Дорога домой

Полуденный свет пробивался сквозь жалюзи, падая полосами на Софи. Пыль медленно оседала в воздухе, а в душный кабинет едва пробивался необходимый ветерок. Дженнифер чувствовала умиротворение от того момента и уединения с миссис Смит — она никак не могла сдержать легкой, почти смущенной улыбки на лице, когда Софи попросила ее задержаться после занятий. Весь день женщина была сосредоточена на занятиях, но когда все классы закончились, а Дженнифер осталась сидеть за своей партой, лениво наблюдая, как пустеет кабинет — Софи заметно расслабилась. Мягкость ее взгляда коснулась лица девчонки, скользнув к кистям, неловко теребящим ручку. Медленно встав со стула, миссис Смит двинулась в сторону Дженнифер и, остановившись прямо перед ней, опираясь на твердую поверхность соседней парты, довольно произнесла: — Меня радуют твои последние успехи на занятиях. Джен моргнула, уголки ее губ задрожали и вытянулись в широкую улыбку. Она обожала, когда Софи подмечала это, хвалила и будто бы гладила по голове в успокаивающем жесте. Она могла поклясться, что буквально жила ради этих редких моментов, когда Софи просила ее задержаться, когда все внимание всецело было приковано к ней. — Я стараюсь, — почти мурлыча, протянула Дженнифер. — Мне очень помогают дополнительные занятия с вами. — Отрадно это слышать. Как твои дела дома? Дженнифер никак не могла отвести глаз от плавных движений женщины: то, как она улыбалась, как заправляла непослушные короткие волосы за ухо, как менялись складки на ее одежде, когда она чуть двигалась. Юную Дженнифер пожирал интерес. Она смотрела на Софи с восхищением, с каким-то немым обожанием и пониманием, что именно такой она и хочет вырасти: уверенной, женственной, приковывающей взгляды. — На самом деле не очень, — пришлось закусить губу, чтобы не уйти в мысли о проблемах дома, сейчас это меньшее, чего желала Лестер. — Большую часть времени я провожу либо в школе, либо у Стейси дома. Мы вместе делаем уроки и гуляем, а к вечеру я возвращаюсь к себе домой. — Понятно, — Софи чуть нахмурилась, коротко кивая. — Мне жаль, что тебе приходится проходить через это… В ласковом, спонтанном решении миссис Смит нагнулась к Дженнифер, аккуратно касаясь ее щеки и чуть поглаживая большим пальцем. Лишь на секунду девчонка замешкалась — подняла большие испуганные глаза, ощущая тепло чужой ладони, но в следующее мгновение доверительно прижалась к руке. Ей была приятна такая забота, ей было приятно внимание Софи, и, как ей казалось, в поведении преподавательницы не было ничего выходящего за рамки дозволенного. Дженнифер никогда не думала — касается ли Софи таким образом других учеников, ведь в ее голове сформировался четкий образ того, что она была почти особенной, даже несмотря на то, что временами Софи оставляла после уроков других. — В моей семье тоже случалось такое, — тихо продолжила женщина, соскальзывая пальцами со щеки и теряя контакт с теплой кожей. — И я всегда здесь, если тебе понадобится какая-либо помощь или поддержка. Дженнифер хорошо запомнила тот день, как и другие теплые дни, когда Софи оставляла ее после занятий, интересуясь, как идут дела и не поменялось ли что-то в семье. Пожалуй, миссис Смит была единственным человеком, помимо Стейси, которая знала о том, что происходит у нее дома, и чаще всего спрашивала об этом. А после, расспросив Дженнифер о семье, разговаривала о чем-нибудь еще, рассказывая истории из школы, своего детства и активно обсуждая книги, которые они обе читали. Дженнифер также помнила, как первый раз их увидел мистер Харрисон — ее учитель биологии. Школа уже пустела, большинство учеников разъезжали по домам, так что не удивительно, что его привлек разговор в полупустом кампусе. Дженнифер сидела прямо на парте, общаясь с Софи, которая сидела напротив и внимательно слушала о том, как девчонка прошлым летом собирала ягоды и травы для чаев, чтобы потом экспериментально получить лучшее сочетание. Она была увлеченной в том, что любила, поэтому всегда рассказывала живо и быстро, заставляя Софи улыбаться. Миссис Смит заметила его первой — застрявшим в дверях и пристально наблюдающим за ними какое-то время. Он ничего не говорил и не спрашивал, и только когда Дженнифер удивленно замолчала, повернувшись к двери и заметив мужчину, он дружелюбно кивнул головой, а затем исчез с поля зрения. — Интересно, чего это он хотел? — задумчиво протянула Джен, переводя взгляд на Софи и заметив беспокойство на ее лице. — Наверное, подумал что это мы тут с тобой расселись, когда все классы уже закончились, — секундная растерянность женщины тут же сменилась мягкой улыбкой, и она, похлопав себя по коленям, неохотно встала. — Время уже позднее, нужно собираться домой… Тогда Дженнифер не придала этому значения. Она продолжала упорно учиться, гулять со Стейси, изучать травы для чаев и иногда оставалась после уроков с Софи. Миссис Смит, правда, стала прикрывать дверь, отшучиваясь, что чужим глазам и ушам здесь не место, а они имеют право секретничать сколько захотят — и Дженнифер нравился такой расклад. С каждой новой встречей она все больше привязывалась к Софи, хотя зачастую ей казалось, что все эти разговоры — какое-то снисхождение, и что вообще могла обсуждать взрослая женщина со школьницей. Даже Стейси, заметив, что Джен остается после занятий, так и спросила: «О чем тебе с ней разговаривать?». И растерянная таким вопросом Дженнифер почему-то соврала. «Об учебе». Вот так, что и не докопаться. Стейси