Дорога домой

Дженнифер много думала над последним разговором с Лорин, вспоминая ее слова о том, что проще всего прояснить ситуацию с Софи словами через рот. Дженнифер и сама любила говорить подругам подобное, в то время как у нее это никогда не работало. Все происходило либо само собой, либо доходило до такой степени, что становилось вполне очевидно, что отношения не работают. Разве что с Кэсси было иначе, но дело было конкретно в Кэсси, ее здравом уме и желании обсуждать каждую ситуацию. Иногда Дженнифер даже грустила, вспоминая их прекрасные, здоровые отношения, которые просто привели их к тому, что они выросли и хотели от жизни совершенно разных вещей. Проблема с Софи заключалась в простом и очевидном — Дженнифер тянуло к ней, ей было интересно узнать женщину такой, какой она не знала ее раньше: как она смотрит на жизнь, во что верит, хочет ли детей и что считает главным в отношениях. Все это разбивалось о мысли про слова подруг, которые твердили Дженнифер в один голос: Софи любит внимание, и, оставаясь с ней в отношениях, ты будто бы негласно соглашаешься на то, что она такая — тебя одной ей будет мало. Придется мириться с ее очарованием и флиртом с кем-то другим. Софи брала столько внимания, сколько ей уделяли. И если в какой-то мере Дженнифер могла бы не слушать подруг, которым у нее нет повода не доверять, то она, в конце концов, сама замечала эту тенденцию еще будучи школьницей. Закрывать на это глаза было невозможно — это бесило, задевало и заставляло чувствовать себя ужасно, словно Дженнифер какая-то девочка на побегушках, которая нужна Софи только в определенные моменты. Когда Софи было грустно или что-то нехорошее случалось в ее жизни, она никого к себе не подпускала. Замыкалась, становилась холодной и отстраненной, что в такие дни Дженнифер обходила ее стороной, коротко здороваясь и не пытаясь завязать разговор. Лестер прекрасно осознавала симпатию Софи к ней, но терзалась мыслями о том, закончится ли это, как только они переспят, или было ли в этом нечто более глубокое. Дженнифер также понимала, что такое положение вещей могло тянуться бесконечно долго: они будут играть с Софи в кошки-мышки, дразнить друг друга, Дженнифер будет давать заднюю, чтобы убедиться, что Гарднер от нее нужен не только секс, но, в конечном итоге, стоило ли это того? Дженнифер взглянула на входящее сообщение от женщины: «Как началась твоя рабочая неделя? Если тебя все выбесят, с радостью готова выслушать тебя». Она улыбнулась. В конечном итоге, если она так боялась, что Софи перегорит к ней после неминуемого секса, то зачем бегать от этого так, словно женщина выдохнется куда быстрее. И если так оно и произойдет — Дженнифер, по крайней мере, узнает об этом сразу, чем будет тешить себя мыслями о прекрасном будущем. — Ты меня пугаешь, — отстраненно сообщил Чарли, глядя сначала на стену, на которую пялилась Дженнифер уже какое-то время, а затем на подругу. — Ты думаешь так громко, что сделай, пожалуйста, громкость потише. — Я залипла, — махнув головой, будто пытаясь избавиться от мыслей, Лестер усмехнулась. — Начало недели, сам знаешь… — Да знаю я твое начало недели, — закатив глаза, парень ловко разливал кофе по двум чашкам, зная, что Дженнифер никогда не откажется. — Ты сама не своя с тех пор, как вернулась от своей училки. — Я бы на тебя посмотрела, — фыркнула она, вызывая понимающую улыбку Чарли. Она рассказала ему о происходящим сразу же, как добралась домой от Софи, под хруст чипсов и фоновое звучание сериала, на который Чарли благополучно забил, ведь на его глазах разворачивался сериал куда покруче. Друг ее, конечно, поддержал — согласно закивал, что сдавать позиции так быстро нельзя, но и отказываться от того, к чему тянет — сущий бред. Лорин бы аплодировала, услышав, что Чарли был похожего мнения: стоило поговорить с Софи и выяснить, чего она ожидает от отношений Дженнифер, а уж потом нырять в ее постель, если для Лестер это так важно. Переваривая все это в своей голове и думая, как лучше поступить, Дженнифер проводила больше времени с собой — днем она заваливала себя работой, стараясь отвлекаться, а вечерами наслаждалась прогулками в одиночестве, которые безумно полюбила. Подставляя лицо теплому вечернему ветру, она гуляла по знакомым улочкам Бостона, рассматривая витрины магазинов и кафе. Ей нравилось, что за прошедшую неделю она поддерживала связь с Софи — они регулярно списывались, но Гарднер не настаивала на встречах, поняв, что Дженнифер хочет побыть одна. Такое уважение к ее личному пространству вызывало тихую благодарность. На какое-то время Дженнифер просто захотелось отойти подальше от свалившихся на нее проблем и дать себе время, чтобы все обдумать.

