Дорога домой

В воздухе пахло сыростью и мокрым асфальтом после обрушившегося на Бостон дождя. Дженнифер было прохладно, она чувствовала, как в грудной клетке что-то дрожит, а руки, спрятанные в карманы легкой куртки, никак не могли согреться, но озвучить свои ощущения Софи она никак не решалась. Уж лучше прогуляться подольше с женщиной, а уже дома отогреваться чаями и горячей ванной, чем прервать этот уютный вечер. Софи выглядела расслабленной — виной тому, возможно, было выпитое шампанское, а может, она, как и Дженнифер, не стремилась показать то, что ночной сырой воздух доставлял ей какой-то дискомфорт. — Так почему ты все-таки сбежала от меня с утра? — Софи задала этот вопрос уже второй раз за вечер, крепко вцепившись в мысль о том, что Дженнифер сдастся и расскажет ей правду. Ее глаза блестели, а на губах блуждала легкая улыбка. Джен любила, когда Софи улыбалась так легко и непринужденно, когда улыбка ее выглядела расслабленной и искренней, что тотчас хотелось притянуть ее к себе и невесомо поцеловать — в уголок губы, в подбородок, а затем, игриво, в губы. — Я же объяснила… — Но ты не сказала правду, — Софи чуть наклонила голову, всем своим видом показывая, что не поверила девушке и в прошлый раз, а в этот вечер ей не удастся вновь одурачить ее. В тихом переулке с шумом промчалась машина, заглушая клокотание сердца в груди Дженнифер. Она не могла понять, отчего ей было так трудно озвучить Софи те слова, которые постоянно были в ее голове. Почему озвучить собственные сомнения казалось чем-то постыдным. Будто бы узнай Софи об этом и вновь улыбнулась бы ей — уже виновато, мол, смирись, что я такая, что опасения твои совсем не беспочвенны. Дженнифер наверняка бы не вынесла этого. — Если ты так уверена, что я сказала тебе неправду, то можешь догадаться и о причинах? — Лестер взглянула на женщину почти мимолетно, но с вызовом во взгляде. Софи хотела услышать от нее то, что на самом деле знала и без всяких признаний. Повисла тишина, которая на какое-то время показалась уютной. Вокруг слышался лишь шум проезжающих машин и короткие обрывки фраз редких людей, проходящих мимо них. Вдали выла сирена скорой помощи, рядом коротила светящаяся вывеска у кофейни. Дженнифер смотрела под ноги, пытаясь забить на ощущение намокшей кожи, и отчего-то в груди у нее было столько всего, что она могла бы сказать Софи, но никак не решалась. Женщина взглянула на нее с примирительным пониманием происходящего. — Ты думала, что я сбегу первой? Джен усмехнулась, не поднимая головы. — Из своего дома? Вряд ли. — Тогда сделаю все, чтобы сбежала ты? — Софи улыбнулась. — Лорин рассказывала мне, что ты не любишь эти нежности по утрам и стараешься как можно скорее распрощаться, — Дженнифер чувствовала себя неловко, рассказывая то, чем делилась ее подруга. — Поэтому я подумала, что лучше я уйду сама, чем создам неловкую ситуацию для нас обеих. Софи чуть закусила губу, понимая, что у Дженнифер было полное право ожидать подобного и с ней. Она и правда не любила проводить утро со своими любовницами, но Джен никак не входила в это понятие, и разделить с ней утро — было бы самым чудесным, о чем могла мечтать