и правда после этого отстала, потому что видела, как в какой-то момент дела с учебой пошли на спад, а в последнее время стабильно стали налаживаться. Может, поняв, что к этому совершенно невозможно придраться, Дженнифер так и ответила, когда мистер Харрисон поймал ее в коридоре, интересуясь, все ли в порядке у них с миссис Смит и о чем та бесконечно беседует с юной Лестер. Подсознательно Дженнифер чувствовала, что этот вопрос не к добру — к тому же, она несколько раз замечала мистера Харрисона, ошивающегося у кабинета Софи, но не говорить же ему о том, что они вроде как общаются. В самом-то деле! Мистер Харрисон жуткий зануда и сноб, он никогда в жизни не поверит в то, что Дженнифер рассказывает Софи о последних вышедших комиксах Марвел, о том, как она гуляет со своей собакой и, по правде говоря, иногда сплетничает о других преподавателях. — Что вы, миссис Смит очень помогает мне! В последние несколько недель у меня возникли проблемы по социологии, — Дженнифер невинно захлопала глазами, глядя на мужчину. — Поэтому я стала ходить на дополнительные занятия и иногда оставаться после учебы, чтобы обсудить какую-либо тему. — Вот как, — он улыбнулся, и его густые усы поползли вверх. — Это хорошо. — Если позволите, я пойду, — Дженнифер выглянула за спину мужчины, делая вид, что кого-то увидела. — Одноклассница ждет меня в библиотеке и будет в бешенстве, если я задержусь. — Конечно, — пропуская девчонку, мистер Харрисон задумчиво поправил свои очки и двинулся в сторону своего кабинета.

***

Дженнифер проснулась из-за яркого луча света, пробивающегося аккурат на ее лицо из-за тонкой полоски между занавешенными шторами. Первым, что она ощутила, была сильная жажда, а во рту ощущался вкус свалявшейся собачьей шерсти — Дженнифер точно помнила его еще когда в детстве играла с собакой Стейси, и мех той забивался ей в рот. Веки были тяжелыми и опухшими, девушка чувствовала это, даже не глядя в зеркало. Прошлая ночь явно удалась, подумалось ей, и она, преодолевая жуткий дискомфорт, попыталась разлепила сонные глаза. Наощупь пытаясь достать свой телефон с тумбочки, она внезапно не обнаружила его — да и тумбочки на привычном месте тоже не было. «Так, стоп», — мучаясь от резкой головной боли, она открыла глаза и моментально подтянулась на кровати. Комната была не ее. Кое-как найдя телефон под подушкой, она обнаружила два пропущенных от Чарли, его короткую эсэмэс: «Где тебя носит? Неужели корпоратив был такой удачный» — а дальше этот пошло-ухмыляющийся смайлик. Впрочем, это в стиле Чарли. Быстро закрыв пуш и решая, что она разберется с этим позже, Дженнифер быстро смахивала скопившиеся за ночь уведомления, пока не наткнулась на еще один — от Софи. Софи, [03:15]: Можешь передать ключи бармену, он будет работать с одиннадцати. И все. Дженнифер даже моргнула, чтобы убедиться, что ей не показалось. Интересно, что побудило Софи написать ей в ночи? Почему она не спала и чем она занималась? Лестер вспомнила о последних словах женщины, брошенных почти незаметно — ее ждали, она должна была уйти. Нехорошее чувство заставило желудок Дженнифер сжаться, и только усилием воли она заставила не накручивать себя и не думать о том, чем занималась Софи прошедшей ночью. Более насущным вопросом было то, где она, черт возьми, оказалась? Обстановка была ей не знакома, и она с уверенностью могла сказать, что не была здесь никогда прежде. В комнате не было ничего личного или хоть чего-то, что делало бы ее не обезличенной — теплые однотонные обои, кровать, небольшой комод и зеркало. Ну прям-таки из каталога Икея, подумала Дженнифер, выскальзывая из-под одеяла и намереваясь обследовать дом. Аккуратно приоткрыв дверь, она облегченно вздохнула, услышав, как Бриттани с кем-то разговаривает по телефону. Заметив Дженнифер, она дружелюбно улыбнулась и жестом показала присаживаться рядом. Помимо разложенных контейнеров с едой на столе стоял еще один фирменный пакет из доставки, и пока Лестер нещадно тормозила, совсем теряя связь с реальностью, Бриттани вытащила несколько контейнеров, ставя их перед лицом девушки. — Все, я перезвоню позже, — безапелляционно заявила она, бросая трубку, а затем подняла взгляд на Лестер. — Доброе утро, надеюсь, это не я разбудила тебя. Я взяла на себя смелость заказать завтрак, но так как я не знала, чем обычно ты завтракаешь, я заказала все… Дженнифер растерянно почесала щеку, глядя на кучу контейнеров: английский завтрак с бобами, скрембл с тостом и авокадо, панкейки с кленовым сиропом, сэндвич и даже кукурузная, прости господи, каша. Растерянный смешок вырвался у нее из груди, и она медленно перевела взгляд с еды на Бриттани. — Ты шутишь? — Нет, — растерянно, абсолютно не понимая Дженнифер, протянула Мартинез. — Что не так? — Все так, но… я имею в виду, — Джен села за стол, мельком глядя на заранее заваренный кофе. — Не стоило… Я даже не знаю, что сказать. Заметно расслабившись и поняв, что девушка просто не ожидала такого широкого жеста, Бриттани протянула ей чашку с кофе. — Не бери в голову. Мне просто принципиально важно, чтобы мои гости с утра были сыты и довольны, а после вчерашней попойки это явно необходимо. Дженнифер понимающе хмыкнула и, чувствуя предательское урчание в желудке, подтянула к себе контейнер с английским завтраком. Сытно и питательно. — Кстати, о вчерашнем, — заикнулась девушка. — Как я оказалась у тебя дома? Последнее, что я помню, это как гости стали расходиться и я пыталась найти ключи от бара. Да уж, жутко