Глава VI. Жизнь.
31 марта 2022 г., 22:51
Примечания:
Редакция от июня 2022.
— Да, пап, да. А ещё Леся, наш куратор. Она очень милая, с синими волосами, прикинь? Да, я так же гоняла. Но ей больше, чем мне идёт. Прям как родные. А ещё котлеты куриные — сказка, а не котлеты. Я попросила рецепт, сказали, дадут, но потом. Дома готовить тебе буду, ты нашёл на балконе.?
Кристина болтала с папой, лёжа на уже маленькой кровати. Облюбовала. Александр Сергеевич тоже лёг, ему звонить было некому, кровать не показалась такой уж мягкой, как об этом в красках расписывала Кристина. Хотелось спать. Всё-таки перелёт да и находился он… устал.
— Ладно, пап, пока, — распрощалась быстро Кристина, — вам плохо, Александр Сергеевич?
— Просто устал, — отмахнулся Шура, — полежу и всё.
Он не успел договорить, Кристина щёлкнула по выключателю.
— Спокойной ночи. Спите хорошо, — и начала перебираться в коляску.
Она планировала просто посидеть в гостиной, пообщаться с Леной или папой, но вдруг услышала музыку с улицы, подъехала к окну и увидела странное: молодые ребята танцевали да и взрослые тоже. Кто на коляске, кто на костылях, а кто и просто спокойно стоя на ногах. Дискотека? Тут? Кристина скосила глаза на спальню. Ну они же не договаривались о правилах и комендантском часе? Да Александр Сергеевич просто ничего не заметит. Она заехала в ванную, где оставила одежду, переоделась в «красивое», схватила джинсовку и выехала в коридор.
Блуждать не пришлось. Кристина тут же столкнулась с Лесей.
— О, Кристин, а я к вам. Ты одна? Где Александр Сергеевич?
— Не волнуйся. Он прилёг отдохнуть, устал с перелёта.
— А ты на вечеринку? — засмеялась Леся, — кот в кроватку, мыши в пляс? Он тебя не потеряет?
— Не должен бы, — пожала плечами Кристина, — пойдём и всё.
— Не, — воспротивилась Леся, уперла руки в бока, — сначала отпишись.
Кристина закатила глаза, достала телефон, быстро напечатала что-то на экране, показала Лесе.
— «Всё хорошо, я не убежала, а на дискотеке прямо под окнами», — прочитала, пожала плечами, — если он не прибьёт тебя за такое послание, то хорошо.
— Теперь мы можем пойти?
— Тебе не терпится что ль? Соскучилась по танцам?
— Я вообще раньше не танцевала. А сейчас азарт, — поделилась Кристина.
— Ну тогда пойдём.
Кристина думала, что они мирно встанут в уголочке, она возьмёт что-нибудь выпить (естественно, безалкогольное), потом помнётся и попробует познакомиться с кем-то. Но так не случилось.
Только они вышли на импровизированную площадку для вечеринки. Диджей объявил:
— Сегодня в наши ряды пришла Кристина! Проходи, Кристина, чувствуй себя хорошо!
Все зааплодировали, повернулись к ней, а Кристина почувствовала себя невероятно хорошо.
Конечно, она с кем-то заобщалась. Но лиц и слов было так много, что она не запомнила ничего. Помнила, что пришла в номер «ушатаная» настолько, что сил хватило только на то, что бы снять одежду и рухнуть спать.
