощущениями. Если папа или сестра заметят, то начнутся расспросы, а в данный момент этого Хинате уж точно не нужно: наскоро придумать оправдание, соврать и не покраснеть — не ее профиль. Особенно, когда в голове совсем другие мысли… «Знала бы, что на следующий день будет сильно болеть — не брала бы так глубоко», — возмутилась внутри Хината, но память подкинула воспоминания вчерашнего вечера, и внизу живота стало жарко. Хината прикрыла глаза и словно наяву вновь увидела, как Наруто хмурил брови и кусал губы от удовольствия, а его большой горячий член стоял прямо перед её лицом; эхом в создании раздавались приглушённые стоны блаженства и обволакивающие ноты хриплого голоса, зовущего ее по имени. Хината неосознанно облизала губы и провела языком по небу, вспоминая ощущения, когда чувствительная головка члена упиралась как раз в это место. Она заставила Наруто содрогаться от оргазма, и это чувство будоражило все внутри. Ками-сама, да кого она обманывает? Ей бы хотелось сделать это снова! И потом зайти дальше! Хината заметила, что тело начало реагировать на её эротические фантазии, она шумно выдохнула и прикусила губу. В голове одно желание — вернуться в постель и прикоснуться к себе, представляя, что это делает Наруто. Так же, как это было в ночь на Новый год, и как это бывало в её влажных снах, о наличии которых стыдно признаваться. Никто не знал, но Хината в тайне сгорала от влечения к своему парню, хоть и невероятно стеснялась этих новых желаний. — Сестренка, все в порядке? — звонкий голос вырвал Хинату из приятной неги развратных мечтаний. — Х-Ханаби? — испуганно дёрнулась куноичи и вмиг поморщилась от дискомфорта в горле. — Ты уже минут пять просто стоишь возле холодильника с открытой дверцей. Все точно хорошо? — подозрительно посмотрела на сестру младшая Хьюга. — Угу, просто задумалась, — через боль ответила Хината с натянутой улыбкой на лице. Ханаби пожала плечами и усмехнулась: — Кстати, тебе бы выйти в зал, а то папа, кажется, скоро взглядом просверлит дырку в Наруто. — Ч-что? Наруто-кун здесь? — взвизгнула от неожиданности Хината. Новость повергла ее в легкий шок и недоумение. — Ага, пришел минут двадцать назад, — Ханаби хитро улыбнулась во все тридцать два и двусмысленно подвигала бровями. — С цветами! И наши с папой любимые рисовые пирожные принёс. Это он что, типа свататься пришел? Что там у вас вчера такое было, а, сестрёнка? Хината густо покраснела, закрыв лицо ладонями, а внутри кричала от паники: «Ками-сама, что происходит?» К такому повороту событий она не была готова, да и смотреть в лицо Наруто после вчерашнего неловко, а встретиться взглядом с папой страшно и стыдно. У неё ведь на лице все будто написано — спалится, как пить дать! Ей даже под предлогом смерти нельзя сейчас показываться на глаза ни Наруто, ни отцу тем более. В замешательстве Хината не нашла ничего более разумного, чем по-детски спрятаться под стол: — Скажи, что меня нет, — перепугано попросила сестру куноичи. — В смысле? — Ханаби наблюдала за старшей Хьюга, едва сдерживая смех. — А где ты тогда? — Не знаю: ушла на миссию, пропала без вести, была похищена фанатами бьякугана — придумай что-то! Ханаби лишь ухмыльнулась и театрально закатила глаза: вроде сестра старшая, но под любовной паникой ведёт себя как ребёнок. Под звуки уходящей из кухни Ханаби Хината мысленно молилась всем богам, чтобы все обошлось и разрешилось без ее участия, пока Наруто не находил себе места под пристальным взглядом Хиаши. Узумаки всегда знал, что глава семейства Хьюга довольно суров и требователен, но он не подозревал, что когда-то столкнётся с этими качествами лицом к лицу. После