я стрессанула… Мы же… Не…? — О, нет-нет, — только спустя пару секунд Бриттани поняла, о чем спрашивала Дженнифер. — Я не из тех, кто пользуется пьяным состоянием девушки, так что в другой раз. Бобы чуть не застряли в горле Дженнифер, и она поспешно сделала глоток кофе. К щекам моментально прилила кровь, заставляя ее смутиться. — Я шучу, боже, ты вся раскраснелась, — засмеялась Мартинез. — Вчера нам удалось найти ключи от кафе, мы дождались, когда все уйдут, я спросила твой адрес, чтобы вызвать такси, но ты упорно не хотела его вспоминать. Так что я приняла решение, что ты можешь отоспаться и у меня, ну, в надежде, что с утра ты все же вспомнишь, где ты живешь… — Черт, — Дженнифер схватилась за голову, чувствуя себя невероятно стыдно. — Извини, со мной редко такое случается, и уж тем более не с коллегами по работе. — Ауч, — женщина притворно отшатнулась, словно ей дали пощечину. — Я думала наши разговоры о выборе нижнего белья и о том, в какой лучше стрип-бар сходить, делали нас чуточку ближе, чем просто коллегами. Но если ты настаиваешь на рабочих границах, я не буду гнуть свое. Чувствуя себя крайне неловко, Дженнифер прикусила край языка. Ей нравилась компания Бриттани, и ей было весело, когда они разговаривали не только о работе, но вспоминая вчерашний вечер и недвусмысленную реакцию своего тела, она не была уверена, сможет ли продолжить флиртовать с коллегой и по-прежнему хорошо выполнять свою работу. — Я не это имела в виду, — игриво пнув женщину под столом, Дженнифер улыбнулась счастливому лицу Бриттани. — Так расскажи мне, насколько пьяной я была?

***

Неделя пролетела слишком быстро, Дженнифер, казалось, даже не успела прийти в себя после корпоратива. В воскресенье она завезла в «Планету» ключи, как и просила Софи, коротко сообщив ей по эсэмэс, что ключи доставлены. Ответа не последовало. Она не знала, стоило ли ей спросить про Бриттани и то, что их объединяло, или не стоило лезть не в свое дело, но судя по тому, какой отстраненной была Софи — Дженнифер не стала рисковать. Несмотря на обоюдное молчание, Дженнифер много думала о женщине — иначе никак не получалось. В середине недели она встретилась с Бриттани за ужином — маленький уютный ресторанчик очень отличался от того, куда приглашала ее Софи. Казалось, это было богом забытое место, о котором знали лишь «свои», но это ничуть не умаляло его великолепия. Еда была вкусная и сытная, напитки приятным послевкусием перекатывались на языке — одним словом, Дженнифер была в восторге. Она сама не могла до конца понять, чего ожидает от общения с Бриттани, но с ней было легко и весело, она всегда заводила такие темы, которые Лестер с легкостью подхватывала, становясь эмоциональной и быстро жестикулируя. Лишь когда Бриттани упомянула Софи, Дженнифер потеряла прежний энтузиазм, чуть сжавшись и чувствуя себя неловко. — Откуда ты знакома с Софи? — спросила она будто бы между прочим, все еще улыбаясь и игриво прислоняя горлышко бутылки пива к носу. Интересно, какое выражение лица будет у Мартинез, когда она узнает? Дженнифер ухмыльнулась, делая короткий глоток пива. — Она вела у меня социологию в старшей школе. — Ты шутишь! — Бриттани вся вытянулась, нарочито широко открывая рот и удивленно хлопая глазами. — Серьезно, она твоя училка? — Ну да, — пожала плечами Джен, вновь возвращаясь мысленно к Софи и к их странному молчанию. — А вы, значит, встречались? — Ну да, — вторила девушка. — Черт, вот это история! В школе она тоже была такой самолюбивой? Дженнифер неловко почесала щеку. Она не знала, стоило ли обсуждать с Бриттани Софи, но в то же время ей чертовски интересно было узнать, как вышло так, что они начали встречаться, каково это было и долго ли продолжалось. Глаза Брит горели от интереса, и она едва могла усидеть на месте от перевозбуждения. — Самолюбивой? Не знаю, — Джен подперла подбородок рукой, мягко скользя взглядом по лицу Мартинез. — Со мной она была доброй и милой, а преподавала всегда уверенно и жестко, ребята у нее ходили по струнке. — Интересно… И почему с тобой она была милой? Только не говори, что у вас что-то было… — Нет, ты что! — тут же воскликнула Джен, хмурясь. — Ничего. Просто мы отдыхали вместе со школой в Санта-Монике, и за это время мы успели сблизиться. Дженнифер решила не рассказывать обо всем, что сближало их в школе и вне школы позже, вряд ли Бриттани стоило знать все нюансы. Вновь припав губами к бутылке, она заметила, как на лице женщины проходил мыслительный процесс. — Черт, кажется, она как-то рассказывала об этом, — пробормотала Брит, и Дженнифер едва не подавилась пивом, услышав это. — Она вообще не очень-то много рассказывала о своей прошлой жизни, но Санта-Монику точно вспоминала. Я едва могла представить ее училкой, точнее, не могла представить себя на месте ее учеников. — Почему? — искренне удивилась Лестер. — Она редкостная стерва. Сначала я думала, что она набивает себе цену, флиртует, соблазняет, но когда мы стали встречаться — не изменилось ровным счетом ничего. Она продолжала перетягивать все внимание на себя, провоцировала на ревность, флиртовала с другими, чтобы вывести на эмоции. Классическая манипуляторша, которой никогда не будет достаточно тебя и твоей любви… Ой… — Бриттани осеклась, заметив, как поникло лицо Дженнифер. — Извини, я не должна была говорить так о ней? — Нет, я просто… — Джен замялась, чувствуя, как у нее пропадает всякий аппетит, а в голове переворачивается картинка с реальностью. — Я никогда