***

Софи не хотелось давить — она чувствовала, что после последнего вечера Дженнифер несколько отстранилась. Впрочем, общение их было легким и непринужденным, хоть и не частым. Дважды сославшись на то, что Дженнифер завалена работой, Софи больше не проявляла никакой инициативы пригласить ее куда-нибудь в город. Желание это не ушло нисколько, но она не хотела быть слишком назойливой, что, несомненно, оттолкнуло бы любого. Софи наслаждалась их короткими переписками по вечерам, улыбаясь, словно влюбленный подросток. Ей нравилось представлять по рассказам Дженнифер как та провела день, с какой интонацией могла бы произносить фразы и какое выражение лица принимала бы при той или иной ситуации. Так в очередной вечер, расслабленно сидя с книгой и радуясь тому, что дела с «Планетой» постепенно шли в гору, она думала о Дженнифер, представляя, чем она могла бы заниматься. Воображение рисовало ей вполне простые картины: как Дженнифер смотрела сериал со своим соседом, как готовила полезный ужин или лежала в пенной ванне, ища очередную винтажную распродажу. Софи моргнула, внезапно пораженная собственной идеей. Отложив книгу, она взяла в руки телефон, быстро набирая сообщение девушке: Софи, [20:01]: Мне в голову пришла гениальная идея. Ты же любишь винтаж? Дженнифер, [20:02]: Внезапно… Люблю. Что за идея? Софи улыбнулась тому, с какой скоростью ответила ей Дженнифер, а ее сердце пропустило удар. Софи, [20:02]: Может, организуем в «Планете» распродажу выходного дня? Сделаем что-то типа маркета. Найдем магазинчики, предложим им выставиться у нас, сделаем рекламу, ну и… ты поняла. Дженнифер, [20:04]: Звучит очень круто! Это предложение присоединиться или…? Софи, [20:04]: Абсолютно. Мне очень понравилось работать с тобой, и я бы хотела попробовать снова. Софи поймала себя на мысли, что улыбалась все это время. Тепло разливалось в ее груди от одной лишь мысли, что она вновь сможет поработать с Дженнифер, и дело было не только в том, что это крайне эффективно отражалась на ее кофейне, но и в том, что она была без ума от подхода к работе Лестер. Она получила одновременно два входящих, удивившись, что Дженнифер написала аж дважды, но, кинув взгляд на экран, обнаружила «лишнее» сообщение от Джози. Софи тупо моргнула несколько раз, не веря своим глазам. Джози, [20:05]: Как смотришь на то, чтобы встретиться? Вечер ужасно скучный. Женщина едва не подавилась слюной. Джози ей напоминала саму себя — настойчивая, лишенная всяких прелюдий, она спрашивала сразу то, что хотела. Вот правда, у Софи никакого трепета это не вызвало, скорее наоборот — внезапно отвратило. Софи, [20:07]: Разве ты не должна была уехать с мужем в медовый месяц? Джози, [20:07]: У него тут семейные разборки, пришлось остаться… Так что скажешь? Софи закусила губу. С одной стороны — она не выбиралась ни с кем почти целую неделю, а с другой — неплохо проводила время одна. Учитывая их последнюю встречу, она не была уверена, что Джози не захочет выкинуть что-то снова, вот только без лишних глаз. Да, у них была небольшая интрижка, которая скоропостижно закончилась, но Софи было странно, что, будучи замужем, Джози внезапно проявляла к ней такой интерес. Стало любопытно, чего она в действительности хотела от Гарднер — приятной компании или провести вечер за ностальгическими воспоминаниями о том, как они целовались в ее машине, а руки Джози нетерпеливо обвивали чужую шею, желая большего. Софи мотнула головой, внутренне благодаря себя за то, что додумалась хотя бы не спать с той. Софи, [20:10]: Я сегодня жутко устала после работы, поэтому отдыхаю дома… Надеясь, что это подействует на девушку, она никак не ожидала получить от нее сообщение: Джози, [20:11]: Хочешь, я подъеду к тебе? Куплю вина, как в старые добрые, захвачу китайской еды. Софи, [20:11]: Прости, сегодня мне хочется побыть одной. Софи отложила телефон, даже если Джози напишет — она больше не хотела участвовать в этом. Взяв книгу в руки, она внезапно подумала о том, что, будь на ее месте Дженнифер, предложившая ей сорваться для спонтанной прогулки, Софи бы не думала ни минуты.