покушения на дочерей Хиаши стал ещё строже: после инцидента на Луне он лично заявился к Шестому в кабинет с разъяснениями, почему больше не желает отпускать Хинату на миссии. Благо, Рокудайме умеет находить подход к людям и договариваться! Но Наруто не Какаши-сенсей, да и в присутствии Хиаши все красноречие куда-то испаряется из-за нервов. Ведь отец Хинаты все ещё относится к нему с недоверием; впрочем, так же, как и любой другой отец слегка недолюбливает парня своей дочери. — Так зачем ты пришел, говоришь? — белые глаза буравили Наруто пристальными взглядом. — Хината вчера себя плохо чувствовала, я решил ее проведать, — отчасти Узумаки говорил правду, но неуверенность в голосе выдавала, что причина не только этом. — Вот, лекарства принёс… Наруто приподнял руку с пакетом из аптеки и натянуто улыбнулся. Хиаши оценил взглядом весь «боевой комплект» джинчурики и едва заметно усмехнулся. «Цветы, лекарства, сладости — этот малец подготовился как следует. Даже принес моти с мои любимым вкусом из местной кондитерской — небось, узнал у Хинаты все слабые места и теперь задобрить пытается». Молчание повисло в воздухе пеленой из напряжённых нервов. Наруто неуютно от того, как внимательно на него смотрел Хиаши: будто насквозь видел все грязные мыслишки и воспоминания вчерашнего вечера. Хотя у бьякугана вроде нет таких возможностей, по крайней мере, Узумаки искренне надеялся на это. Тишину нарушила Ханаби, будто личный спаситель Наруто от неловких ситуаций с участием семейства Хьюга. — Пап, может, пропустишь уже Наруто? Хватит проверять его на прочность. И вообще, ты обещал сегодня со мной потренироваться! Хиаши пару секунд мялся, сомневаясь, стоит ли идти на уступки: уловку Ханаби он сразу раскусил; но она все же права — достаточно играть в гляделки с джинчурики. А вот от тренировки младшая Хьюга теперь не отвертится. — Хорошо, проведи Наруто и возвращайся, сегодня будем отрабатывать вращение, — Хиаши встал и направился во двор поместья, напоследок одобрительно похлопав Узумаки по плечу. Стоило главе клана скрыться из виду, Наруто облегченно выдохнул, будто камень с плеч упал. Возможно, когда-то он перестанет нервничать в присутствии отца Хинаты, и его полноправно примут в семью, но точно не в ближайшем будущем. Наруто благодарно кивнул Ханаби и последовал за ней вглубь дома. Впервые Узумаки зашёл так далеко внутрь поместья Хьюга. Он любопытно рассматривал все вокруг, стараясь запомнить какие-то отличительные детали: здесь выросла Хината, а все, к чему так или иначе прикасалась девушка Наруто, автоматически становится для него невероятно важным. — Кстати, Хинаты нет дома, — хитро усмехнулась Ханаби, когда они с Наруто уже подошли к дверям кухни. Она нарочно говорила громче, чтобы сестра услышала. — В смысле? — Наруто в недоумении нахмурил брови. — Твой отец сказал… — Да-да, знаю, — слегка раздраженно перебила Ханаби и окончательно сбила Узумаки с толку следующим объяснением: — Сестренка как бы есть и ее нет одновременно. Но если хочешь ее найти, то советую посмотреть под кухонным столом. Удачки, я потопала! «Ханаби — предательница!» — с негодованием вздохнула Хината, осознав, что скрываться теперь бессмысленно. Наруто провёл младшую Хьюга взглядом, пока она не скрылась за поворотом коридора и повернулся ко входу на кухню. Посреди комнаты стоял обеденный стол, накрытый белой скатертью в мелкий цветочек, из-под которой виднелась знакомая фигура. Хината и в правду пряталась от него, как маленький ребёнок, думая, что ее очевидное убежище окажется незамеченным. Лицо Наруто озарила хитрая ухмылка: раз Хината хочет поиграть, то он присоединится. Узумаки