не думала о ней в таком ключе, для меня она всегда была светом, к которому я тянулась в темные времена. А ты рассказала будто бы про совсем другую женщину, которую я не знаю. — Извини, я не хотела тебя этим обидеть. — Все в порядке, мне действительно было бы интересно узнать, какими были ваши отношения, — Дженнифер туго сглотнула, чувствуя, как от обсуждения этих тем у нее учащается сердцебиение. — Когда я знала ее как миссис Смит, она жила с мужем, и я понятия не имела, что она когда-либо будет встречаться с женщинами. — О, об этом она тоже говорила, — Бриттани рассмеялась. — Насколько я знаю, она встречалась со мной дольше, чем с другими. Вряд ли кто-то мог вынести ее слишком долго, хотя она всегда заявляла о том, что отношения ее не интересуют, что она успела прожить кучу лет с мужем и больше не согласна на брак и ограничивать себя одним человеком. И когда она говорила об этом, я прям видела, что это действительно о ней. Софи казалась мне жутко непостоянной, что я, честно говоря, не знаю, как мы смогли провстречаться год, не убив друг друга. Уж не знаю, спала ли она с кем-то на стороне, но я уже заранее смирилась с этой мыслью, как и с ее маниакальным желанием нравиться всем. Дженнифер тяжело вздохнула. Ей было тяжело и странно слышать это о Софи, словно ее мозг отчаянно сопротивлялся верить, что она — такая. Ей тяжело было признать, что в старшей школе она оставалась с Джози после уроков, а затем Джози в кругу своих подружек противно хихикала, гордо заявляя, что у них с Софи отношения гораздо выше, чем просто ученицы и преподавательницы. Дженнифер тогда не вникала и не надумывала ничего, ведь Софи оставляла после уроков и ее — они пили чай, болтали и рассказывали друг другу истории, но Джози была классической дурой, которая раньше всех стала натягивать юбку до груди, надевала неподобающие школе блузки и постоянно сидела у директора за свое вызывающее поведение. Джози каждую вечеринку цепляла какого-нибудь парня и до позднего вечера целовалась с ним на кухне под постоянным вниманием школьников, которые шептались об этом после целую неделю. Джози тоже любила внимание и не могла заткнуться, рассказывая о том, какая Софи, на самом деле, удивительная, чуткая и сексуальная женщина, и будь она мужчиной — влюбилась бы без памяти. Злость на саму себя и на свою наивность накрыла внезапно, заставляя Дженнифер раскраснеться и сжать кулаки. Все складывалось по пазлам, которых у нее не хватало прежде. Она внезапно вспомнила фрагменты из старшей школы: как одноклассники флиртовали с Софи, и она почему-то позволяла это делать — и думать об этом сейчас было странно и отвратительно — Софи любила внимание и комплименты, она подшучивала, становилась мягкой лисой, а потом, словно по щелчку пальцев, возвращалась в роль строгой училки. Может, именно поэтому парни были от нее без ума: пускали слюни, учили все темы, боролись за ее внимание, а она говорило это снисходительно-мурлыкающее: «К сожалению, я замужем». К сожалению, черт подери. Будто бы — не будь она замужем, и у этих прыщавых сопляков, на добрые пятнадцать лет младше ее, был бы шанс. Дженнифер представила себя сидящей вновь в том самом классе, скривившейся от неприязни. Но затем, пропустив все эти прелюдия с мальчишками и отпустив всех по домам, Софи бы вновь оставила ее в школе — иногда она даже не говорила об этом, Дженнифер знала, что миссис Смит будет ждать ее в кабинете, и как только девчонка зайдет, та отложит все дела и, улыбаясь, признается: «Я уж думала, ты не придешь». Это заставляло Дженнифер намертво привязываться к женщине, чье внимание было слаще меда. Ничьего одобрения она не ждала так, как одобрения Софи. С этими воспоминаниями Дженнифер прожила до конца недели, обрывками вспоминая о школьных годах. Из какого-то вакуума ее вытянул лишь звонок Софи, и она несколько раз моргнула, уставившись на дисплей телефона и не веря, что женщина действительно ей звонит. Не пишет, не лайкает ее инстаграм, а по-старинке набирает номер в телефонной книжке без всяких прелюдий. — Алло? — прочистив горло, Дженнифер все-таки заставила себя взять трубку. — Привет, не занята? — бодрый голос Софи раздался на том конце трубки, такой, словно и не было недельного молчания или, быть может, это не вписывалось в рамки странного общения по мнению женщины. — У меня замечательные новости и деловое предложение. — Неужели? — кинув взгляд в ноутбук и отчетливо понимая, что работа может подождать, Дженнифер откинулась на диван, поджимая к себе ноги. — И что же произошло? — Один парень, который был на корпоративе неделю назад, связался со мной и сказал, что был в восторге от помещения. Сказал, что хочет организовать день рождения у меня снова, — Софи явно улыбалась, и эта простая причина для ее счастья заставила Дженнифер улыбнуться тоже. — Так вот, я хотела бы попросить тебя заняться этим. Конечно, я сказала ему, что предоставляла только помещение, а вся организация лежала на твоих плечах, поэтому я позвонила тебе… И вообще я подумала о том, что было бы здорово устраивать в «Планете» какие-нибудь тематические вечеринки, и, может, мы могли бы поработать вместе? Дженнифер усмехнулась в трубку. Такая трогательная речь заставила ее разулыбаться и гордиться своей работой. Она любила, когда гостям все нравилось и они возвращались снова, а тут сама Софи решила предложить поработать вместе, какая честь! — Может быть, — протянула Лестер, уткнувшись подбородком в согнутое колено. — Но я беру приличный