***
— Кристина, — кто-то накрыл её одеялом, — Кристина, просыпайся. Папа? Нет, папа будит по другому: стаскивает одеяло и громко призывает к чему-нибудь, например, свергнуть империю орков. А обладатель этого голоса прикрывает её посильнее и шепчет. Стоп. А где она? Кровать слишком мягкая. Вдруг до Кристины дошло, она подскочила. — Александр Сергеевич! — Не кричи, — отвернулся Шура, — я не смотрел. Кристина чуть не застонала. Как она умудрилась уснуть в белье? Банально забыла о том, что ночует не одна! Дурочка… — Раз ты проснулась, одевайся, чисти зубы, ты же не хочешь опоздать на завтрак? Но позавтракать им не дали. Кристина, вытирая полотенцем волосы, вышла из ванной и застала двух мужчин. Александру Сергеевичу мерял давление какой-то врач. — Всё в рамках нормы. Теперь ты, Кристин? Я буду следить за твоим здоровьем. Давай сюда не бойся, — всё с улыбкой, без тени сомнения или стеснения. Кристине даже стало интересно, где санаторий нашёл таких людей. Всегда улыбающихся, беспечных. Кристина подъехала, Александр Сергеевич встал. — Прошу меня простить, я выйду. Разговор был ни о чём. Как? Когда? Сколько? Почему? Кристине пришлось пересказать всю историю, сдать кровь и другие жидкости своего тела (всё это под чутким взглядом двух мужчин) — Вот что я скажу, — подытожил врач, — я тебя ещё прогоню по всем анализам, если что — ляжешь на операцию. Но всё может быть и без неё. Ты меня слышишь? Всё зависит от тебя. Гуляй, смейся, общайся, понятно? — Да, — кивнула Кристина решительно. Под нож не хотелось. — Вот и умница. Будешь ходить на массажи, в бассейн и за компанию с другом на остальные процедуры. Но массажи обязательны, ты меня поняла? — он как-то грозно взглянул. — Поняла, — заулыбалась, вдруг задумалась, — последний вопрос можно? — Нужно. — А бабочки на нашей двери это.? — Просто проживающие люди в этой комнате. Дети любят оставлять напоминания после себя, — пожал плечами доктор. — То есть они не умерли? — уточнила и сразу же почувствовала себя дурочкой, очень уж взгляд у врача стал насмешлив. — Нет. Мы физически столько не смогли бы убить. Расслабься, наша цель вылечить, а не погубить. Ты же видела вчера, как все были рады тебя видеть. — А вы были вчера? — изумилась Кристина, попыталась припомнить, — вы были в халате? С краешку сидели? — Нет, я просто знаю, что тут рады всем, — улыбнулся доктор, вышел из комнат, прикрыв за собой дверь. — Александр Сергеевич! — крикнула Кристина, — доктор ушёл. Сразу же после этого дверь из спальни распахнулась. На пороге появился уже расчёсанный, красиво одетый мужчина. Он возился с часами, пытаясь застегнуть. — Давайте я, — предложила Кристина, Александр Сергеевич спокойно подошёл, протянул руку, — вы за дверью стояли? Так быстро вышли. Да шучу я. Вот всё. В следующий раз просто попросите меня застегнуть. Кристина провела пальцем по коже учителя, убрала руку. — Идём узнавать, чем же тут балуют утром?***
Балуют. Смешно. Кристина то получила желанное кремовое пирожное и стакан чая, а вот к её спутнику подбежала Леся: — Доброе утро, Александр Сергеевич, стол «без сахара» вон там, — она махнула рукой, — Кристин, ты тоже можешь съездить. Там вкусно и посущественней, чем одна пироженка. Каши там, мясо. — Хорошо, — кивнула Кристина. — Вопросов нет? Я побежала. Работа, сами всё понимаете. Я ещё забегу. — Какая энергичная. Прям завидно, — вздохнул Александр Сергеевич, — сходишь со мной или столик нам займёшь? — Кристина! — мужской голос окликнул её. Она нерешительно посмотрела на своего спутника. — Иди общайся, — кивнул он и пошёл добывать себе еду. Кристина устремила взгляд в сторону. Ребята ходячие и не очень сидели за большим круглым столом. Ну как не поехать, если позвали? — Это кто? — шёпом спросила какая-то девчушка, явно младше Кристины. — В документах он наверняка муж, — иронично заметил мальчик постарше. — Это мой учитель. Ну и друг. Уже. — Друг, да. Верим, — засмеялась девчушка, — твои планы на сегодня? Расписание уже дали? — Да что это расписание? Оно у всех вечно одинаковое. Кристин, ты лучше другое скажи, ты первый раз в санатории?***