***

Дженнифер не то чтобы врала — скорее не договаривала Софи о причинах, по которым они до сих пор не виделись. Не видеть Софи так долго было необычно, но вместо ожидаемого облегчения Дженнифер чувствовала лишь то, что скучает. Она все еще пыталась понять, какое из ее решений приведет к самым мягким последствиям для них обеих. Софи не выдержала первой. Удивительно, конечно, что она продержалась так долго, не сорвавшись домой к Лестер, чтобы выяснить отношения. Телефон Дженнифер завибрировал в очередной обеденный перерыв, а на экране высветилось короткое сообщение. Софи, [13:12]: Не хочешь выбраться пообедать? Дженнифер закусила губу. Конечно, она хотела, но она чувствовала, что Софи станет задавать вопросы, которые не решалась задавать в переписке, а она — так и не нашла ответы на них даже для себя. Девушка нахмурилась, ощущая себя жалко. Дженнифер, [13:15]: Я бы с радостью, но сегодня не могу… Извини. Она знала, что Софи, вероятно, будет злиться или расстроится от очередного отказа Лестер. Входящее сообщение пришло почти мгновенно. Софи, [13:15]: Скажи честно, почему ты меня избегаешь? Взгляд Дженнифер забегал, и благо что рядом не была Софи, которая непременно уловила бы это изменение в ее поведении, а затем мучила Джен своими предположениями. Дженнифер, [13:17]: Я не избегаю, правда! Прошлая неделя была ужасно загруженной, а на этой я успела приболеть… Поэтому не лучшее время для прогулок. К счастью Лестер, она впервые за неделю осталась дома, поэтому, быстро вытянув ноги, она сделала фотографию, где виднелась ее комната, а после отправила Софи, словно пытаясь доказать, что не врет. Само собой, никакой болезни не было, но Дженнифер не решалась говорить Софи правду о том, что она просто не знает, что ей делать дальше. Что им делать. Все стало слишком запутанно, а Лестер хотелось понять, чего можно ожидать от их отношений. Софи, [13:20]: Оу, я не знала… Мне жаль, надеюсь, ты скоро пойдешь на поправку! Дженнифер грустно улыбнулась и отложила телефон, не желая дразнить себя переписками с Софи. Погрузившись вновь в работу, она очнулась только тогда, когда Чарли постучал в ее комнату, а затем просунул в нее голову, широко улыбаясь. — Ты спишь, что ли? — притворно-недовольно спросил тот, вызывая непонимающий взгляд Джен. — В дверь звонили, а ты даже не шелохнулась. — Прости, я была в наушниках и не слышала, — вытащив второй наушник из уха, она внимательно посмотрела на соседа. — Снова предлагали вступить в секту? — Ну, если это можно так назвать… — Чарли раскрыл дверь шире и вошел внутрь, доставая из-за спины огромную корзину цветов. — Кажется, это тебе. Дженнифер едва не подавилась слюной от удивления, рассматривая нежную композицию из цветов и фисташковой зелени. Заметив небольшую записку внутри, Чарли вытащил ее и потряс перед лицом подруги. — Так-с, что тут у нас? — Отдай! — быстро воскликнула та, вскакивая в постели, даже не понимая, что это и от кого. — Чарли, не смей читать! Ее лицо залилось краской, а сердце забилось так, словно внутри могло быть написано нечто интимное, что Чарли не имел права читать ни при каких условиях. Фыркнув и протянув записку Дженнифер, та быстро раскрыла ее, жадно изучая содержимое: «Дженнифер, Надеюсь, ты быстро поправишься и мы сможем вместе пообедать, а пока только так. Если тебе нужна будет какая-либо помощь, дай мне знать. Выздоравливай! Софи». От смущения у Дженнифер раскраснелись даже уши, в то время как Чарли нетерпеливо ожидал объяснений. — Ну-у, что там? — протянул он, глядя на подругу. — Это от Софи, — ответила она, понимая, что не может перестать улыбаться. — Она прислала что-то еще? — Да, там какой-то пакет, я оставил его на столе. Почти вылетев из комнаты, Дженнифер обнаружила на кухонном столе крафтовый пакет, а открыв его, засмеялась в голос. Это было очаровательно. Вынув контейнер с куриным супом, она показала его парню, заставляя того рассмеяться в ответ. — Надо научить моего парня так ухаживать, черт, — подойдя ближе, он чуть погладил Дженнифер по спине. — Твоя девушка просто находка. — Она не моя девушка, — почти на автомате ответила Лестер, вызывая смешок соседа. Это было невероятно мило — и то, что Софи заботилась о ней, и то, что волновалась за ее самочувствие, и то, что так быстро и просто прислала ей, черт побери, горячий суп. Способы лечения были весьма специфичны, но Дженнифер не могла перестать улыбаться, думая об этом жесте. Схватив телефон, она быстро сфотографировала привезенные курьером дары. Дженнифер, [16:45]: Боже, Софи, это невероятно мило! Спасибо за твою заботу! Женщина ответила быстро, словно не выпускала телефон из рук, ожидая сообщения Лестер. Софи, [16:45]: Надеюсь, ты улыбнулась. А еще обещай пойти на поправку. Дженнифер, [16:46]: Целебный суп поставит меня на ноги!