процент и у меня собственные подрядчики, ты не станешь со мной конфликтовать? — Да когда такое было? — засмеялась Софи в трубку. — Разве такое возможно? — Возможно, — тут же ответила Джен. — Учитывая то, что я больше не та девочка, которую ты привыкла помнить. Я буду работать с тобой, но прежде я хочу оговорить все нюансы и договоренности, и только после того, как мы придем к единому решению и подпишем договор, мы начнем. Софи на секунду замолчала, заставляя Дженнифер сильнее сжать телефон в руке. Гарднер замолчала, задумавшись о том, что с ней разговаривала уже взрослая девушка, и уверенность в ее словах — восхищала. Софи бы даже сказала, что готова на все, лишь бы Дженнифер стала с ней работать, но вместо этого она выдохнула в трубку: — Как скажешь. Приезжай завтра к десяти в «Планету», мы все обсудим. — К двенадцати и встретимся в Старбаксе на Бэк-стрит. Чувствуя, как адреналин и странное появившееся возбуждение окатило Софи, она мгновенно согласилась, сбрасывая трубку и нетерпеливо ожидая следующего дня.

***

Софи была на месте уже в половину двенадцатого и, найдя уединенный столик, спрятанный в глубине кофейни, присела за него. Еще с самого утра ее терзало неясное чувство тревоги, словно она совершает какую-то ошибку и совершенно необязательно было предлагать сотрудничество именно Дженнифер — в конце концов, в Бостоне было полно специалистов. Софи боялась за то, что они больше не смогут найти общий язык, что Дженнифер из принципа будет гнуть свою линию, как сделала вчера. Лестер уже давно показала, что она больше не такая, какой помнила ее женщина, но между тем в груди Софи таилась надежда на то, что они смогут поладить. Дженнифер объявилась в кофейне ровно в десять минут первого, снимая солнечные очки и ища взглядом женщину. Вся она излучала совершенно невероятную энергетику уверенности в себе: ее ровная осанка, поднятый подбородок, цепкий взгляд и этот почти снисходительный вздох, когда она упала перед Софи, сообщая, что пробки в полдень — это роскошь для Бостона. Девушка выложила целую папку документов, рассказывая Гарднер о том, на каких условиях она сотрудничает и показывая примеры заключенных ею договоров. Она также ввела в курс дела о своих подрядчиках и всех услугах, которые она может предоставить — и Софи слушала ее вдумчиво и заинтересованно, вникая во все бумаги и задавая встречные вопросы. Дженнифер была польщена таким энтузиазмом, что напрямую говорило о том, что для Софи это не было поводом выдернуть девушку на какой-то разговор, а было действительно взвешенным решением. Обычно заказчики быстро подписывали договоры, не интересуясь ни подрядчиками, ни нюансами, единственным их запросом было сделать все в срок и по высшему разряду. И хоть Дженнифер этого без труда добивалась, но искренняя заинтересованность в ее работе и процессах — льстили. — Хорошо, все звучит очень здорово, — подытожила Софи, открывая свой ноутбук и разворачивая его к Лестер. — Тогда, я думаю, мы сможем договориться на счет Дэвиса? Он дал мне краткие вводные для его пожеланий, но я могу оставить тебе его данные, чтобы ты смогла договориться с ним лично. — Отлично, — кивнула Дженнифер, улыбаясь. — Тогда свяжемся с тобой позже? Она хотела было собираться, заставляя Софи неудовлетворенно закусить губу. Женщина не знала, как отреагирует Дженнифер на предложение еще задержаться хотя бы на полчаса, чтобы немного поболтать как в старые добрые времена, но она не могла отпустить ее просто так. Задержав взгляд на сосредоточенном молодом лице, Софи неуверенно спросила: — Не хочешь просто выпить кофе с каким-нибудь нереально вкусным десертом? Дженнифер замерла, внезапно перестав складывать документы в сумку, словно предложение Софи выбило ее из привычного равновесия. Она сама с трудом понимала, какие эмоции испытывает к женщине — с одной стороны, она часто думала о ней, представляя их очередную встречу; с другой — не до конца осознавала, чего хотела от нее Софи, и какая-то небольшая ее часть все еще была задета тем, что женщина просто выпала из ее жизни на несколько лет, несмотря на то, что они были близки. Знакомый теплый взгляд смотрел прямо в душу, заставляя Дженнифер неуверенно сглотнуть. Впервые, совершенно несвоевременно, она задумалась над тем — думала ли о ней Софи, как о потенциальном любовном интересе? Могла ли она испытывать к ней что-то большее, чем просто теплые чувства, когда она еще училась в школе? «Наверняка это было бы странно», — сама себе ответила Дженнифер и растерянно моргнула. — У меня есть буквально двадцать минут до того, как мне нужно будет поехать на следующую встречу, — протянула она. — Поэтому пойдем выберем себе что-нибудь. На удивление — это не было неловко, напротив, Дженнифер даже расслабилась. Она толком не знала, что могла бы рассказать Софи о своей жизни: посвятить ее в будничные заботы или о том, как они встречались с Лорин и та изливала ей душу — все это казалось слишком. Впрочем, Софи всегда находилась с темами, рассказывая о делах с «Планетой» и о том, что в Бостоне не успела обзавестись еще достаточным количеством знакомых, чтобы не думать о том, кого позвать в субботу на барбекю куда-нибудь загород. Дженнифер засмеялась, а потом, как ни в чем не бывало, призналась: — Обожаю барбекю за городом. Софи улыбнулась, внимательно посмотрела на девушку несколько секунд и отвела взгляд. — Значит, я могу пригласить тебя? — Может быть, — Лестер неловко пожала плечами, словно не хотела отвечать