подошёл, положил цветы и пакет со сладостями и лекарствами, а сам, следуя примеру своей девушки, тоже забрался под стол: — Хи-на-та! — Наруто произнёс имя любимой по слогам, довольно наблюдая, как она покраснела. — Наруто-кун… Узумаки обнял до невозможного смущенную куноичи и тихо рассмеялся — пусть и немного не так, как планировалось, но можно сказать, что сюрприз удался. Наруто помог Хинате выбраться из своего укрытия и, сам того не замечая, бесстыдно пялился на неё в упор. Все ещё слегка сонная, с немного растрёпанными волосами, в шёлковой ночнушке, что выглядывала тонкой бретелькой на плече из-под спустившегося рукава домашнего халата. Хината уютная, мягкая, нежная, но при этом манящая и соблазнительная. «Моя девушка настоящий ангел!» — Наруто почувствовал, как сердце пронзила новая стрела любви, и расплылся в глупой мечтательной улыбке. «Ага, только дырку в ней взглядом не прожги, герой-любовник! А то она уже, смотри, как вспыхнула от неловкости!» — рассмеялся Курама и вернул Наруто в реальность. — Кстати, это тебе, даттебайо! — спохватившись, Узумаки схватил букет со стола и протянул его Хинате, слегка смущаясь. — Я попросил Ино помочь выразить то, что чувствую. И в общем, вот… Хината аккуратно взяла цветы, внимательно рассматривала их, бережно касаясь белоснежных лепестков, — впервые она получила букет от своего парня, ещё и такой необычный. Хьюга отметила про себя, что нужно будет узнать у Ино скрытое послание, которое хотел передать Наруто. — Спасибо, — прошептала Хината и поморщилась от саднящего горло чувства. — Сильно болит? Стоп, не отвечай! Глупый вопрос был, понятно ведь, что сильно. Узумаки был не на шутку взволнован, так как, если разобраться в деталях, то именно из-за него любимая сейчас страдала. И натянутая улыбка Хинаты совсем не успокаивала джинчурики. Но Наруто настроен решительно: не зря ведь подготовился. Он взял аптечный пакет и вывалил на стол гору всевозможных лекарственных леденцов от боли в горле с разнообразными вкусами. — Я не знал, какие лучше и какие тебе нравятся, поэтому купил все, что там были, ~ттебайо. Здесь есть с мятой, с малиной, с мёдом и апельсином… — перечислял Наруто, наспех читая надпись на каждой упаковке. — Я заходил утром к Куренай-сенсей, она сказала, что это должно помочь. И ещё мороженое — точно! Сходим вместе за мороженым, даттебайо? Хината держала охапку цветов и ошеломлённо смотрела на кипу таблеток, на непривычно встревоженного Наруто, на коробку со сладостями и специальные персиковые моти для отца и Ханаби. А потом она улыбнулась. Хинату даже не очень сильно смутил тот факт, что Наруто побывал у её наставницы и явно рассказал в общих чертах, что произошло между ними вчера вечером. Сейчас для неё это все — настоящий признак заботы и любви, пусть и немного непривычный. Хината благодарно одарила Наруто лёгким поцелуем в щеку и взяла одну из предложенных конфет. Узумаки воспринял этот знак, как согласие на прогулку. — Я тебя тут подожду. Наруто проследил, как Хината поднялась в свою комнату наверх, и довольно улыбнулся, словно кот, которому налили сметаны — он сумел удивить любимую. Хината собралась быстро, не желая рисковать ещё одной возможной встречей отца и своего парня пока она будет отсутствовать. За это время аптечный леденец успел подействовать, и боль в горле уменьшилась, теперь говорить и глотать было не так дискомфортно, как ранее. Поэтому когда Хината вновь вернулась к Наруто на кухню, то взяла ещё несколько конфет в карман на всякий случай. — Мне правда лучше, — попыталась заверить Наруто куноичи, но он все равно настоял на своём. Теперь парочка шла за руку по