Парни тоже пишут о любви

      Время близилось к закату. Солнце лениво клонилось к горизонту, окрашивая небо в розово-оранжевые оттенки – предвестники ветреных осенних дней, что придут на смену сегодняшнему. Воздух становился всё прохладнее; словно дикий зверёк, он “кусал” оголённые участки тела, заставляя Нану жалеть о не надетых колготках, а Сатори — о пиджаке нараспашку. Стоило лишь ветру подуть чуточку сильнее, подростки ёжились.       А вот внезапному гостю, стоявшему у ворот дома Наны, кажется, холод был по душе. Должно быть, потому что освежал его яро пылающую кожу лица: то ли от смущения, то ли от досады, этот паренёк не находил себе места. Он оказался достаточно терпеливым, чтобы дождаться возвращения Наны. Однако, он то и дело переминался с ноги на ногу, сердито пиная камешки на асфальте, как будто был неудачливым кавалером, чья дама забыла о свидании. Но Нана точно помнила, что не назначала ему встречу. Тогда к чему эта его недовольная гримаса?       — Нацуки? Что ты здесь делаешь? — спросила его Нана, не скрывая своего удивления.       Парень уставился взглядом, полным невысказанного недовольства. Но смотрел он не на Нану, а на Сатори.       — И снова привет, — пробормотал он сквозь зубы, тут же отворачиваясь.       — Нацуки?! — Сатори удивился не меньше, чем Нана. — Ты… Что здесь делаешь?       — А тебе-то что? Я не к тебе пришел. Нана, я хотел поговорить с тобой, — он покосился в сторону Сатори. — Наедине.       Удивление девушки лишь возросло. А вот Сатори, обычно весьма дружелюбный, вдруг распалился, словно бык при виде красной тряпки.       — Мы с Наной вообще-то общаемся. И тут ты влазишь, как чёрт из табакерки. Мне тоже нужно сказать ей кое-что важное, без твоих ушей.       — Сам ты чёрт, — выплюнул Нацуки.       — Ты хочешь повторения истории с аниме-клубом? — пригрозил Сатори.       Парни встали друг напротив друга, словно заклятые враги из американского вестерна, готовые к смертельной дуэли. Нана только и успевала хлопать глазами, наблюдая стремительно накалявщуюся голливудскую сцену, что разворачивалась на её родной тихой улице. Ещё чуть-чуть, и у её друзей повалит пар из ушей. Какая муха их укусила? Но ладно, сейчас не время об этом думать — надо спасать ситуацию от драматичного финала. Девушка активно замахала руками, словно утопающий, зовущий на помощь.       — Ну, хватит! Хватит! — воскликнула она, становясь между ними, не без страха попасть под чью-то горячую руку. — Я поняла, что у вас обоих сверх важные новости для меня!       Она схватила Сатори за край рукава и потащила в сторону, от греха подальше. Отведя его на приличное расстояние от Нацуки, она наконец-то могла спокойно вздохнуть.       — Сатори, что у тебя?       Словно по взмаху волшебной палочки, Сатори снова стал Сатори — легкомысленным старшеклассником, очаровательным в своей неуклюжести. Его вспышка ярости — нет, не прошла бесследно, но уже не грозила вылиться в драку с товарищем.       — Хе-хе-хе… Просто… Мы классно погуляли… Давай завтра снова пойдём в школу вместе, а?       Брови Наны медленно поползли на лоб. Это и всё, что он хотел сказать ей?       — Хорошо... Если ты не проспишь, конечно. Не хочу опаздывать в школу.       Сатори усердно закивал головой.       — Не просплю. Обещаю! Ну, постараюсь…       — Давай, Сатори! Я в тебя верю.       Нана ободряюще улыбнулась ему. Она немного постояла, ожидая, добавит ли он что-нибудь ещё к своему “важному сообщению”. Сатори рассеянно глядел по сторонам и нервно покусывал губу, однако больше не проронил ни слова.       