однозначно. — Знаешь какие-нибудь милые места? — Я была в Йорке, это в часе езды от Бостона, там зелено и хорошо, — Софи полезла в телефон, чтобы показать пару фотографий с ее путешествия. — Это прям помогает отдохнуть от мегаполиса и побыть наедине с природой. Дженнифер хмыкнула, она очень понимала эти желания и стремления, но говорить об этом не стала. В конце концов, может Софи предложила эту затею с барбекю из вежливости, так часто бывало с другими — эти предложения в духе «как-нибудь», «когда-нибудь обязательно…» — и ничего никогда не доходило до реализации. Взглянув на время, Дженнифер с каким-то сожалением обнаружила, что нужно идти. Несмотря на то, что сама она весьма неохотно делилась своей жизнью, слушать женщину было увлекательно. Собравшись, Лестер вновь не могла никак определиться с тем, стоит ли обнимать Софи или просто махнуть ей на прощание, но, словно подслушав ее мысли, Софи неожиданно встала и развела руки для объятий. Дженнифер доверчиво скользнула в них, стараясь не думать об этом дольше положенного. Это было приятно. Привычно. Ее веки сами собой прикрылись, а сердце забилось быстрее — это было похоже на то, как возвращаться домой, где тебя ждут и помнят. Задержав дыхание, она прижала руки к спине женщины, чувствуя, как чужие ладони осторожно скользнули по ее лопаткам. — Спасибо, что встретилась со мной, — благодарно протянула Софи, отстраняясь первой. Дженнифер держала прошедшую встречу в голове целый день, вспоминая раз за разом теплые объятия, по которым, оказывается, так скучала.

***

Время неслось непозволительно быстро, прокручивая день Дженнифер, словно день сурка: с утра быстрый завтрак, иногда вместе с Чарли, затем куча встреч, звонков и новых проблем с работой, вечером ужин с Лорин или Бриттани, а иногда и одной, и снова спать. Не то чтобы Дженнифер жаловалась на такой темп жизни — это позволяло ей меньше думать о Софи и вещах, думать о которых не рекомендовалось. Зато Чарли нудел о том, что по вечерам у подруги не хватает энтузиазма играть с ним в настолки или смотреть ужастики. В последнее время Дженнифер стала совсем мало уделять времени друзьям, и это еще не говоря о йоге, на которой она не появлялась три недели. Радовало хотя бы то, что, встретившись с Лорин, она не услышала о Софи ни слова, и судя по всему, она все же созрела для того, чтобы найти кого-то получше. Нет, Дженнифер совсем не была против Софи, и тем более Софи с Лорин, но то, как Гарднер обращалась с ее подругой — было выше понимания Джен. Лорин была мягкой и доброй, она всегда обращалась со своими девушками как с богинями, и не заслуживала того, чтобы кто-то ее использовал. Когда Дженнифер озвучила эту мысль, Лорин лишь улыбнулась, а затем безмолвно обняла подругу. Ей была приятна такая поддержка. Она и сама гордилась собой, поскольку последнее их взаимодействие с Софи было почти неделю назад, и хоть Лорин вспоминала о женщине, но ничуть не жалела о содеянном. Она поняла, что устала быть удобной и появляться в тот момент, когда Софи захочется ее увидеть. Словно по щелчку пальцев Лорин бросала свои дела, заказывала такси и ехала туда, где женщина хотела ее видеть. В прошлый раз это случилось в понедельник, у Лорин выдался сложный день и она уже собиралась уходить с работы, как вдруг ее телефон завибрировал, показывая входящее от Софи. Софи, [22:31]: Я, ты, у меня дома? Лорин устало выдохнула. Софи даже не пыталась быть оригинальной или вежливой, ограничиваясь минимумом слов. Видно, дело скоро дойдет до двух смайликов пальцев, после которых Лорин должна скинуть ей бегущего человечка или эмоджи такси, показывая, что она уже в пути. Плюс ко всему, Софи даже не особо любила разговаривать, вечно погрузившись в свои мысли и отстраняясь все сильнее с каждой попыткой Лорин узнать о ней чуть больше. Лорин, [22:32]: Я жутко устала, прости. Софи, [22:33]: Я сделаю тебе массаж? И у меня дома есть вино, поможет расслабиться. Лорин сжала зубы, чувствуя, как ее ломает. С одной стороны — ей невероятно хотелось к Софи, трогать, целовать ее и заниматься сексом, с другой — с каждым разом она все больше чувствовала себя использованной. Кэрол, ее коллега с работы, заметив Лорин, улыбнулась. Она стояла, перекинув через руку тонкий плащ и выглядела такой же уставшей от изнурительной смены. — Тяжелый выдался денек, — пробормотала она, глядя на часы. — Не знаю, как я собираюсь встать с утра. — Понимаю, — отложив телефон в карман, Лорин подняла взгляд на Кэрол. — У меня только один план: выпить бутылочку холодного пива и отрубиться. Блондинистая и голубоглазая, совсем хрупкая — она была полной противоположностью Лорин. Кэрол была из тех людей, которых в коллективе обожали все: она пекла на всех печенье, всегда оказывалась рядом, чтобы помочь или поддержать, и с ней никогда не было проблем. Лорин обожала смены с Кэрол и их короткие обеденные перерывы, когда можно было просто расслабиться. — Хочешь, зайдем в бар? «Шляпа» как раз по пути, я всегда хотела туда сходить, — Кэрол широко улыбнулась, быстро добавляя. — Я угощаю. — Даже так, — неосознанно начать флиртовать было практически фирменной фишкой Лорин, и она вся расплылась, заметив, как Кэрол чуть покраснела от ее мурчащего тона. — Тогда в следующий раз плачу я. Девушка тут же кивнула, заранее соглашаясь с тем, что следующий раз обязательно наступит. Уже сидя за столиком в баре, Лорин вспомнила о неотвеченном сообщении, быстро вынимая телефон и печатая ответ. Лорин, [22:58]: Не сегодня.