Софи. Неловко прочистив горло, она тихо выдохнула: — Я понимаю, что ты могла иметь такое ожидание из-за рассказов подруги, но, по правде говоря, у меня не было и мысли о том, чтобы избавиться от твоей компании утром, — убрав непослушные волосы за ухо, Софи обернулась к Лестер. — Мне жаль, что я заработала себе такую репутацию, но это справедливо… Она хотела было добавить что-то еще, но от разговора их отвлек пронзительный писк где-то неподалеку. Инстинктивно схватив Софи за руку, Дженнифер остановилась, прислушиваясь. — Ты слышишь? — спросила она, высматривая, откуда мог доноситься звук. — Кажется, это котенок, — Софи сделала несколько шагов в сторону переулка, в котором обычно располагались черные выходы с кухонь ресторанов, ведущие к мусорным бакам. — Вроде здесь… Снова прислушиваясь, они двигались на пронзительный звук, исходящий из темноты. Мусорных баков там не было, но был канализационный слив, около которого Дженнифер и увидела маленький шерстяной комок. — Вот он! — воскликнула она, указывая на котенка. — Что мы будем с ним делать? Софи подошла чуть ближе, рассматривая серого взлохмаченного котенка, который, заметив ее, уверенно побежал своими маленькими лапками к женщине, продолжая мяукать. Достигнув ее ноги, он тут же заластился, прижимаясь к Софи и накручивая круги вокруг ее ног. — Да черт его знает, что делать, — женщина внезапно присела на корточки и, совершенно не брезгуя тем, что котенок выглядел мокрым и грязным, легонько погладила его по шерстке, услышав в ответ, как тот доверительно замурчал. — Может, отвезем его в ветеринарку? — предложила Дженнифер, на что Софи лишь поджала губы. — А что потом? Они вручат его обратно и не станут пристраивать в приют или искать ему семью, — речь ее была уверенной и холодной, но как только она вновь посмотрела на котенка, то сразу засюсюкала с ним так, словно это был ее питомец. — Хочешь забрать его себе? — Я бы с радостью, но Чарли меня убьет, у него дикая аллергия на шерсть, — простонала Лестер,при взгляде на котенка у нее разрывалось сердце. — И, кажется, он уже прикипел к тебе… Даже не собираясь никуда уходить, пушистый комок улегся прямо на туфлю Софи, продолжая мурчать в полусонном состоянии. — Не оставлять же его здесь… — размышляла вслух Софи. — Мне, конечно, для полной радости в жизни только котов не хватало… — Ну а что, живешь ты одна, — Дженнифер улыбнулась. — Будет за кем ухаживать, а тебя кто-то всегда будет ждать дома. Ты же сама этого хотела! — Да, но я не это имела в виду… — Софи усмехнулась, поглаживая котенка по голове и чувствуя, как ее сердце наполняется теплом. Вообще не было ничего дурного в том, чтобы завести себе кота — Софи просто никогда не думала об этом. Пусть не породистый, возможно, блохастый, немного грязный, но… Он так очаровательно спал на ее туфле, что женщина действительно растаяла. — Ладно, черт с ним, — махнув рукой, она подняла котенка на руки и поднесла к своему лицу, впервые рассматривая его так близко. — Поможешь мне организовать все дома для него? Еще никто не приглашал Дженнифер к себе на ночь таким образом, и она не могла отказаться. — Я закажу такси, — кивнула Лестер, улыбаясь.