Нана попрощалась с ним и направилась к Нацуки. Тот замер как вкопанный — руки на груди, голова опущена, челка нависает на глаза. Его челюсть была плотно стиснута, а кисти рук сжаты в кулаки, словно у бойца на ринге.       — Нацуки… Ты как?       Парень раздраженно фыркнул.       — Отлично, разве не видишь?       — Не вижу, — честно ответила девушка. — К тебе страшно подойти.       Услышав её, Нацуки сделал усилие над собой и постарался, насколько мог, расслабиться. Освобождаясь от сковывающего напряжения, он распрямился, и будто стал выше ростом.       — Теперь не страшно?       — Уже лучше. Ну, какое у тебя ко мне дело?       Парень достал из кармана и протянул ей — Нана тут же узнала его — её потерянный телефон.       — Ух ты! Ты нашёл его! – от радости девушка захлопала в ладоши. — Большое спасибо тебе, Нацуки.       Подросток просветлел и даже еле-еле улыбнулся. Наконец-то он стал похож на нормального старшеклассника, а не на хулигана из подворотни на разборках.       — Без проблем. Хорошо, что было уже поздно. Днём его бы стырили.       Нана ахнула.       — Ты правда искал его в той кромешной темноте? А всё из-за моей рассеянности! Прости меня, Нацуки. Ох…       — Ты не виновата, — утешил её парень. — Если бы тот мудак не гнался за тобой, ничего бы не случилось. А за меня не волнуйся, мне не привыкать.       — Как это, не привыкать?       Нацуки опасливо оглянулся по сторонам, будто бы их могли подслушивать невидимые шпионы.       — Я работаю в ночные смены. Но имей в виду, это секрет. Если кто-то узнает…       Он провел ладонью поперёк горла, и его жест означал, что болтуну — конец. Девушка прикрыла рот рукой, дабы её отвисшая челюсть ненароком не упала на землю.       — Серьезно?! Где?       Голос Нацуки перешёл на шёпот, и Нане пришлось наклониться, чтобы расслышать его.       — Тс-с-с-с!       Он зашипел ей в ухо, словно змея.       — Ладно-ладно! — Нана отшатнулась от него. — Храни свои секреты сам. Но знаешь, это очень странно.       — Ох, зря я тебе рассказал…       — Ты мне ничего не рассказал.       Парень недоверчиво зыркнул на неё, но увидев её растерянную физиономию, сменил гнев на раскаяние.       — Извини меня. Да, действительно… Я сегодня сам не свой. Просто этот, — он кивнул в бок, очевидно, подразумевая Сатори, — выбесил меня.       — Чем же? Ты сам начал его провоцировать.       Нацуки скривился, будто съел лимон целиком. Вдруг он выдал нечто потрясающее. Его неожиданное откровение застало девушку врасплох.       — Он вечно строит из себя добрячка, но ты никогда не знаешь, что у него на уме. Он манипулятор. Я полагаю, ты не хотела идти в наш клуб, но он не отставал от тебя, пока ты не согласилась. И он будет ходить за тобой по пятам: в школу, со школы, куда-угодно — пока не получит своего. Тогда чем он отличается от того придурка, который гнался за тобой в темноте?       Нана опустила голову и не поднимала её, пока он не закончил говорить. Но и после того она продолжала сверлить взглядом землю, будто на асфальте под её кроссовками могло таиться объяснение. Точность некоторых деталей и уверенность, с которой говорил Нацуки, на секунду зародили в ней подозрение. Неужели он за ними следил? Однако его неожиданный вывод всколыхнул в ней ворох куда более сложных чувств.       Наконец-то она ответила ему:       — Ещё раз спасибо за то, что нашел мою потерю. Но если ты собираешься говорить гадости о моём друге, когда его нет рядом…       Вдруг она оглянулась. Сатори действительно нигде не было видно. Он, обычно такой шумный, умудрился исчезнуть незаметно, словно мышонок. Она глянула на его дом — окна зашторены, и невозможно догадаться, есть ли кто-то внутри. Её сердце вдруг бешено заколотилось, будто в предчуствии неладного.       — В общем, я не хочу это слушать. Пока, Нацуки.       Она развернулась и скрылась за воротами своего дома, оставив парня одного. От неё не ускользнули смятение и растерянность, с которыми он молча провожал её. От его искрящейся дерзости не осталось и следа. Что ж, пусть задумается над своим поведением.       Вечером того же дня Нана сидела за письменным столом в своей комнате. Склонив голову над учебником по биологии, она усердно разбиралась с новой темой, попутно гадая, сможет ли написать заданную лабораторную самостоятельно, или же ей придётся воспользоваться шпаргалками, которые выслал ей Сатори. Она посадила игрушечного кролика на стол перед собой. Казалось, этот малыш был здесь всегда — так хорошо он вписывался в окружавший его беспорядок из ручек, тетрадей и книг. Окно в её комнате было приоткрыто. С улицы доносился утихающий шум очередного короткого дождя, а вместе с ним — прохлада, что не давала ей упасть лицом в домашку и заснуть.       Время от времени она приподнималась со стула и выглядывала за слабо покачивающиеся занавески — на дом Сатори. Двухэтажное здание, построенное в прошлом веке: немного уставшее от своего времени, но всё ещё довольно опрятное. На фоне красно-фиолетового горизонта оно казалось мистическим пришельцем из другого мира; маньяком с постера фильма “Милые кости”, к которому приближается жертва, ведомая жестоким сюжетом.       Вдруг телефон Наны, уже заряженный, настойчиво завибрировал. Девушка вздрогнула. Всплывшее на экране сообщение вопрошало:       Мидори: Нана! Ты тут? Как ты?       Подруга писала ей лично, а не в общий чат, что говорило о деликатности вопроса.       Нана: Да, нормально. А ты? Что-то случилось?       Мидори: Не, всё супер. Хочешь погулять сегодня? Погода отличная.       Нана выглянула на улицу, где по-осеннему холодный ветер, вперемешку с брызгами дождя, гонял почерневшие тучи.       Нана: Ты уверена?       Мидори: Ага! В центре появилось новое классное кафе. Я очень хочу сходить туда.       Нана задумчиво посмотрела на открытый учебник. Параграфы пестрили мелким шрифтом, от которого у неё уже слезились глаза. Может, сделать перерыв — это хорошая идея.       Нана: Окей. А Анжела и Харуки?       Мидори: Я им уже написала. Ждём тебя!       Некоторая внезапность этого приглашения мрачной тенью проскользнула в мыслях девушки, но она не придала этому значения. Как назло, ветер за окном начал угрожающе завывать, словно хотел докричаться до Наны, но не знал человеческого языка. Перед выходом из дома она побрызгалась новыми духами — аромат слишком нежный и сладкий для сегодняшнего грозового вечера, но этот запах, будто талисман, дарил ей чувство защищенности. В прихожей она посмотрелась в большое зеркало: юная девушка, стройная и высокая, с длинными и ровными каштановыми волосами, что обрамляли её круглое лицо (в отличии от Сатори, она так и не выросла из своих пухлых детских щечек). Она надела бежевое платье из тонкой шерсти, опоясалась элегантным ремешком и колготки, колготки — сейчас ими точно не стоит пренебрегать! Сверху она накинула плотный оверсайз пиджак и теперь выбирала, обуть ли ей балетки или пришло время для осенних сапог. Её размышления прервало сообщение от Мидори.       Мидори: Ну что? Ты едешь?       Школьница быстро натянула сапоги и побежала на встречу.       