торговому кварталу Конохи в направлении кондитерской: Хината — смущаясь от лишнего внимания со стороны, а Наруто — напротив, сверкая любовными вибрациями так, что некоторые люди оглядывались. — Наруто-кун, на нас все смотрят, — робко прошептала Хината. Ей неловко от такого интереса обычных прохожих, хотя довольно приятно, что многие смотрели на них с умилением. — Пусть видят, какая у меня красивая девушка, ~ттебайо! — Наруто широко улыбнулся и крепче сжал ладонь Хинаты в своей. — Йоу, Наруто, Хината! — их окликнул знакомый голос в перемешку со привычными звуками чавканья. Чоуджи приветственно помахал им, как обычно, уплетая что-то вкусное. — Чоуджи-кун! — Здорова, Чоуджи! — Выбрались на свидание? — хитро усмехнулся Акимичи и достал из кармана новую шоколадку, а Хината про себя отметила, что где-то уже видела эту обертку. — Можно и так сказать, даттебайо, — Наруто неловко почесал затылок. — Кстати, Наруто, спасибо за шоколадки! — Чоуджи демонстративно смачно откусил сладость. — Точно ничего, что ты их мне отдал? — Не, все в норме, они мне были не нужны, — отмахнулся Узумаки и поймал на себе вопросительный взгляд Хинаты. — Ладно, Чоуджи, мы пошли. Бывай! Друг ушел дальше по улице, оставив парочку прогуливаться наедине; и джинчурики теперь не отвертеться от объяснений: — Наруто-кун, ты отдал все сладости Чоуджи? — Хината сама не понимала, злиться ей или радоваться. — Ещё вчера, — виновато скривился Узумаки. — После нашего разговора я не мог их оставить у себя… — Но это не справедливо по отношению к тем девушкам, — перебила его Хината. — Принимать от них шоколад было нечестно по отношению к тебе! Это гораздо важнее, даттебайо! — не унимался Наруто, заглядывая в глаза любимой со всей серьезностью. — Я оплошал и постарался хоть так исправить свою ошибку. Больше подобного не повторится, мне нужен шоколад только от моей Хинаты! Хьюга отвела взгляд и прикусила губу: может, это и неправильно, но ей чертовки приятно, что Наруто сделал нечто подобное, чтобы сгладить ситуацию. А утренний неожиданный визит в придачу к этому ещё больше растрогал сердце Хинаты: Наруто действительно хотел извиниться не только на словах, но делом доказать, что только она для него важна. Помедлив ещё мгновение, наблюдая, как выжидающе встревоженно смотрел на неё Узумаки, Хината мягко улыбнулась: — Спасибо, что понял мои чувства, Наруто-кун. Джинчурики облегченно выдохнул — он прощен, теперь уж точно! Все-таки советы из книжки, которую подарил ему Сай, реально помогли восстановить брешь в их с Хинатой отношениях, хотя на первый взгляд казались совершенно простыми и не особо эффективными. Наруто отметил, что надо бы время от времени почитывать это «Руководство», глядишь, он начнёт понимать Хинату лучше. Они уже дошли до кондитерской, где продавали мороженое — по слухам самое лучшее и вкусное в Конохе. В небольших холодильниках лежали разнообразные виды и вкусы холодного лакомства: сорбеты в вафельных рожках, фруктовый лёд на палочке, брикет сливочного пломбира меж двумя мягкими шоколадными печеньками, щербет с орешками в глазури и много другого. От такого количества вариантов Хината немного растерялась сначала. — Так много всего… Может, возьмём клубничное? Или лимонное? Какое бы ты хотел, Наруто-кун? — Хм-м-м… — Узумаки внимательно рассматривал холодильник с прозрачным стеклом, на глаза попался уже знакомый фруктовый лёд с двумя палочками. — Давай возьмём такое? Старик-отшельник мне когда-то покупал такое, когда мы путешествовали вместе… Наруто печально улыбнулся, но на душе стало тепло: теперь он мог разделить это мороженое с ещё одним особенным человеком в его жизни и дать