Александр Сергеевич со спокойной душой пронаблюдал, как Кристина с новыми знакомыми выехала из столовой, даже не взглянув на него. Главное, она в безопасности. Друзей нашла? Умница. Шура ещё взглянул в расписание, которое торжественно вручила ему Леся, надел очки, которые заранее повесил на цепочку. Его ждала скандинавская ходьба на лечебных тропах. Очень увлекательно. Ничего не скажешь. Но деньги плочены, ничего не поделаешь. Он встал с удобного стула, больше похожего на плетёное кресло, отнёс посуду на мойку и пошёл искать «лечебные тропы». Там было скучно. Тётки-ровесницы Шуры в спортивных костюмах под бодрый голос тренера ходили по голой земле. Хоть на улице и было достаточно тепло, трава не успела вырасти, поэтому лечебные тропы превратились в земляное месиво. Шура искренне не понял, почему эти тётки так радовались этому хождению со странными палками. Ладно бы обсуждали что-то хорошее, нет, сумки и брюки в каком-то затрапезном магазинчике. А мужики, вроде, похожие на Шуру — такие же большие тучные дядьки, бодро обсуждали баб и машины. Как малые дети. Дальше была какая-то странная ванна с чём-то вязким. Единственное, что хотелось Александру Сергеевичу под конец насыщенного глупостью дня — упасть в кровать и съесть жирной колбасы. Но на ужине её не предвиделось. Он открыл дверь, сразу же увидел курточку Кристины на вешалке. — Я пришёл! — А я вас жду! — крикнула Кристина, по полу заширкали колёса, — можете мне объяснить почему в моём расписании значится не только массажи, бассейн и ЛФК, но ещё и уроки ОБЖ с вами? — Потому что я оформлен, как командировочник, — пожал плечами учитель, — у тебя ещё какие-то уроки должны быть, ты ж не возмущаешься, когда видишь математику. — Вот вы… — то ли обиделась, то ли восхитилась, — я то думала вы себе отгул взяли. — На четыре месяца? — Четыре месяца… а ведь фонд и страховка оплачивают сорок два дня? На чьи деньги мы жить будем? Александр Сергеевич сел на кровать, помолчал, обдумывая ответ: — Девочка, давай договоримся? Ты не будешь лезть в бюджет нашей поездки. — Нет, — помотала головой Кристина, — я же не могу игнорировать моих добродетелей. — Слово то какое нашла. Добродетели. Курочка по зёрнышку клюёт. Много кто для нас трудится. — Папа, фонд и вы? — И я. Ещё люди есть, но, — он взглянул на часы, — ужин нас ждёт. Пойдём. Я голодный, как волк. — Погодите, — Кристина вдруг смутилась, — можете притвориться что не пускаете меня к ребятам за стол? — Могу, — без лишних расспросов согласился учитель. Но только они вошли в столовую их окликнули: — Кристинка! Она только отвернула голову. Учитель зашагал быстрее. Но из-за стола вышел молодой человек, явно постарше Кристины и направился к ним. — Свалишь, мы пока поговорим? — спросил он подходя. Учитель посмотрел на свою ученицу. Та выглядела напряжённой и растерянной. Что же у них случилось? Но выходить из ситуации надо было: — Ты как со старшими говоришь? — Как с человеком, — пожал плечами паренёк. Александр Сергеевич его осмотрел. И что у такого верзилы может болеть? Здоровый парень под два метра роста с насмешливой улыбкой, кольцом в носу. Волосы длинней, чем у Кристины, кажется, это называется «маврош», хотя Александр Сергеевич про