Мидори ждала её в назначенном месте в центре города. Нана, увидев подругу среди дюжины таких же ждунов, в переливчатом свете уличной рекламы, сперва не узнала её. Мидори преобразилась, будто стала участницей модного шоу по смене стиля. Вместо длинных волос, которыми она всегда так гордилась, на её голове красовалась стрижка в стиле пикси.       — Мидори! Вот это да! Что ты сделала со своей прической? — ахнула Нана.       Мидори легкомысленно рассмеялась.       — Ха-ха! Захотелось перемен. Прикинь, как завтра в школе все обалдеют, да?       Она подмигнула Нане. Её глаза густо накрашены черным, драматические смоки айз. Губы красноватые от бесконечных покусываний. Острые скулы, подчеркнутые темным корректором, кажутся ещё острее.       — Ты круто поменяла стиль. Очень неожиданно…       Натуральная брюнетка, одетая в короткую кожаную куртку и платье с дизайнерскими порезами, вся в черном, Мидори была аки панк-принцесса.       — Тебе нравится? Я хорошо выгляжу? — спросила она.       — Да, ещё как. Но погоди, расскажи, почему вдруг?       Мидори отвела взгляд. Тень легла на её красивое лицо.       — Мне, типа, надоело быть хорошей девочкой. Надоело быть… — она задумалась, — …обычной. Я чувствую, что я другая. И я хочу выделяться.       Она стояла, подрагивая на ветру, словно лоза; излишне худая для своего высокого роста. Наверное, ей холодно в этом коротком платье и тонких чулках, но едва ли она согласилась бы надеть что-то потеплее в ущерб своему новому имиджу. Она спросила Нану:       — А ты это чувствуешь?       — Что именно?       — Что ты другая. Что ты создана не для школы, уроков и всего этого говна. Что ты достойна большего.       Нана тяжело вздохнула.       — Я могу чувствовать что-угодно, но правда в том, что родители меня убьют за плохие оценки. Не всем повезло с предками так, как тебе.       Мидори демонстративно закатила глаза.       — Вы с Анджелой зануды, и валите это на своих предков. Просто признай, что ты зануда. Родители тут ни при чём.       Нана насмешливо фыркнула.       — Хорошо, я признаю, что я зануда. Довольна?       — А то! — Мидори коварно улыбнулась. — Признание проблемы это первый шаг. В отличии от Анджелы, у тебя есть шанс на успех. Та зануда даже не смогла отпроситься из дома.       — А Харуки?       — Сегодня вечером они с мамой стригут когти котам. Без комментариев.       — Значит, сегодня мы с тобой вдвоём?       Мидори ничего не ответила. Нана посмотрела на неё внимательно, но у той ни дрогнул ни один мускул на лице.       — Я хотела показать тебе одно классное место.       — Надеюсь, фейс-контроль пустит туда зануду.       Мидори окинула её наглым оценивающим взглядом.       — Ты хорошо выглядишь. Думаю, тебя пустят.       — Серьёзно! Это был риторический вопрос.       — Да ладно, чего ты обижаешься, — Мидори рассмеялась, — Я же шучу.       “Классное место”, в которое Мидори пригласила Нану, достойно подробного описания. Заведение располагалось на первом этаже небоскрёба, построенного известной своими высокими стандартами сетевой гостиницей. Вход в ресторан венчали стеклянные двери: стекло это было настолько чистым, что, если бы не изгибистые позолоченные ручки, двери могли показаться прозрачными. Во избежание впечатывания дорогих гостей лицом в стекло, ко входу был приставлен швейцар в тёмно-бордовом сюртуке с золотыми пуговицами, который услужливо открывал двери перед новоприбывшими. Позади него на стене висела скромная табличка, сообщающая любопытному посетителю, что сей ресторан был отмечен тремя Мишленовскими звёздами. Заглянув внутрь, случайных прохожий мог увидеть мраморный пол, красную ковровую дорожку, ведущую вглубь, и сочные зеленые растения в белых вазах.       