***

После произошедшего на берегу Софи долго не могла уснуть. Она упрямо ворочалась, меняла положение тела в попытках найти ту удобную позу, при которой уснула бы за мгновение, но все было тщетно. Из соседней палатки слышались приглушенные голоса подростков и раздражающее хихиканье. Софи изо всех сил держала себя в руках, чтобы не выйти и не настучать по голове школьникам, которые давно должны были спать. Злилась она больше на себя — за эту проклятую бессонницу, за странное ощущение в груди, поднимающее волнение, за то, что обводила языком сухие губы, вспоминая то, как Дженнифер поцеловала ее. И злилась, конечно же, на тех, кто все еще болтал в соседней палатке — среди них была и Лестер. Софи представляла, как она рассказывала друзьям о произошедшем, и они все вместе смеялись, воображая в своей голове растерянное лицо миссис Смит, когда девчонка нагнулась к ней для поцелуя. Ночь выдалась беспокойной, но наутро Дженнифер вела себя как ни в чем не бывало — пила горячий чай, заедая сэндвичами, болтала с друзьями и редко поглядывала на Софи. Общаться, впрочем, они обе не стремились. Женщина не хотела да и искренне побаивалась заводить разговор о произошедшем, а Дженнифер, проснувшись с головной болью, смутно помнила вчерашний вечер. Или делала вид, что помнит не все — ведь так проще и удобней, притвориться, что ничего и никогда не было, особенно, когда Софи так четко дала понять, что не хочет, чтобы это произошло. Уже возвращаясь домой и болтаясь по кочкам в душном автобусе, Дженнифер смотрела на Софи с безмолвной грустью — та сидела по диагонали и большую часть поездки смотрела в окно, игнорируя разговоры преподавателей рядом. В лагере они так и не поговорили — Софи постоянно находила себе какие-то дела, а Дженнифер боялась даже приблизиться к женщине, словно не было больше поводов, чтобы разговаривать с ней, кроме вчерашнего вечера. Это было глупо и безрассудно, Лестер и сама понимала это, но ничего не могла с этим поделать. Лето окрасилось безмолвием Софи. Даже когда Дженнифер выходила из автобуса, прощаясь со всеми, она так и не услышала заветный голос миссис Смит. Объявилась Софи совершенно неожиданно — уже под конец июля, внезапно напоминая о себе короткой эсэмэс: «Не хочешь сходить на море?». И Джен, само собой, хотела. Невероятно хотела. Сердце забилось в груди с такой силой, что ей на секунду показалось — умереть от такого вполне реально. Руки вспотели, а в голове уже копились варианты ответов — Дженнифер перебрала десятки — но вместо этого ответила лишь сдержанное: «Хочу». Договорившись встретиться на следующий день, Дженнифер нервничала так, словно собиралась на свидание. Даже перед первым сексом она не чувствовала таких переживаний, а здесь — обыденный поход на море с Софи. С Софи она виделась сотни раз, они встречались и наедине, и вне школы, но Лестер все равно переживала так, будто делала что-то неправильное. Перед походом на пляж она долго выбирала одежду, злясь, что все вещи у нее старые и плохо сочетающиеся, благо хоть купальник был куплен пару месяцев назад и безумно нравился Джен. В нем она крутилась перед зеркалом, рассматривая себя со всех сторон и пытаясь оценить свою фигуру: не слишком ли она полная, ведь ребра ее не торчали, но при этом грудь не была такой внушительной, как у Стейси. Поймав себя на мысли о том, что она жутко хочет понравиться Софи вот такой, полураздетой, чтобы та несомненно оценила ее фигуру и сделала комплимент, Дженнифер замерла. Щеки ее налились кровью, а в груди вновь заклокотало от стыда и смущения. Она и сама не понимала, зачем так отчаянно хочет нравиться Софи — но это было приятно, это, в некотором роде, заставляло ее гордиться собой. Встретившись с Софи у небольшого пляжного