себя называл такую причёску — «я бегаю от парикмахеров год». Среднестатистический современный пацан. И что они не поделили с Кристиной? — Как с человеком? А как со старшим не пробовал? — переспросил учитель. — Тут все ровня, — отмахнулся, — дальше мы сами, дядь, — хотел было взяться за ручку на Кристинином кресле, но не тут то было. — Я не разрешал тебе этого делать, — прервал его холодно Александр Сергеевич, — представься, поприветствуй меня, как следует и потом уже проси разрешения. — Да иди ты! — махнул рукой парень и вернулся к хихикающим друзьям. Кристина подняла благодарный взгляд, учитель подмигнул в ответ. Они спокойно взяли еду и уже хотели пойти за свободный столик, но перед ними снова вырос этот верзила. — Извините, я был не прав. — Молодец, — кивнул учитель, не сбавляя скорость шага. — Теперь вы дадите нам поговорить? — Говори, — пожал плечами и равнодушно забрал у Кристины поднос, убедился, что ей хорошо и сам сел тоже. Парень стоял растерянно. — Я хочу поговорить наедине с ней. — Кристиной. Девушку нужно называть по имени. И мы едим, молодой человек, — он показал на еду со всё тем же спойствием. Верзила постоял минуту, а потом резко развернулся и громко стуча кроссовками вышел из столовой. — Одной проблемой меньше, — прошептала себе под нос Кристина и увлеклась едой. Александр Сергеевич думал, что она не расскажет. Побоится. Но как только дверь в их номер закрылась, Кристина выпалила: — Он просто мерзкий. — Бык, — кивнул учитель, — кольцо в носу тому доказательство. — Он ко мне клеился ещё… мерзость. — А почему ты раньше не сказала? — А что бы вы сделали? Он же меня не насиловал. Просто комплименты делал. — Банальные, — припечатал Александр Сергеевич. — А вы откуда знаете? — засмеялась Кристина. — Я просто знаю подростков. — Спасибо, что защитили. — Пустяки, — махнул рукой и пошёл в спальню. А Кристина вдруг поняла, что лучше невоспитанных, но красивых, старые, но добрые. Ну и пусть у него глаза белые и губы еле видны. Зато помог. Правда, чтобы она делала без Александра Сергеевича? Она же не думала, что он подойдёт «поговорить». Что этому наглецу в голову придёт? А почему она вообще решила, что он «наглец»? Ну позаигрывал, ну глазки построил, в чём проблема то? Но подсознание не успокаивалось, а страх накатывал. Она ведь даже имени пацана не помнит… — Ты чего застыла? Папе сегодня звонила? — из комнаты появился переодетый Александр Сергеевич. — М? — повела головой Кристина, невидящим взглядом уставилась на учителя. — Пойдём спать, Кристиночка. Ты устала, — он подошёл и уже привычно положил руки на ручки коляски. — Мне переодеться надо. — Я выйду. Не проблема. И правда вышел, и дождался оклика, и, кажется, ничуть не удивился тихому шёпотом в темноте: — Спасибо за всё, Медведь. — Спи спокойно, Кристин. Но уснуть не получилось. Кристина лежала неподвижно, пытаясь не потревожить сон Шуры. Ночью он почему-то превращался исключительно в «медведя» и «Шуру». Она видела только его спину в лёгкой майке, такие, кажется, было принято надевать под рубашки, чтобы те меньше пачкались, но эта спина внушала какую-то уверенность. Она вытянула руку, чтобы коснуться ткани. Не дотянулась. Зато Шура, будто почувствовав взгляд, перевернулся. — Кристина? Ты чего? Случилось что-то? В ответ тишина. Медведь переспросил уже громче: — Кристина? Спишь? Снова нет ответа. Он встал, подошёл к её кровати, сел рядом. — Убирай руку то, убирай, — он коснулся холодной руки Кристины и, вместо того, что бы переложить её на кровать, оставил у себя в ладони. — Что ж ты со мной, старым, делаешь? Кристина лежала, затаив дыхание. Что делать? Притвориться спящей? Выдать