Узрев сие великолепие, Нана покачала головой.       — Мидори… Если ты планировала развести меня на ужин здесь, тебе стоило начинать наш разговор с комплиментов.       — Ха-ха-ха! Конечно, у меня есть идея получше.       Она схватила Нану за руку и потащила во внутрь. Швейцар открыл перед ними дверь, не поскупившись на ослепительную улыбку.       — Стой! Ты серьезно? — запротестовала Нана.       — Ещё как! — глаза Мидори заблестели.       — Мидори! Признавайся, что ты задумала.       — Пошли со мной, и сама всё увидишь.       — Мидори…       — О Боже! Нет, серьезно? Нана, опять ты включила зануду, — брюнетка покачала головой. — Просто расслабься, окей? Всё будет супер! Доверься мне. О, сейчас будет такой прикол! Ха-ха-ха! Ну же, пошли.       Подобное описание не усыпило её опасения, но любопытство манило Нану вслед за Мидори.       Внутри стены ресторана были украшены панелями из темного дерева. Обитые бархатом, они служили фоном для картин в роскошных резных рамках. Столы были сделаны из тёмного дерева. Вместо обычных стульев к ним были приставлены комфортабельные мягкие кресла. С высоченного потолка, украшенного лепниной, свисала люстра такого размера, что на ней могли спокойно поместиться Нана, Мидори, Анджела и Харуки со всеми своими кошками.       Метрдотель подошел к ним с предложением помочь чем-либо, и Мидори ответила, что их уже ждут. Услышав это, Нана нервно дернула подругу за рукав куртки, но та лишь отмахнулась.       Метрдотель провел их к удаленному столику в глубине зала. Они миновали бар, где, подсвеченные неоновыми лампами, стояли высокие ряды полок, уставленные разнообразными напитками. Интересно, школьникам вообще разрешено быть в таком месте без взрослых? Кстати, о взрослых…       За столом их ожидали двое мужчин. Когда они встали, чтобы поприветствовать Мидори и Нану, инстинктивным желанием девушки было развернуться и убежать. Один из них, невысокий и полноватый, был одет в дорогой тёмно-синий костюм, белую рубашку и галстук. От него исходил пьянящий запах мужского одеколона. Закрыв глаза и вдохнув полной грудью, можно было вообразить молодого и накачанного француза, собирающего виноград где-нибудь в Бургундии. Но в реальности это был мужчина далеко за сорок лет, с заметными морщинами на лице и проступающей сединой на висках.       — Привет, Алекс.       Мидори кокетливо улыбнулась и протянула ему руку. Он наклонился, чтобы поцеловать её.       — Алекс, это моя подруга Нана. Нана, это Алекс.       Мужчина улыбнулся Нане и протянул руку. Девушка инстинктивно сомкнула кисти в замок за спиной и натянуто улыбнулась в ответ.       — Приятно познакомиться, Нана.       У него был низкий кашляющий голос, будто он был простужен, или, возможно, выкурил слишком много сигарет за свою жизнь. Он указал на своего спутника:       — А это Серго, мой компаньон и верный друг.       Серго был намного выше Алекса и, пожалуй, выше всех остальных людей в ресторане. Его рост превышал два метра. У него было смуглое лицо с большим прямоугольным подбородком и острым крючковатым носом. Жгучий брюнет с пышной копной волос на голове, он производил впечатление босса-варвара из какой-нибудь видеоигры, хоть и был одет в весьма элегантный черный костюм с белой рубашкой и галстуком-бабочкой. Он протянул руку Нане и девушка ответила на его рукопожатие, скорее из испуга перед этой громадиной, нежели из вежливости.       — Приятно познакомиться, — сказал он голосом столь же грубым, сколь и его внешность.       