магазина, Дженнифер замахала ей рукой, перебегая дорогу и улыбаясь во весь рот. И если Дженнифер пыталась выбрать, в чем пойти, битый час, то миссис Смит, казалось, не заморачивалась совсем — надела привычные шорты, а поверх купальника натянула свободную майку, которая, казалось, вытянулась еще пару лет назад. — Ну что, по мороженому? — бодро предложила Софи, уже заворачивая в магазин. По дороге к пляжу они изредка разговаривали, стараясь не отвлекаться от клубничного мороженого, которое таяло на солнце слишком быстро. В основном говорила Дженнифер, впрочем, как и всегда, рассказывая про свои летние долгие дни, не обремененные ничем. Софи смотрела на нее сквозь темные очки и понимающе улыбалась. Она все никак не могла решить, стоило ли им заводить разговор о том, что случилось в кемпинге, или снисходительно промолчать. Это было неловко даже для женщины, несмотря на то, что она привыкла к вниманию учеников и даже самым дерзким попыткам флирта — с Дженнифер все это было иначе. Дженнифер не пыталась с ней флиртовать, она могла находиться с миссис Смит в комфортном молчании и разговаривать обо всем на свете. По правде говоря, Софи здорово удивилась тому, на что способна Джен. Она могла лишь догадываться по каким-то обрывкам фраз, быстрым взглядам в ее сторону, что Лестер потенциально могла быть влюблена в нее, но никак не ожидала, что дело зайдет так далеко. — А как вы проводите лето? — словно из толщи воды прозвучало над ухом Софи, заставляя ее вынырнуть из раздумий. — Ничего особенного, — Софи и правда не знала, что интересного рассказать Дженнифер, несмотря на то, что девчонка всегда умудрялась рассказать что-то увлекательное из скучных дней. — Мы с мужем ездили к его родителям в загородный дом, и большую часть времени я провела у бассейна с книгами. Женщина не могла игнорировать то, как изменилось лицо Дженнифер, как только тема коснулась ее мужа. Девичья улыбка чуть дрогнула и на секунду поникла. Софи даже на секунду хотела подколоть, неужели Дженнифер действительно ревновала ее к мужу, но затем передумала, без всякого энтузиазма рассказывая о прошедшем отдыхе. Наверное, в глубине души, Софи любила своего мужа. Он был хорошим человеком, добрым и чутким, и никогда не желал Софи зла, но, лежа на пляже со своей ученицей, стыдливо наблюдая за тем, как та намазывает свои колени кремом от загара, Софи чувствовала себя предательницей. Она злилась на себя за то, что совершенно бесконтрольно ощущала тепло, разливающееся в ее груди. И поймав такой же заинтересованный взгляд Дженнифер, вяло исследующий ее от груди до живота, тут же поднялась на ноги. — Хочется искупаться, — быстро бросила она, стремительно приближаясь к воде по горячему песку. Дженнифер не сводила с нее глаз.

***

— Красное сухое? — спросила Софи, достав бутылку из мини-бара. — Не сегодня, я за рулем, — Эмили качнула головой, не отвлекаясь от котенка, сидящего и мурлыкающего у нее на коленях. — Так ты можешь рассказать подробнее, где ты откопала это чудо? На лице Софи расплылась нежная улыбка. За последние дни она столько времени уделила Луне — именно так они с Дженнифер решили назвать котенка — что была удивлена тому, насколько это было приятно, заботиться о ком-то и проводить вечера в компании котенка. Тем вечером, когда они с Джен добрались до дома, Лестер помогла женщине высушить Луну, а затем накормить ее тунцом — это было единственной подходящей едой из всего того, что было в холодильнике Софи. Записавшись в ветеринарную клинику для осмотра и выдохнув, что котенок в тепле и накормлен, Дженнифер настояла на том, чтобы придумать ему имя. Луна была серым пушистым комочком, на боку которой красовалось белое пятно, похожее на луну среди темных облаков. Дженнифер