***

— Вот я и говорю, мне кажется, Дженнифер меня избегает, — Софи смиренно сидела на диване, попивая зеленый чай и наблюдая за тем, как Эмили измеряла шагами квартиру, параллельно решая свои тысячи дел. Она, конечно, прекрасно понимала, что подготовка к выставке в такие горящие сроки — дело отнюдь не приятное, но, в конце концов, Эмили могла бы присесть и выслушать ее хотя бы десять минут. — Ты уверена в этом? — не отлипая от телефона, спросила Эмили. — Ну, конечно, я же только что тебе рассказала, — демонстративно обиженно протянула Софи, привлекая к себе внимание подруги. — Просто это странно, учитывая, что я ни в чем на нее не давила. — Ну а что там твоя бывшая? — Эмили чуть нахмурилась, словно пытаясь вспомнить имя той. — Они же общаются, наверняка ты уже успела приобрести особую славу. К тому же, ты спала с ее подругой и постоянно динамила ее. Думаешь, она скажет Дженнифер о том, что она в восторге? Софи потупила взгляд. Она сама стала жертвой собственного отношения к другим девушкам и теперь расплачивалась с человеком, который был ей дорог. Эмили вновь отвлеклась на очередной звонок, выясняя какие-то дела на повышенных тонах и начиная закипать. Софи явно пришла невовремя — не хватало ей своих проблем с выставкой, так еще и Гарднер грузила ее своими мыслями о Дженнифер. — Я налажала, признаю, — пробормотала Софи, как только Эмили повесила трубку и упала на диван рядом с женщиной, наконец, добираясь до своего остывшего кофе. — Но что мне теперь делать? Или я что, не заслуживаю того, чтобы мне доверяли? Я же не врала ей, не тешила никакими надеждами, да и вообще… Я даже не склоняла ее к сексу, она сама… Эмили хрипло рассмеялась. Ее забавляли эти мысли вслух и то, когда Софи превращалась в задумчивого, накручивающего себя подростка в попытках завоевать девушку, которая уже была наслышана о ее репутации. — Слушай, ну раз это не так, дай Дженнифер понять то, что у тебя другие намерения, — Эмили чуть поморщилась от теплого кофе, который на вкус казался отвратительным. — Как она будет знать, что у тебя к ней другое отношение, если ты даже ничего не говоришь? — Но… я приготовила для нее ужин… — слабо оправдалась Софи. — И что, теперь это повод прыгнуть к тебе в кровать? — В некотором роде да, — Софи улыбнулась тому, как женщина закатила глаза и прицокнула. — Да ладно тебе, поговорю я с ней. Эмили лишь кивнула, вновь погрузившись в телефон и без конца бормоча себе что-то под нос. В квартире играла тихая, ненавязчивая музыка, из открытого окна слышался шум с проезжей части и едва уловимое пение птиц — обстановка была умиротворенной. Софи взглянула в свой телефон, перечитывая последние сообщения от Дженнифер, где она признавалась, что за последнее время в этом бесконечном круговороте рабочих дней она даже успела соскучиться по Софи и их расслабляющей болтовне. Это вселяло какую-то надежду. Софи улыбалась всякий раз, когда перечитывала эти строки, представляя, как их могла бы озвучить Дженнифер. — Позови ее на выставку и приходите вместе, — вдруг подняла голову Эмили, глядя на подругу. — Она любит искусство? — Ну, любит, — кивнула Гарднер, даже растерявшись от такого предложения. — Но не знаю, захочет ли она прийти. — Скажи, что в день открытия будет фуршет и шампанское, — подмигнула та. Они обе рассмеялись, и Софи лишь оставалось надеяться, что Дженнифер примет ее приглашение.