Все четверо уселись за столик. Как только официант положил перед ней меню, Нана открыла его и уткнулась носом, прячась от ужасной неловкости. Она украдкой посматривала на Мидори, но та вела себя непринужденно, хихикая и строя глазки то Алексу, то Серго.       — Ох, у меня сегодня был такой тяжелый день. У моей любимой сумки порвался ремешок. Я не знаю, что делать…       — Мидори, дорогая, разве же это большая проблема? Мы можем купить тебе новую.       — Правда? Спасибочки~       Нана скривилась. Она же знала, что что-то здесь не так! И всё равно Мидори удалось затащить её сюда. О, какая подлость…       Вдруг она встретилась взглядом с Серго. Мужчина смотрел на неё с серьезностью доктора наук. Судя по тяжелым мешкам под его черными глазами и глубоким морщинам на лбу, он вполне мог быть преподавателем в университете, или доктором-хирургом. До чего же неловко встретить взрослого при таких двусмысленных обстоятельствах.       — Нана, вы уже нашли в меню что-то себе по вкусу? — спросил он.       Девушка ещё раз пробежалась глазами по напечатанным вензелям. Она едва ли знала хоть одно из здешних блюд, и в целом, у неё совершенно не было аппетита.       — Я… Выпью кофе, пожалуй.       В разговор включился Алекс.       — О! Одна лишь чашка кофе? Нана, вы нас обижаете! Закажите себе тартар из говядины или филе тунца, не пожалеете. А на десерт рекомендую взять тирамису. Кондитер здесь первоклассный!       Он причмокнул губами.       — Спасибо, но я не голодна.       — Тогда вам стоит взять устрицы! Они такие легкие, как воздушные. Возьмите Fine de Claire №2.       — Зачем же Fine de Claire? — возразил Серго. — Зачем, если в меню есть Ostra Regal №0?       — Ну что же, мой дорогой друг, узнаю твой скептицизм по отношению к французским деликатесам, — Алекс глухо посмеялся. — Позволь спросить, почему не Kumamoto №3? По-моему, куда более подходящий выбор для не голодной леди.       — Я закажу и Ostra Regal, и Kumamoto, — решил Серго. — Нана, вы сможете попробовать оба сорта и выбрать тот, что нравится вам больше. Но, возможно, вы хотите что-то ещё?       — Pearl Lobster! — подсказал Алекс. — Прямиком из Индонезии. О, это лучшая идея! Нана, обязательно попробуйте его.       — Подождите, подождите… — Нана попыталась взять паузу. — Мне достаточно стартера.       Алекс вскинул указательный палец вверх, аки Эйнштейн.       — Точно! Стартер! Нана, вы гений. Мы чуть не забыли о нём. Представляешь, Серго? Кажется, мы совсем потеряли головы в компании двух прекрасных юных леди.       — И не говори, — ухмыльнулся Серго. — Как насчёт кампанелле с белым трюфелем?       — Если белый трюфель не из Пьемонта, нет смысла, — пожал плечами Алекс.       — Я уточню это, — Серго жестом позвал официанта. — Подскажите, из каких мест белый трюфель?       — Из окрестностей Пьемонта, сэр.       Алекс щелкнул пухлыми пальцами.       — Берём!       — А что мы будем пить? — поинтересовалась Мидори. — Я хочу шампанское!       — Твоё желание для меня закон, — разулыбался Алекс. — Moet & Chandon, как обычно?       — А почему бы нам не взять бутылочку Carbon? — предложил Серго. — Нана, что вы скажете?       — Целая бутылка? — ахнула девушка. — Думаю, мне достаточно одного бокала…       — О, нет, давайте возьмём бутылку! Вы знали, что это бутылка покрыта настоящим углеволокном?       Нана помотала головой. Она даже не знала, что такое углеволокно.       — К слову, раньше Carbon был официальным поставщиком шампанского на подиум Формулы-1. А последние несколько лет туда подносят просекко от Ferrari. Не смейтесь, но я большой фанат Формулы-1! Я всегда выкраиваю пару недель в конце мая, чтобы посетить Монте-Карло и посмотреть их заезд. Нана, вы когда-нибудь бывали в Монте-Карло?       