воспоминаниям новый смысл. Хината заметила тень перемены настроения любимого и будто поняла все без слов — она коротко кивнула и крепче сжала ладонь Наруто, переплетая их пальцы. Вместе они создадут много светлых и счастливых моментов для друг друга, и пусть этот будет один из них. — Отличный выбор, оно должно быть очень вкусное, — согласилась Хината и поймала благодарную улыбку в ответ. Наруто уже расплачивался за покупки, как к кондитерской подошла шайка уже знакомых Узумаки девчонок. Они толпились прямо у входа и что-то шумно обсуждали, заглядывая внутрь в поисках своего семпая. Одна из фанаток громко взвизгнула, заметив Наруто, и вся стайка мигом забежала в магазин, обступив парочку со всех сторон. Обойти препятствие из фанаток было просто невозможно, и Наруто краем глаза заметил, как Хината напряглась и нервно сжала губы. «Черт! Какого они постоянно появляются так не вовремя? Только все наладилось!» — мысленно выругался Наруто. — Наруто-семпай! Наруто-кун! Это правда, что вы отдали мой шоколад? Разве так можно поступать? Зачем так делать? Это нечестно! — вразнобой кричали девушки с ноткой негодования в голосе, напрочь игнорируя присутствие Хинаты рядом с Узумаки. Наруто глубоко вдохнул, стараясь совладать с эмоциями и подобрать более подходящие слова, чтобы закончить весь этот сюр и расставить все точки над і раз и навсегда, но, к его удивлению, возгласы толпы разрезал голос Хинаты, будто горячий нож мягкое масло: — Вам не кажется слишком наглым дарить шоколад на день Валентина парню, у которого уже есть девушка? Сворачивайте ваш фан-клуб по-хорошему… Голос куноичи звучал холодно и властно. Кажется, Хината неосознанно даже активировала бьякуган, что придало ее виду ещё больше непоколебимости. Наруто смотрел на любимую ошеломлённым взглядом с толикой до сего дня неизвестного ему благоговейного трепета. Такую Хинату он ещё не видел ранее, и это будоражило странные чувства внутри. «Пожалуйста, наступите на меня, госпожа!» — внезапно проскочила фраза в голове джинчурики, которую он и сам от себя не ожидал. «А она, оказывается, умеет доминировать. И тебе это нравится, я погляжу, маленький извращенец!» — ехидно рассмеялся Курама. «Заткнись, даттебайо!» — вмиг смутился Наруто, краснея кончиками ушей. Ему нечем крыть! Да и стоит ли? «Лучше бери инициативу в свои руки, а игры «кто сверху» оставь для спальни», — посоветовал лис — и как раз вовремя. — Ты… — злобно зашипела одна из фанаток, обращаясь к Хинате, но запнулась, потеряв дар речи, как и все присутствующие в кондитерской от того, что сделал Узумаки. Наруто притянул к себе Хинату и впился в её губы нежным поцелуем, игнорируя всех вокруг — надоело объясняться по-хорошему, если не понимают слова, то пусть видят все своими глазами и отстанут от них раз и навсегда. Хината попробовала отстранится возмущённо, легонько упираясь ладошками в грудь Наруто, но её слабые попытки быстро сошли на нет, и куноичи расслабилась и обмякла в руках любимого. Спустя несколько сладких секунд Наруто разорвал поцелуй и довольно усмехнулся, глядя на милое смущенное личико Хинаты. — Н-Наруто-кун, все смотрят… — она уткнулась в его грудь лицом, краснея ещё сильнее. — Никто из вас никогда не сравнится с Хинатой, понятно? И я люблю только Хинату — запомните это раз и навсегда! — серьезно заявил Наруто и окинул толпу девушек слегка озлобленным прищуром. Он бережно прижал к себе Хинату, будто негласно напоминая всем вокруг: «она моя!». — В-ваше мороженое, — запинаясь, продавец постарался разрядить немного напряженную обстановку. — Спасибо, — Наруто коротко кивнул, взял пакет с покупкой и вновь обратился к все ещё