Проклятый дом.

6 мая. Утро воскресенья.

— Доброе утро, Влад! — девушка заходит в библиотеку уже в рабочей одежде. Волосы завязаны в тугой хвост и прикрыты платком. ~как шумно~       Парень скривил недовольное лицо и посмотрел на Ирис. Он всё также сидел в кресле около камина. Видимо, это его любимое место. — Не дуйся — лопнешь, — девушка поставила на подоконник ещё один горшок с цветком, а после достала те самые шторы, которые забрала несколько дней назад. — Ну что, призрачный друг, помогай развешивать. Я несколько дней стирала это. Оказывается, их надо стирать на руках. Вы — богачи — всегда так заморачивались? — как бы недовольно фыркнула та, посмотрела на Влада и засмеялась.       Парень сидел в кресле с недоумением и раздражением на лице. ~я и работать? Да ты знаешь кто я? ~ — Пхахаха! Князя потрудиться заставили) ох, Ваша Светлость, не соизволите ли Вы помочь хрупкой девушке повешать столь тяжёлые шторы? — нежно и с улыбкой говорила та, на что Влад лишь больше злился и хмурился. ~сейчас дошутишься, чудачка~ — Ой какие мы злые. Ну и ладно, сама разберусь, — фыркнула та и поставила лестницу, которую стащила со стеллажей. . . . — Повешала! Я одну повешала! Это уже успеА-       Девушка свалилась с лестницы, сильно ударившись об пол. Простонав от боли, та согнулась клубочком и схватилась за голову. В глазах темнота, в ушах — шум. Лежала она так минут пять, пока боль немного не стихла. — Я в порядке. В порядке. Если тебе хоть каплю интересно, — бурчала та, уже сидя на полу и разминая виски. ~сиди, чудо иноземное~       Ирис почувствовала чью то руку на голове. А затем… Нежное поглаживание. — Ты так меня утешаешь? Или подгоняешь?       Беловолосая подняла голову и увидела, что все шторы уже повешены. —… А РАНЬШЕ ТЫ НЕ МОГ ТАК СДЕ- ццццц, ааай…как же больно, — девушка легла на пол и продолжила…отдыхать. Всё же удар был сильный. . . . — Влад… Я пойду домой. Не могу прийти в себя, сильно ударилась. Я ещё вернусь, но на сегодня мои полномочия всё. Всё… Стук. Согласен. — Спасибо, дружище. Я ещё вернусь, — Ирис взяла портфель и ушла домой.       И остался Влад один. Вновь один.       Задернул шторы, поставил книги на полки, сел в кресло и всё…стихло.

День. Два. Три.

Неделя.

Он ждал.

      Сомнения всё больше забивали голову призраку. Она обиделась. Испугалась. Злится. Ей плохо. Её наказали. Да что там с ней случилось?!       Тишина давила на нервы, что, казалось, давно должны были потерять своё влияние на призрака. Всё сильнее звучал шум в ушах.       Шаги на первом этаже. ~она? Пришла таки?! Почему так долго?! ~       В библиотеку зашёл какой-то парень, осмотрелся, хмыкнул и пошел высматривать книги. — Так. Это хлам, это нудятина. О, а это и продать можно.       Эти слова окончательно вывели Влада. Бушующий гнев отразился содроганием стен. Книги начали падать с полок, подниматься над полом и кружить вокруг него самого. Парень, что пришел воровать книжки, потерял дар речи, выронил книги и с криками умчался прочь.       Тишина. Опять гробовая тишина. Беспорядок. ~чудачка будет злиться. Если вообще придёт…~

Ещё через неделю.