сказала, что это символично — к тому же, нашли они ее ночью, а Софи не стала сопротивляться, тратить часы на то, чтобы придумать котенку имя — совершенно не то, чего бы она хотела. — Мы гуляли с Дженнифер после твоей выставки и услышали ее писк, жалко было оставлять такую крошку на улице, — Луна заинтересованно подняла мордочку, словно точно знала, что речь шла о ней. — Пришлось оставить ее себе. — Это точно хорошее решение, — Эмили улыбнулась, наблюдая за тем, как Софи заваривает для нее чай. — Кстати, как у тебя дела с Дженнифер? После того, как она сбежала от тебя, что-то изменилось? — Ну, после того, как она осталась у меня, когда мы привезли Луну сюда, она больше не сбегала… — То есть вы снова… — Эмили перебила Софи и заинтересованно вытянулась, желая узнать все подробности. — Нет, ничего не было. И это было даже более интимно, если бы мы переспали после того, как отмыли котенка, — Гарднер засмеялась, ставя на стол две чашки чая. — Мне было просто хорошо с ней, комфортно. Не знаю, чего она ждет от нашего общения, но знаю точно, что не хочу ничего портить. Эмили понимающе кивнула. Она опустила взгляд на руки, думая о событиях прошедших дней. О выставке, о приехавшей Монике, о том вечере и о том, как дико билось ее сердце, словно она оказалась несколькими годами ранее, в стенах университета. Она не чувствовала к Монике всего того, что было раньше, ощущения были совершенно другими — легкими, приятными и теплыми. Словно ты встречаешь родственную душу, и сколько бы лет ни проходило — ты всегда будешь испытывать любовь к этому человеку. Губы Эмили дрогнули в улыбке, вспоминая то, как улыбалась ей Фишер. — Я знаю, каково это. После появления Моники все стало снова… так сложно. — Почему? — Софи нахмурилась, она помнила, что Моника должна была остаться всего на пару дней, и никак не предполагала, что это как-то повлияет на Софи. Она не знала их историю настолько близко, насколько могла бы знать, но понимала, какой след в жизни Эмили оставила Фишер. Понимала, что ее приезд не оставит подругу равнодушной, а если им еще удастся провести больше времени вместе, того и гляди, что Эмили опять сойдет с ума. Ведь и вправду, не будет же человек настолько одержим идеей выставлять повсеместно картины Моники, не люби она ее так сильно. — Сама не знаю, — Эмили почувствовала себя глупо, не в силах объяснить, что именно ее тревожило. — Она позвала меня после закрытия выставки в бар, и мы проговорили всю ночь. Даже сложно представить, как я не заснула на барной стойке… И это было так легко, словно прошли минуты, а не несколько часов. — Это же здорово, разве нет? — Софи непонимающе посмотрела на подругу. — Да, конечно, — торопливо ответила та. — Просто когда мы разговаривали, я почему-то снова вернулась туда, куда возвращаться не стоило. Думала о том, почему все с нами так сложилось и мог ли быть какой-то шанс на то, чтобы все закончилось по-другому. — Разве сейчас это важно? Софи было жаль Эмили. Жалеть об упущенном прошлом, анализировать то, что было и как могло бы сложиться по-другому — это всегда причиняло боль, но не имело никакого смысла. Ведь какой шанс в том, что Моника думала об этом тоже или терзала себя мыслями о том, могло бы у них сложиться что-то заново. — Не знаю… Наверное, нет, — растерянно пробормотала Эмили. — Но когда мы сидели там, я только и думала о том, что не хочу, чтобы это заканчивалось. — Она еще не вышла замуж или типа того? — Софи усмехнулась. — Знаешь, как бывает с девочками, которые экспериментируют в университете… — К счастью, не знаю, — Эмили засмеялась в ответ. — Думаю, Моника по-прежнему предпочитает девушек… — А ты по-прежнему ее? — под укоризненным взглядом подруги Софи примирительно подняла руки и перевела тему.