***

Это был тяжелый день, половину из которого Дженнифер провела на телефоне в переговорах с подрядчиками, а вторую часть дня полностью посвятила Софи и обсуждению идей для вечеринок в «Планете». Дженнифер, несмотря на усталость, была крайне счастлива видеть вовлеченную Софи — то, как она накидывала кучу идей, было поистине прекрасно. Время от времени они перемещались из кабинета Гарднер вниз, в саму кофейню, перекусывая сэндвичами и кофе. За окном медленно смеркалось, а небо окрашивалось в лилово-оранжевый цвет, жизнь в городе начинала кипеть с каждым часом, и вот уже гул с улицы залетал в помещение с открытой дверью, перебивая спокойную музыку в «Планете». Дженнифер обожала такую атмосферу, которую ловила в мелочах, она смотрела на себя со стороны как на героиню какой-то невероятной мелодрамы — спокойной и размеренной. Она цеплялась взглядом за прохожих, заходящих внутрь, за жестикуляцию рук Софи, за то, как отпечаталась помада женщины на маленькой кофейной кружке, как красиво светились гирлянды в помещении, и самое главное — как уютно она себя чувствовала во всем этом действии. За окном было уже темно, когда они заканчивали обсуждение предстоящей вечеринки, и все это время, которое Дженнифер провела в «Планете» рядом с Софи, у нее никак не выходил из головы тот факт, что та встречалась с женщинами. Что учительница, которую она помнила, которую обожала, была такой же, как и она сама. Удивительно, почему Софи еще ни разу не упомянула свою личную жизнь, словно после развода ушла в монастырь и больше никогда не зарекалась об отношениях. Сложив последние исписанные, потому что Дженнифер так лучше думается, листы в стопку, она подняла взгляд на женщину, размышляя о том, стоит ли вообще заводить эту тему. Сейчас их связывали рабочие отношения, и, быть может, это было бы не совсем профессионально, но Софи уже успела поймать ее взгляд, вопросительно склоняя голову на бок. — Что? — Можно задать тебе вопрос? — Дженнифер неловко прочистила горло, не веря тому, что действительно хочет задать этот вопрос своей бывшей училке. — Только он не касается работы. — Конечно, — Софи даже удивилась, услышав подобное от девушки. — Что ты хотела спросить? Сглотнув слюну и чувствуя, как сердце волнительно начинает биться о ребра от одной мысли, что она услышит это своими ушами от Софи, Дженнифер осторожно поинтересовалась: — Ты встречаешься теперь с женщинами? Гарднер широко и обезоруженно улыбнулась, словно меньшее, на что она рассчитывала — был этот вопрос. Дженнифер могла спросить что угодно, но интересовалась почему-то именно этим. — Да. Вот так просто, что Дженнифер даже не знала, что сказать дальше. Софи выглядела расслабленной и немного уставшей от плодотворной работы, и было заметно, что ее никак не потревожил вопрос девушки, от которого она так нервничала. — Давно? — Давно, — быстро ответила Софи, а затем чуть нахмурилась, пытаясь подсчитать количество лет, если это так интересовало Лестер. — С тех пор, как ты выпустилась из школы. Дженнифер прикусила язык, стараясь не выдать самую очевидную мысль, крутящуюся у нее в голове — «Какое совпадение!». В какой-то момент все исчезло: и фоновая музыка, и красивые гирлянды, и шум с проезжей части — Софи смотрела точно в глаза Дженнифер, словно стараясь предугадать ее мысли или последующие вопросы. Но девушка молчала, изучая знакомые черты лица и думая лишь о том, что жизнь преподносила ей неожиданные сюрпризы. По правде говоря, она хотела спросить о многом: о том, как это началось, были ли у Софи девушки раньше или что случилось, что она решила развестись и начать встречаться с женщинами. Но самое гадкое, неудобное и уязвимое было то, что Дженнифер с ума сходила, как хотела спросить о том, думала ли об этом Софи, когда Джен еще училась в старшей школе. Было ли в их общении что-то более глубокое и интимное — о чем постоянно болтала Джози. Но задать такие вопросы Дженнифер постеснялась, пряча собственную уязвимость в напряженном выдохе и отводя взгляд к окну. Софи заговорила сама. — Я знала это давно, что мне нравятся женщины, — выдержав паузу и устремив взгляд в то же окно, Гарднер чуть закусила губу, погружаясь в воспоминания. — Но потом появился Дэвид, убедив меня, что все забудется и успокоится, что с женщинами не построить стабильной семейной жизни и что это постоянная вереница вопросов окружающих, проблем и предрассудков. Не знаю, почему я согласилась, но тогда это казалось проще. Я подумала, а вдруг так и будет? Софи почувствовала себя жалко впервые за долгое время. Она вспомнила себя молодую, не обремененную Дэвидом и его представлениями о семейной жизни двух женщин, она помнила, как чувствовала себя в конце их брака и то, как все встало на свои места, когда они разошлись. Может, от поиска этой свободы, жажды любви и восполнения всего того, чего ей так не хватало во время замужества, она и бросилась во все