***

Кажется, никто ничего не понял… С этой мыслью Дженнифер вышла из дома, оставив позади громкую музыку и подставляя разгоряченное лицо чуть остывшему майскому вечернему ветру. Никто ничего не подумает, утешила она себя, опускаясь на крыльцо и обхватывая себя руками в успокаивающем жесте. Это был разгар вечеринки, организованный одним из старшеклассников — Дженнифер не знала этого парня, но Стейси уговорила ее пойти. К тому же учеба постепенно заканчивалось, воздух становился теплее, и от этого отдыха хотелось все больше. Дженнифер нечасто бывала на вечеринках, но все они были типичные — варьировались лишь размеры дома, а алкоголь всегда был одинаковым, чипсы и закуски приносили одни и те же — лишь бы не хмелеть слишком быстро. Она вздохнула, когда обнаружила среди гостей Джози, которую мечтала не замечать весь оставшийся вечер, но, видимо, судьба не была к ней так благосклонна, что они оказались в одной компании, обсуждающей поступление и планы на лето. Джози, как обычно, вела — говорила много и возбужденно, и Дженнифер не могла не замечать, как это подкупало других. Она и правда была яркой, может, Дженнифер бы и сама купилась, если бы не ревность к миссис Смит, которую никак не затмить. Каким-то образом образовался круг, а затем кто-то предложил поиграть. Дженнифер уже знала, что до добра это не доведет, но какой-то внутренний энтузиазм, подкупаемый выпитым пивом, все же не позволил ей отказаться. Она сидела между Стейси и знакомым парнем из класса Софи, а напротив, словно назло — чтобы мозолить ей глаза, расположилась Джози. Бутылочка быстро раскручивалась, ребята под всеобщий гул отвечали на провокационные вопросы или выполняли не менее провокационные действия. Кто-то целовал соседа, кто-то залпом выпивал несколько шотов, а кто-то звонил бывшим с признаниями в любви. Дженнифер внутренне дрожала, поскольку боялась того, что не сможет выполнить что-то из загаданного ей. В первый раз, когда бутылочка указала на нее, она выбрала правду, и парень, которого она даже не знала, сходу спросил у нее о том, был ли у нее секс. — Был, — быстро ответила она, радуясь тому, что даже не покраснела. — Подробности! — застучали руками другие, что не было удивительно — они расспрашивали обо всем, докапываясь до сути. — Прошлым летом, с моим парнем, — Дженнифер соврала и потянулась к бутылочке, чтобы крутить ее дальше. Второй раз она согласилась на действие и тут же пожалела, потому что парень, крутивший бутылочку, загадал поцеловать его. Внутренне Дженнифер поморщилась, но отказываться не стала: игра есть игра. Губы она не раскрывала и хотела быстро чмокнуть парня, однако тот обхватил ее спину, впиваясь сильнее в губы, что Дженнифер почувствовала, как ее рот становится мокрым. — Мартин, научился бы для начала целоваться, — ехидно прокомментировал кто-то сзади. Дженнифер покрутила бутылочку, которая указала на Олив — они вместе ходили на химию и физику. — Правда, — тут же выбрала она, улыбаясь. — С кем бы ты пошла на выпускной бал? — Господи, ну что за скукота, — прокомментировала вопрос Джози, заставив Дженнифер пропустить это мимо ушей. — С мистером Дейлом, — Олив рассмеялась, назвав имя их преподавателя химии, и это было весьма неожиданно. — Но, боюсь, он женат. Ребята вокруг удовлетворенно загудели. В кругах учеников было совершенно нормально обсуждать учителей и даже то, кто им больше нравился. Все знали, что никто не пытался завести роман с кем-то из них или имел реальные шансы на это. Бутылочка крутилась снова, и пока она никак не могла остановиться, Джози из круга вновь подала голос: — Разве это проблема? Он же не с женой пойдет на бал, — Дженнифер даже поморщилась от подобных рассуждений. — Действие! Не дав теме развиться, тут же проронила Джози, как только бутылочка указала на нее. Олив хитро прищурилась, словно обдумывала самое коварное действие на свете. Дженнифер не понимала почему, но ее сердце внезапно забилось и что-то ей подсказывало, что это будет нехорошо. Стейси нашептывала на ухо, как ей понравился парень на вечеринке, но все, что слышала Лестер — было действие Олив. — У тебя же есть