Девушка снова помотала головой. Серго мечтательно улыбнулся.       — Если вы захотите посетить Монте-Карло, вы можете рассчитывать на меня. Нет-нет, не подумайте ничего плохого! Я располагаю виллой в Сен-Жан-Кап-Ферра. У вас будет отдельная спальня, ванная комната, и всё, что пожелаете. Вы будете моей дорогой гостьей.       Нана захлопала глазами. Он же это не всерьёз? Но Серго был неумолим.       — Южный берег Франции, это то место, где вам обязательно нужно побывать. Я покажу вам лучшие красоты: Эз, Ментон и пляж Саблетт, Вильфранш-сюр-Мэр, Сен-Рафаэль и, конечно же, Антиб и Канны. И не слушайте Алекса, я вовсе не критик всего французского. Мидори рассказывала, что вы с ней работаете в сфере моды. Думаю, бутики Сен-Тропе вас приятно удивят в этом смысле. А если вы устанете от суеты, я организую для вас уик-энд в Гурдоне или прогулку по Эстерель. В качестве альтернативы могу предложить вам прогулку на яхте. И пусть вас не пугает возможный мистраль! Мой знакомый капитан прекрасно ориентируется в этих местах.       Девушка сделала глубокий вдох. Похоже, он это всерьёз…       — Вы говорите, конец мая?       Серго радостно кивнул.       — Никак не смогу. У меня в эту пору выпускные экзамены.       Последние слова Нана сказала умышленно громко и с напором в голосе. Алекс и Мидори прервали свой полный нежной любви разговор и покосились на неё.       — Прошу прощения, — сказала Нана, вставая из-за стола. — Я отойду на пару минут.       Уборная была спроектирована с расчётом на то, что милые дамы захотят сделать здесь несколько фотоснимков на память. Тёмные стены были украшены позолоченными скульптурами в стиле ар-деко. Умывальники, выточенные из камня с блестящими прожилками, имели схожий оттенок. Зеркала во весь рост подсвечивались теплыми лампами.       Нана тяжело плюхнулась на бархатную кушетку, что стояла в углу. Её голова шла кругом, будто бы она в одиночку выпила бутылку Carbon, которую так любовно описывал Серго. Однако, нужно было придумать, как выбраться из этой неловкой ситуации.       Вдруг её телефон завибрировал. Глянув на экран, она увидела сообщение от незнакомого номера.       x: Привет. Это Нацуки. Я записал твой номер, пока твой телефон был у меня. Ты не против? Короче, прости, что расстроил тебя сегодня… Я наговорил лишнего. Надеюсь, ты в порядке. Если вдруг тебе нужна моя помощь — проводить тебя домой после занятий, или типа того — пиши мне.       Нана: Нацуки, ты не представляешь, как ты вовремя. Я сейчас по этому адресу, и я ужасно хочу домой…       Девушка устало опустила тяжелые веки. Она не поняла, сколько времени прошло, прежде чем кто-то с силой потрепал её по плечу. Нана приоткрыла глаза. Перед ней стояла Мидори.       — Ты что, спишь?       — Да. Отстань от меня.       Нана отмахнулась от подруги. Мидори закатила глаза и напыщенно фыркнула.       — Начинается!       — Это ты начала! — возмутилась Нана. — Какого черта ты затянула меня сюда без предупреждения? К этому престарелому жигало?       — Да это просто двойное свидание! Расслабься! О боже, зачем делать из этого такую драму?       Нана аж вскочила на ноги с кушетки, забывая об усталости. Праведный гнев и без того наполнял её до краёв, и легкомысленность Мидори стала последней каплей.       — Да они нам в отцы годятся! За такие “свидания” нас могут отчислить из школы! Ах да, тебе же плевать, ты же лучше этой банальности!       Мидори зло скривилась.       — Фу, блин, тебя будто в монастыре растили! Я познакомила тебя с миллионером, который пригласил тебя в Монако. И вместо “спасибо” ты устраиваешь мне истерику? Да лучше бы я, в самом деле, позвала Анджелу или Харуки.       Нана покачала головой.       — Не могу поверить! Это была ловушка, с самого начала! И тебе даже в голову не пришла мысль спросить моё мнение! Или же ты специально?       — Я не собираюсь перед тобой оправдываться, — холодно отрезала Мидори. — Я пришла проверить, жива ли ты, или скончалась от приступа чопорности, сидя на толчке. И кстати, там принесли твои устрицы.       Нана почувствовала, как телефон в её руке завибрировал.       Нацуки: Я на месте.       Нана ответила Мидори:       — Ну уж нет. Я туда не вернусь. Оправдывайся перед ними, как хочешь. У тебя отлично получается обманывать людей.       С этими словами она встала одной ногой на кушетку, а вторую закинула на декоративную полку, чуть не уронив на пол вазон с цветами.       — Ты что творишь?! Сумасшедшая! — воскликнула Мидори.       Нана потянулась рукой к окну, которое было довольно высоко от пола, и повиснув на ручке, не без труда отворила его. Опершись ногами о выпуклую скульптуру на стене, она потянулась вверх и рывком высунулась в окно, повиснув в оконной раме. Выглянув на улицу, она увидела знакомую фигуру, стоявшую на углу.       — Нацуки! Я здесь!       Парень резко обернулся. Его глаза прошерудили окрестности, и когда он заметил Нану, висящую на окне, его рот аж приоткрылся. Девушка помахала ему рукой.       — Помоги мне слезть! — попросила она.       Нацуки подошел к стене с окном. Благо, окно выходило в тупиковый переулок, и лишних свидетелей у побега не было. Нана перекинула через оконную раму сперва одну ногу, в затем вторую. Её сапоги упёрлись в гладкую бетонную стену. Скользкая подошва не находила ни единой опоры. Вес её тела чуть было на уволок её вниз, но тут Нацуки крепко обнял её ноги выше колена.       Напоследок Нана глянула на Мидори. Та стояла возле кушетки. Выражение её лица не сулило ничего хорошего. Она показала Нане средний палец. Нана высунула язык.       — Чао-какао! — крикнула она брюнетке на прощание, прежде, чем Нацуки опустил её на землю.       — Мне стоит спрашивать, в чём дело? Или лучше не надо? — саркастически ухмыльнулся Нацуки.       — Честное слово… Лучше не надо.       Её платье задралось до неприличной отметки. О боже, и Нацуки всё это видел! Пусть только посмеет Мидори ещё раз назвать её чопорной. Девушка одернула вниз платье и полы пиджака.       Вместе с Нацуки они быстрым шагом удалялись прочь от этого злополучного ресторана. Несмотря на позднее время, в центре было много людей. Туристы и местные смешались в одну пёструю толпу, заполняющую улицы, остановки, парковку для такси, рестораны всех кухонь мира и магазины с невообразимыми нарядами на витринах. Казалось, все они жили лишь здесь и сейчас, отрываясь по полной, лишенные забот о грядущем. Студентам в дешевом баре не было дела до завтрашних пар. Уличным музыкантам — до того, что они фальшивят и путают ноты. Продавцам уличной еды не было дела до санитарных норм, как и их клиентам, с аппетитом уплетающим острую и жирную пищу. Неужели действительно только Нана заботится о правильности и порядке вещей?       Нацуки спросил у неё:       — Проводить тебя до дома? Или может, — он загадочно улыбнулся. — ты бы хотела кое-куда заглянуть?       Чертики в его глазах можно было истолковать по-разному. Может, это очередная подстава и пакость? А может, у него действительно есть интересная идея? Нана задумалась…