тяжкие. Куча женщин бывали в ее постели, Софи брала и брала, и брала, не думая отдавать — ей было важно чувствовать себя любимой, свободной и желанной. За отношениями она больше не спешила. — Но получилось по-другому? — предположила Дженнифер, едва передвигая языком. — Но получилось по-другому, — усмехнулась Софи, повторяя фразу. — Конечно, никуда это не ушло и не могло быть иначе. Женщины меня по-прежнему привлекали, и если сначала я этого сторонилась и закапывала в себе даже мысли об этом, то потом поняла, что нет никакого смысла бороться с тем, что всегда было и будет во мне. Неосознанный флирт приносил мне такое облегчение и радость, что я даже не думала от этого отказываться дальше. Однажды я переспала с другой женщиной, когда мы еще были в браке с Дэвидом, и это окончательно подбило все мои надежды на счастливый брак, несмотря на то, что Дэвид действительно боготворил меня. Вскоре мы развелись. Ну вот, теперь ты знаешь всю правду. Софи вновь обворожительно улыбнулась, словно говорила не о какой-то травмирующей ситуации, а о новом рецепте салата, который решила приготовить на досуге. Дженнифер не знала, что ответить, прокручивая эту историю в голове снова и снова. Жалость, внезапно всколыхнувшаяся в ней, пожалуй, была не тем, что хотела бы услышать Софи. — Я даже представить не могла… — ошеломленная, Дженнифер смотрела на нее совершенно иначе. — Это так… странно? Слышать подобные истории от человека, которого, казалось, знаешь. Ты никогда не делилась подобным. — Да и должна ли была? — снисходительный взгляд коснулся девушки. — Ты была подростком, я не хотела втягивать тебя в свои личные проблемы и переживания. Лестер неловко пожала плечами, соглашаясь. — Это так удивительно, — протянула она, перекручивая кольца на своих пальцах. — Мне казалось, мы были близки, но ни одна из нас не знала эту правду друг о друге. Я начала встречаться с девушками тоже сразу после выпуска, едва перешагнула порог университета. — Для того, чтобы это знать, не обязательно разговаривать, — мягко ответила Софи, и Дженнифер уставилась на нее так, словно видела впервые. — Я догадывалась еще со школы, а окончательно подтвердила свои догадки, когда увидела тебя здесь, в «Планете». Ты сидела с какой-то девушкой и сделала вид, что не узнала меня. Дженнифер наигранно широко открыла рот, находясь в шоке от признания женщины. — Что? Я не… — запнулась она. — Как ты могла догадываться еще со школы, если даже я не была в этом уверена? — Я не знаю, иногда ты просто чувствуешь это, — Софи беззаботно пожала плечами, хитро улыбаясь, словно знала об этом всю жизнь. — Было в тебе что-то такое, что я не могла объяснить, куча мелочей складывались в определенный пазл. — Например? — настаивала Дженнифер. — У тебя никогда не было парня, я имею в виду, ты ни с кем не встречалась и никогда на моей памяти никем не интересовалась, — начала загибать пальцы Гарднер. — Ты общалась с одними девчонками и жутко ревновала меня к Джози. А еще вместо того, чтобы развлекаться со сверстниками, ты предпочитала оставаться со мной и буквально бегала за мной хвостом, даже когда я была холодна к тебе. Не найдя, что ответить на эти случайные наблюдения, Дженнифер просто шокировано уставилась на женщину. Она бы могла подобрать кучу контраргументов к каждому пункту Софи, но вместо этого лишь возразила в одном: — Я никогда не думала о тебе в таком… ключе, — взгляд Софи чуть поменялся, но Дженнифер не стала акцентировать на этом внимания, продолжив. — Для меня ты всегда была чем-то вроде ролевой модели и человеком, к которому я могу прийти за поддержкой и пониманием, чего никогда не получалось с моей матерью. Мы же даже никогда… ничего… — Никогда? — Софи прищурилась, рождая стойкое ощущение липкого стыда и смущения у Джен, словно она забыла о чем-то важном. — Впрочем, тебе виднее говорить за свои чувства. Я рада, что была для тебя таким человеком. — Мне нравилось твое внимание, и я невероятно гордилась тем, когда ты оставалась со мной после уроков, чтобы поболтать или когда уделяла мне чуть больше внимания, чем другим. Ведь ты всегда говорила о том, что у тебя нет любимчиков, а я чувствовала себя таковой. Софи понимающе усмехнулась, отрицать то, что Джен она уделяла куда больше времени — было бесполезно. Взглянув на то, как бариста уже закрыла кафе и собиралась уходить домой, Гарднер вспомнила о том, какой сейчас час, разочарованно думая о том, что пора заканчивать эти девчачьи посиделки. — Кажется, мы совсем заболтались, — Дженнифер поймала взгляд Софи, обнаружив, что они сидят в пустом помещении, а центральный свет уже отключили, оставив немного локальных ламп вдоль стен. — Пора собираться домой. И Дженнифер совершенно не хотелось признаваться в том, что ощущение дома было именно здесь, в ту самую минуту, когда они с Софи решились поговорить о том самом близком, дорогом и важном, что было у них когда-то давно.