телефон миссис Смит? Напиши ей приглашение на выпускной бал, а затем скажи, что она ответит, — Олив почти мурчала от собственного запроса, а другие ребята шумно загудели и захлопали в ладоши. — Так мы выпускаемся только через год, — с той же веселой ноткой ответила Джози. — Вдруг она согласится? — Разве это плохой вариант? — спросил кто-то рядом, и Дженнифер ощутила, как ее лицо буквально загорелось от стыда. Она не хотела, чтобы ребята впутывали в свою игру Софи, но сказать ничего не могла, бессильно наблюдая за тем, как Джози начала копаться в своем телефоне. Даже у Дженнифер не было телефона миссис Смит, и такое откровение о том, что женщина дала свой номер какой-то Джози — ранило. Под общее улюлюканье они вместе придумали текст, который отправили Софи, и в следующую секунду взгляд Джози столкнулся со взглядом Дженнифер — словно она точно что-то подозревала. Смотрела она хитро, бескомпромиссно, а затем, как ни в чем не бывало, выдала: — Ты только сильно не ревнуй. И казалось, будто никто не слышал этой реплики — все внимание было обращено на других ребят, тянущихся друг к другу за поцелуем, но Дженнифер точно видела, что эта фраза была обращена к ней. Чувствуя, как ее руки начинают дрожать от раздражения, она шепнула Стейси о том, что ей нужен воздух, а затем молча вышла из игры, скрываясь на заднем дворике.

***

Дженнифер долго крутила в руках телефон: проверяла мессенджеры, листала ленту и перечитывала последние переписки с Софи. Закат застал ее в самом центре Бостона, мягкими теплыми лучами пробиваясь в окна кофейни и слепя глаза. Она понимала, что Софи вела себя не так, как ей думалось: она ни на чем не настаивала, хотя они не виделись уже какое-то время, Софи заботилась о ней и постоянно интересовалась ее делами. Даже не получив перспективы на какой-либо перепихон, Дженнифер была все еще интересна ей, и это подкупало. «Хватит строить из себя святую», — написала ей Лорин еще с утра, когда они буднично переписывались и вновь затронули тему с Гарднер. Дженнифер не была святой. Она прекрасно знала, что если что-то должно случиться — это обязательно произойдет, неважно, пройдет неделя или месяц, и единственный способ понять, что будет дальше — просто дать всему случиться. К тому же она сама этого хотела. Это было странно — не видеться с Софи почти две недели, но фактически ежедневно общаться и шутить с ней, чувствуя, как ее желудок сокращается от воспоминаний с последнего ужина. Дженнифер не пыталась врать себе — Софи заводила ее до ужаса, а любое ее прикосновение было таким желанным, словно глоток воздуха. Дженнифер не спешила надумывать вперед — что случится после того, как они переспят: предложит ли Софи ей завтрак, позовет ли на свидание или скажет о том, что это было ошибкой. Она вообще старалась не думать ни о чем, слушая в машине какую-то чрезмерно энергичную музыку, которая совсем не сочеталась с ее настроением — взволнованным и немного тревожным. Дженнифер вдыхала резкий парфюм, рассматривала складки платья, лежащего на ее коленях, бездумно пялилась в телефон. Она вспоминала о школе, о недавней встрече с Бриттани и Лорин, о чудесном завтраке с Чарли и новых проектах на работе. Думала о том, какой в действительности прекрасной была ее жизнь: яркой, насыщенной, пусть временами и рутинной. Дженнифер не хотела прощаться с этой легкостью, но мечтала впустить в свою жизнь что-то новое. Чувствуя, как ее сердце отбивает чечетку в груди, девушка быстро написала сообщение: Дженнифер, [22:10]: Ты дома? Ответ Софи не заставил себя долго ждать. Софи, [22:11]: Да, а что? Делая глубокий вдох и пытаясь унять легкий мандраж, Дженнифер закусила губу. Все ее тело реагировало: ярко, бескомпромиссно, честно, желая и даже не пытаясь скрыть это невероятное притяжении, преследовавшее ее последнее время. Дженнифер, [22:13]: Открой дверь. Услышав шаги за дверью, сердце Дженнифер подпрыгнуло к самому горлу, а к щекам, казалось, прилила вся кровь. Что она скажет Софи? Как посмотрит на нее? Да и что подумает Софи о том, что она заявилась без всякого приглашения, растекаясь горячей лавой внутри. Распахнув дверь, Софи