***

Дженнифер не могла не замечать все те мелочи, которые делала для нее Софи: как заботливо готовила для нее завтраки, запомнив, что Джен пьет чай только без сахара; какой мягкой была в разговорах, не флиртуя и не настаивая ни на чем; как запомнила любимые фильмы Лестер, зазывая к себе на киноночь; как делала маленькие подарки, которым Дженнифер радовалась, как ребенок. С Софи стало легко, что внутреннее напряжение и сомнения постепенно сошли на нет. Даже когда девушка оставалась у Гарднер дома, смущенно соглашаясь на ночевку, между ними ничего не было. Софи даже не намекала на это, терпеливо дожидаясь первого шага Дженнифер. Она могла робко касаться ее руки или спросить о поцелуе, который приходился в уголок губ. Дженнифер нравилась эта идиллия: неспешный субботний день, мягкие лучи солнца, падающие на пол, с которыми пыталась играться Луна, спокойная Софи, достающая из духовки импровизированный пирог. Дженнифер хотела бы отложить это в своей памяти навсегда. Когда они шли играть в бильярд, Дженнифер нервничала, поскольку играла очень посредственно, в то время как Софи по-доброму поддразнивала ее и предлагала сыграть на спор. Шоты быстро согрели горло и раззадорили интерес. Дженнифер отмахнулась от того, чтобы Софи учила ее — ее упрямству можно было позавидовать, но женщина не настаивала. Она с улыбкой наблюдала, как Лестер закусывает губу, смешно высовывает кончик языка и хмурится, пытаясь понять, как лучше нанести удар. — Ну ладно, не сдерживайся, — протянула Дженнифер притворно-недовольной интонацией. — Можешь сказать все, что думаешь. — Ты делаешь успехи, — улыбнулась Софи, с легкостью забивая шар в лунку. — Ну да, конечно. — И правда стало лучше, — Софи потянулась за стаканом с коктейлем, делая глоток прохладной жидкости. — Но ты, конечно, зря отказалась от моей помощи. — Знаю я эту помощь, — фыркнула Дженнифер, продолжая улыбаться. — Каждый второй фильм с этой клишированной сценой, когда он учит ее играть в бильярд. — Неужели? Дженнифер знала, что Софи дразнит ее, и от этого сделать серьезное лицо никак не получалось. — Ага, пристраивается позади нее и показывает ей, как держать в руках кий, а она прикидывается дурочкой, которая не может просто посмотреть на то, как это делает он, и повторить. — Никакой романтики, получается, — Гарднер показательно вздохнула. — А так хотелось? — Немного, — выразительный взгляд Софи ощущался приятным волнением внутри живота. — Но ты всегда была мисс «я-сама-знаю-что-делать». Они обе рассмеялись. — Ладно, твоя взяла, — Джен примирительно подняла руки, не сводя взгляда с женщины. — Возьмешь нам еще по коктейлю, пока я буду рыдать в уборной? Софи кивнула и отошла к бару, пока Дженнифер направилась в туалет. Весь вечер она думала о том, что ей безумно хотелось поцеловать женщину, но она никак не могла найти причины для того, чтобы сделать это. Словно для этого нужен был определенный момент, и никак не тот, где Софи учит играть ее в бильярд, неловко прижимаясь к ней сзади. В глубине души она надеялась, что Софи сделает первый шаг, тогда Дженнифер не пришлось бы чувствовать себя полной дурой, не знающей, как обращаться с женщиной. Выйдя из уборной, она заметила, как Софи общается с каким-то мужчиной, улыбается ему кошкой и даже не стремится уйти. Сердце Дженнифер пропустило удар, а кровь отлила от ее лица к ногам. Казалось, в поведении Гарднер не было ничего такого, но в голове Лестер тут же вихрем пронеслись воспоминания о словах подруг, о том, как Софи любила внимание. И, быть может, ей был нужен только повод, чтобы вновь беспорядочно флиртовать и с мужчинами, и с женщинами, которые оказывают ей внимание. В конце концов, Дженнифер была скупа на такое в последнее время. Сделав несколько шагов в сторону бара, она поняла, что Софи так и не замечает ее, увлеченно болтая с мужчиной. Она замерла, не