      Шаги. Ближе. Ближе. Открывается дверь. В библиотеку входит беловолосая и осматривается. — Влад, я вернулась.       Перед ней появляется Влад. Очень злой, нахмуренный. ~где ты была?! ~ — Не злись. Мне пришлось проходить обследования. Были подозрения на сотрясение. Первая степень, оказалось. Таблетки, всё такое. Еле встала и пришла к тебе. Я же… обещала вернуться.       Призрак исчез и в мгновение оказался около кресла, где обычно сидит девушка. Похлопал по нему, как бы намекая на то, чтобы она села туда.       Ирис спокойно села и расслабилась. Шуршание бумагой раздалось над ухом. Взяв листок, девушка прочитала надпись. " Имя» — Имя? Моё что-ли? Я не говорила? Ох, это. Ирис. Ирис Солнцева, — запинаясь произнесла она, будто вспоминание давалось с трудом. Боль всё ещё не ушла и порой знатно мешала соображать. ~Ирис значит. Красивое имя~ — М…моё обещание. Я скоро приступлю к уборке. Но не сегодня…– вымученно проговорила та, вновь схватившись за голову. ~неужели так больно? ~       Он подсел рядом и погладил по голове. ~не ной. Шумно~

Следующий день. 29 мая.

— Я вернулась. Захватила с собой гору обезбола и бутылки с водой. Постараюсь продержаться дольше, чем вчера. К тому же второй этаж всё ещё не убран. Так что, я начну, — девушка взяла нужные вещи и ушла в соседнюю комнату. Детская девочки. ~вчера ты плакала от боли, а сегодня убираешься? Решила себя с этого света свести? Рано тебе, Дурёха~       Но парень так и сидел в библиотеке. Сидел и ждал её, чтобы после тяжёлой работы усадить в кресло и дать отдохнуть, хоть немного оправиться. Ему нужна здоровая …уборщица. — Влад, я нашла что-то типо личного дневника девочки. Лет семи, — Ирис зашла в комнату со старыми листами, которые обвязаны верёвкой.       Парень оказался перед ней, забрал листы и стал просматривать их. Пока он не видел, девушка продолжила уборку в комнате девочки. Иглы в игрушках, в стенах. С кладбища. Жутко.       Ирис брала их только в перчатках, складывала в пакет, а после собиралась сжечь, предварительно посыпав солью. В комоде девушка нашла детские рисунки. Семья. Мама, папа, брат и сестра. Все улыбаются, всё хорошо. А потом… Няня и гвозди. Няня и розги. Няня и ключ. Что это вообще за изверг был? Почему? Зачем так жестоко к столь юной особе? Стук. Он знает ответ. — Иду я, иду. Что случилось? — девушка взяла рисунки, закрыла комод, вышла из комнаты и окончательно её заперла. С первой комнатой покончили. — Ну что? — Ирис зашла в библиотеку и посмотрела на то самое кресто.       В нём сидел призрак и перечитывал писанину девочки. После посмотрел на беловолосую и положил на стол рукописи, намекая, чтоб она прочла их. — Ладно, посмотрим. Софья. Семь лет. «25 апреля. Сегодня папа ездил в соседний город и привез нам с Владиком конфеты! Они были такие вкусные! Но братику не понравилось и он отдал всё мне. 3 июня. Владик сдал экзамены! Теперь он поедет за границу учиться! Он обещал, что привезет мне подарки! 14 июля. Вчера был сильный дождь и ветер. Матушка заболела. Со мной теперь играет няня Фрося. Папа и братик так и не приехали, они сильно заняты. 4 августа. Няня била меня по рукам за то, что я замарала их, пока рисовала. Мне нужно быть аккуратнее. Братик не пишет. 8 октября. Матушка… Умерла… Братик пишет мне письма и обещает, что скоро приедет. Папы так и нет. 17 ноября. Няня бьёт меня за любой проступок. А иногда и просто так. Почему? Что я сделала не так. Она даже не говорит! 7 января. Она! Она заперла меня в комнате и не кормит! И постоянно говорит, что я сильно похожа на маму. А ещё я поняла, что она любит папу. Тогда почему меня бьют? Я же папина дочь. 13 марта. Мне страшно. Няня отпустила всех людей из дома. Братик и папа не отвечают. Я слышу её злой голос. Братик, спаси!»       Перед Ирис упал листок со словами «она умерла вечером того же дня». — Как… Ужасно… Получается, эта тётка любила вашего отца, а сестру твою ненавидела за то, что та так сильно похожа на мать? Поехавшая, — констатировала факт Ирис и отложила бумаги, чувствуя внутри не то злость, не то жалость. Но перед девушкой начало проявляться семейное фото Влада: — Спасибо. Теперь я знаю чуточку больше о случившемся.