смотрела на нее удивленно. Без всякого макияжа, домашняя, она выглядела так уютно и расслабленно, что Дженнифер неосознанно сделала шаг к ней, переступая порог и оказываясь в непосредственной близости. — Извини, что без приглашения, — единственное, что смогла выдавить из себя Лестер, обхватывая щеки женщины и вовлекая ее в поцелуй. Софи стояла не шелохнувшись, наблюдая за дрожащими прикрытыми ресницами Дженнифер, ощущая, как чужие пальцы поглаживают ее кожу, а тело, словно беспомощное — жмется ближе. В голове Софи было столько вопросов, но она понимала, что задавать их сейчас — это значит испортить все, ради чего Дженнифер объявилась на пороге ее дома. Разорвав поцелуй, она внимательно посмотрела на девушку. Блестящие девичьи глаза, в которых вместо привычного тепла — необузданное желание, чуть приоткрытые чувственные губы, легкий румянец на щеках. Дженнифер была очаровательна в своем возбуждении. Софи обошла ее лишь на секунду, чтобы захлопнуть входную дверь и прижать к себе девушку. В этот раз поцелуй получился жарче и глубже, Софи целовала ее так, словно делала это в первый и последний раз, стараясь запомнить каждое движение губ, жадно дыша носом и ощущая, как ее тело моментально реагирует. Почти жалко чувствовалось то, как низ ее живота моментально наполнился жаром, как щеки залило кровью, а кончики пальцев задрожали. Уверенно она увлекла за собой Дженнифер, напрочь забывая о том, где расставлена ее мебель в квартире, поскольку единственное, на чем мог сконцентрироваться ее мозг — была девушка, внезапно пришедшая в ее дом. Дженнифер тихо хихикала, помогая Софи повернуть в комнату, и тотчас оказалась прижатой к стене. Софи придавливала ее плечи, продолжая напористо целовать. В какой-то момент Дженнифер показалось, словно чужие руки были везде: на щеках, шее, груди, талии, животе, бедрах. Каждый участок тела горел от прикосновений, но Дженнифер не хотелось, чтобы Софи все досталось слишком легко. Поменяв их местами под укоризненным темным взглядом женщины, Лестер нагнулась к ее шее — еще чуть влажной после душа, оставляя настойчивые поцелуи, тянущиеся к груди. Раздевать Софи было куда проще — дернуть за шелковый пояс легкого халата, позволяя ему развязаться, однако Дженнифер не торопилась и с этим. — Скажи честно, — едва слышно прошептала Лестер, сжимая тонкую ткань халата на талии. — Ты думала обо мне с нашей последней встречи? Закрыв глаза и ощущая, как бьется ее пульс, Софи притягивала Дженнифер ближе, послушно выгибая шею под поцелуи. — Думала, а ты? Она приподняла одной рукой подбородок Дженнифер, лаская ее губы языком, а затем игриво потягивая на себя зубами. Ее живот дрожал, и казалось, она вот-вот рухнет на пол, когда Дженнифер, не раздевая ее, проникла ладонью под халат, скользя ниже. Софи туго сглотнула, подаваясь навстречу движениям девушки и чувствуя, как внизу все болезненно тянет, требуя прикосновений. — Постоянно… — резкий вздох прервал все ее мысли, когда пальцы мягко коснулись нижнего белья Гарднер. Стыд и возбуждение окутали ее щеки краской — ей сложно было осознать, что перед ней, прижатая к стене, млела ее бывшая училка. Влажная, невероятно горячая, она легонько подавалась навстречу ладони Дженнифер, пытаясь создать нужное трение. Дженнифер почти потела, от эмоций кружилась голова, а между бедер пульсировало от желания. Одним движением она присела перед Софи на колени, стягивая с той нижнее белье и боясь взглянуть в глаза женщины. Но Софи не противилась — аккуратно переступила через трусы, а затем коснулась рукой светлой макушки Джен. Она побоялась озвучить, что думала об этом в самых извращенных своих фантазиях, засыпая и ублажая себя — то, как будет видеть в точно таком же ракурсе светлые волосы Дженнифер, как будет наматывать их на кулак, умирая в дрожи собственных бедер и слушая все эти неприличные звуки. Софи лишь на секунду прикрыла глаза, откинувшись назад и пытаясь восстановить дыхание, когда Дженнифер легким движением руки призвала ее раздвинуть ноги чуть шире, а затем, не медля ни секунды, словно в ее планах не было дразнить Софи, прижалась ртом к влажной