себя? Ведь Шура явно уверен, что она видит десятый сон. И как он отреагирует, если Кристина подаст голос? Испугается, наверное, может и нет. Но в следующий раз точно вот так руку не подержит. Кристина зажмурилась и сжала руку в ответ. Зато теплее. Но учитель долго не просидел, он уже через две минуты положил руку Кристины на кровать и пошёл куда-то, громко шаркая голыми ногами. Мысли Кристины сразу же наполнились разными моделями домашних мужских тапок, вариантами событий после её несостоявшегося разоблачения, мыслями о папе и, внезапно, о маме, о детстве с дедушкой и бабушкой, шашлыках, бабочках… Кристина погрузилась в сон.***
Кристина проснулась внезапно. Просто открыла глаза, огляделась. На соседней кровати мирно спал Александр Сергеевич. Ей вспомнилась ночь. Приснилось или было наяву? Имеет ли это вообще значение? Ну взял за руку и что? Она потрясла головой и взяла телефон. Четыре утра. А сна ни в одном глазу. Кристина уже привычно начала переползать на коляску, кажется, она видела холодильник в гостинной. На бар расчитывать нельзя, но вода то там найдётся? Пить хотелось очень. Вода нашлась. Когда она обожгла холодом горло, Кристина задумалась о чайнике. Не найдётся тут этого блага цивилизации? Чайника не нашлось. Съестного тоже. Не вызывать же персонал из-за такой глупости? Чаю хотелось. Она осторожно посмотрела на спину учителя. Ничего же не произойдёт, если она доедет до круглосуточного магазина прямо за воротами санатория? Александр Сергеевич даже не успеет проснуться! А персонал весь спит. Кристина накинула куртку прямо на пижамный костюм и тихо открыла дверь. Щелк. Дверь приоткрылась. Кристина тут же услышала обеспокоенный шёпот: — Что случилось? Кристина замялась, а к ней уже подбежала какая-то медсестричка — Вам плохо? — Нет, — с глупой уверенностью ответила Кристина. — А тогда почему вы не спите в такой час? До завтака ещё три часа, — она кинула взгляд на часы. — Я погулять хотела, — замялась, — извините, мне просто не спалось. — Вам дать успокоительное? Почему вы нарушаете порядок?! Выход из комнаты ночью недопустим. — Извините, была не права, — Кристина секлонила голову и, развернувшись, поехала обратно в комнаты. Будь она «ходячей» обязательно вылезла бы в окно, а на коляске. — И чего ты колобродишь? — услышала она, как только вернулась в спальню. — Не спится мне, Александр Сергеевич. Успокоительное дать? — Да что ж вы все?! — Что? — Ничего, спите уже! И как-то слишком ловко забралась на кровать. Естественно, после такого Шура не смог уснуть. Он понаблюдал за Кристиной минут десять. Она молча надела наушники, уткнулась в телефон и даже не подняла головы, когда Шура вышел из комнаты. Он не знал чем заняться, в номере был только один телевизор — в спальне. А её, очевидно, окупировала Кристина. Делать было нечего. Шура достал бутылку с водой, покрутил её в руках. Хотелось кофе. Он выглянул из номера, заметив, что его соседка не закрыла дверь и спокойно попросил милую девушку принести «всё, что нужно для чая». Ему, конечно, не отказали. И уже через десять минут он заглянул в спальню, что б пригласить Кристину на ранний кофе. Она спала. Сидя, с наушниками в ушах. Телефон валялся на одеяле. Что делать? Учитель подошёл к Кристине, снял с неё наушники. Вдруг в нём зародился мальчишеский азарт, он осторожно взял наушник и прислонил к уху. И вдруг услышал: — Ай я яй, Александр Сергеевич, — совсем не из наушника. — Я ж просто хотел… ну… — Хотели, — улыбнулась Кристина, отложила телефон, — в следующий раз не так громко дышите, — и накрылась одеялом с головой. Утренний кофейный разговор не случился. Но да и чёрт с ним. Пусть девчонка выспится.