зная, что делать дальше: подойти к женщине или вернуться к бильярдному столу, ожидая, когда та отвлечется. И пока Дженнифер судорожно соображала, как ей поступить, Софи вдруг обратила на нее внимание. Что-то сказав мужчине, она подхватила два стакана с коктейлями и двинулась в сторону бильярдного стола. Мужчина, обернувшись на Дженнифер, улыбнулся. — Кто это был? — первое, что спросила Лестер, подойдя к Софи. — Без понятия, — протянула та, отдавая девушке коктейль. — Хотел познакомиться. Видимо, подумал, что два бокала я взяла для себя. Интересный типаж девушек его интересует… Чувство ревности осело в груди, и Дженнифер хотела было уже высказать это, но вовремя одернула себя. — И что ты ему сказала? Софи наверняка заметила изменения в том, как говорила Дженнифер, отчего разулыбалась. Ее ревность забавляла, учитывая то, что они даже не говорили об их отношениях. Будучи свободной, Софи могла бы знакомиться с кем угодно. — Сказала, что у моей девушки будет много вопросов, — нахмуренное выражение лица Дженнифер вдруг расслабилось, сменившись на удивленное. — Твоей девушки? — переспросила она растерянно. — Мне бы хотелось этого, — неловко взяв за руку Джен, Софи внимательно посмотрела на нее. — Если бы тебе хотелось этого тоже. Несколько раз моргнув, словно не понимая, что здесь происходит, Дженнифер глупо заулыбалась. Ее сердце забилось в груди так сильно, будто бы это был момент, которого она ждала всю свою жизнь. Софи выглядела несколько напряженной, переживая за то, что ответит ей Лестер. — Д-да, — Дженнифер едва нашла в себе силы кивнуть головой. — Тогда могу ли я поцеловать тебя как свою законную девушку? — Звучит так, словно ты сделала мне предложение руки и сердца, — рассмеялась Джен, а затем прильнула к Софи и, обвив руками ее шею, поцеловала.

***

Последние несколько месяцев Дженнифер пыталась укротить саму себя. Возможно, в глубине души она понимала, что ни к чему хорошему это не приведет, но она все же старалась. На остаток лета появился Бобби — внезапно приударивший за ней, когда Дженнифер выбирала подарок для Стэйси в магазине видеоигр. Они погуляли пару раз, после чего Бобби поцеловал ее, и они, вроде как, стали парой. Парой Дженнифер их не ощущала, но тешила себя надеждой, что обязательно почувствует это чуть позже. Однако с наступлением сентября Бобби куда-то испарился, Дженнифер даже заглянула в тот самый магазин, в котором он работал, но парня там не было. Рассказывая эту историю компании в школе, с которыми Лестер иногда зависала, она поймала на себе сочувствующий взгляд Роба — новенького парня, который перевелся к ним из соседнего района. Роб был из тех крутых парней в школе, на которого тут же засматривались девчонки. Он общался с ребятами из баскетбольной команды, что автоматически делало его нереально сексуальным в глазах школьниц помладше. Но Дженнифер не ревновала. Она пыталась понять, что вообще чувствует к Робу, но кроме того, что с ним никогда не скучно — ничего не могла ответить. Секс с Робом произошел случайно, хотя в то время Дженнифер не совсем могла бы назвать этот сексом. Они оказались одни на спортивной площадке под густой листвой деревьев, Роб поцеловал ее, а она подвинулась ближе — черт ее знает, почему — и затем его пальцы оказались под юбкой, а Дженнифер, на удивление, возбудилась. Это было куда приятней, чем было у нее прошлым летом с Алексом, но желания, чтобы это произошло полностью обнаженными, все еще не приходило. Софи наблюдала за Дженнифер украдкой. Понять, что она встречается с Робом, не составляло никакого труда — он постоянно ходил рядом с ней, обнимая огромной рукой шею и постоянно пытаясь поцеловать Лестер. Та чаще сторонилась, но бывало и такое, что она быстро подставляла свои губы для поцелуя, а Роб старался углубить его. Софи терялась в собственных чувствах. С одной