плоти. Софи шумно выдохнула через нос, закусывая губу и едва стоя на ногах, пока Дженнифер обхватила ее бедра, скользя языком в замысловатых движениях. В груди было так горячо и тесно, что женщине едва хватало воздуха — она вжималась лопатками в стену, а бедрами, напротив, пыталась как можно теснее прижаться к Дженнифер. Ее тело бесконтрольно дрожало, двигаясь то в такт, то невпопад движениям, перед глазами все плыло, и она уже начала было оседать на пол, когда Джен сделала что-то невероятное своим языком, заставляя Софи обмякнуть. Обессиленная и дрожащая, женщина подтянула Дженнифер ближе к себе, побуждая встать с колен и поцеловать ее. Чуть соленая, на вкус как она сама — Лестер целовала ее совсем нежно, увлекая за собой на кровать. Движения Софи были уверенными — она не оставила Дженнифер выбора, чтобы оставаться в легком хлопковом платье, снимая его через голову и покрывая тянущими поцелуями тело. Дженнифер почти задыхалась от эмоций — никто не врал, Софи была отличной любовницей. Ее ноги, живот и подбородок дрожали, когда пальцы женщины мягко сгибались внутри нее, скользили по заданной траектории, когда губы невпопад целовали выше, сменяясь теплым языком и заставляя Дженнифер выгибаться от удовольствия. Совсем влажная, чуть липкая от пота, она старалась насладиться ночью с Софи, словно это было в первый и последний раз. Они лежали, смеясь и пытаясь восстановить дыхание, а затем кто-то вновь делал этот шаг в пропасть — руки скользили по чужому телу, губы кусали, целовали и вновь кусали, влажные звуки заполняли комнату. Пахло сексом и потом, душным июльским днем и свежим кондиционером для белья. Темные волосы Софи прилипали к лицу, она была раскрасневшейся и совсем обессиленной, когда Дженнифер в очередной раз доводила ее до оргазма, заставляя дрожать дольше, сильнее, борясь с желанием попросить перестать. Внутри все напрягалось до предела, а затем обмякало, и так раз за разом, ловя стоны друг друга, они провели в постели Софи какое-то время. За окном было уже совсем темно, а глаза слипались от недостатка сна. Почти не разговаривая, они нашли в себе силы доползти до душа, а затем, едва оказавшись в постели, обе уснули. Не было ничего из того, что обычно встречалось у влюбленных: никто не обнимал друг друга, никаких признаний в любви, только расслабленная ладонь, покоившаяся на пояснице Дженнифер, когда та отвернулась и перевернулась на живот. Решив, что поговорить можно и утром, Софи провалилась в беззаботный сон.

***

Напрочь забыв о том, чтобы задернуть шторы, Дженнифер проснулась от яркого солнца, уже вставшего из-за горизонта. Недовольно обернувшись на другую сторону, чтобы скрыть свое лицо от назойливых лучей, она внезапно обнаружила перед собой мирно спящую Софи. Она моргнула несколько раз, будто бы пытаясь убедиться, что это не сон, а вчерашней ночью она была абсолютно трезва. Первое, что испытала Дженнифер — был какой-то иррациональный страх. Страх, что это закончится, что Софи выставит ее за порог, едва откроет глаза. Предыдущая ночь была одной из самых запоминающихся в ее жизни, и от одного лишь воспоминания Дженнифер вновь начинала заводиться. Теперь им с Софи точно придется поговорить. Придется рассказать женщине о собственных чувствах, о том, насколько хорошо ей было прошлой ночью, и, честно говоря, она теперь абсолютно понимала Лорин, которая хотела возвращаться к Софи снова и снова. Не в силах думать о том, что Софи скажет ей с утра, как только раскроет глаза, Дженнифер медленно, пытаясь не разбудить женщину, вылезла из кровати. Ее платье аккуратно висело на кресле, заботливо убранное Софи, и Лестер не смогла скрыть улыбки, надевая его и пытаясь разгладить волосы руками. Она на цыпочках вышла из комнаты, чувствуя, как в остальной части квартиры свежо из-за приоткрытого окна. Ей было одновременно стыдно и легко сбегать от Софи — уж лучше она сделает это первой, чем разочаруется и больше никогда не сможет смотреть на женщину. Не оборачиваясь и не тратя время, чтобы разглядывать спящую Гарднер, Дженнифер быстро надела обувь и, провернув замок, бесшумно выскользнула из квартиры.