ошеломленным фанаткам. — А теперь, пожалуйста, дайте пройти. Нам с моей будущей женой хочется продолжить свидание, ~ттебайо. Толпа медленно расступилась, и Наруто победно вышел из магазина, обняв Хинату за талию. Только-что-распавшийся-фан-клуб-Узумаки проводил парочку шокированным взглядом; смущённая Хьюга молча следовала за своим парнем, хотя внутри тысячи маленьких Хинаточек в панике пытались потушить разгоревшийся любовный пожар. Наруто ускорил шаг и едва сдержал решительный вид на лице под напором смятения от того, что только что сказал и натворил, а с гогочущем Курамой в сознании это ещё сложнее. Стоило им только завернуть в безлюдный переулок, как все эмоции выплеснулись наружу. — Наруто-кун, бака! — пискнув, Хината спрятала алое, как маков цвет, лицо в ладонях. — Знаю, я перегнул! — согласился Узумаки, нервно ероша волосы. Он сам от себя не ожидал подобной выходки. — Прости, пожалуйста! Не знаю, что на меня нашло. — Но может… — Хината медленно приходила в себя и старалась дышать размеренно, чтобы успокоить бешеный ритм сердца. — Вдруг они и в правду отстанут от тебя после этого поцелуя? — Ты тоже круто дала им отпор, даттебайо, — усмехнулся Наруто, вновь вгоняя Хинату в краску. — Кстати, об этом… Я открыл новое желание с твоего подарка — первое. Расскажешь подробней? Узумаки достал из кармана сложенный вдвое листик и раскрыл его, демонстративно показав написаное аккуратным почерком Хинаты короткое послание — «Поцелуи». Казалось бы, что все предельно просто и ясно, но Наруто в тайне надеялся, что на скрытый бонусный смысл вытянутого желания. И отчасти оказался прав. — Это… — Хината робко закусила губу, пряча взгляд. — Весь день Наруто-кун может целовать и требовать мои поцелуи. — Весь день? — лицо джинчурики расплылось довольной улыбкой. — Угу, — смущённо кивнула Хината, добавив: — Когда, куда, как, где и сколько захочешь… Наруто на секунду завис, переваривая услышанное: это же почти полный доступ на любые его действия, ещё и на весь день! В голове Узумаки сразу будто раскрылся свиток длинною в несколько метров со списком всех желаемых поцелуев, которые он собирался сегодня получить от Хинаты; и кровь непроизвольно стала бурлить возбуждением. Хината сделала ему лучший подарок на день Валентина — бесспорно! — Знаешь, в феврале довольно холодно есть мороженое на улице, — двусмысленно усмехнулся Наруто, подходя к разговору со стороны. — И мы с тобой вчера вечером так и не выпили чай вместе. — Вчера многое пошло не по плану, — робко согласилась Хината. — К тому же, мне уже хочется воплотить в жизнь своё желание, — продолжил Узумаки. — Может, пойдём ко мне? — Н-но сейчас только утро, — краснея, пролепетала Хината, разгоняя нетерпение Наруто ещё больше своим милым личиком. Она вроде и готова к новым приключением эротического характера вместе с Наруто, но не ожидала, что все будет происходить так стремительно. — В этом и суть, ~ттебайо: когда, куда, как, где и сколько захочу… Или ты против? — хитро мурлыкнул Наруто. Он протянул Хинате руку, словно приглашая пойти за собой, и ожидал ответа: если любимая откажет — Наруто поймёт и не будет торопить события. Но Хината медлила всего мгновение: размышляя, нужно ли будет ей оправдываться вечером перед отцом за своё долгое отсутствие; но откинув сомнения, решительно взяла Наруто за руку. — Нужно быстро вылечить твоё горло, Хината, — Наруто вновь нежно поцеловал губы любимой. — У нас впереди долгий интересный день… — Наруто-кун, ты неисправим! — Хината смутилась, но на её лице сияла счастливая улыбка. — Готовься ощутить силу моей любви, Хината! Я зацелую каждый сантиметр твоего тела, даттебайо!