стороны, взросление Дженнифер, ее отношения — были ожидаемы и никак не касались женщины, но с другой — Софи никогда не ощущала какой-то радости за ученицу. Напротив, мерзкое чувство скручивало ее живот, заставляло сердце клокотать в груди и даже злиться, когда Роб был слишком настойчив. Она старалась сохранять лицо и не быть предвзятой, но какое-то презрение копилось в Софи с тех пор, как Роб решил записаться в ее класс. Учился он потрясающе, и это раздражало еще больше. Софи казалось, что Дженнифер даже стала меньше обращать на нее внимания, не появлялась после классов в ее кабинете и училась без всякого энтузиазма. Они могли бы поговорить, как это было раньше, но Софи почему-то подумала, что Дженнифер потеряла всякий интерес, поэтому не стала предлагать оставаться у нее после классов. Лишь однажды, когда Лестер с трудом сдала тест, Софи попросила ее задержаться — под пристальным взглядом Роба, который, казалось, не хотел уходить. — Подожди меня во дворе, — Джен махнула рукой, неспешно собирая свои вещи и боковым взглядом замечая, что Софи не сводила с нее взгляда. Горячая волна окатила внутри груди, и Дженнифер туго сглотнула, прежде чем решилась поднять взгляд. Молчание затянулось, и Софи еле остановила себя от мыслей о том, что засматривается на Лестер. — Я была крайне разочарована результатом твоего теста, — она прочистила горло и оперлась бедрами об учительский стол. — В последнее время ты много отвлекаешься и, кажется, совсем не заинтересована в том, чтобы получить высокий балл по социологии. — Сейчас много забот, я просто не успеваю, — коротко пояснила Дженнифер. — Надеюсь, твой парень не создает эту кучу забот, — Софи не хотела, чтобы это звучало грубо, но по выражению лица девушки поняла, что та не в восторге от этого разговора. — Сейчас тебе важно сконцентрироваться на учебе и выпускных экзаменах. Парни всегда приходят и уходят, не хочется, чтобы это испортило твой средний балл. — Можете не волноваться, я разберусь, — отрезала Лестер, злясь на то, что этот разговор вообще состоялся. — И мне, конечно, льстит то, что вы так внимательно наблюдаете за моей личной жизнью, но все же мне бы хотелось решать самой, с кем встречаться и на чем концентрироваться. Софи поджала губы. Вместо того, чтобы просто мягко поговорить с Дженнифер и поболтать по душам, как раньше, она сама свела разговор в это русло, а Джен больше не строила из себя невинную овечку, не способную постоять за себя. — Да, прости, — быстро бросила Софи, глядя на то, как смотрит на нее Лестер. Так и не понять, ненавидит ли или, напротив, скучает и злится лишь больше, потому что в этом разговоре никак не получается сообщить об этом. — Я просто надеюсь, что ты знаешь, что делаешь. Дженнифер моргнула несколько раз, пытаясь согнать наворачивающиеся слезы. Она сама не понимала, почему испытывает кучу эмоций от разговора с Софи. Она злилась на то, что ее отчитывали, радовалась тому, что Софи с ней заговорила, ненавидела то, что не могла открыться и сказать, что к Робу ничего не чувствует, и ужасно чувствовала себя из-за того, что ей смертельно хотелось нагрубить Софи. Спровоцировать ее на эмоции, на чуткое внимание, на все то, чего не хватало эти месяцы. Медленно подходя к женщине, она не могла не заметить, как та вцепилась руками в столешницу, а ее скулы напряглись. Дженнифер смотрела точно ей в глаза, чувствуя себя невероятно смелой. — Это все? — уверенно спросила она, поправляя рюкзак. — Я могу идти? Взгляд Софи, словно не подчиняясь, скользнул на девичьи губы. Это точно Дженнифер целовала ее тогда, у воды? Точно ли эта девушка ходила с ней на море, рассматривая взрослую женщину с таким интересом? Софи испугалась своего внезапного желания поцеловать ее. И себя она тоже испугалась, снова. — Иди, — сухо обронила она и тут же обернулась, чтобы не провожать девчонку взглядом.